Туры жили и в Европе, и в Азии, и в Африке. Об этом свидетельствуют многочисленные находки различных вещей, на которых изображен дикий предок афро-азиатских коров и быков. Когда он перестал быть диким и когда его потомки стали домашними, сказать трудно. Во всяком случае, на дикого тура еще охотились и через много тысячелетий после того, как уже были одомашнены его родственники. А одомашнены они были давно. Ученые считают, что крупный рогатый скот был приручен примерно 10 тысячелетий назад. Это, конечно, очень приблизительно, так что ошибка на тысячелетие допустима. Но если о времени приручения мы имеем хоть какое-то представление, то где это произошло, до сих пор неизвестно.
Пастухи доят коров. Наскальное изображение, найденное в Сахаре и относящееся ко 2–1 тысячелетию до нашей эры.
Одно время считали, что это произошло в Древнем Египте.
Египетское государство образовалось в 3200 году до нашей эры, когда отдельные разрозненные общины — номы — объединились. И с этого времени ведет свой счет египетская культура. Древние египтяне не только умели строить города и ирригационные сооружения, они умели хорошо рисовать, они уже обладали иероглифической письменностью. Благодаря этому мы не только знаем, какие животные были в Древнем Египте, но знаем и как с ними обращались, знаем даже, сколько животных было у некоторых египтян. Так, например, запись на гробнице главного жреца Харра, жившего примерно 4200 лет назад, сообщает, что он владел 1055 головами крупного рогатого скота. Были скотовладельцы, имевшие по 1300–1500 голов, а у одного было даже около 5 тысяч коров, быков и волов. Конечно, такие стада могли принадлежать только очень знатным вельможам древнего царства.
В едва появившемся египетском государстве скотоводство было уже широко развито. Значит, скот был приручен гораздо раньше. Но не в Египте, а, скорее всего, в прилегавших к нему землях. Одни ученые считают, что это произошло в Северной Африке и в Сахаре, которая тогда была отнюдь не пустыней, а цветущей долиной, другие называют родиной домашнего скота Судан, третьи связывают появление домашнего скота с Азией. «Во всяком случае, еще до образования египетского государства, — пишет С. Н. Боголюбский, — на обширных, сопредельных с этим будущим государством землях животноводство уже окрепло».
Недавние открытия советских ученых позволяют предположить, что впервые рогатый скот был одомашнен в Двуречье. Во всяком случае, именно там, в Санджарской долине, на территории теперешнего Ирана, появилась одна из первых земледельческих культур, и именно там, в слоях земли, относящихся к VI тысячелетию до нашей эры, советские археологи нашли кости крупного рогатого скота.
Скотоводство в Древнем Египте было очень важной отраслью хозяйства.
Но египтяне не только взяли у своих соседей одомашненных животных, но и значительно продвинули вперед животноводство.
С изобретением сохи (это произошло в конце IV тысячелетия до нашей эры) у крупного рогатого скота, как принято называть быков, коров, волов, появилось новое назначение: на нем стали пахать. Причем в соху чаще запрягали коров — они были спокойнее быков, ими было легче управлять, а для вспахивания мягкой почвы, видимо, очень уж большой силы не требовалось.
Быков чаще использовали для обмолота зерна на гумне — их гоняли взад и вперед по снопам.
Коровы не только пахали, но и снабжали египтян молоком. Египетские художники довольно часто изображали сцены дойки коров. Благодаря этому мы сейчас знаем, что коровам в Древнем Египте во время дойки связывали задние ноги, знаем, что обычно коров доили подростки, но обязательно в присутствии пастуха и старшего пастуха (такая пастушья иерархия была в Египте: подпаски, пастухи и старшие пастухи).
Пастухов в Египте было очень много, и они имели немало обязанностей: пасли скот и охраняли его, помогали коровам при родах, доили их и откармливали телят в хлевах.
Значение крупного рогатого скота было так велико, он играл такую роль в жизни страны, что египтяне объявили этих животных священными.
Коровы были посвящены богине Изиде, быки же жили в роскошных храмах, им поклонялись, их кормили отборной пищей, купали в ваннах с благовониями, им прислуживал целый штат жрецов. Правда, пользовались таким почетом лишь те быки, у которых имелись определенные признаки, свидетельствующие о святости1.
