И вот наступил день, когда Арракис стал осью вселенной, и она повернулась.

— Погляди-ка туда, на эту штуку! — прошептал Стилгар.

Пол лежал рядом с ним в расселине, на самой вершине скал Барьера, прижав глаз к окуляру фрименской подзорной трубы. Масляные линзы были сфокусированы на межзвездном лихтере, что высился в котловине под ними. С востока высокий корабль уже озаряла бледная полоска на горизонте, но с обратной стороны еще желтели освещенные светошарами иллюминаторы. За кораблем в предутренней прохладе поблескивал огнями Арракейн.

Конечно, не лихтер потряс воображение Стилгара — Пол понимал это — нет, сооружение, центральным шестом для которого он был. Многоэтажный металлический шатер радиусом более километра, составленный из металлических лепестков, окружал корабль… временное место обитания пяти легионов сардаукаров и его императорского величества, падишах-императора Шаддама IV.

Сидя на корточках слева от Пола, Гарни Холлек произнес:

— Я могу насчитать в нем девять уровней. Хватит, пожалуй, для горстки сардаукаров.

— Пять легионов, — отозвался Пол.

— Светлеет, — прошипел Стилгар, — нам не нравится этот риск, Муад'Диб. Лучше бы отступить в скалы.

— Здесь я в полной безопасности, — ответил Пол.

— На корабле есть метательные орудия, — сказал Гарни.

— Они посчитают, что на нас щиты, — ответил Пол. — Потом зачем им тратить снаряд на троих человек, если нас вдруг и заметили?

Пол перевел подзорную трубу на дальнюю стену котловины, на усеянные выбоинами утесы, на осыпи, под которыми были погребены многие из воинов отца. И он вдруг подумал, что тени этих людей взирали бы сейчас на положение дел с удовлетворением. Форты и города Харконненов за пределами Барьера теперь либо были в руках Вольного народа, либо были отрезаны от своих… словно цветы, брошенные увядать на песок. Лишь эта котловина и город в ней оставались теперь в руках врагов.

— Они могут решиться на вылазку в топтере, — заметил Стилгар, — если обнаружат нас.

— Пусть, — ответил Пол, — все равно сегодня придется жечь их топтеры… да и буря на подходе.

Он перевел подзорную трубу на дальнюю сторону посадочного поля Арракейнского космопорта, на выстроившиеся там харконненовские фрегаты и флаг компании КАНИКТ, что лениво полоскался на древке над ними. И он подумал об отчаянии там, наверху, которое заставило Гильдию высадить две группы, оставляя все прочие в резерве. Гильдия, словно человек, пробовала песок большим пальцем, прежде чем разбивать на этом месте палатку.

— Разве можно увидеть отсюда что-нибудь новое? — спросил Гарни. — Действительно, пора уходить. Буря все ближе.

Пол вновь поглядел на гигантский шатер.

— Они даже привезли с собой женщин, — сказал он, — и лакеев со слугами. Ах-х-х, мой дорогой император, как же вы самоуверенны!

— По тайному ходу поднимаются люди, — указал Стилгар, — это могут быть только Отейм и Корба. Они возвращаются.

— Хорошо, Стил, — ответил Пол, — возвращаемся.

И он на прощанье обвел трубой равнину: высокие корабли, блестящий шатер, умолкший город, фрегаты с харконненовскими наемниками. А потом он скользнул за скалу. Место его занял часовой-фидайкин.

Пол оказался в неглубокой впадине, вмятине в скалах Барьера. В диаметре она имела метров тридцать, глубиной была около трех метров. Фримены укрыли ее маскировочным материалом, прозрачным для лучей солнца.

Справа в стенку уходил коридор, вокруг располагалось связное оборудование. Фидайкины-охранники, рассыпавшиеся по котловине, держались наготове.

Из дыры в скале рядом со связными аппаратами появились двое, о чем-то заговорили с часовыми.

Пол поглядел на Стилгара, кивнул в сторону появившейся пары:

— Узнай, с чем они явились, Стил.

