Трудно поверить, но сегодня ровно месяц, как они женаты. Райская неделя в Раротонге и та волшебная ночь любви остались в прошлом, стоило им вернуться в заснеженный Нью-Йорк и приступить к работе. Имоджин хотелось отметить эту дату изысканным ужином, и Дион с удовольствием вызвался ей помочь.

Если бы на дворе стояло лето или хотя бы весна, она могла бы устроить романтический ужин на открытой веранде. Но в разгаре зима, и придется ужинать в столовой. А что, если устроить пикник перед камином на ковре в библиотеке?

Имоджин задумалась. Говядина «Веллингтон», праздничное блюдо — на полу? Нет, не лучшая идея. Придется довольствоваться столовой.

Несмотря на решение узнать друг друга ближе, оба были вынуждены с головой окунуться в работу. Выходные тоже были заняты. В первый же уик-энд они полетели в Сиэтл на похороны лучших друзей Гейлана. Это было очень печальное событие. Но вид сплоченной семьи Хорват, готовой помочь, пролил бальзам на ее душу. Гейлан, без сомнения, всей душой любил Элли и станет хорошим опекуном. Но для Имоджин было откровением узнать, что и Валентин проявляет заботу о девочке. Это черта характера ее приятно удивила. Она поняла, что и о своих детях он будет также заботиться.

Имоджин бросила взгляд на календарь. Еще два месяца, и им придется принимать решение, состоится ли их брак. Хотя она не видела признаков того, что в браке Валентин станет похожим на ее отца, у нее возникло ощущение, что он что-то ей недоговаривает. Да, они практически все вечера проводили вместе, беседуя о политике, музыке, театре, работе. Тем не менее им чего-то явно не хватало. Она узнала много нового о детстве Валентина, о его неуемной тяге к знаниям и желании постоянного самосовершенствования. Эта жажда знаний умиляла и восхищала. В мире его бизнеса все можно было просчитать и предусмотреть. Улыбка заиграла на губах Имоджин, когда она представила, как бы Валентин справился, если бы проработал хотя бы неделю в одном из ее центров дошкольного воспитания. Дети разного возраста, с разными способностями и желанием учиться. Одно неизменно в системе дошкольного воспитания — ни один день не похож на другой.

Имоджин мечтательно вздохнула. Как же она соскучилась по детям. Они так радостно и быстро впитывают знания, лишены предрассудков и уверены, что им все по плечу. Она с нетерпением ждала возвращения к практической работе. Теперь уже скоро. В следующем месяце будет назначен новый исполнительный директор, и она снова сможет учить детей. Перемены в жизни реально происходят. Она теперь знает это по собственному опыту. Следовательно, логично было бы предположить, что, если Валентин и обманул ее семь лет назад, сейчас он способен измениться. Ей нужно отпустить прошлое и жить настоящим. Начать с чистого листа, что они и пытаются делать каждый день.

В духовке запищал таймер, отвлекая ее от размышлений. Она пошла было проверить говядину, но в этот момент зазвонил телефон. Она узнала мелодию. Валентин.

Имоджин испытала приятное волнение, услышав бархатный баритон:

— Имоджин? Как дела?

— С нетерпением жду твоего прихода, — ответила она прямо. Хватит ходить вокруг да около. Пора брать быка за рога и признаться себе в том, что муж ей небезразличен. — Я приготовила тебе сюрприз.

Возникла пауза. Валентин, наверное, переваривал ее слова. Сердце Имоджин упало.

— О, Джини, — вздохнул он с явным сожалением. — На работе возникли неотложные дела, мне придется задержаться. Я поэтому и звоню.

Имоджин отметила, что он впервые назвал ее уменьшительным именем, которое сам придумал. Она расценила это как проявление чувства и растущее доверие. Ей стало приятно. Она постаралась скрыть разочарование, что ее план потерпел неудачу. Голос Валентина был усталым. Он чувствовал себя виноватым. Имоджин постаралась сгладить ситуацию.

