Двадцать четвертого декабря Делия проснулась поздно. Вчера после ужина с Макниллами она чувствовала себя разбитой и забыла, что до Рождества остается чуть больше суток.

И вот сегодня в сочельник она находится одна в своей спальне в отеле «Плаза».

Шторы были раздвинуты, и она видела мягкие хлопья снега, медленно падающие с неба. Ее первой мыслью было позвать Джегера, чтобы он полюбовался этим красивым зрелищем вместе с ней. Но затем она вспомнила, как неловко они оба чувствовали себя вчера, когда пожелали друг другу спокойной ночи, прежде чем он ушел в номер к своему брату.

Во время их вчерашней встречи с его родственниками она заявила, что не выйдет замуж за Джегера. Она сделала ему больно в один из самых важных дней в его жизни. После этого он был холодным и отстраненным и почти не разговаривал с ней. Разумеется, он испытал потрясение, когда увидел своего брата, вошедшего в библиотеку. Она не обиделась на Джегера за то, что по возвращении в отель он оставил ее одну, чтобы провести время с Дэймоном. Но в то же время она чувствовала, что Джегер от нее отдаляется.

Он признался, что его безумно к ней влечет, но ни разу не сказал ей, что любит ее. Ему по‑прежнему нужен только их ребенок.

Перевернувшись на бок, она посмотрела на настенные часы. Они показывали без пяти десять. Делия провела ладонью по лицу. Ничего себе. Она проспала половину утра. Наверное, ее тело нуждалось в длительном отдыхе, чтобы внутри его могла полноценно развиваться новая жизнь.

Делия погладила рукой свой все еще плоский живот. Следующее Рождество она уже будет отмечать вместе со своим малышом. Правда, она не сможет полюбоваться снегопадом, но это мелочи. Гораздо больнее было сознавать, что тогда между ней и Джегером все уже будет кончено. Что их будет связывать только ребенок.

Приподнимаясь в постели, она смяла локтем листок бумаги на подушке рядом с ней. Сбитая с толку, она взяла его и увидела несколько строк, написанные почерком Джегера.

«В гостиной тебя ждет поднос с завтраком. Там же я оставил для тебя наряд. Я хочу, чтобы ты выглядела по‑особенному, поскольку я пригласил особого гостя. Думаю, ты захочешь его сегодня увидеть. Джегер».

Пригласил особого гостя? Он имеет в виду Дэймона или кого‑то из своих нью‑йоркских родственников? Может, Малкольма?

Вчера на короткое мгновение ей захотелось крепко обнять Малкольма. Он был к ней добр. Когда он недвусмысленно намекнул на то, что догадался о ее беременности, она разозлилась на него, но, поняв, что им движет, прониклась к нему симпатией.

Сказав себе, что стала такой эмоциональной из‑за гормональной перестройки, Делия поднялась с кровати и прошла в гостиную. Джегера там не было. Помимо завтрака и пакетов из элитных нью‑йоркских бутиков она, к своему большому удивлению, обнаружила там наряженную елку. Ее ветви были украшены красными бантами, яркими огоньками и фигурками, похожими на… небоскребы?

Заинтригованная, она подошла ближе и обнаружила, что елочные украшения были тематически связаны с Нью‑Йорком. Она увидела Эмпайр‑стейт‑билдинг и Крайслер‑билдинг, освещенные разноцветными лампочками. С другой ветки свисала статуя Свободы. Вокруг были такси, двухколесные экипажи, красные двухэтажные автобусы. Спереди красовалась фигурка отеля «Плаза» с флагами над входом. Помимо этого там были белые фигурки ангелов, дующих в трубы, и миниатюрная копия статуи Атланта у Рокфеллеровского центра, рядом с которой находился каток. Аромат хвои, наполняющий комнату, усиливал ощущение праздника. За окнами, выходящими на Центральный парк, все было покрыто снежным покрывалом.