Стилгар немедленно повиновался. Пол откинулся на скалу, потянулся, расправляя мускулы. Он увидел, что Стилгар уже отослал пришедших назад, в темный ход, обратно, на дно котловины.

Стилгар вернулся к Полу.

— Какое же событие они не осмелились доверить сайелаго? — спросил Пол.

— Берегут пташек для битвы, — ответил Стилгар. Он поглядел на связные аппараты, потом снова на Пола. — Даже с узким лучом не стоило бы рисковать, Муад'Диб. Сайелаго при записи можно засечь по излучению.

— Скоро там они начнут искать меня, — согласился Пол. — И что они сообщили?

— Наших ручных сардаукаров высадили на хребте у Старого ущелья, и они теперь на пути к своему властелину.

— Ракетные установки и прочее метательное оружие на местах. Люди расставлены, как ты приказал. Все, как обычно.

Пол оглядел укрытие в тусклом, сочащемся сверху через камуфляж свете. Время ползло медленно, как насекомое на голой скале.

— Сардаукарам придется малость пройтись прежде, чем они сумеют вызвать транспорт, — сказал Пол. — За ними следят?

— Следят, — подтвердил Стилгар. Рядом откашлялся Гарни Холлек:

— Не стоит ли пройти в безопасное место?

— Такого места здесь нет, — сказал Пол. — Прогноз погоды благоприятен?

— На нас несется прабабка всех бурь, — ответил Стилгар. — Разве ты не ощущаешь этого, Муад'Диб?

— В воздухе, действительно, что-то чувствуется, — согласился Пол, — но я предпочитаю надежные промеры шестами.

— Буря будет здесь через час, — сказал Стилгар. Он кивнул в сторону шатра императора и харконненовских фрегатов. — И они тоже знают это. В небе ни топтера. Все втащили внутрь и привязали. Их друзья наверху сообщают им о погоде.

— Новые вылазки были? — спросил Пол.

— Нет, с прошлой ночи, после посадки, они их не повторяли, — ответил Стилгар. — Они знают, что мы здесь, и теперь выжидают.

— Да, время определяем мы, — согласился Пол. Гарни поглядел вверх и буркнул:

— Если те нам позволят…

— Флот останется в космосе, — проговорил Пол.

Гарни качнул головой.

— У них нет выбора, — ответил Пол, — иначе мы можем уничтожить специю. Гильдия не осмелится на подобный риск.

— Отчаявшиеся люди опаснее всего, — сказал Гарни.

— А разве мы не отчаялись? — спросил Стилгар. Гарни хмуро поглядел на него.

— Ты не знаешь мечты Вольного народа, — предостерег его Пол. — Стил думает о той воде, которая пошла на подкупы, о годах ожидания… Когда еще расцветет Арракис? Он не…

— Ар-р-р-гх, — прорычал Гарни.

— Почему он так мрачен? — спросил Стилгар.

— Перед битвой он всегда мрачен, — ответил ему Пол, — обычная шутка, которую он себе позволяет.

Неторопливая волчья усмешка набежала на лицо Холлека, над подбородочной лентой капюшона блеснули зубы:

— Я скорблю о харконненовских душонках, что канут сегодня в ад без раскаяния, — сказал он.

— Слова фидайкина, — усмехнулся Стилгар.

— Гарни рожден для отрядов смертников, — сказал Пол и подумал: «Хорошо, пусть они позабавятся болтовней, пока не пришла пора помериться силами с теми, кто на равнине». Он вновь глянул в расщелину, потом назад, на Гарни. Лицо воина-трубадура было вновь задумчиво и хмуро.

— Беспокойство осушает силу, — пробормотал Пол. — Ты когда-то говорил это мне, Гарни.

— Мой герцог, — обратился к нему Холлек, — в основном меня беспокоит атомное оружие. Раз вы хотите с помощью него проломить брешь в Барьере…

— Они не посмеют воспользоваться ядерным оружием против нас, — сказал Пол. — Не осмелятся… по той же причине: побоятся, что мы уничтожим специю.

