Данте казалось, что Вселенная устроила против него настоящий заговор.

Образ возбужденной Алиши, дрожащей от удовольствия в его объятиях, преследовал Данте две недели, которые он провел в Токио по делам. Она снилась ему каждую ночь. Во сне она дразнила его, доверчиво улыбалась, смотрела на него с нескрываемым желанием.

Пока Данте не отвез ее в свою квартиру той ночью и не пожелал спокойной ночи у двери ее спальни, он боялся, что Алиша откажется от него. Ведь он переступил запретную черту, а Али может никогда не простить его за переменчивость настроения.

Никакая командировка не тянулась для него так долго.

Данте вернулся домой в полночь, когда Алиша уже была в своей спальне. Он поборол желание постучать в ее дверь и убедиться, что она действительно там.

Сегодня утром ему предстояло еще одно важное совещание с акционерами, но он отменил его. Данте работал без перерыва почти двадцать лет, а этим утром ему захотелось все послать к черту.

После нескольких попыток Иззи указала Данте на то, что он очень рассеянный, а его команда менеджеров ломает голову над тем, что происходит. Они боялись, что он рассердится на них из-за какой-то серьезной ошибки. Менеджеры были правы: Данте не терпел неряшливости и лени ни в себе, ни в своих сотрудниках.

Нитин тоже не сидел без дела. Его мелкая месть спровоцировала хаос. Он приходил на совещания, на которые его не приглашали, втайне от Данте, пообещал взять на себя инициативу по организации важных переговоров, а потом просто исчез, подведя японского клиента. Именно из-за таких интриг Нил никогда не доверял своему брату и в конце концов лишил его возможности принимать важные решения в компании.

Приобретение Данте контрольного пакета акций «Матта стил» после получения голосующих акций Али стало для Нитина горькой пилюлей.

Данте потребовалось больше времени, чем обычно, чтобы понять это и выработать стратегию адекватного реагирования. В то утро он отказался от пробежки, налил себе кофе, приготовленный так, как нравилось Али, сел у барной стойки, ожидая ее появления.

Иззи была шокирована, когда он сообщил ей во время видеозвонка, что сегодня поработает из дома. Несмотря на трудную ситуацию в компании.

Впервые в жизни Данте не удавалось сосредоточиться на работе. Он не мог думать ни о чем, кроме встречи с Али сегодня утром. Он не хотел, чтобы она жила в большом пустом особняке, предаваясь печальным воспоминаниям. Он не найдет себе места, зная, что она там одна. В ее глазах читалась та же тоска, какая преследовала его до того, как он стал жить у Нила. Но если Данте преобразовал свою беспомощность в амбиции и запретил себе испытывать эмоции, Алиша вела себя совсем по-другому.

Она жила смело и открыто. И дарила свою любовь и щедрость всем, с кем знакомилась.

Поняв, что стремится ее защищать и оберегать, Данте насторожился. Его терзала мысль о том, что она просто сбежит из этой квартиры и из Лондона, пока он будет в командировке.

Услышав, как открывается дверь ее спальни, Данте резко поднял голову. Вместо привычных шорт и футболки без рукавов Алиша надела блузку классического покроя, облегающую ее высокую грудь, и черные брюки, подчеркивающие ее длинные ноги, а также розовые туфли на шпильках. Волосы падали ей на спину как шелковистое покрывало и сверкали золотистыми оттенками в слабых лучах солнца, проникающих в высокое эркерное окно.

Он молчаливо смотрел, как она кладет свой жакет и портфель на диван в гостиной. Он даже не отрицал, что стал одержим ею. Посмотрев на экран мобильного телефона, она сунула его обратно в портфель.

Вытянув левую руку, она уставилась на свои пальцы, потом принялась теребить кольца. Он напрягся, запрещая себе двигаться.

Алиша прижала руку к затылку, и Данте уставился на ее изящный профиль. Тихонько вздохнув, она сняла оба кольца, еще немного посмотрела на них и положила в свою сумочку.

Данте стало не по себе. Он хотел потребовать, чтобы она снова надела эти кольца. Желал запустить пальцы в ее волосы и поцеловать. Перебросить ее через плечо и отнести в спальню…

Его ошеломила сила желания.

Всего за несколько секунд он понял, что его методично налаженная жизнь и будущее, о котором он всегда мечтал, разваливаются как карточная колода.