Неужели все это устроил Джегер? Все, кроме снегопада, разумеется. Даже всемогущие Макниллы не могут диктовать свою волю матери‑природе.

Неужели он таким образом пытается… Нет. Она не собирается тешить себя напрасными надеждами. Она поговорит с Джегером, и они разработают план по совместному воспитанию их ребенка. Он ее не любит, но она не станет предаваться унынию. Ради ребенка она будет разумной и ответственной. Она больше не будет убегать от проблем на водном мотоцикле.

Позавтракав и приняв душ, Делия высушила волосы, надела красное бархатное платье с черным поясом и красные туфли. Все подошло идеально. Из украшений она надела только серьги в виде снежинок.

Посмотревшись в зеркало в спальне, она подумала, правильно ли сделала, надев это после того, что было вчера. Но в то же время, возможно, это был примирительный жест. Ей не хотелось показаться неблагодарной после всего, что сделал для нее Джегер.

В первую очередь они друзья. Ей хотелось, чтобы их дружба продолжилась, но возможно ли это после всего, что между ними было?

Пока эмоции не завладели ей целиком, она сделала глубокий вдох и приготовилась к тому, что ждало ее в соседней комнате. Выйдя из душа, она услышала шаги в гостиной, но не пошла туда в халате. Джегер велел ей нарядиться для встречи с особым гостем.

Открыв дверь, она не поверила своим глазам, увидев рядом с Джегером не кого‑то из Макниллов, а своего отца. Паскаль Рикард сидел на диване, стоящем перед елкой. В руке он держал стакан эгг-нога[2].

— Папа? — тихо позвала она, и он поднялся. Джегер последовал его примеру.

— Привет, Делия. — Ее отец поставил стакан на столик, но не подошел к ней.

Делия посмотрела на Джегера, пытаясь понять, с какой целью он пригласил сюда ее отца. Его щеки и подбородок были гладко выбриты, но под глазами залегли тени. Должно быть, они с Дэймоном вчера засиделись допоздна.

— Я вас оставлю. — Он взял со стула у двери свое пальто. — Мы с Дэймоном договорились встретиться и поговорить о возможной продаже «Транспарент». Мне нужно ввести его в курс дела.

Все еще ошеломленная появлением своего отца, Делия молча кивнула. Когда за Джегером закрылась дверь, она подошла к своему отцу, встала на цыпочки и поцеловала его в обветренную щеку. Она по‑прежнему не понимала, что побудило ее отца оставить свою лодку и прилететь сюда.

К ее удивлению, он обнял ее здоровой рукой и тяжело вздохнул. Положив голову ему на грудь, она обратила внимание на его новый свитер.

— Я не могу поверить, что ты здесь, — сказала она, снова подняв на него глаза. — Дома все в порядке?

— Да, дела идут хорошо. Более чем хорошо. — Он указал ей на диван: — Давай сядем.

— Я не знала, что ты сюда прилетишь, — ответила она, садясь рядом с ним. Рождественская елка перед ними мерцала разноцветными огнями.

— На прошлой неделе я разговаривал с Джегером. — Взяв свой стакан, Паскаль сделал глоток. На столике стояла тарелка с печеньем в виде снеговиков. — Он приехал ко мне и спросил, не хочу ли я прилететь на Рождество в Нью‑Йорк и встретиться с вами.

— Джегер. — Ну разумеется, эту поездку оплатил ему Джегер. Ее отец не стал бы тратить деньги на авиабилеты. — Почему? То есть я хотела сказать, что рада тебя видеть. Меня просто меня удивило, что он ничего мне не сказал.

— Он хотел сделать тебе сюрприз. Признаться, я тоже очень удивился, когда он ко мне приехал. Он извинился за то, что был резким во время вашего визита, и спросил, как он может мне помочь. Сказал, что сделает все для того, чтобы ни ты, ни я ни в чем не нуждались.

— Это было очень внимательно его стороны, — осторожно ответила она, не зная, как ее гордый отец отреагировал на подобное заявление.

