Батя как придёт с шахты, отоспится и бегом на огород, к свиньям, в столярку… Опять же, дров наруби, воды, опилок наноси, навоз перелопать и так далее. Соответственно и ел много. А как нажрётся, то из маленькой кружки пьёт чай с конфетами. Сколько конфет ни положи — все умнёт! Однажды насчитав после него двадцать два фантика, мать всплеснула руками:

— Да жопа же слипнется!

А ему, дурачку, всё весело, Иван зовёт меня:

— Инн, иди посмотри, слиплась у меня жопа или нет?

Я фыркнула:

— Там и смотреть нечего, твои геморройные шишки никакими конфетами не залепишь!

Отец расстроился:

— А ежели мёдом попробовать?

Я ехидно развела руками:

— А где мы столько мёда наберёмся? Нет на Сахалине пчеловодов! Говорила я вам, что хочу пасечником стать. Нет же, вам институты подавай! Дулю теперь тебе, а не мёд! Вот и ходи со своим геморроем, мучайся.

Тятька крякнул и зыркнул на жену:

— Валь, может и правда, пущай девка в пчеловоды идёт.

Валентина ойкнула и схватилась за сердце:

— Ничё, Вань, с геморроем можно жить. Срастётся как-нибудь сам. Вареньица принести?