Тесс радостно вздохнула, закрыла глаза и повернулась к теплому сицилийскому солнцу.

Ветер обдувал ее лицо, пока Стефано вел винтажный красный автомобиль. Она закрыла волосы шарфом, надела платье без рукавов и сандалии. Тесс оглянулась на заднее сиденье, на котором расположилась радостно лепечущая Эсме.

Как только они прилетели на Сицилию на личном самолете Стефано, Тесс почувствовала себя свободной и беззаботной. Их сопровождали телохранители, помощники и верная няня. Стефано уже не надевал деловые костюмы, а носил черную футболку и джинсы, которые облегали его мускулистые ноги.

Они проезжали через городок Рагуза, где Тесс изумленно посмотрела на старый особняк с каменными барельефами на балконах.

– Замок Закко, – сказал Стефано.

Она подняла брови.

– Закко?

Стефано фыркнул:

– Он не наш. Его построила другая семья. Наш замок маленький и находится в горах.

Они проехали по узкой прибрежной дороге вдоль кобальтово-синего моря, мимо апельсиновых и оливковых рощ. Когда дорога стала подниматься в гору, по обеим ее сторонам появились виноградники со зреющими ягодами. Вдалеке виднелась деревня.

– Деревня Джореале, – тихо произнес Стефано. – Она наполовину разрушилась во время землетрясения в 1961 году. Все, что осталось после этого, загубил мой отец.

Тесс разглядывала очаровательные розовые здания с лепниной и свежевыкрашенными зелеными ставнями. Повсюду было много цветов, на улицах стояли новые машины. В центре деревни, рядом с небольшой ухоженной церковью, находилась площадь с уличными кафе и фонтаном, где было полно туристов.

– Ты говорил, что от деревни остались только руины, – выдохнула Тесс, когда их кабриолет замедлил ход. – Город-призрак.

Стефано с удивлением огляделся.

– Когда я уезжал отсюда, здесь были руины. Тут никогда не было работающего фонтана!

Тесс наклонила голову набок.

– После твоего отъезда многое изменилось?

– Да… – Стефано широко раскрыл глаза и нажал на педаль газа. Красный кабриолет быстро въехал на холм, и Эсме хихикнула и хлопнула в ладоши – ей нравилось, что ветер дует ей в лицо.

Тесс улыбнулась своему ребенку, затем посмотрела на холмы и глубоко вдохнула свежий ароматный воздух.

– Здесь красивее, чем я себе представляла. – Откинувшись на мягком кожаном сиденье, Тесс закрыла глаза. Она пыталась вспомнить, когда в последний раз чувствовала себя такой счастливой. Парижская драма казалась ей такой далекой.

Стефано сообщил ей, что цена акций его компании упала на девять процентов. Он потерял сотни миллионов евро.

О «Меркурио» много писали в прессе. В основном отрицательные статьи. Журналисты шумно обсуждали модный показ с моделями в масках со звериными мордами, спотыкающуюся и падающую Кебе и реакцию публики на все происходящее. Видео с Тесс, отчитывающей Каспара фон Шрека, уже получило несколько миллионов просмотров. Многие люди называли поступок Тесс, защищающей юную модель, достойным восхищения. Но было немало оскорбительных и грубых комментариев по поводу того, что жена Стефано не имеет права критиковать такого талантливого модельера, как фон Шрек.

Тесс была так впечатлена тем, что происходило с «Меркурио», что перестала пользоваться социальными сетями. Во время полета на Сицилию она позвонила Халли и Лоле, и те одобрили ее критику фон Шрека.

Тесс обрадовалась, услышав голоса своих подруг. Большую часть полета Стефано разговаривал с акционерами и членами правления из разных стран. Он решил, что одежда не будет производиться его фирмой до тех пор, пока в «Меркурио» не появится новый модельер. Это стало сокрушительным ударом по его бизнесу, особенно для флагманского бутика в Нью-Йорке.

Но сейчас все это позади. Сидя в кабриолете, Тесс покосилась на Стефано. Он был красивее прежнего: золотые солнечные лучи освещали волевые черты его лица, карие глаза и кожу оливкового цвета. На его квадратной челюсти появилась щетина; его короткие темные волосы трепал ветер.

– Смотри. – Он кивнул. – Вот замок Джореале. Проследив за его взглядом, Тесс ахнула.