— Более чем внимательно, — пробурчал Паскаль, взял с тарелки печенье и отправил его в рот. — Он предложил оплатить ремонт моей лодки и крыши моего дома. Еще он предложил мне и нескольким моим друзьям поставлять рыбу и морепродукты в «Бердсонг Хотел».

— Он это сделал?

Делия понимала, что это означало. Если ее отец примет предложение, ему больше не нужно будет всякий раз беспокоиться о том, как продать свой улов. При мысли о том, что Джегер был готов сделать так много для ее отца и для нее, на ее глаза навернулись слезы. Она была глубоко тронута его заботой.

— Я согласился сотрудничать с отелем его брата, потому что я бизнесмен и мне нужно оплачивать счета. От оплаты ремонта я отказался.

— Но он все равно настоял на своем?

Делия настояла на своем. За два года своей работы в «Макнилл Мэдоус» она хорошо узнала Джегера и была уверена, что он так просто не сдастся. По отношению к ней он был внимательным, заботливым и щедрым.

— Он не принял бы «нет» в качестве ответа. Кроме того, он дал мне вот это. — Достав из кармана куртки, лежащей на подлокотнике дивана, сберегательную книжку, Паскаль положил ее на столик. — В ней указаны наши с тобой имена. Средств, которые лежат на счете, хватит нам для уплаты земельного налога в течение многих лет.

В голосе Паскаля слышалось негодование, смешанное с изумлением. Неужели на ее сурового несгибаемого отца произвела впечатление доброта Джегера?

— Он хороший человек, — сказала Делия.

Ее глаза сильнее зажгло от слез. К сожалению, она не знала, как завоевать сердце Джегера. Может, она сглупила, отклонив его предложение руки и сердца? Да, он ее не любит, но он может столько всего ей дать.

— Меня все это не убедило. — Отец протянул ей тарелку с печеньем: — Попробуй. Оно вкусное.

Она взяла одну штуку, хотя ей было сейчас совсем не до еды.

— Что значит — не убедило?

— Я сказал ему, что мою дочь нельзя купить. — Паскаль неуклюже поставил тарелку на столик, но печенье не рассыпалось. — Знаешь, что он сказал? Что ты, управляя его собственностью, заработала намного больше, чем стоит наша земля. Это правда?

Сердце Делии затрепетало от гордости. Ей было вдвойне приятно, что Джегер не только по достоинству оценил ее работу, но и сказал ее отцу, как много она сделала для «Макнилл Мэдоус».

— Не знаю, папа. Он отсутствовал почти год, и я все это время управляла его собственностью.

Она многого добилась за последние два года, но по‑прежнему жаждала отцовского одобрения.

— В общем, ты выполняла обязанности директора. Я сказал ему, что мы с моей дочерью сделаны из одного теста. Что ни ты, ни я не нуждаемся ни в признании, ни в похвалах. Что мы просто тихо делаем свою работу.

Значит, вот что думал ее отец? Что она не нуждается в оценках своего труда? Что ей не нужно, чтобы ей говорили, как он важна? Теперь ей многое стало ясно.

— Я думаю, что каждый человек время от времени нуждается в признании его заслуг. — Делия положила печенье назад на край тарелки. Она не сможет его съесть, пока не выскажет все, что у нее наболело. Если ей хватило смелости открыть свою душу Малькольму Макниллу, совершенно постороннему человеку, то она определенно сможет все высказать своему отцу. — Когда я росла, мне временами казалось, что ты не замечал, как я помогала тебе по дому и чинила сети перед твоими выходами в море.

— Девочка моя. — Паскаль покачал головой. — Я хвастался всем в городе, что у меня самая трудолюбивая дочь на много миль вокруг.

Он опустил глаза и с минуту молчал. Делия неподвижно сидела и ждала, что за этим последует.