— Но запрещение и высочайшее повеление…

— Запрещение! — рявкнул Пол. — Один только страх, а не запрещение не позволяет Домам закидать друг друга атомными бомбами. Язык Великой Конвенции предельно ясен. «Использование ядерного оружия против человека является достаточной причиной для уничтожения всей планеты». А мы собираемся взрывать Барьер, а не людей.

— Тонкий момент, — отметил Гарни.

— Крохоборам наверху только подавай тонкости, — произнес Пол. — Хватит об этом.

Он отвернулся, подумал: «Если бы только и впрямь можно было быть уверенным, что все обойдется». Наконец он сказал:

— А как горожане? Уже на позициях?

— Да, — пробормотал Стилгар. Пол поглядел на него:

— Что тебя гложет?

— Я всегда считал, что горожанам не следует доверять, — проговорил Стилгар.

— И я был когда-то горожанином, — отвечал Пол. Стилгар замер. Лицо его потемнело от прилившей крови:

— Муад'Дибу ведомо, что я не…

— Я знаю, что ты имел в виду. Но в том и суть испытания, что никогда нельзя быть заранее уверенным в его результатах. Важно не что ты думаешь, а как поступишь. В жилах городского люда течет кровь фрименов. Просто они еще не научились самостоятельности, и мы их научим.

Стилгар кивнул и скорбным тоном произнес:

— К чему только не привыкаешь за целую жизнь! Но на Погребальной Равнине мы привыкли презирать горожан.

Пол поглядел на Гарни, тот внимательно вглядывался в лицо Стилгара:

— Скажи нам, Гарни, почему сардаукары выгнали горожан из домов?

— Старый трюк, мой герцог. Они хотят стеснить нас беженцами.

— Да, партизанщина не используется со столь давних времен, что могущественные мира сего успели забыть, как с ней бороться, — проговорил Пол. — Сардаукары сыграли нам на руку. Они похватали горожанок для развлечения, украсили головами возражавших мужей свои боевые штандарты. И тем сразу же заставили возненавидеть себя. И люди, для которых грядущая битва оказалась бы временным неудобством, сулящим просто смену правителей, пришли к нам. Так сардаукары поставляют нам рекрутов, Стил. Их ненависть еще ничем не замутнена и ясна, — добавил Пол, — поэтому мы используем их для первого натиска.

— Убитых будет… — протянул Гарни. Стилгар согласно кивнул.

— Им все объяснили, — ответил Пол, — и каждый знает, что, если убьет хоть одного сардаукара, их останется меньше. Вы поняли, джентльмены, им есть за что погибать. Они осознали, что они народ. Они пробуждаются.

Наблюдатель у подзорной трубы что-то пробормотал. Пол подошел к расщелине. Окликнул:

— Что там?

— Великое смятение, Муад'Диб, — ответил наблюдатель, — от Западного Охвата приехала машина… ну, прямо ястреб в гнезде куропаток.

— Прибыл наш пленный сардаукар, — отозвался Пол.

— Они сразу же включили щит над всем посадочным полем, — произнес наблюдатель, — я вижу, как воздух пляшет у склада, где они держали специю.

— Теперь они знают, с кем им предстоит биться, — сказал Гарни, — пусть твари Харконнены дрожат, пусть трепещут — идет Атридес!

Пол обратился к фидайкину у подзорной трубы:

— Следи за флагштоком на корабле императора. Если там поднимут мой флаг…

— Едва ли, — усомнился Гарни.

Пол заметил, как озадаченно нахмурился Стилгар, и произнес:

— Если император согласится с моими требованиями, он даст мне об этом знать — поднимет вновь над Арракисом знамя Атридесов. Тогда мы воспользуемся вторым вариантом плана и выступим только против Харконненов. Сардаукары не станут вмешиваться и дадут нам выяснить отношения.

— Мне не приходилось иметь дела с этими людьми чуждых миров, — начал Стилгар, — я только слыхал о них, но едва ли…

— Не надо их знать, чтобы предсказать, как они поступят, — соглашаясь, перебил его Гарни.

— На высоком корабле поднимают новый флаг, — проговорил наблюдатель, — желтый, с черно-красным кругом в середине.