На вершине холма стоял старинный укрепленный замок, окруженный виноградниками и освещенный солнцем.

– Ух ты! – выдохнула Тесс. Стефано не только сделал ее принцессой, но и привез в собственный замок. Все ее детские мечты сбывались.

Объехав замок, Стефано въехал в гараж на шесть машин, в котором когда-то была конюшня.

– Мой отец ставил здесь свои спортивные автомобили. – Стефано улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. – Давай посмотрим, что еще изменилось.

Подняв ребенка с автокресла, Тесс подождала, пока Стефано возьмет три маленьких чемодана из небольшого багажника кабриолета. Потом она пошла за ним из гаража.

Снаружи каменный замок был великолепен. Ухоженные сады сменялись бесконечными виноградниками. Далеко внизу, у подножия холмов, виднелась голубая дымка моря.

Запрокинув голову, Тесс с благоговением посмотрела на замок. Красная бугенвиллея обвивала его стены как алое пламя. На ее глазах выступили слезы.

– Что скажешь? – тихо спросил Стефано.

Повернувшись к нему лицом, она попыталась улыбнуться, прижимая ребенка к бедру.

– Мне нравится, – прошептала она и неуверенно посмотрела на Стефано. – Но мне не верится, что я не сплю.

Он улыбнулся:

– Это не сон. Замок построен в позднем Средневековье, но его фундамент намного старше. Когда-то здесь был дворец времен эмирата.

– Эмират?

– Сицилия была перекрестком Средиземноморья. Здесь в свое время жили древние греки, римляне, викинги, арабы, норманны, испанцы. А теперь итальянцы. – Он пожал плечами. – Завоеватели приходят и уходят. Мои предки пришли на Сицилию шестьсот лет назад, чтобы служить королю Арагона.

Тесс уже представляла себе рыцарей, сражающихся на мечах, и девиц, томящихся в увитых розами беседках.

– Как романтично!

Он фыркнул:

– Может быть. – Взглянув на замок, он сказал: – Я давно не был дома.

– Тебе все обрадуются!

– Моего отца ненавидели. Вряд ли они обрадуются мне.

Стефано повел ее в замок, который внутри оказался довольно мрачным и темным. Он открыл тяжелую дубовую дверь, и они вошли в большой зал с камином, высокими потолками в виде открытых балок и стенами, расписанными старинными фамильными гербами и эмблемами. Мебель была относительно новой и удобной.

– Это современное крыло, – произнес Стефано. – Ему всего триста лет.

Тесс удивленно ахнула.

Поставив чемоданы на пол, Стефано посмотрел на потрескивающий огонь в камине:

– Странно, что нигде никого нет. Может быть, персонал на кухне?

С Эсме на руках Тесс последовала за ним по коридорам. В конце концов они оказались на сверкающей кухне, заполненной людьми.

Какая-то женщина испуганно вскрикнула, выронила из рук блюдо, и то упало и разбилось о плиточный пол.

Седовласая женщина невысокого роста, улыбаясь, уставилась на Стефано, потом вскрикнула, подошла к нему и обняла. Он нежно обнял ее в ответ и быстро заговорил по-итальянски.

– Тесс, познакомься с Герландой. Это моя старая няня. Она теперь присматривает за домом. – Он наблюдал, как старушка вытирает слезы фартуком. – Герланда, это моя жена-американка, Тесс, и наша дочь, Эсме.

Округлив глаза, старушка радостно вскрикнула. Повернувшись к остальным, она произнесла несколько слов на сицилийском диалекте, и все восхищенно воскликнули. Тесс оказалась в кругу улыбающихся и дружелюбных людей.

– Спасибо. – Герланда радостно пожала руку Тесс. – Спасибо, Стефано, что привез ее сюда. – Слезы текли по ее доброму лицу. – Добро пожаловать, моя принцесса!

Ошеломленная их восторгом, Тесс повернулась и посмотрела на своего мужа.

– Что вы делаете? – спросил Стефано, глядя на тарелки с едой. – Готовите вечеринку?

– Праздник урожая, – объяснил один из сотрудников по-английски, смотря на Тесс. – Наш «Москато» получил высший балл от известного винного критика.

– Цена за бутылку будет очень высокой!

– Экстремально высокой!

– В Джореале приедет больше туристов!

– Праздник урожая сегодня днем, – сказала молодая женщина. – Пожалуйста, и вы приходите!