— Делия, я знаю, что не был образцовым отцом, — продолжил он наконец. — Когда ты появилась на свет, я был уже довольно стар. Все эти годы мне так не хватало твоей матери. До твоего рождения я знал ее всего несколько лет. Без нее я прожил больше, чем с ней. Но мне до сих пор ее не хватает. Когда она умерла, в моей душе образовалась пустота, которую ничто не смогло заполнить.

Она увидела в глазах своего отца столько душевной боли, сколько раньше не видела. Он никогда прежде не делился с ней своими чувствами, и она была благодарна ему за откровенность. Когда он говорил о ее покойной матери, она поняла кое‑что для себя. Она поставила себя на место своего отца и поняла, почему не может уйти от Джегера.

Что, если бы с ним что‑нибудь случилось, а она осталась с пустотой в душе? Она всю оставшуюся жизнь жалела бы о том, что впустую потратила время, которое могла бы провести с ним.

Наверное, вместо того чтобы сомневаться в чувствах ее отца к ней, ей следует поделиться с ним своими чувствами к нему.

Накрыв его ладонь своими, она крепко ее сжала:

— Спасибо, что сказал мне все это. Я люблю тебя, папочка. Я очень рада, что у моего ребенка будет такой дедушка.

Паскаль закрыл глаза. Когда после долгого молчания он снова их открыл, она увидела в них нежность.

— Я тоже тебя люблю, девочка. Я не заслуживаю иметь такую хорошую дочь, как ты, но я очень тобой горжусь.

Он обхватил ее рукой и поцеловал в макушку. Прижавшись к нему, Делия позволила себе насладиться драгоценным моментом, о котором она так давно мечтала.

Затем она отстранилась и посмотрела на него:

— Я могу задать тебе вопрос?

— Конечно. — Словно стесняясь открытого проявления чувств, Паскаль быстро взглянул на тарелку с печеньем и взял еще одного глазированного снеговика.

— Что сказал Джегер, чтобы убедить тебя прилететь в Нью‑Йорк?

— Он сказал, что хочет подарить тебе лучшее Рождество в твоей жизни. По какой‑то странной причине он решил, что мое присутствие на празднике доставит тебе удовольствие.

— Знаешь, он был прав. Это лучший подарок, который он только мог мне сделать.

Точнее, один из лучших. Больше всего на свете ей хотелось бы, чтобы Джегер навсегда отдал ей свое сердце, но она сомневалась, что ее желание когда‑нибудь исполнится. Впрочем, это не мешает ей признаться Джегеру в своих чувствах и постараться заслужить его любовь.

Ее отец покачал головой:

— Я знаю, что вел себя не лучшим образом, когда вы с Джегером приехали ко мне. Но новость о твоей беременности свалилась на меня как снег на голову.

Делия помнила, как побледнел ее отец, когда она сказала ему о ребенке. Несомненно, в этот момент он подумал о своей любимой жене, которая умерла при родах.

— Я сама была в подвешенном состоянии. Мне было просто необходимо больше узнать о маме и оценить возможный риск. Именно поэтому я приехала к тебе без предупреждения.

Ее отец провел рукой по своему светлому шерстяному свитеру.

— Помимо поездки в Нью‑Йорк на Рождество я получил в подарок еще и обновку. Это рыбацкий свитер. У меня такого никогда не было. — Он посмотрел на часы: — Мне пора. Я пообещал Джегеру, что дам ему знать, когда мы закончим разговаривать. — Поднявшись, он взял свою куртку.

— Ты так рано уходишь, — сказала она, вставая. — Ты ведь только прилетел. Мне хотелось бы побыть с тобой подольше. Последние два года я была невнимательной дочерью.

Он небрежно махнул рукой:

— Не говори ерунды. Ты управляла отелем и пристанью. Зарабатывала деньги, чтобы мы не потеряли свою землю. Итак, я пошел смотреть достопримечательности. Уверен, вам с Джегером есть чем заняться. Мой номер находится дальше по коридору.

Делия проводила его до двери.

