Красу потребовался целый день, чтобы понять: за ними с Ронином наблюдают.

Еще за полдня он решил, что следит за ними вовсе не Кенарий.

Дракон-маг не знал, кто мог утаить свое присутствие от могучего полубога. Другой полубог? Не похоже. Владыка Леса прекрасно видит все их уловки и знает каждого из их слуг. Ночные эльфы? Крас тут же отбросил это предположение, поскольку ни один смертный не может быть настолько скрытным наблюдателем.

Крас пришел к единственному возможному выводу… тот, кто следил за Кенарием и двумя его «гостями», тоже был драконом.

В свое время драконы посылали наблюдателей, чтобы обнаруживать тех, кто способен на великие свершения – неважно, хорошие или плохие. Шпионов засылали к людям, оркам – к каждой расе. Драконы считали это необходимым злом, ведь без надзора младшие расы часто устраивали всяческие бедствия. Даже в том времени, где они сейчас находятся, должны быть шпионы. Крас не сомневался, что кто-то не сводит глаз с Зин-Азшари… но, как это заведено у его народа, никто ничего не предпримет, пока не будет абсолютно уверен в неизбежности катастрофы.

Однако к тому времени будет слишком поздно.

От Кенария следовало хранить секреты, но одному из своих, даже живущему в прошлом, Крас решил открыть свои тайны. Их с Ронином путешествие наверняка не обойдется без дурных последствий, и если кто и может им помочь, так это драконы… если только они послушают Краса.

Он ждал, когда человек уснет: в такое время Кенарий не стал бы их навещать. Нужды Краса и Ронина удовлетворяли тихие невидимые духи леса. Еда появлялась в назначенное время, а остатки исчезали, как только гости заканчивали трапезу. Все другие вопросы решались похожим образом. Благодаря этому Кенарий мог и дальше советоваться со своими загадочными союзниками – а божества могли вести обсуждения днями, неделями, месяцами и даже дольше, – не беспокоясь о том, что гости умрут от голода в его отсутствие.

Независимо от лунного цикла, поляна оставалась ярко освещенной. Убедившись, что Ронин крепко уснул, Крас тихо поднялся и направился к ограждению из цветов.

Даже ночью они чутко реагировали на его движения. Подойдя к ним поближе и стараясь не задеть, Крас вгляделся в глубь леса, меж темных деревьев. Он отлично знал секретные приемы наблюдения, которые используют драконы, – знал лучше, чем полубог. То, что Кенарий мог упустить, Крас бы точно заметил.

Сначала казалось, будто все деревья выглядят одинаково. Он осмотрел каждое по отдельности, затем сделал это повторно, но не увидел ничего подозрительного. Красу было необходимо поспать, однако он не мог позволить странной слабости взять над собой верх. Дракон-маг боялся, что, единожды поддавшись ей, он больше никогда не сможет восстановить силы.

Его взгляд внезапно остановился на высоком дубе с особенно толстым стволом.

Внимательно осмотрев его, уставший заклинатель воздвиг вокруг своего разума защиту, а затем вновь сосредоточился на дереве.

«Я тебя знаю… Я знаю, кто ты такой, наблюдатель…»

Ничего не произошло. Ответа не последовало. Крас подумал, что ошибся, но многовековой опыт говорил об обратном.

Он попробовал еще раз: «Я тебя знаю… Ты слился с деревом и следишь за нами и Владыкой Леса. Ты хочешь знать, кто мы и почему мы здесь».

Крас почувствовал чье-то неясное присутствие. Наблюдателю не нравилось, что кто-то внезапно вторгся в его мысли, но он все же не хотел выдавать себя.

«Тебе я могу рассказать о том, чего Владыка Леса не знает… но я не стану разговаривать со стволом дерева…»

«Ты подставляешь нас обоих, – последовал наконец чуть заносчивый ответ. – Полубог тоже может следить за нами…»

Дракон-маг был доволен тем, что наладил связь с незнакомцем.

«Ты прекрасно знаешь, что его здесь нет… к тому же ты можешь скрыть нас от чужих глаз…»

Ничего не изменилось. Крас предположил, что был слишком настойчив…

И вдруг от ствола дерева отделилась часть. По мере движения кора на человекоподобной фигуре превращалась в длинные развевающиеся одеяния, а затем Крас увидел очертания узкого лица, затененного особым заклинанием, которое он отлично знал.