Тесс заметила, что Стефано колеблется. Потом он вопросительно посмотрел на нее.

– Пожалуйста, принцесса, заставьте его прийти! – умоляла какая-то девушка. – И приносите свою милую малышку.

– Конечно, мы приедем. – Тесс улыбнулась.

Герланда тут же решила накормить Стефано, Тесс и Эсме.

Тесс бросила на мужа умоляющий взгляд.

– Спасибо, Герланда, – произнес он, – но я хотел бы показать своей жене поместье и посетить винодельню.

– Да! – Лицо старушки просияло. – Посмотри, как ты нам помог!

– А чем вам помог Стефано? – спросила Тесс.

– После смерти отца Стефано всегда присылал деньги в деревню. Даже когда его компания была маленькой и у него практически ничего не было. Он всегда нам помогал. – Ее глаза блестели от слез. – Теперь ты здесь и можешь сам увидеть, что твои жертвы были не напрасными. – Она внезапно отвернулась. – Если вы не хотите обедать на кухне, я подготовлю вам еду для пикника.

Стефано смотрел Герланде вслед, улыбаясь.

– Она зовет тебя по имени, – удивленно сказала Тесс. – Никто так к тебе не обращается, даже секретарша.

– Герланда была моей няней два года, с восьми до десяти лет. – Он усмехнулся. – По-моему, она считает, что мне по-прежнему десять лет.

– Если она любила тебя, почему ушла?

Он посерьезнел.

– Моя мать уволила ее. Она всегда избавлялась от любого слуги, к которому я привязывался.

Тесс недоверчиво уставилась на него и охнула.

– Твои родители бросили тебя и не позволяли любить того, кто о тебе заботился?

– Так было с любым, кого я начинал любить. После того как Герланда ушла, я подружился с деревенскими детьми. Но в конце лета им запретили играть со мной, иначе их родители потеряют работу. Поэтому я бродил по деревне с собакой садовника. – Пауза. – Мои родители решили, что это глупо, поэтому приказали садовнику избавиться от собаки. Когда он отказался, его сразу же уволили.

– О, Стефано. – Сердце Тесс болезненно сжалось. Она не понимала, как можно так жестоко обращаться с родным ребенком.

– Это в прошлом. – Выражение лица Стефано стало холодным. – Я не вспоминал об этом годами. – Он взял ее за руку. – Пойдем.

Показывая Тесс замок, он в какой-то момент взял Эсме на руки и спросил:

– Как думаешь, ты привыкнешь жить здесь? Замок не слишком простоват для тебя?

Она оглядела спальню, в которую уже принесли три их чемодана, и попыталась улыбнуться.

– Я думаю, что привыкну.

Спустившись вниз, они увидели, что Герланда ждет их с корзиной для пикника.

– Одна из местных мамаш подумала, что это пригодится вам во время прогулки.

Стефано с сомнением посмотрел на кусок ткани в руках Герланды.

– Что это?

– Сумка-кенгуру! – воскликнула Тесс. Она давно хотела купить такую сумку, но у нее не было денег. Как только она начала надевать сумку, Герланда остановила ее.

– Она большого размера и подойдет для отца малышки.

Широко улыбаясь, Тесс повернулась к Стефано.

– Так даже лучше!

Следующие несколько часов они гуляли по полям и виноградникам под голубым небом и золотым солнцем. Стефано держал Тесс за руку и нес ребенка на спине. Когда Тесс опустила глаза, стараясь не расплакаться, он резко остановился.

– Что случилось?

Она неуверенно улыбнулась:

– Ничего. Я просто счастлива.

– Ты плачешь от счастья? – с подозрением спросил он.

– Мы одна семья, – прошептала она, глядя на него.

Их взгляды встретились, и на мгновение он опешил, но быстро совладал с собой.

– Конечно, мы одна семья, – произнес он холодным тоном и отпустил ее руку. – А вот и винодельня.

Внутри приземистого здания из серого камня сотрудники обслуживали туристов в дегустационном зале и продавали им вино. Увидев Стефано, один из сотрудников сразу же отвел его и Тесс на производственную площадку, где винодел – мужчина средних лет, взволнованно ходил между чанами.