Долгое время среди западноевропейских ученых было распространено мнение, что причиной одомашнивания животных послужили религиозные, мистические мотивы. Первобытный человек, мол, теряясь перед силами природы, поклоняясь всему подряд, поклонялся и животным. А ухаживая за священными животными, он в конце концов приручил некоторых из них и одомашнил.
То, что первобытный человек терялся перед непонятными силами природы, несомненно. И то, что он наделял животных несвойственными им чертами и даже поклонялся многим, тоже очевидно. Однако отнюдь не это явилось главной причиной одомашнивания животных. Не случайно в Египте к священным животным относили лишь тех, которые считались полезными. А так как коровы были, пожалуй, самыми полезными, то и стали самыми почитаемыми. Тем не менее священных животных (конечно, не тех единичных, избранных, которые содержались в храмах) по-прежнему заставляли пахать и молотить, их доили, даже употребляли в пищу их мясо (правда, по особым случаям. А телятину вообще могли есть только цари).
Иногда случалось поработать даже священному быку. При вступлении на трон нового фараона этого быка запрягали в плуг, и властитель страны проводил плугом несколько борозд на поле.
Священными коровы считались и в Иране. Иранцы очень ценили их. «В коровах наша сила, в коровах наша потребность, в коровах наша речь», — говорилось в иранской священной книге.
Однако тут же подчеркивалась практическая значимость животных: «… в них наша победа, наша пища, одежда, земледелие».
Таким образом, не религия привела к одомашниванию животных, а наоборот — одомашненное и ставшее очень полезным животное превратилось сначала просто в «высокоуважаемое», а затем — в фетиш, божество.
Так было в Египте, так было в других странах и, очевидно, в Индии.
Индия, страна, когда-то населенная дравидами, была одной из самых развитых. Уже в начале третьего тысячелетия до нашей эры дравиды вели обширную торговлю, занимались земледелием, имели ирригационные системы, у них были прекрасно развиты ремесла.
В середине второго тысячелетия до нашей эры в Индию вторглись арии, вторглись со своими огромными стадами, которым эти скотоводы-кочевники уделяли главное внимание. С приходом ариев крупный рабочий скот прочно вошел в быт Индии. Скота становилось все больше и больше. Вождь племени назывался «гопати», что значит «обладатель коров», слово «война» — «гавишти» — переводилось как стремление приобрести коров. То есть войны объявлялись главным образом для того, чтоб приобрести побольше скота.
Чтоб создать пастбища, стали даже выкорчевывать целые участки джунглей. Вместе с тем все больше укреплялся в стране культ животных.
Даже дождь, считали индусы, не что иное, как молоко небесных коров, которых с громом доит властелин неба бог Индра. А окончание грозы знаменуется радугой — «гопати тахоной», что в переводе значит «супругом коровы».
Объективно в некоторых странах культ крупного рогатого скота сыграл положительную роль: почитание животных обязывало к хорошему отношению к ним, к бережной заботе о них, к лучшему их содержанию.
За обожествлением животных последовал культ жертвоприношений. А так как богам надо было давать высококачественные дары (мясо же принесенных в жертву коров шло жрецам), стали выводить особые, улучшенные породы.
Рельеф с быком из храма в Ангкоре. (Камбоджа, XII век.)
Однако нередко культ животных принимал уродливые формы. Истинное назначение коров забывалось, животные становились фетишем. Они уже не только переставали служить человеку — они превращались в обузу. Особенно ярко проявился культ животных, и в частности коров, в Индии. Не изжит он там и до сих пор.
Как считают специалисты, Индия, занимающая одно из первых мест в мире по количеству коров (в стране насчитывается в настоящее время примерно 200 миллионов голов), могла бы выручать от экспортирования говядины огромные суммы. Однако в стране действует закон, запрещающий убивать коров. И 99 процентов этих животных умирает от старости. Естественно, что их мясо непригодно в пищу, молока такие коровы тоже не дают. (Лишь 10 процентов коров, имеющихся в Индии, дают молоко.)
Правда, положение постепенно меняется, и хоть кровавые «коровьи бунты», которые не раз в защиту коров поднимали религиозные фанатики, — не такое уж далекое прошлое, передовые люди Индии ведут упорную борьбу за обновление поголовья скота, за отмену закона о неприкосновенности коров. Ведь это не просто частный вопрос сельского хозяйства — это вопрос здоровья и жизни сотен тысяч людей!