— Тонкий ответ, — промолвил Пол, — знамя компании КАНИКТ.

— Такое же, как у других кораблей, — добавил наблюдатель.

— Не понимаю, — проговорил Стилгар.

— Действительно, тонкий ответ, — сказал Гарни. — Подними он флаг Атридесов, это сразу же обязывало бы его ко многому. Слишком много свидетелей. Он мог дать сигнал флагом барона… так сказать, ответить в явной форме. Нет же, поднимает эту тряпку КАНИКТ. Он сигналит им, — Гарни ткнул пальцем вверх, указуя на космос, — что он там, где барыш. А нам дает понять, что ему безразлично, существует Атридес или нет.

— Через сколько времени буря подойдет к Барьеру? — спросил Пол.

Стилгар отошел посоветоваться с кем-то из фидайкинов. Наконец он вернулся и сказал:

— Весьма скоро, Муад'Диб. Куда скорее, чем ожидалось. На нас шествует прапрабабка всех бурь… Она куда сильнее, чем ты хотел.

— Это моя буря, — ответил Пол и заметил молчаливое благоговение на лицах все слышавших фидайкинов. — Даже если весь мир содрогнется, все равно этого мне будет мало. И она ударит по их щитам со всей силой!

— Неважно, где именно и как она пройдет, такая силища! — воскликнул Стилгар.

Из темного хода, уводящего в котловину, вынырнул вестовой и сказал:

— Патрули сардаукаров и Харконненов отступают.

— Они считают, что буря занесет в котловину много песка и ухудшит видимость, — произнес Стилгар. — Наверное, они думают, что она отпугнет и нас.

— Прикажи канонирам наметить цели, пока не ухудшилась видимость, — сказал Пол. — Стрелять по носам кораблей сразу же, как только буря разрядит щиты. — Он подошел к стенке котловины, откинул край маскировочной ткани и поглядел на небо. Над потемневшей землей ветер уже раскачивал темные султаны песка. Вернув покрытие на место, Пол сказал:

— Стил, пора посылать людей вниз.

— Ты не пойдешь с нами? — спросил Стилгар.

— Немного подожду здесь, с фидайкинами.

Стилгар с пониманием кивнул в сторону Гарни, подошел к отверстию хода, уводящего вниз, и пропал в темном коридоре.

— Кнопку, которая подорвет Барьер, я оставлю в твоем распоряжении, Гарни, — сказал Пол. — Сделаешь?

— Сделаю.

Подозвав жестом лейтенанта фидайкинов, Пол произнес:

— Отейм, срочно отзывай патрули из области взрыва. Все должны уйти оттуда еще до прихода бури.

Тот поклонился и отправился вслед за Стилгаром. Гарни заглянул в расщелину, сказал наблюдателю у подзорной трубы:

— Приглядывай за южной стеной, она останется без прикрытия до самого взрыва.

— Разошли сайелаго с указанием времени взрыва, — приказал Пол.

— К южной стене отправились наземные машины, — сказал человек у коридорной трубы, — некоторые из них на ходу опробуют метательное оружие. Как ты приказал, все наши там в щитах. Наземные машины остановились.

Во внезапно наставшем молчании Пол услышал, как над головой завыли дьяволы ветра, приближалась буря. В укрытие по краям хлынул песок, сильнейший порыв ветра вдруг сдернул маскировочное полотно и унес его.

Жестом Пол приказал фидайкинам отправляться в укрытие, а сам подошел к связным аппаратам у входа в тоннель. Гарни был рядом. Пол согнулся над сигнальщиками. Один из них произнес:

— И впрямь, прапрапрабабушка всех бурь, Муад'Диб.

Поглядев на темнеющее небо, Пол произнес:

— Гарни, проверь, не остался ли кто из наблюдателей на южной стене? — Чтобы тот расслышал, приказ пришлось прокричать еще раз. Слова тонули в звуках подступающей бури.

Гарни повернулся, исполняя приказ.

Прикрыв лицо фильтром, Пол затянул капюшон.

Гарни возвратился.