Сотрудник тихо заговорил с виноделом, и тот, обернувшись, увидел Стефано и просиял. С радостным криком он шагнул вперед и нетерпеливо пожал руку Стефано, кланяясь ему снова и снова. Повернувшись к Тесс, он обнял ее и расцеловал в обе щеки.

Целый час они беседовали с виноделом и его персоналом, узнавая, как процветает и расширяется производство и растет популярность винодельни. Затем Тесс заметила, что некоторые туристы заглядывают в производственную зону и тайком фотографируют не только Стефано, но и ее. На мгновение она опешила, а потом вспомнила, что в реальном мире о ней говорят в социальных сетях и, возможно, на телевидении. Но даже временная известность смущала ее. Она почувствовала облегчение, когда они со Стефано наконец покинули винодельню и вернулись на частную территорию вокруг замка.

– На винодельне все в порядке, – удивленно произнес Стефано. – Я даже не догадывался об этом. Они торгуют вином по всему миру.

– Ты не догадывался? – Тесс была сбита с толку. – Разве ты не владеешь винодельней?

– Нет, и, наверное, поэтому она так успешно работает, – сухо сказал он, покачал головой и улыбнулся. – Джореале процветает.

– Потому что ты поверил в этих людей. И вложил в производство свои деньги.

Он нахмурился.

– Конечно, я же здесь вырос. Кто еще будет сюда инвестировать?

Тесс хотела сказать, что отцу Стефано следовало вкладывать деньги в эту деревню, но промолчала. Она не имеет права лезть не в свои дела. Семейные отношения бывают очень сложными. Ей не нравилось слышать критику в адрес собственного отца, хотя он умер три года назад, не пытаясь связаться с ней. Даже после его смерти она старалась уважать его желания, поэтому не пришла на его похороны и не рассказывала другой его семье о своем существовании.

Поступила ли она правильно, Тесс не знала. Она только понимала, что любовь сопровождается сложностями и иногда ее трудно отличить от ненависти.

– Надеюсь, ты проголодалась, – лукаво улыбаясь, сказал Стефано. – Пора устроить пикник.

Они поднялись на травянистый холм недалеко от замка и расстелили одеяло, чтобы малышка смогла играть. Полугодовалая Эсме хлопала в ладоши и хватала руками собственные ступни, заливаясь смехом.

Под лучами октябрьского солнца они разложили перед собой фрукты, колбасы, сыр и свежеиспеченный хлеб, а также откупорили бутылку знаменитого красного «Москато». Во дворе замка сновали сотрудники, накрывая столы для Праздника урожая, развешивая гирлянды, цветы и красочные украшения. После полудня все больше деревенских жителей прибывало в замок: кто-то приходил пешком, кто-то приезжал на лошади и на машине.

– Ты уверена, что хочешь пойти сегодня на праздник? – спросил Стефано, наклоняя голову набок. – У нас медовый месяц.

– Я хочу пойти. Будет весело. Жители деревни любят тебя, – прошептала Тесс, и сердце едва не выскочило у нее из груди. Она глубоко вздохнула. – Кроме того, здесь вкусная еда.

– Это ты вкусная. – Он сверкнул глазами и поцеловал ее в губы. Они целовались, нежась в тепле октябрьского солнца, пока не наступили сумерки и Эсме не надо было готовиться ко сну.

Тесс дрожала, думая, что чуть не призналась Стефано в любви. Интересно, как бы он отреагировал? В лучшем случае он отверг бы ее. В худшем – ушел бы от нее.

Той ночью, когда они присутствовали на Празднике урожая и люди старались поблагодарить Стефано за все, что он для них сделал, Тесс пыталась убедить себя, будто сохранит свою любовь в тайне от него.

Ей не надо, чтобы Стефано любил ее.

Достаточно того, что она его любит.

Сидя под сверкающими гирляндами за главным столом, Тесс наблюдала, как деревенские жители, один за другим, рассказывают Стефано, что он изменил их жизнь. Она старалась не любить его. Но это было трудно, почти невозможно. И ей было обидно.

Потому что она верила, что Стефано никогда не ответит ей взаимностью.

После всего что он пережил, она не может его винить. Для Стефано любовь ассоциируется с болью. Ей было тяжело представлять его одиноким маленьким мальчиком, брошенным родителями. У него отобрали даже собаку.

«Жаль, что моя любовь не исцелит тебя».

Округлив глаза, Тесс выпрямилась на стуле.