Безликая фигура в одеждах древесных оттенков остановилась у границы заколдованной поляны. Скрытые глаза осмотрели Краса с головы до ног. Дракон-маг не видел выражения чужака, но был уверен в том, что разочаровал его.

– Кто ты? – тихо спросил наблюдатель.

– Можно сказать, родственная душа.

– Ты не имеешь понятия, о чем говоришь… – с недоверием произнес незнакомец.

– Я точно знаю, о чем говорю, – твердо ответил Крас. – Я знаю об этом так же хорошо, как знаю, что Алекстраза – Хранительница Жизни, Ноздорму – воплощенное Время, Изера – Королева Сновидений, а Малигос – Хранитель Магии…

Собеседник внимательно слушал Краса, а потом заметил:

– Ты не назвал одно имя.

Сдерживая вздох, Крас кивнул:

– Да, Нелтарион – Хранитель Земли.

– Эти имена известны немногим за пределами моего вида. Под каким именем я могу знать тебя, раз ты мне родственник?

– Я известен как… Кориалстраз.

Незнакомец попятился назад.

– Я не могу не знать имени супруга Хранительницы Жизни, но что-то здесь не так. Я пристально следил за тобой с момента заточения, и ты ведешь себя совсем не так, как мы. Кенарий весьма могущественен, но он не сумеет столь легко пленить того, кого зовут Кориалстраз…

– Я получил тяжелое ранение, – отмахнулся Крас. – У нас нет времени! Мне нужно срочно увидеть Алекстразу и рассказать ей о том, что я узнал! Можешь отвести меня к ней?

– Вот так просто? Самонадеянность у тебя и правда как у дракона! Почему я должен из-за тебя рисковать добрым именем драконов и оскорблять Владыку Леса? Он сразу поймет, что за ним следят, и обязательно примет меры.

– Потому что возможная угроза миру – нашему миру – важнее, чем оскорбленное достоинство полубога. – Сделав глубокий вдох, Крас добавил: – Если позволишь, я покажу тебе, что имею в виду…

– Не знаю, могу ли я тебе доверять, – ответил незнакомец, склонив голову к плечу. – Но, судя по твоему состоянию, бояться мне нечего. Если ты знаешь, как это сделать, то покажи, что же так тебя тревожит.

Крас ощущал растущую неприязнь к этому дракону, но все же удержался от резкого ответа.

– Если ты готов… – начал он.

– Действуй.

Их сознания соприкоснулись друг с другом… и Крас открыл незнакомцу правду.

Под напором напряженных образов дракон-наблюдатель отступил назад. Затеняющее заклинание на мгновение утратило силу, и Крас увидел его лицо, в котором было что-то одновременно от эльфа и рептилии, – оно выражало полнейшее неверие.

Однако тени вновь окутали лицо шпиона. Он явно не сумел еще осмыслить увиденное, но вновь овладел собой.

– Это невозможно…

– А по мне – вполне вероятно.

– Это лишь игра твоего воображения!

– Ах, если бы, – печально ответил Крас. – Теперь ты понимаешь, почему я должен поговорить с королевой?

Его собеседник затряс головой:

– То, о чем ты просишь…

Оба дракона замерли, одновременно почувствовав приближение ошеломляющей мощи.

Кенарий. Полубог внезапно решил вернуться.

Наблюдатель тут же начал отступать. Крас, боясь потерять свой единственный шанс, потянулся к другому дракону:

– Нет. Ты не можешь оставить это без внимания! Я должен увидеть Алекстразу!

Его рука пересекла цветочную границу. Бутоны сразу же широко раскрылись и осыпали его волшебной пыльцой.

Мир вокруг Краса поплыл. Он пошатнулся и упал прямо в цветы.

Внезапно его подхватили сильные руки. Он услышал тихое тревожное шипение и понял, что другой дракон пришел к нему на помощь.

– Как же это глупо с моей ссстороны! – вздохнул спаситель.

Крас мысленно благодарил спутника за его решение, как вдруг к нему пришло мгновенное озарение. Дракон-маг попытался заговорить, но язык его уже не слушался.

Теряя сознание, он думал не о том, как признателен другому дракону за освобождение… а злился на себя за то, что оставил Ронина.