Пол тронул его за плечо, указал на пульт с кнопкой у входа в пещеру, возле сигнальщиков. Гарни спустился туда и положил руку на кнопку, не отрывая глаз от Пола.

— Связь прервана, — доложил Полу один из сигнальщиков, — слишком сильны статические помехи.

Пол кивнул, внимательно следя за циферблатом эталонных часов перед сигнальщиками. Наконец, он поглядел на Гарни, поднял руку, вновь перевел взгляд на циферблат. Стрелка завершала последний круг.

— Пора! — крикнул Пол, опуская руку.

Почти через секунду почва под ними дрогнула. Грохот взрыва покрыл рев бури.

Зажав под мышкой трубу, наблюдатель спустился к ним:

— Барьер проломлен, Муад'Диб! — закричал он. — Ветер ворвался в котловину, и наши артиллеристы открыли огонь.

Пол представил себе, как несется стена песка по котловине, разряжая на своем пути щиты во всем вражеском лагере.

— Буря! — крикнул кто-то. — В укрытие, Муад'Диб!

Пол пришел в себя, когда песчинки ужалили его щеки. «Ну, начали», — подумал он, положил руку на плечо сигнальщику и крикнул:

— Бросай оборудование, там, в тоннеле, его хватит.

Он почувствовал, как его потянули в глубь тоннеля. Фидайкины сбились вокруг, защищая своего Муад'Диба телами. Они втиснулись в зев тоннеля, где стало потише, обогнули угол, попав в маленький зал со светошарами над головой, вниз уводил другой тоннель.

Там за приборами сидел другой сигнальщик.

— Статика, — произнес он. Ветер донес песок и до них.

— Закупоривайте вход! — крикнул Пол. Шум вдруг ослаб, значит, приказ его исполнен.

— Путь вниз, в котловину, все еще открыт? — спросил Пол.

Фидайкин отправился поглядеть, потом вернулся и доложил:

— Упала небольшая скала, но инженеры говорят, что выход открыт. Они расчищают его лазерами.

— Приказываю им использовать только руки! — рявкнул Пол. — Здесь включены щиты.

— Они действуют осторожно, — сказал тот, но повиновался.

Сверху прошли увешанные приборами сигнальщики.

— Муад'Диб, я сказал этим парням, чтобы они оставили все оборудование, — проворчал один из фидайкинов.

— Люди для нас теперь важнее приборов, — сказал Пол. — Скоро или у нас их будет в избытке, или они не потребуются нам вовсе.

К нему подошел Гарни Холлек, сказал:

— Снизу передали, что путь открыт. Здесь мы очень близко к поверхности, милорд, и если Харконнены попытаются в какой-то мере отыграться…

— У них нет возможностей для этого, — возразил Пол. — Они только что обнаружили, что у них больше нет ни щитов, ни возможности покинуть Арракис.

— Тем не менее, милорд, подготовлен новый командный пункт, — продолжил Гарни.

— На командном пункте пока во мне не нуждаются, — сказал Пол. — Все идет по плану. И нам остается только ждать…

— Сообщение, Муад'Диб! — крикнул сигнальщик от приемника. Он качнул головой, прижал поплотнее наушник к правому уху — Статика!

Покачивая головой, то и дело останавливаясь, он принялся писать. Пол подошел и стал рядом с ним. Фидайкины расступились, давая место. Он поглядел вниз и прочел: «Налет… на стойбище Табр… пленены… Алия (пробел)… семьи (пробел) мертвы… они (пробел) сына Муад'Диба».

И вновь сигнальщик покачал головой.

Пол поглядел прямо в глаза Гарни.

— Какая каша, — пробормотал Гарни. — Статика, не знаю, что и…

— Мой сын убит, — сказал Пол. Выговорив эти слова, понял, что они — правда… Алия в плену, заложницей. Он не ощущал никаких эмоций, лишь одну пустоту. Все, к чему он прикасался, несло смерть и горе. Кто-то внутри, казалось, потер руки и захихикал.

И Пол подумал: «Вселенная еще не знала, что такое истинная жестокость!»