…«Надо позвонить домой», — понял Саша, отвлекаясь от воспоминаний. Родители волнуются, по утреннему телефонному разговору это было хорошо заметно. Они же отвечают за его выращивание. Перед государством, например, или перед армией…

Он нырнул в телефонную кабину.

Подошел папа.

— Саня! — раздался в трубке на удивление спокойный голос. — Ты где шляешься, мать беспокоится.

— Да я тут с другом…

— Вре-ешь, парень, просто порки испугался! Честно скажи, испугался?.. Ладно, дуй домой, я уже поостыл. Отложил ремень до следующего раза, ха-ха! Небось голодный?

Саша заулыбался. Его отражение в стеклянной двери тоже.

— Папа, ел я, несколько раз!

— Я тоже, бывало, когда от твоей бабули бегал, целыми сутками не жрал, — хмыкнул папа. — Давай быстренько домой, тут дядя Сева пришел, слышишь, зовет тебя? — Послышалась возня, папино хихиканье и сочный вопль дяди Севы: «Куда крестника моего подевали, подлецы!»

— Па, мне еще нужно к товарищу зайти, можно?

— К какому товарищу? — отчего-то запыхавшись, спросил папа. И рявкнул в сторону: — Да отцепись, Всеволод, больно же!

— Ну, к Хлумову! Помнишь, тебя в прошлом году вызывали в школу, я ему глаз подбил.

Папа помедлил.

— Хлумов? Сын Андрей Андреича? — Слышно было, как он сглотнул. — Ты подружился с сыном Андрея Андреевича?

— А что тут такого? — удивился Саша. — Он сам со мной подружился.

— Ладно, неважно… — Папа явно заволновался. — Санька, знаешь, я ведь через Хлумова, то есть через отца твоего Хлумова, импортный компьютер достаю, сам понимаешь, не за полную стоимость… Так ты у них и дома бываешь?

— Я там ночевал сегодня.

На другом конце провода судорожно хохотнули. Потом крикнули: «Слышишь, мать, это он у Хлумова ночевал! Ну у того, из Управления линейных перевозок!» А потом аккуратненько посоветовали: Саша, ты с ними не заедайся, попридержи дурь. За столом не хватай, как привык. Что еще?.. Про меня лишнего не болтай. Допоздна не сиди, к десяти чтоб дома был…

— Буду, — пообещал Саша и повесил трубку.

«Вот теперь даже отец родной велит к Хлумову идти, — усмехнулся он. — Придется исполнять… А интересно, Хлумов даст „за так“ игры скопировать, когда у нас свой компьютер будет? Или побоится, что я ему конкуренцию составлю?»

Он вышел из кабины. И тут же столкнулся с Леной Печкиной. Печкина шагала прямо по лужам, не разбирая дороги, хотя на ногах у нее были не резиновые сапоги, а туфельки. Сгорбленная, лицо мокрое от дождя, походка разболтанная — ее просто невозможно было узнать. К тому же не в новой куртке, а в коротком прошлогоднем пальтишке. И Токарева она не заметила. Он догнал се, схватил за рукав.

— Печка, ты что, нанюхалась чего-нибудь?

Она будто проснулась:

— А-а, Сашка… Здравствуй.

— Куда летишь?

Оказалось, Лена летела к Хлумову. Тот ведь обещал ей, что за хороший товар сразу пустит поиграть с компьютером. И товар был хорош! Она безразлично показала полиэтиленовый пакет, набитый пластинками. Токарев опытным взглядом распознал несколько своих — тех, что были подарены ей на день рождения. Еще она похвасталась пачкой мятых денег мелкого достоинства и сообщила, что выручила за куртку целых тридцать рублей… В общем, посмотрел Саша на Печкину, послушал ее монотонный запинающийся голосок и обеспокоенно сказал:

— Печка, ты, наверное, заболела. Пластинки-то зачем? И к Хлумову не надо, давай, лучше я тебя домой отведу.

Домой Печка не хотела. И стоять на месте больше не собиралась. Болтать можно и по дороге, так что не пойти ли стремительным шагом к Хлумову? Тем более Токареву, кажется, тоже в ту сторону надо?

Они пошли. Токарев еле поспевал за Печкиной, иногда даже приходилось сбиваться на ходьбу вприпрыжку. Набрав скорость, Лена стала щедро делиться наболевшими мыслями о беспросветной скуке этой жизни, о полном отсутствии кайфа как в школе, так и дома, о массе надоевших, ненужных действий, которые она почему-то обязана выполнять изо дня в день. Выслушав, Токарев искренне удивился: зачем же в таком случае она таскается к Хлумову? Как зачем! Потому и таскается. Хлумов, конечно, еще та свинья, но с его ЕДИЗом можно окунуться на часок-другой в настоящую жизнь. Только узнав настоящую жизнь, она окончательно поняла, какая свинцовая мерзость вокруг. И он, Токинг, скоро поймет…

Токареву было не по себе. Что-то явно разладилось в мозгах у Печкиной. А от ее последнего пророчества вообще дрожь брала. «Действительно, я ведь тоже к Хлумову шляюсь при каждом удобном случае уже второй день, — испугался он. — И сейчас убеждаю себя, что мне все до фени, а сам-то жду не дождусь, когда снова за клавиши сяду. Может, и у меня мозги того…»

До Хлумова добрались быстро.

На двери висела записка: «Отправился по вызову смотреть ресурс. Вернусь в 20.00. Печкина, тебе выделено время, начиная с 20.30, при условии обеспеченности очками. В противном случае ты будешь справедливо прогнана».

Токарев взглянул на часы, единственную личную вещь, которую он пощадил. Было почти семь вечера.

— Ой, как долго ждать, — вздохнула Лена. — Полтора часа… Пошли ко мне, Сашка, почитаем инструкцию по обращению с компьютером, Хлумов вчера выдал. Я там что-то плохо понимаю.

— Ты мне баки не забивай, — засмеялся Саша. — А что ты понимаешь хорошо? Небось опять плясать захотела!

— Глупо, — строго заметила Лена. — Ты совершенно не развиваешься, Саша.

— Зубри сама инструкцию, если такая развитая! А то Хлумов с лестницы спустит.

Печкина посмотрела на него похожими на пуговицы глазами. Ни слова не сказав, зашагала вниз по ступенькам. «Ну и походка у нее стала, — подумал Токарев. — Как у динозавра из фильма. Эх, что с девчонкой сделалось…»

Совершенно неожиданно у него появился план. Не только план, но и поразительная догадка! Для того чтобы проверить догадку, необходимо было срочно попасть в квартиру Хлумова. Именно сейчас, пользуясь отсутствием хозяина.

Проблемы не возникло. После сегодняшних особых операций Токарев усвоил: если путь преграждает дверь, ее вполне можно вскрыть. Даже нужно. Тем более это ведь так просто! Пустить ма-аленький вихрик… Впрочем, с замком пришлось повозиться: долго сопротивлялся, мерзавец. Саша немного запыхался, пытаясь сконцентрироваться. И с тоской осознал, что прав Хлумов, его энергия действительно не безгранична. Энергия вполне может и кончиться. Или уже кончается, на самом донышке осталось?.. Замок наконец сдался. Токарев поднажал плечом, дверь со щелчком распахнулась…