* * *

Пантеры пробирались сквозь густой лес. Брокс мчался так лихо, что едва держался в седле. Он привык ездить на гигантских волках, которых разводили орки, но пантеры двигались совсем иначе, и Броксу было нелегко.

Прямо перед ним скакал Малфурион; он крепко прижался к своему зверю, погоняя его в нужном направлении. Брокс был рад, что спаситель знает путь, но надеялся, что трудное путешествие не займет слишком много времени.

Скоро настанет рассвет. Орку казалось, что это плохо, ведь тогда они будут у всех на виду, но Малфурион считал, что наступление дня им только на руку. Когда рассеивается тьма, магические силы ночных эльфов слабеют, а значит, приближение Лунной Стражи перестанет быть таким уж опасным.

Но, разумеется, придется иметь дело и с обычными солдатами.

Позади Брокс слышал нарастающие звуки погони: горны, отдаленные крики, рычание чужих пантер. Сначала он думал, что у Малфуриона есть в запасе нечто посерьезнее, чем одна только надежда на быстроту их скакунов, но, видимо, другого плана не было. Его спаситель не воин, а просто поборник справедливости.

Черные небеса постепенно серели; вокруг поднимался утренний туман. Орк даже порадовался нежданному мареву, надеясь лишь, что его пантера не потеряет след Малфуриона.

Вокруг него появлялись и исчезали неясные тени. Время от времени Броксу казалось, что он заметил чье-то движение. Орк страстно желал выхватить верный топор, но он остался у ночных эльфов. Малфурион – видимо, из осторожности – не предоставил ему оружия.

Снова затрубил горн, но на этот раз гораздо ближе. Старый солдат зарычал.

Малфурион скрылся в тумане. Брокс выпрямился, пытаясь разглядеть своего спутника и опасаясь, что его животное теперь побежит не туда.

Пантера внезапно завернула в сторону, огибая крупный камень. Орк, застигнутый врасплох, потерял равновесие.

С растерянным рыком Брокс вылетел из седла и покатился по твердой неровной земле в разросшийся куст.

Рефлексы воина дали о себе знать: орк тут же вскочил и хотел было снова оседлать своего скакуна, однако пантера не обратила внимание на упавшего всадника и помчалась дальше, пока не растворилась в тумане.

А преследователи, судя по шуму, все приближались.

Брокс бросился искать хоть что-нибудь похожее на оружие. Он поднял ветку, но та рассы́палась в его мощных ладонях. Лежавшие рядом камни были либо слишком малы, либо неподъемно велики.

Что-то крупное зашуршало в соседнем кустарнике.

Орк собрался с силами. Если это солдат, то он сможет с ним справиться. Если Лунный Страж, шансов на победу значительно меньше, но Брокс будет сражаться до последнего.

Из затянутого туманом леса выскочила громадная четырехлапая тварь.

Брокс обомлел. Это была не пантера. Неизвестное создание рычало подобно волку или собаке, хотя внешне походило на них весьма отдаленно. В холке оно было не ниже орка. Из спины у него торчала пара омерзительных щупальцев, покрытых плотной кожей. Голодная пасть твари, из которой капала зеленоватая слюна, была усеяна рядами хищных зубов.

В сознании орка возникли чудовищные воспоминания. Он уже видел подобных существ, хотя сам с ними не сражался. Свора за сворой, жуткие создания неслись, брызгая слюной, впереди прочих демонов.

Гончие Скверны… Предвестники Пылающего Легиона.

Брокс вовремя очнулся от кошмарных мыслей: тварь мчалась прямо на него. Орк подался вперед и проскользнул у нее под брюхом. Чудище споткнулось, замешкалось и повернуло голову назад к изворотливой жертве.

Брокс крепко ударил тварь кулаком по носу.

Не будь он орком, да еще таким проворным и сильным, Брокс лишь покалечил бы себе руку. Однако он не только застал зверя Скверны врасплох, но и вложил в удар всю свою орочью мощь и ярость.

Ему удалось проломить демонической гончей нос. Тварь оступилась, издав леденящий душу вопль. Из раны закапала густая темно-зеленая слизь.

Хотя рука ныла от боли, Брокс не отводил взгляда от противника. Нельзя показывать зверю, тем более порождению ада, свой страх. Только так орк мог спастись.

Вдруг из тумана выскочила пантера Брокса. Ее рык отвлек внимание гончей от орка, и звери сцепились в яростной схватке.

