Алан согласно склонил голову. Брат Эдар проявил инициативу, сыграл за его спиной, нарушил их договоренности, и Алан не чувствовал за собой вины. Только вот как он будет смотреть в глаза Суно…

Длань… – Алан сделал паузу, усмиряя сердце и прогоняя дурное предчувствие. – Встретимся. Береги спину, верный враг.

Алвис предостережение принял серьезно, но пока он шел к двери, герцог не мог отделаться от мысли, что видит его последний раз. Хотелось вскочить, схватить за плечи, вернуть. Черт! Он не представлял свою жизнь без такого врага, как Алвис! Их противостояние делало существование Алана более реальным и живым.

Из задумчивости его выдернуло легкое прикосновение холодных пальцев.

– Тебя ждут, – шепнула Валия.

– Вторая новость, киры! – торжественно нарушил напряжение маркиз Генри Роман. – Корона Королей у нас. И он осторожно положил на стол невзрачный символ королевской власти.

Вот это вызвало оживление, к короне потянулось сразу несколько рук.

– Это, несомненно, она!

– Точно такая, как была на коронации Айро Второго!

– Как вам удалось? – довольно потирая пухлые ладони, спросил герцог Верги, косясь на Алана с удивлением и уважением.

– Маркиз Генри был так любезен, что передал сегодня ее мне.

Алан не просто так не стал рассказывать подробности, он видел слегка пренебрежительные взгляды, которыми одаривали маркиза присутствующие. Прямолинейный генерал был далек от интриг и плохо вписывался в эту компанию завзятых царедворцев. Но именно он нашел Алана, поэтому с ним пока считались. Пока...

– Да я… – начал честный генерал, но Алан его перебил:

– Генерал все эти годы, рискуя жизнью, бережно хранил реликвию, за что мы ему очень благодарны.

Маркиз поджал губы, но промолчал, лишь коротко кивнул. Герцог Верги явно хотел что-то спросить, но все же сдержался, хотя Алан был уверен – генерала ждет допрос.

– Отлично, тогда приступим к разговору. – Герцог Верги отодвинул чашку и достал из внутреннего кармана сюртука сложенные листы бумаги. – Смерть Наместника нам на руку, завтра Длань объявит траур и соберет всех верховных иерархов в Ордене, чтобы выбрать нового главу. Как только они запрутся в храме, мы …

– Вернем трон достойному, – закончил генерал Роман и протянул Алану корону, которую тот после секундного раздумья отложил в сторону.

– Рекомендую надеть, – произнес тихо герцог Верги, и его поддержали одобрительными голосами.

– Да как-то неприлично короноваться самому, – пошутил Алан. Бог его знает, какие еще законы он нарушит.

– Как первый советник вашего батюшки и его друг я имею право короновать вас, сир, – улыбнулся герцог Верги одними губами.

– Сочту за честь, лорд-канцлер.

Алан понял намек сразу, он давно научился читать между строк. Еще в той прошлой жизни…

– Лорд-канцлер? – спросил один из гостей.

– Новый король, новая столица, новые законы и титулы, – уклончиво ответил Алан. – Лорд-канцлер – правая рука короля, его советник, наставник и совесть.

– Вы мудры не по годам, – задумчиво произнес герцог Верги. – Маркиз Роман не ошибся в вас. Я очень огорчен, что у нас нет времени поговорить о том, как вы жили все эти годы, как смогли достигнуть величия, даже будучи в ссылке…

– У нас еще будет время, герцог. Приступайте к коронации.

Все прошло без торжественных речей, обыденно и скучно. Герцог прочел слова клятвы, Алан повторил за ним, обещая блюсти интересы королевства и его народа, править мудро и справедливо, и спустя несколько минут голову его величества Айро Третьего украсила скромная корона. Все присутствующие склонились в поклоне, но Алан махнул рукой, приглашая продолжить. Не до церемоний, да и к короне он, в отличие от местных, относился как к куску железа.

– Лорд-канцлер, когда все закончится, предоставьте мне список людей, кто заслужил занять места моих советников. Думаю, именно из них получится первый кабинет министров. Министры – это советники по определенным вопросам, – пояснил он и улыбнулся, увидев смешинку в глазах генерала. – Маркиз, вы ведь предупредили наших друзей о моих странностях?

– Вы – Разрушитель, сир, вам положено менять устои, – флегматично отозвался генерал. – Рядом с вами я чувствую себя молодым. Столько перемен! Но вернемся к обсуждению, киры, действовать надо быстро. Как только объявят о смерти регента, нужно брать дворец.