Он не мог жить без Алиши.

Без ее прекрасных глаз, которые смотрели на него иногда с яростью, иногда со смехом, иногда с искренним желанием.

Он не хотел, чтобы она снова бросила благотворительный фонд и уехала из Лондона.

Он не хотел, чтобы она жила одна в другой стране.

Он не хотел, чтобы она убегала от него.

И единственный способ добиться того, к чему он стремится, это сделать ее своей женой по-настоящему.

* * *

Али вошла на кухню и застыла на месте, увидев Данте, сидящего у барной стойки. Обычно он уходил на работу в половине седьмого, после того, как побегает, позавтракает и примет душ.

Она без смущения пожирала его взглядом, замечая под его глазами темные круги. Он явно принял душ, потому что его иссиня-черные волосы были по-прежнему влажными, однако он еще не побрился. Она знала, что он бреется дважды в день, а судя по густой щетине на подбородке, он не делал этого уже пару дней. Но Алише нравился его мрачноватый и чувственный вид.

Он оставил светло-серую рубашку навыпуск, пара ее верхних пуговиц была расстегнута. Когда Данте встал, она увидела, что на нем облегающие темные джинсы. У нее пересохло во рту, и все обещания по поводу того, что она не станет пускать слюни при виде Данте как влюбленная девочка-подросток, вылетели у нее из головы.

– Доброе утро, Алиша! – произнес он глубоким и хриплым голосом, лаская ее чувства.

– По-моему, я впервые вижу тебя небритым, – почти прошептала она. – Но щетина тебе идет.

Когда он поднял брови, а его глаза страстно сверкнули, Алиша поняла, что сморозила глупость.

– Я удивлена, – прибавила она. – Иззи сказала, что ты не вернешься до воскресенья.

– Я вернулся раньше. И старался не будить тебя вчера ночью.

– А я слышала, как ты приехал…

– Значит, для тебя не новость, что я дома, да? Ты выглядишь уставшей. Красивой, но уставшей.

– Я не высыпалась. И много работала. Как дела в Токио?

– Все то же самое. Много совещаний от рассвета до заката, потом ужин и опять работа. А несколько часов спустя все сначала.

Алиша никогда не слышала, чтобы Данте так отзывался о своей работе. И не видела, чтобы он так небрежно одевался. Обычно он носил костюм-тройку, который только подчеркивал его изысканность и сложность.

Она нахмурилась, хотя с жадностью оглядела его ноги, обтянутые джинсами.

– Ты в джинсах, небритый. Уже половина десятого, а ты все еще дома. Твой ноутбук выключен. – Она тараторила и старалась побороть растущее желание. – Я смотрела на часы до того, как пришла на кухню. Я не спала с половины шестого и долго была в душе. Я ждала, что ты уйдешь, как обычно, в шесть тридцать.

– Ты ждала моего ухода? – Он уставился на нее в упор, и ей стало трудно дышать. Она облизнулась, и его глаза вспыхнули. Оба думали о том, что произошло между ними той ночью.

– Да. У меня сегодня важный день.

Элегантные длинные пальцы Данте замерли, пока он наливал кофе в чашку. Внезапно горячая жидкость забрызгала его пальцы, и он сунул руку под струю холодной воды.

– Под раковиной лежит крем против ожогов, – произнесла Алиша.

Данте закрыл кран и посмотрел в ее сторону, его губы дрогнули в улыбке.

– Ты так и будешь стоять на одном месте?

– Мне надо идти.

– Не выпив кофе? – спросил он, дразня ее. Али выглядела так, словно вот-вот рванет из дома. – Куда ты собралась?

Она взглянула на старинные платиновые наручные часы, которые когда-то принадлежали ее матери.

– Сегодня у меня встреча с агентом.

Данте улыбнулся, и ей показалось, что в комнате стало светлее.

– Хорошо. Дай мне пятнадцать минут, и я отвезу тебя.

Алиша насторожилась.

– Зачем это тебе?

– Я морально поддержу тебя.

Она сердито посмотрела на него.

– По-твоему, мои работы настолько плохи, что мне дадут от ворот поворот?

Он поднял руки ладонями вверх, словно капитулируя.

– Ты и дальше будешь искажать мои слова и противоречить мне всю оставшуюся жизнь?