Жаль, но ей не удастся показать Стефано, что любви не надо бояться.

Жаль, но она не докажет ему, что настоящая любовь продолжается вечно.

Когда Праздник урожая наконец закончился, Тесс поднялась и спросила Герланду, чем ей помочь.

Та в ответ по-доброму рассмеялась:

– Вы хотите делать уборку? Ни за что! Вы уже делаете достаточно. Вы делаете счастливым нашего принца.

– Да, – сказала другая женщина. – Мы хотим счастья принцу Стефано после всего, что он сделал для нас. – Отвернувшись, она улыбнулась. – И кстати, сейчас он смотрит на вас, принцесса.

Проследив за взглядом женщины, Тесс обернулась. Стефано стоял на противоположном конце двора. Его карие глаза жадно смотрели на нее сквозь толпу. Их взгляды встретились в бархатной сицилийской ночи.

Подойдя, он взял Тесс за руку.

– Уже поздно, – хрипло сказал он, и она вздрогнула от его прикосновения. – Пора спать.

Он провел ее в замок, и они поднялись по лестнице. Их шаги эхом отражались от старых каменных полов. Они проверили спящую Эсме, а потом отправились в спальню.

Серебристый лунный свет проникал в комнату через большое окно. Тесс увидела, как полная луна отражается от черного моря. Подойдя, Стефано осторожно погладил ее плечи и прижал к себе.

– Ты счастлива, дорогая?

Она обернулась в его руках.

– Очень счастлива.

Как долго ей удастся скрывать свою любовь к нему? Внезапно она испугалась и посмотрела на широкую кровать с балдахином. Во время их близости истина может сорваться с ее губ.

Он не должен ничего знать…

Опустив голову, Стефано страстно поцеловал Тесс в губы. Она вздохнула и забылась в его объятиях. Но когда он повел ее к кровати, она притворилась, что ее заинтересовала полка с книгами в кожаном переплете.

– Так много книг, – нервно произнесла Тесс, прикасаясь пальцами к их корешкам. – Они такие старые.

– Когда-нибудь я покажу тебе библиотеку внизу, – тихо ответил он, притягивая ее к себе. – Тысячи книг, некоторым из которых тысяча лет.

Она удивилась:

– Тысяча лет?

Его чувственные губы изогнулись в улыбке.

– Мне нравится твоя неискушенность. Тебя легко удивить.

– Но ты говоришь об огромной комнате, заполненной книгами, которым тысяча лет!

Стефано пожал плечами:

– По-моему, это пустяк.

– Тогда что, по-твоему, можно назвать грандиозным?

Он вынул заколку из ее волос, и они рассыпались по ее спине рыжим облаком.

– Тебя в моей постели, например, – прошептал он.

Он с благоговением подхватил ее на руки и отнес на широкую кровать под балдахином. Когда он опустил голову и поцеловал ее в губы, Тесс почувствовала, как в открытое окно проникает морской бриз, почувствовала аромат жасмина и экзотических специй с далеких берегов. Она ощущала, как его щетина касается ее обнаженной кожи. Стефано медленно раздел ее, а потом разделся сам. Он заставил Тесс изнемогать от желания.

И все это время она старалась не сказать ему о том, как любит его.

Но в прошлый раз, когда она произнесла эти слова, Стефано ушел от нее, решив никогда к ней не возвращаться. И все только потому, что она заговорила о своей влюбленности.

Странно. В то время она искренне верила, что любит Стефано.

Сейчас Тесс понимала, что просто влюбилась в саму идею любви и потеряла голову после романтической, чувственной ночи с самым красивым и могущественным мужчиной, которого знала.

Настоящая любовь – иная.

Она – не цветы, украшения или поэтические слова. Не сказка о пышной свадьбе или о том, как стать принцессой в замке. И даже не захватывающий, умопомрачительный секс.

Настоящая любовь спокойнее.

Она складывается из мелочей: смеха, совместного времяпровождения, добрых поступков. Вроде тех, что совершал Стефано для своих сотрудников и родной деревни.

Несмотря на его попытки скрытничать, Тесс узнала его самый заветный секрет. Стефано не просто принц, а замечательный человек.

Когда он погрузился в нее, заставив кричать от восторга, она не выдержала. Схватив его руками за плечи, уставилась ему в глаза.

– Я люблю тебя, – прошептала она. – Я люблю тебя, Стефано.