– Вам лишь бы что-нибудь брать, – прервал кровожадные планы маркиза герцог Верги. – Власть возьмем тихо и бескровно, в глазах народа это придаст новому королю ореол благочестия и миролюбия. Узурпатора, конечно, придется устранить. – Он скривился. – Нельзя оставлять в живых человека, вокруг которого может собраться оппозиция. Пустим слух, что он окончательно сошел с ума и убил Наместника. Итак, Длань дал нам три дня, значит, действовать нужно быстро, желательно прямо сегодня, пока слухи о кончине регента не просочились к нашим врагам. Красным я отметил караулы…

Через полчаса Алан утвердил предварительный план и велел позвать Рэя, Иверта и своих телохранителей. Вместе с парнями пришел молчаливый строгий мужчина – командир отряда молодых ксенов. Он сразу заявил, что его отряд подчиняется только Алану и будет защищать его жизнь.

Рэй одобрительно крякнул на это заявление, Алан, наученный общением с ксенятами, даже бровью не повел, решив, что отказываться от такой защиты точно не станет. После быстрого обсуждения было принято решение выдвигаться ко дворцу через две рыски. В это время как раз проходили аудиенции у короля и его регента, и появление нескольких дворян не должно было привлечь к себе внимания.

Во все стороны разбежались гонцы, а Алан в сопровождении Валии отправился одеваться.

– Я буду молить Ирия, чтобы у вас все получилось.

Валия осенила мужа кругом светлого бога, когда они остались одни, и вдруг, поднявшись на цыпочки, поцеловала в губы и моментально отстранилась.

– Валия, ты будешь прекрасной королевой, – улыбнулся Алан. – Но если что-то пойдет не так, забирай Ваську и уходи в Белую крепость. С тобой останется десяток горцев.

– Все будет так, муж мой. Все будет так…

Ему бы ее веру! Но в ответ Алан лишь улыбнулся.

– Не оставляй Зиру, она сможет тебя защитить.

Валия на это заявление мужа ничего не сказала, лишь кивнула и, осенив Алана еще и кругом Вадия, ушла.

– Берт, собери всех наших.

Слуга понятливо кивнул и убежал. После отбытия с фронтира и приезда в этот дом Берта было не узнать: он не улыбался, не болтал, ходил задумчивым и хмурым, и часто в его взгляде Алан замечал ненависть. Особенно, когда Берт сталкивался с ксенами. Лиса и Ворона он давно уже считал своими, но и с ними старался лишний раз не пересекаться.

Алан его понимал, храмовники забрали у парня самых дорогих людей, и, хотя косвенно в смерти Нанни и Чупки не был виноват Храм, именно он невидимой тенью стоял за спинами убийц. Алан тоже об этом помнил и поклялся себе, что виновные понесут наказание. Но рассказать об этом Берту не успел, случая поговорить не было. И сейчас он лишь проводил слугу задумчивым взглядом и сделал себе зарубку на памяти – обязательно найти время, чтобы поговорить с названым братом.

Алан не изменял себе, поэтому кроме того плана, что ему предложила оппозиция, он подготовил и свой собственный, в который были посвящены только близкие. Не хотелось быть марионеткой на троне. Нет, Алан верил генералу Генри Роману, но генерала тоже могли использовать. Герцог потрогал корону на голове и ухмыльнулся. Сюрприз ждал всех.

– А ты знаешь, Алан-балан, что эта коронация недействительная?

Оська протиснулся в щель между дверью и косяком и шустро забрался на кровать. Кабинет Алан пока не нашел, пришлось проводить «совещание» в спальне.

– Подозревал. – Алан присмотрелся к шуту. – Ты решил отпустить усы?

– Правда, я с ними солиднее? – Оська гордо повернулся в профиль. – Верги, конечно, на нашей стороне, но короновать тебя должен Наместник.

– А Наместника убили… – понимающе протянул Алан, паззл сложился. – Вот ур-роды!

– Ага. Ты ведь тоже понял, да? Ты взял трон, но храмовники еще три дня выбирают нового Наместника, и заметь, мы не знаем, кого именно! Ты сидишь во дворце, у тебя есть корона Королей, но ты не король! Потому что некому тебя правильно короновать! А в это время…

– А в это время?

– А вот дальше я не могу понять, – потер нос Оська. – Зачем так сложно? И почему это приказал отец Жириш? Хотя… Ты ждешь здесь корону, а они там прибирают к рукам твой город? Или за эти три дня протянут какие- нибудь странные законы? Или…

– Или отцы просто решили выиграть время и, не дав храмовникам опомниться, поставить на пост Наместника своего человека. Насколько я помню из хроник, выбор нового главы Храма занимает больше месяца, а тут всего три дня. Государственный переворот, смута и неразбериха, под шумок очень легко протянуть своего кандидата.

– Но их ждет сюрприз, да, ваше величество? – захихикал шут и забрался на подоконник.

– Отец Жириш приказал нейтрализовать Наместника, но приказа устранять его физически не было. Это инициатива брата Эдара. – В комнату в сопровождении Ворона бесшумно вошел командир отряда ксенов.

– Просто ты не видишь всего замысла, птичка-невеличка! – высокомерно посмотрел с высоты окна на вошедших Оська. – Ты еще маленький, тебе не рассказывают.

– Возможно, ты прав, шут, – не стал спорить ксен. – Я воин, а не политик.