Брокс понимал, что ничем не может помочь пантере, и стал отступать. Но не успел он сделать и двух шагов, как за его спиной послышалось тяжелое дыхание. Медленно и очень осторожно орк обернулся.

В нескольких шагах от него стоял еще один зверь Скверны, готовый наброситься на Брокса.

Орку больше ничего не оставалось делать – только бежать.

Демон, завывая, погнался за своей добычей. Сражающиеся звери не обратили на них никакого внимания. В груди у пантеры уже зияли две глубокие раны. Брокс мысленно поблагодарил ее за возможность спастись. Он надеялся скрыться от гончей в окутанном густым туманом лесу.

Орк бежал узкими тропками, и огромному зверю Скверны приходилось либо огибать препятствия, либо прорываться сквозь них, давая Броксу фору. Орк не привык убегать с поля боя, но без оружия сразить это чудище было невозможно.

Неподалеку послышались предсмертные стенания пантеры. Брокс понял, что она проиграла схватку. Теперь за ним гнались уже две гончие Скверны.

Отвлекшись на рев пантеры, Брокс перестал смотреть под ноги. Вдруг корень одного из деревьев будто нарочно приподнялся, чтобы схватить орка за щиколотку. Ему удалось не упасть, но он потерял равновесие и его повело в сторону. Орк ухватился за тощее голое деревце немногим выше, чем он сам, но ствол не выдержал и сломался, и Брокс влетел в другое дерево, более крупное и твердое.

Из-за боли орк с трудом мог сосредоточить внимание на приближающейся твари. Деревце осталось в его руке, и Брокс атаковал им зверя, словно копьем.

Демоническая гончая налетела на импровизированное оружие и снесла треть ствола, раздробив верхний его конец в острые щепы. В глазах у орка все расплылось, но он крепко сжал остаток ствола в руках и побежал на чудище.

Удар зверя Скверны превратил ствол в настоящее смертоносное оружие. Брокс приложил все силы и вонзил острый конец дерева в разинутую пасть твари.

Демон отчаянно заскулил и попятился, но Брокс не отступал. Он напряг все свои мышцы, чтобы продавить импровизированное копье еще глубже.

Одно из щупальцев потянулось к орку. Брокс освободил руку, поймал щупальце, потянул за него со всей силы, и оно с мокрым треском оторвалось.

Забрызганные зловонной кровью, передние лапы твари подкосились. Брокс не ослаблял хватку, смещая направление силы вслед за суетливыми движениями противника.

Затем подкосились и задние лапы. Зловещая тварь неистово била хвостом и пыталась достать дерево из глотки. Наконец она переломила «копье» Брокса пополам, но его острая часть так и осталась в пасти.

Орк понимал, что зверь Скверны еще может попортить ему кровь, и потому лихорадочно искал новое оружие…

Но вместо этого он обнаружил, что его первый противник был уже тут как тут.

Тело гончей покрывало множество ран, и, вдобавок к сломанному носу, из правого плеча у нее был вырван целый кусок плоти. И все же казалось, что зверь и сейчас способен прикончить изможденного орка.

Брокс выставил толстый обломок ствола вперед, словно меч. Но он знал, что в этот раз уповать на везение не стоит. У него уже не было сил, чтобы отбиться от чудища.

Тварь напряглась, приготовилась к прыжку…

Но стоило ей оторваться от земли, как сам лес ожил, чтобы защитить Брокса. Сорняки стремительно разрослись и оплели зверя Скверны, едва его лапы оторвались от земли. Полностью обездвиженная, тварь выла, вгрызаясь в траву зубами. Щупальца тянулись вниз, к ожившим растениям, которые удерживали зверя Скверны от добычи.

– Брокс! – раздался зов Малфуриона.

Ночной эльф выглядел таким же слабым и утомленным, как и орк. Малфурион подъехал ближе и протянул Броксу руку.

– Я снова в долгу перед тобой, – прогремел орк.

– Ты мне ничего не должен. – Малфурион перевел взгляд на опутанное растениями чудище. – Тем более что путы не смогут долго его сдерживать.

И действительно, сорняки чахли и хирели с каждым прикосновением жутких щупальцев. Тварь уже высвободила переднюю лапу и, продолжая бороться с путами, все тянулась и пыталась достать до Брокса и ночного эльфа.