— Не стоит беспокоиться, Валентин. Я дождусь тебя. А сюрприз устрою в другой раз.

— Мне правда очень, очень жаль, — снова повторил он. — Если бы я мог, обязательно вернулся бы пораньше. У нас намечается крупная сделка, а в финансовую документацию закралась ошибка, которую нужно срочно устранить.

— Я понимаю. Такое случается. Не переживай, пожалуйста.

— Со времени нашего возвращения я постоянно занят работой и не уделяю тебе должного внимания. Мне так неловко. У меня были совсем другие планы.

Имоджин показалось, что они снова вернулись в прошлое. Он целыми днями на работе, а она ждет его дома. Правда, сейчас и она занята не меньше Валентина. Ей часто приходилось задерживаться на работе последнее время из-за отбора кандидатов на должность исполнительного директора. Иногда она возвращалась позже Валентина. Как глава крупного бизнеса, она понимала его.

— Валентин, не волнуйся. Сюрприз подождет.

— Обещаю компенсировать.

— Ловлю тебя на слове, — улыбнулась Имоджин.

Они попрощались. Имоджин оглядела кухню, в которой царил рабочий беспорядок после готовки. Да, она разочарована, но, по-крайней мере, сдержалась и не стала выговаривать ему, как в былые времена. Это был шаг вперед. Ее размышления прервал вошедший на кухню Дион.

— Мистер Хорват звонил? — спросил он.

— Да. Похоже, он сильно задерживается на работе.

— Жаль. Хотите я приберусь на кухне?

Имоджин на мгновение задумалась, а потом отрицательно покачала головой:

— Нет. Лучше подскажите, как мне доставить ему ужин. Как говорят, если гора не идет к Магомету, Магомет приходит к горе.

Морщинистое лицо пожилого камердинера расплылось в улыбке.

— Вот это верное решение, миссис. У меня есть специальный складной столик-тележка. Все будет в лучшем виде.

— Отлично. Благодарю вас, Дион. Ваша помощь неоценима.

— Я для того здесь и служу, — блестя глазами, ответил он.

После разговора с Имоджин Валентин никак не мог сосредоточиться на работе. Цифры и таблицы на экране расплывались. Валентину все еще слышались нотки разочарования в голосе Имоджин, когда сообщил, что не придет к ужину. Неожиданно его взгляд упал на дату в правом нижнем углу компьютера. Какой же он идиот. Как он мог забыть, что сегодня месяц со дня их свадьбы. Она хотела это отметить.

Валентина охватило чувство вины. Его одержимость работой служила причиной их ссор и в первом браке. Правда, бурное выяснение отношений обычно заканчивалось не менее бурным примирением в постели и обещаниями исправиться. Вот и сейчас история повторяется. И с этим нужно что-то срочно делать.

Его раздирали противоречия. Инстинкт настаивал бросить все и отправиться домой к жене. Логика твердила, что анализ графиков поможет найти ошибку. Карла практически не ошибалась в расчетах, но на этот раз вкравшаяся ошибка может дорого обойтись компании.

Какое-то движение у двери заставило его оторваться от монитора. Он не поверил своим глазам. В кабинет входила его жена в светлом кашемировом пальто и на высоченных шпильках, подчеркивающих ее стройные длинные ноги. Каштановые локоны собраны на затылке, в ушах поблескивают бриллиантовые капельки на пусетах. Валентин почувствовал возбуждение, но смог его побороть, что вошло в последнее время в привычку.

— Имоджин? Вот так сюрприз! — изумился он, направляясь ей навстречу.

— Надеюсь, сюрприз приятный, — ответила она, придерживая дверь ногой, пока вкатывала тележку.

Кабинет наполнился вкусным ароматом.

— Ты привезла мне ужин? — Валентин буквально прирос к полу.

— С первым месяцем свадьбы, — ответила она с довольной улыбкой на лице. — Где мы можем расположиться на ужин? — деловито спросила она.