– Умрешь за чужие идеи? – Оська скорчил серьезную мину. – Я тебе песенку посвящу и спою ее на берегу реки Забвения. Или куда там попадают Искореняющие после смерти? Хотя Вадий такой затейник…

Глаза шута расфокусировались, и он словно выпал из реальности.

Алан уже замечал такой взгляд у Оськи и понимал, что именно пытается увидеть шут. Самому бы попробовать, но время! Все упирается в нехватку времени. Он и так уже пожертвовал сном, а все равно не успевает…

– Как твое имя? – спросил он командира отряда.

Алан до сих пор не сталкивался с молодым ксеном близко. Парень держался обособленно и отстраненно.

– Винсент.

– Брат Винсент учился с нами, год назад он закончил обучение и получил сан искореняющего. Вторая ступень, – пояснил Ворон, становясь у Алана за спиной. – Отец Пауль ставил нам его в пример.

– Жалеешь, что ушел? – спросил Винсент, не отрывая взгляд от лица Ворона.

– Он не уходил, – ответил за телохранителя Алан. – Просто взял перерыв.

Да, он выкупил ксенят у храма, причем немалой ценой, но если они захотят продолжить учиться, то Алан не станет возражать.

Винсент согласно кивнул. Алан же откровенно рассматривал парня. Лет двадцать, может, чуть больше. Белокур, сероглаз, правильные черты лица, тонкий нос, волевой подбородок. Небольшой шрам на левой скуле. Не красавец, но лицо породистое, парень явно не из крестьянской семьи. И взгляд точно такой, каким смотрят они все. Безликий, спокойный, безэмоциональный.

Когда в спальню пришли Найк с Рэем, остальные уже расселись и тихо переговаривались, рассматривая корону, которую Алан стащил с головы и пустил по кругу.

– Друзья, – оскалился Алан. – Время наступило. Мы вступаем в опасную игру, и у вас еще есть время отказаться. Я пойму и не буду препятствовать.

Никто не ушел и не сказал ни слова, только Оська громко и пренебрежительно фыркнул.

– Отлично, тогда приступим. Первым выслушаем наместника Рогана, его брат, как вы знаете, служит в городской страже, и он там далеко не последний человек.

А еще Найк по поручению герцога вел с ним бурную переписку всю нынешнюю зиму. Заговор, провернутый чужими руками, – это хорошо, но ненадежно, никогда не знаешь, что потребуют за помощь, поэтому Алан всю зиму занимался собственными переговорами, и план, разработанный с участием брата Чеха и Мэтью Гарднера, нравился герцогу больше, чем предложенный герцогом Верги.

– Найк?

– Я встречался с братом, все идет по плану. Городская стража на нашей стороне. Капитану обещали титул, а его дочери место … – Алан перевел это как «фрейлина». – …при ее величестве. В случае противостояния стража вступать в бой не будет и поддержит нас при захвате Храма.

– Отлично! Генерал Роман утверждает, что армия тоже на нашей стороне.

– Армия, ха! – Оська подпрыгнул на стуле и скривил рожу. – Три тысячи наемников - это разве армия? Это так… гопники в подворотне!

– Ты знаешь, кто такие гопники?

Алан откровенно смеялся. Никак, стресс действовал.

– Конечно, знаю! – скорчил хитрое лицо Оська. – Гопники – это армия Галендаса!

– Ничего, шут, мы быстро исправим это недоразумение.

– Зато Искореняющих полторы тысячи, а каждый из них стоит трех наемников, – тихо добавил Винсент и тут же спросил: – Вы хотите захватить храмовников?

– Нет, только нейтрализовать их на время, – не стал лукавить Алан. – Хотя после смерти Наместника мои планы немного изменились. Ты против?

– У меня четкий приказ - сохранить вам жизнь и трон, остальное меня не касается. Но воевать против Храма мы не будем.

– Поэтому ты идешь со мной во дворец, а в Храм идет городская стража и отряд Иверта.

– Правильно ли я понимаю: ваши соратники об этом не знают?

– Я не кладу все яйца в одну корзину.

– Значит ли это, что нам следует устранить герцога Верги, когда вы возьмете трон?

– Пока не вижу для этого причины.

Винсент склонил голову, показывая, что понял, остальные молча слушали.

– Иверт, вы знаете, что делать, – повернулся Алан к молчаливым горцам.

– Второй отряд ждет нас в едальне рядом с дворцом, – очень неприятно ухмыльнулся Рустам.

Его племя все же перешло под руку Бешеного Кузнечика, и племя Алана теперь сравнялось по численности с племенами Сарха и Красного Быка, а это уже была сила, с которой даже горцы станут считаться. Еще один отряд горцев, состоящий из воинов Быка и Сарха, ушел в столицу тихо и незаметно за двое суток до выхода остальных. Двадцать два отборных воина, горячих, опытных и безбашенных, жаждущих славы и добычи… Ох, как бы лекарство не оказалось хуже болезни.