* * *

Следующим утром Стефано проснулся со странным ощущением в груди, обнаружив, что всю ночь обнимал Тесс.

Она призналась ему в любви.

Он все еще слышал дрожь в ее голосе, видел пронизывающую эмоцию в ее изумрудных глазах.

Он был глубоко внутри ее, его тело дрожало от удовольствия, но, как только она заговорила с ним, он испытал нечто большее, чем радость. Ошеломленный, он целовал ее снова и снова, а она тихо плакала.

– Я так боялась тебе сказать, – шептала Тесс, прижимаясь щекой к его обнаженной груди.

– Не бойся, – сказал он, и его сердце заколотилось как сумасшедшее. Он вдруг принялся читать итальянские любовные стихи. С тех пор как они приехали на Сицилию, тюрьма его детства стала раем.

Стефано снова поцеловал Тесс, затем обнял, и они уснули.

И в этот момент все показалось ему правильным…

Но утром многое изменилось.

Вспоминая любовное признание Тесс, он почувствовал, как по спине пробегает холодок. В его голове крутились беспокойные мысли. Он посмотрел на Тесс. Она прижималась к нему под одеялом и улыбалась во сне.

Стефано затаил дыхание.

Ему следует уйти отсюда.

Вскочив, он подошел к шкафу. Надев трусы-боксеры и темные брюки, он схватил чемодан, который слуга Сальваторе распаковал для них прошлой ночью. И вернулся к шкафу.

– Что ты делаешь?

Тесс наблюдала за ним. Сонная, как котенок, она выглядела нежной и очаровательной, и Стефано сильнее напрягся.

– Я одеваюсь.

Она зевнула.

– Эсме проснулась?

– Еще нет.

Он вспомнил, как ночью читал любовные стихи, и ему стало тошно. Но это ничего не значит. Мужчина может наговорить все, что угодно, в объятиях красивой женщины.

Однако Стефано понимал, что происходит на самом деле. Потому что в объятиях Тесс ему спалось гораздо лучше, чем прежде. Он не должен был позволить этому случиться. Как только он расслабится, все рухнет.

– Стефано?

– Я должен идти, – отрезал он.

– Что? – Она села в постели, выглядя потрясенной. – Куда?

– Мне надо вернуться в Париж и найти нового модельера для «Меркурио». А затем в Лондон, чтобы узнать, удастся ли мне убедить Фенеллу Монфорт продать свои акции.

Но, даже говоря об этом, он знал, что сейчас не сможет купить «Закко». Но надо найти повод, чтобы уйти от Тесс.

Охнув, Тесс заставила себя улыбнуться.

– Конечно, мы же не можем вечно оставаться на Сицилии. Ты управляешь многомиллиардной компанией. Когда мы уезжаем?

– Я уеду сейчас. – Пауза. – А ты с Эсме останешься.

– Что? – Она потянула вверх простыню. – Нет!

– Ты будешь делать так, как я тебе говорю. – Он не мог смотреть на ее красивое и обиженное лицо. Отвернувшись, он сунул еще несколько вещей в свой чемодан.

– Это из-за того, что я призналась тебе в любви? – спросила она дрожащим голосом. – Я знала, что это случится! Я так и знала!

Стефано посмотрел в окно на холмы, ведущие к розовому горизонту над далеким Средиземноморьем. Не говоря ни слова, он надел белоснежную рубашку и заправил ее в брюки. Сидя в соседнем кресле, он зашнуровал свои черные кожаные туфли.

– Пожалуйста, Стефано, – прошептала она, – поговори со мной.

Он заставил себя повернуться к ней лицом. Тесс сжимала руки, густые черные ресницы трепетали и резко выделялись на фоне ее бледных щек.

Рассвет наступил, и солнечный свет проник в спальню через окна, выходящие на восток. Когда их взгляды встретились, Стефано почувствовал непонятную беспомощность. И неудивительно. Он никогда ни с кем не откровенничал так, как с Тесс.

– Мне пора. – Он отвернулся. – Я приеду через несколько дней. – Он стиснул зубы. – И тогда мы поговорим.

– Стефано, не уходи, – прошептала она. – Пожалуйста.

У него сдавило грудь. Но, поборов эмоции, он закрыл свой чемодан, поцеловал Тесс в лоб и ушел, не сказав больше ни слова и не оглянувшись.