– Магия… – вспомнил орк. – Оно пожирает магию…

Хмурый Малфурион помог своему спутнику забраться на пантеру.

– Тогда нам стоит поторопиться, – сказал ночной эльф.

Послышался рог. В этот раз он звучал так близко, что Брокс даже удивился, не увидев горниста. Преследователи из Сурамара были совсем рядом.

Вдруг Малфурион замешкался.

– Они же угодят прямо в лапы этой твари! Если среди них есть Лунные Стражи…

– Если им хватит магических сил, они и сами сразят зверя Скверны, ночной эльф… Но если ты хочешь остаться и помочь им, я тоже останусь.

Для Брокса это означало бы плен или даже смерть, но он не стал об этом напоминать. Малфурион уже дважды спас Брокса, и орк не мог оставить его в беде.

Утренний туман понемногу рассеивался, и вдалеке уже можно было различить фигуры ночных эльфов. Крепко ухватившись за поводья, Малфурион резко развернул пантеру прочь от гончих Скверны и приближающихся собратьев. Он ничего не ответил Броксу. Вместо этого он погнал гигантскую кошку вперед, оставляя обе угрозы позади.

Зверь Скверны, тем временем, освободил уже вторую лапу, но все его внимание теперь занимала новая приближающаяся добыча.

* * *

Ронин очнулся, ощутив необъяснимое беспокойство.

Он не шевелился, лишь приоткрыл глаза и увидел залитые лучами солнца деревья, зловещую линию цветов-стражей и траву, на которой лежал.

Чего он не увидел, так это следов Краса.

Чародей сел и начал высматривать дракона-мага. Безусловно, Крас должен быть где-то поблизости.

Но после тщательного осмотра просеки волшебник понял: Краса здесь нет.

Ронин осторожно поднялся и направился к краю поляны. Цветы повернулись к нему, широко раскрыв лепестки. Чародей очень хотел проверить, насколько могучи эти стражи, но понимал: полубог не оставил бы их здесь, будь они неспособны справиться с простым смертным.

Он повернулся к лесу и тихо позвал:

– Крас?

Ответа не было.

Ронин хмуро смотрел на деревья, обрамляющие место его заточения. Что-то изменилось, но волшебник не мог понять, что.

В раздумьях он ступил назад и вдруг понял… Он стоял в тени.

– Где второй? – грозно спросил Кенарий. В ясном небе вдруг загрохотало, и откуда ни возьмись явился суровый порыв ветра и ударил человека. – Где твой друг?

Глядя на полубога, Ронин оставался невозмутим.

– Не знаю. Я только пришел в себя, а его нет.

Рогатый златоглазый полубог нахмурился, и от его взгляда по коже Ронина побежали мурашки.

– В мире ощущаются тревожные знамения. Иные только сейчас почувствовали присутствие неестественных сил, рыщущих в поисках чего-то… Или кого-то, – он тщательно осмотрел волшебника. – И явились они сразу вслед за тобой и твоим другом.

Ронин мог лишь догадываться, о каких силах он говорит. А раз так, то у них с Красом оставалось еще меньше времени, чем они думали.

Кенарий, видя, что его «гостю» нечего добавить, сказал:

– Твой друг не мог бежать без помощи, но он оставил тебя. Почему?

– Я…

– Среди прочих были и те, кто требовал немедленно доставить тебя к ним для более подробного расспроса, чем мой, дабы выяснить, зачем ты здесь и почему ночные эльфы так тобой интересуются. И вплоть до настоящего момента я убеждал их, что этого не требуется.

Благодаря обострившимся чувствам, Ронин вдруг заметил присутствие еще одной могущественной силы, по природе схожей с силой Кенария.

– Теперь я вынужден уступить большинству, – нехотя закончил Владыка Леса.

– Мы слышали твой зов, – пробурчал тягучий, глубокий голос. – Ты признаешь, что был неправ…

Волшебник попытался развернуться, чтобы увидеть говорящего, но ноги и тело его не слушались.

Нечто более огромное, чем Кенарий, возникло за спиной у Ронина.

Кенарию его слова явно не понравились:

– Я лишь признаю, что необходимы другие меры.

– Правда раскроется, – тяжелая, покрытая шерстью рука с мощными когтями опустилась на плечо Ронина и до боли крепко его сжала. – И раскроется скоро…