«Вся оставшаяся жизнь». Эта фраза показалась Алише ударом в живот. Их совместная жизнь будет крайне беспокойной, как бы она ни старалась этому противиться. Надо поскорее встретиться с агентом и понять, что делать дальше. По крайней мере, карьера всегда обеспечит Алише шанс на побег из Лондона. И от Данте.

– Ты сама считаешь себя недостойной своего отца, благотворительного фонда, агента. Мира и меня. Только ты так решила.

– Это неправда, – запротестовала она, и у нее перехватило дыхание. Оказывается, Данте читает ее как открытую книгу.

Он прав. Несмотря на все усилия матери Алиши, она всегда задавалась вопросом, почему отец ее бросил. Отчего Викрам оставил ее одну?

Почему отец не любил ее так, как он любил Викрама и Данте?

Вероятно, Алиша недостаточно хороша и для Данте.

Именно об этом она подумала той ночью в особняке, когда Данте отверг ее.

Она готова снова сбежать, вместо того чтобы бороться за самые желанные отношения в своей жизни.

Пока она размышляла, Данте не сводил с нее глаз.

– Почему ты хочешь поехать со мной? – спросила она, начав защищаться. Это был ее единственный способ выжить. – Всего несколько недель назад ты называл фотографии моим маленьким хобби.

– Прости, Али. Я был во многом не прав в отношении тебя. Я видел, как ты работаешь в студии часами. И я предполагаю, ты делала это не только для того, чтобы спрятаться от меня?

– Я давно работаю над своей коллекцией, и она наконец-то получается. Я разрабатываю собственные принты, и это отнимает много времени.

Данте посмотрел на нее с нежностью.

– Ты простишь меня за то, что я высмеивал твое увлечение? За то, что я…

– За то, что ты высокомерный осел? – Она нахально улыбнулась.

Он опустил голову в насмешливом раскаянии, прижал ладонь к груди и взглянул на Алишу из-под длинных ресниц, которым позавидовала бы любая женщина. Она расхохоталась.

– Я прощаю тебя. Мы оба были не правы во многом. Я не подозревала, сколько у нас общего.

– В каком смысле?

Она моргнула.

– Например, наша любовь к сыру. По-моему, такое пристрастие – прочная основа для долгого супружества. – Она заговорила шепотом, когда поняла, о чем болтает.

– Это необязательно. – Через секунду он прибавил: – Я не стану тебе докучать. Я хочу поехать с тобой потому, что помню, как я нервничал, когда Нил впервые попросил меня уладить дела с клиентом самостоятельно. – Он почесал лоб. – Мне было двадцать четыре, и я так хотел произвести хорошее впечатление, что поставил неверную дату на контрактах. Я бы хотел поддержать тебя, Алиша.

– Из чувства долга перед моим отцом? – Она сложила руки на груди, ей стало обидно. – Мне это начинает надоедать.

Данте быстро шагнул к ней.

– Нет. Я делаю это не ради Нила. И не ради компании. Я хочу сделать это ради тебя.

– Тебе не надо работать? – спросила она.

– Я решил взять выходной. После твоей встречи с агентом мы пообедаем.

– Обед? Данте, я же говорила, что не желаю…

Он наклонился и поцеловал ее в щеку, и Али затрепетала. У нее задрожали колени, и, чтобы не упасть, она положила руки ему на плечи.

Он обхватил пальцами ее затылок.

– Я обещаю тебе, красавица моя, что сегодня вечером мы поговорим. И если ты не передумаешь покинуть мою квартиру, мы обсудим другие варианты. Но ты не можешь просто уехать из Лондона. Поверь, я никогда не причиню тебе боль, Али.

Уткнувшись лицом ему в грудь, она кивнула. Как бы Данте ни старался, он все равно причинит ей боль. Потому что он становится для нее все важнее и дороже.

Алиша собиралась отстраниться от него, когда входная дверь в пентхаус открылась. Она и Данте с удивлением обернулись, потому что охранник не позвонил и не сообщил о посетителях.

Вошли молодая женщина и женщина постарше, которая явно была матерью Данте, если судить по ее сходству с ним. Охранник поставил у них за спиной кучу чемоданов, кивнул Данте и ушел.

Обе женщины уставились на Алишу, которая прижималась к Данте, а он держал пальцами ее затылок. Словно вид супружеской пары в объятиях друг друга был шокирующим зрелищем.