— Значит, мы увидимся сегодня вечером? — спросила она, заключив отца в объятия.

— Нет, мы увидимся завтра. С Рождеством, дочка.

Делия улыбнулась в ответ. Ей так хотелось провести этот праздник вместе со своим отцом. Прежде он много раз уходил в море на Рождество, оставляя ее дома одну.

Глядя ему вслед, когда он шел по коридору, она увидела, как он остановился на мгновение перед дверью номера Дэймона и постучал в нее два раза. Очевидно, Джегер был у своего брата и ее отец дал ему условный сигнал.

Пульс Делии участился, и она, вернувшись в номер, прислонилась спиной к двери, чтобы собраться с духом.

Что ей следует сказать ему после того, как вчера во время их встречи с Макниллами она заявила, что не выйдет за него замуж? Приезд ее отца он подготовил до этого, равно как и сюрприз с елкой. Что, если Джегер ей этого не простит? Что, если вчера она лишила себя последнего шанса быть с ним? Она искренне жалела, что не может взять назад свои слова.

Все, что ей осталось, — это использовать по максимуму время, которое у них осталось. Сделать все для того, чтобы он навсегда запомнил это Рождество.

Прежде чем открыть дверь электронным ключом, Джегер постучал в нее, чтобы предупредить Делию о своем приходе. После того, что вчера произошло в доме Макниллов, они оба чувствовали себя неловко, и он хотел быть с ней как можно более деликатным.

Он понятия не имел, сработал ли его план и удалось ли Паскалю улучшить отношения с Делией. Как они и договаривались, уходя, он постучал в дверь номера Дэймона. Теперь Джегеру нужно было самому поговорить с Делией и попытаться спасти их отношения.

Несмотря на ее вчерашнее заявление, он по‑прежнему собирался на ней жениться. Но он не собирается на нее давить. Он постарается быть терпеливым, выслушать ее, узнать, какие у нее есть опасения, чтобы потом развеять их одно за другим и показать ей, как хорошо им может быть вместе.

— Делия? — позвал он, не увидев ее в гостиной, где стояла елка, которую он заказал ночью.

Персонал отеля помог ему ее нарядить, пока Делия спала.

— Я сейчас приду, — донесся из спальни ее голос. — Мне нужно кое‑что доделать.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, заметив, что за окнами все еще идет снег. Погода словно была с ним заодно в его намерении устроить идеальное Рождество для Делии.

— Хорошо, — ответила она и мгновение спустя пришла в гостиную.

У Джегера перехватило дыхание от ее красоты.

— Ты потрясающе выглядишь, — сказал он, даже не представляя себе, что с ним будет, если она откажется стать частью его жизни.

— Платье очень красивое. — Она подвигала бедрами, и длинный подол закачался.

— Дело не в платье, а в тебе самой.

Она посмотрела ему в глаза, словно пытаясь понять, что у него на уме. Вспомнив, как Дэймон сравнил его с неуступчивым Куинном, он подошел ближе и взял ее за руку.

В другой руке у нее был лист бумаги, и она поспешно отложила его в сторону. Ему было любопытно узнать, что было на этом листе, но он не стал отвлекаться и поднес ее руку к своим губам.

— Я сожалею о том, что произошло вчера в доме моего дедушки, — произнес он.

— А я нет. — Делия закусила губу. — То есть мне жаль, что я расстроилась и сказала в присутствии твоих родственников то, чего мне не следовало говорить. Но мне вовсе не жаль, что потом я успокоилась, поговорила с ними и лучше их узнала. Думаю, Малкольм замечательный человек.

Джегер заострил внимание на первых фразах и пропустил мимо ушей остальное. Он не ослышался? Она жалеет о том, что сказала Макниллам, что они не поженятся?

Он подвел ее к дивану у елки, и они сели на него.

— Значит, сейчас тебе не кажется возмутительным, что Малкольм прозрачно намекнул на то, что догадался о твоей беременности?