Валентин все еще молчал, шокированный ее появлением.

— Как насчет того, чтобы поужинать у окна? Дион сказал, что тележка раскладывается в небольшой столик. Если ты принесешь пару стульев…

Она указала на стоящие у переговорного стола стулья для посетителей, и Валентин поспешил выполнить ее просьбу. Имоджин сняла пальто, и Валентину снова пришлось успокаивать расшалившееся либидо. На ней было короткое обтягивающее платье пурпурного цвета с длинным рукавом и вырезом лодочкой, казавшееся довольно скромным на первый взгляд. Но когда она повернулась спиной, чтобы разложить столик, Валентин остолбенел. Спина была открыта ниже талии. У него пересохло во рту. Он крепче вцепился в спинку стула, который нес. Его тело горело.

Имоджин тем временем накрыла стол белоснежной скатертью и сервировала на двоих. Она даже привезла маленькую хрустальную вазочку с букетиком цветов. Она, казалось, не замечала его состояния. Или делала вид? Они женаты месяц. Он ухаживал за ней, насколько позволяла загруженность работой. Они соблюдали соглашение. Может, она готова к следующей ступени?

— Я хотела захватить свечи, но не знала, какие тут у вас правила относительно открытого огня.

Валентин не находил слов. Она затеяла все это ради него? Нет, поправил он себя, ради них. И это делало ее приход совершенно особенным. Он принес второй стул. А затем притянул Имоджин к себе.

— Ты невероятная женщина, — хрипло пробормотал он. — Спасибо тебе.

— Если я что и поняла за прошедшие семь лет, так это то, что, если хочешь чего-то добиться, надо действовать, а не сидеть сложа руки. И не ждать, что кто-то сделает это вместо тебя.

Он посмотрел в ее зеленые глаза и понял, что снова влюблен. Вот оно, настоящее чувство. Он был кретином, когда позволил ей уйти. Теперь он не повторит ошибку.

— Давай поедим, пока не остыло, — предложила Имоджин, прервав его мысли.

— Конечно. — Валентин неохотно выпустил ее из объятий. — Ты все это сама приготовила?

— Мне немного помог Дион, — призналась Имоджин. — Но он только руководил. За его сдержанной внешностью таится душа романтика.

Валентин подумал, что Диона, скорее, вдохновляло присутствие красивой женщины.

Валентин помог Имоджин сесть за стол, отодвинув ее стул. Будь они нормальной супружеской парой, он непременно поцеловал бы ее в открытую шею. Но у них соглашение. Они работают над собой, стараясь развеять подозрения и неправильные представления друг о друге. В первом браке сказывалось отсутствие опыта совместной жизни. Они шли на поводу эмоций и слушали только тело, а не разум. Неудивительно, что брак потерпел неудачу. Сегодня они строят отношения по-другому. Учатся взаимному уважению и доверию.

Валентин приглушил освещение в офисе, оставив гореть один светильник в углу. Это придало вечеру более интимную атмосферу. Они отдали должное говядине «Веллингтон», которую Валентин назвал кулинарным шедевром, запивая ее коллекционным красным вином из его бара.

— Никогда не предполагал, что у тебя скрытый талант к высокой кухне, — сказал Валентин.

— Я и сама от себя не ожидала, — призналась она.

— Да ладно, — ухмыльнулся он. — Не говори, что ты не добиваешься цели. Ты дотошная и в этом похожа на меня. Ни ты, ни я не признаем поражений.

Он снова поднял бокал.

— За тебя.

— Валентин? — хрипло произнесла она.

— А? — Он посмотрел на нее и увидел в ее глазах неприкрытый голод. Его пронзило острое желание. — Скажи, что ты думаешь о том же, о чем и я.

Она ответила игривым взглядом:

— Ну это смотря о чем. Может, ты первым поделишься своими соображениями?

— Я всегда предпочитаю словам дела.

— В таком случае покажи.