Али попыталась отодвинуться от Данте, но он крепко удерживал ее на месте. Он немного смягчился, когда она ахнула, но не убрал руку с ее талии. Казалось, он не замечает дискомфорта Али, пялясь на женщину, стоящую за спиной его матери.

– Доброе утро, Данте! – произнесла поразительная красавица и с вызовом вздернула подбородок. Потом она быстро заговорила по-итальянски.

Али поглядывала то на молодую женщину, которая явно была ровесницей Данте, то на Данте, который таращился на нее как на привидение.

У женщины были утонченные черты лица. На ней был стильный брючный костюм бежевого цвета, облегающий ее эффектную фигуру. Она выглядела так, словно только что сошла со страниц модного журнала.

Коснувшись пальцами руки Данте, Алиша поднялась на цыпочки и сказала:

– Я ухожу, а ты разбирайся с ними. Наслаждайся выходным. – Она улыбнулась двум женщинам. – Увидимся!

Данте крепче прижал ее к себе, и она затаила дыхание.

– Я сказал, что отвезу тебя. – Он наклонился и потерся носом о ее нос. – Не убегай, Алиша.

Ее сердце замерло от слабой надежды и радости.

Молодая женщина снова заговорила по-итальянски. Она заявила, что с нетерпением ждала встречи с Данте.

Али нахмурилась.

– Ты сделал это ради нее?

Данте удивился.

– О чем ты говоришь?

– Ты взял выходной из-за них?

– Я понятия не имел, что моя мать прилетит в Лондон. – Как только молодая женщина снова заговорила на итальянском языке, Данте взглядом приказал ей молчать. – Али не понимает по-итальянски. Пожалуйста, говори по-английски, Франческа.

Улыбка Франчески померкла. Она кивнула Али, словно королева Англии, удостоившая крестьянку большой чести.

– Привет, Алиша!

– Привет, Франческа!

– Ты не поздороваешься с нами, Данте? – спросила Сильвия Феррамо.

Алиша очень мало знала о матери Данте, даже несмотря на сенсационное освещение преступления его отца. Сильвия выглядела не старше сорока пяти лет. Она была такой хрупкой, что казалось, будто сломается от легкого дуновения ветра.

Наконец Данте обратился к своей матери.

– Так как ты не удосужилась сообщить мне о своем приезде, мама, – произнес он, и его мать покраснела, – я уверен, мне не обязательно приглашать тебя в дом. Вы можете позавтракать и принять душ, если хотите. Я попрошу свою секретаршу забронировать вам номер во «Временах года».

– Нет. – Сильвия подошла к нему и взяла за руки. – Я так давно не виделась со своим сыном. – Обнимая Али за талию рукой, он наклонился к матери, когда та потянула его к себе, чтобы расцеловать в обе щеки. Он не обнял мать и выглядел крайне напряженным. – Мы с Франческой поживем у тебя в одной комнате. Мы скоро уедем. В роскошном отеле мне не удастся часто видеться с тобой.

Данте ничего не сказал. Али никогда не видела его таким шокированным или намеренно грубым. Надеясь прервать затянувшееся молчание, она протянула руку Сильвии.

– Здравствуйте, миссис Феррамо! Пожалуйста, оставайтесь столько, сколько хотите. В любом случае меня не бывает дома большую часть дня. А если здесь будет слишком тесно, я устроюсь на диване в своей студии на сорок восьмом этаже.

– Ты никуда не пойдешь, – заявил Данте, когда Сильвия пожала Али руку.

Хотя в ее глазах не было тепла, улыбка Сильвии оказалась вежливой и открытой. Она оглядела Али, словно инопланетное насекомое. Будто она мгновенно оценила, достаточно ли Али хороша для ее сына.

– Я очень удивилась, прочитав о вашей свадьбе в прессе. Я понятия не имею, почему мой сын скрывал от меня свою невесту. И почему все произошло так быстро?

– Мама, если ты хочешь провести время со мной и моей женой, будучи неприглашенной сюда, тогда веди себя вежливо. Оставь при себе свои многочисленные намеки, предположения и язвительные замечания. Алиша под моей защитой, и я не позволю тебе сочиться ядом, как ты умеешь это делать, понятно?

Сильвия кивнула.

– Я покажу вам ваши комнаты, – сказал он.