— Сейчас я уже спокойна, но вчера меня это возмутило. Именно по этой причине я вспылила и очень об этом жалею. — Она сжала его руку. — Что бы ни происходило в наших отношениях, это должно оставаться между нами, несмотря на все хитрые манипуляции, с помощью которых Малкольм пытается подчинить своих внуков своей воле.

— Что бы ни происходило, — повторил он. — Я так понимаю, ты все‑таки не исключаешь возможность нашего брака?

— Не исключаю, — ответила Делия и отвернулась на мгновение, а когда снова встретилась с ним взглядом, ее глаза как‑то необычно блестели.

— Все это время я была решительно настроена против брака без любви. Но сегодня во время разговора с отцом я поняла, что наш с тобой брак никогда не будет таким. Потому что я люблю тебя, Джегер.

Ее сердце наполнилось радостью. В то же время ему было жаль, что он не сказал первым слова, которые так много значили для нее.

Очевидно, его план по завоеванию ее сердца сработал. Готовясь к идеальному Рождеству для Делии, он сам получил лучший праздник в своей жизни. Потому что она только что сделала ему бесценный подарок.

Теперь можно было отбросить все сценарии и действовать так, как подсказывало сердце.

— Делия, любовь моя. Я много дней придумывал, как доказать тебе, что я тебя люблю и что я достоин стать твоим мужем. Но твое признание показало мне, что три простых слова могут подействовать сильнее, чем все знаки внимания и подарки.

На ее лице появилась счастливая улыбка.

— Когда я увидела елку, в моем сердце затеплилась надежда. После того как я поговорила со своим отцом, я решила рискнуть и сказать тебе о своих чувствах. Кстати, у меня тоже есть для тебя подарок.

Делия потянулась за листком, который отложила в сторону, но Джегер перехватил ее руку.

— Подожди. Позволь сначала мне подарить тебе еще кое‑что. — Он достал из кармана кольцо, которое было изготовлено по индивидуальному заказу. — Делия, ты любовь всей моей жизни. Я был бы на седьмом небе от счастья, если бы ты оказала мне честь, став моей женой.

Она уставилась широко распахнутыми глазами на сердцевидное кольцо, лежащее на его левой ладони.

— Это же сердце.

— Мое сердце принадлежит тебе с того самого дня, когда ты почти врезалась в меня на водном мотоцикле. — Он взял кольцо кончиками пальцев. — Прими его, и оно каждый день будет напоминать тебе о том, как сильно я тебя люблю.

— Да. — Кивнув, она нежно погладила его по щеке. — Да, Джегер, я стану твоей женой.

Когда он надевал кольцо ей на палец, у него перехватило дыхание от переполнявших его эмоций.

— Я обещаю всегда быть рядом с тобой и нашим ребенком, — поклялся он. — Со мной вы ни в чем не будете нуждаться.

— Хочешь посмотреть мой подарок? — спросила она, прижавшись к нему, и ее мягкие волосы коснулись его щеки.

— Ты и так уже дала мне больше, чем я заслуживаю. Но я буду рад любому подарку от тебя.

Тогда она взяла листок, который до этого отложила в сторону, и протянула ему. Это был бланк заявления о регистрации брака, который она, очевидно, нашла в Интернете и распечатала на принтере.

— Я хотела показать тебе, что вчера в доме твоего дедушки я погорячилась.

Джегер поцеловал ее в нос.

— Ты будешь самой красивой невестой на свете.

— Мы можем пригласить твоих родственников? — спросила Делия.

— Конечно. Мы пригласим их всех до единого. Уверен, они с удовольствием придут и порадуются за нас.

Обхватив его своими тонкими руками, Делия прижалась губами к его губам.

«Знает ли она, как сильно я ее люблю?» — подумал Джегер, отвечая на ее поцелуй.

К счастью, у него впереди целая жизнь, чтобы ей это показать, и он собирается начать прямо сейчас.