Чувствуя себя лишней, Али взяла сумочку и портфель из гостиной. Кофе все равно остыл. Она заметила, с каким желанием Франческа поглядывает на Данте. Эта женщина приехала с явным намерением возобновить с ним отношения, хотя знала, что Данте женился всего месяц назад.

Али вышла в фойе и нажала кнопку лифта.

– Куда ты идешь? – спросил Данте, стоя у нее за спиной, и до того, как она успела ответить, он отобрал у нее портфель. – Я повторяю: я отвезу тебя на встречу. И помни: я не приглашал ни свою мать, ни Франческу.

– Она воспоминание из прошлого?

– Что-что?

Али поняла, что ляпнула лишнее.

– Не бери в голову. Это не мое дело.

Не сводя с Алиши взгляда, Данте положил ее портфель на стол с предельной осторожностью, а затем шагнул к ней ближе. Как испуганный кролик, Али попятилась и уперлась ягодицами в стену. Наклонившись к ней, он уперся в стену руками по обе стороны от ее головы. Она оказалась в ловушке, хотя Данте к ней не прикасался.

– Ты можешь спрашивать меня о чем угодно, Али.

– Кто она?

– Девушка, на которой я давным-давно хотел жениться. Она сама бросила меня. И, оглядываясь назад, я рад, что она так сделала.

– Значит, ты решил отомстить ей при помощи меня?

– Никогда! – воскликнул он. – Я бы ни за что не использовал тебя таким образом.

– Тогда что это было? – Она закрыла глаза. Их отношения походили на прогулку по минному полю. – Не играй со мной, Данте. Я не такая сильная, как ты думаешь.

– По-моему, ты самая сильная, смелая и красивая женщина, которую я знаю. – Его дыхание ласкало ее щеку. – Али?

– Угу?

– Ты не хочешь дождаться вечера, чтобы все узнать?

Открыв глаза, она увидела свое отражение в его серых глазах.

– О чем узнать?

Он уткнулся носом ей в шею. Она почувствовала, как сильно он напряжен.

– Я хочу, чтобы между нами все было по-настоящему. – Он поднял ее левую руку и уставился на ее безымянный палец без колец. – Я не желаю, чтобы ты снимала мои кольца. Я хочу отнести тебя в постель и торчать в ней с тобой целый месяц. Я хочу, чтобы ты была моей настоящей женой.

– А что взамен? – прошептала она, не в силах остановить расцветающую в душе надежду.

Он лукаво улыбнулся:

– Ты в курсе, что я вообще не собирался жениться. Я зарекся это делать после того, что случилось между Франческой и мной. Но ты другое дело. По-моему, я не доживу до завтра, если ты не станешь моей. Я дам тебе все, что у меня есть: мои деньги, мое тело и мою верность. Для меня честь называть тебя своей женой. Забота о тебе – моя привилегия. Я хочу доставлять тебе удовольствие.

Он обещал ей все, кроме любви.

Данте коснулся лбом ее лба и выдохнул.

– Соглашайся, Алиша, и ты больше никогда не будешь одинока. Ты ни в чем не будешь нуждаться.

Он отошел от нее до того, как она поняла смысл его слов. Его великолепные глаза сверкали от желания, он засунул руки в карманы брюк, которые не скрывали его возбуждение.

Алиша охнула, затрепетав от желания.

– Будь моей женой, и я весь твой. – Он погладил пальцами ее подбородок, пожирая взглядом, и пожал плечами. – На самом деле я шокирован тем, как долго не понимал, что мы должны быть вместе. Мне хочется верить, что даже Нил одобрил бы мои намерения. Я хочу тебя, ты мне нравишься, и я желаю оберегать тебя. Нас влечет друг к другу. У нас может получиться хороший союз, основанный на уважении и страсти.

Она запаниковала от силы вожделения, от которого в ее жилах бурлила кровь.

– Если ты скажешь, что женился на мне из чувства долга перед ним, я больше никогда не посмотрю на тебя.

– Нет, дорогая моя. Долг ни при чем. Но я человек с принципами. Как бы я ни хотел тебя сейчас, я не воспользуюсь тобой. Ты уникальная.

Будь моей женой, Алиша. По-настоящему. Наберись смелости и останься со мной, сокровище мое. Между нами будет либо все, либо ничего.