В общем кабинете оперов Носов осматривал свое оружие. Он разобрал пистолет, проверил смазку, протер белой тряпочкой ствол. Пару раз для прикола навел ствол на Кошеля, чего тот словно и не заметил. Ну, или сделал вид. Затем Носов собрал детали, вставил магазин в патронник, поставил на предохранитель.

Прицелился, глядя на дверь, на которой была прикреплена мишень с отверстиями от пуль — свидетельство того, что пули легли кучно вокруг центра. Это была мишень Вохи, по которой он отработал на сдаче нормативов по стрельбе. Лучший показатель во всем подразделении.

Теперешнее показательное выступление Носова было спектаклем для одного зрителя.

И Кошель его прервал:

— Знаешь, Лева, не стоит целиться в дверь.

— Да ладно! — Носов осклабился.

— Расскажу тебе одну историю. Мой дед был знаменитым механиком. Чинил все: от трактора до часов. Но в основном специализировался на оружии: охотничьи ружья, наградные пистолеты, табельное оружие милиционеров. Даже воинские части к нему обращались. Работал он в подвале котельной. Однажды он починил охотничье ружье и пристреливал его, целясь в дверь, обитую жестью. И вот представь, он стреляет. Вдруг распахивается дверь, и на пороге — его сын, то есть мой отец. Лет двенадцать тогда ему было. И вот весь заряд дроби попадает ему в живот.

— И что, убил? — Носов враз посерьезнел.

— Ну, я бы не сидел сейчас перед тобой. — Кошель улыбнулся. — Спасло батю то, что на нем был армейский ремень с медной пряжкой. Металл, три слоя толстой кожи и рубашка со свитером. Заряд застрял в жировом слое живота. Хотя сколько там того жира у пацана. Но дед поседел за несколько минут. С тех пор он оружием не занимался. Ты бы тоже поаккуратней, Лева!

— Без сопливых скользко, Шурик. Под руку не каркай.

— Боишься — сглажу?

— Ничего я не боюсь. Я не суеверный. Просто не каркай, и все. Смотри и учись, как старшие товарищи работают.

Носов надел куртку и направился к двери, а на пороге резко обернулся:

— Один раз я Вальтера уже брал. Его отмазали. Теперь не уйдет.

На этих словах дверь распахнулась и появился Калганов. Носов смерил его победным взглядом, грубо оттеснил плечом и вышел.

Воха с недоумением глянул на Кошеля. Тот развел руками.

— Товарищ Лева преисполнен служебного рвения.

Воха плюхнулся на свое место и уставился в потолок. В календаре следующий понедельник был обведен красным. Это могло означать только одно: день рождения Петровича. На этот раз подарком должен был заниматься он, в прошлом году Носов придумал телефон и все его радостно поддержали, включая самого Воху. До сих пор Петрович осваивает свой андроид, перетаскивая виджеты и скачивая программы под не всегда цензурное кряхтение. Зато когда он научился платить через приложение Привата за квартиру — все его страдания враз окупились! И спустя полгода парни услышали искренние слова благодарности от расчувствовавшегося шефа.

«Но в этом году телефон уже не подаришь. Что делать? Вискарь был, портмоне было, даже шахматы с фигурами гетманов были. Вот ведь блин!»

— Слышь, Шурик!

Кошель охотно оторвался от отчета.

— Что Петровичу дарить на день рождения? Уже все, кажись, передарили. — Воха скривился и почесал макушку. — В этом году я дежурный по апрелю.

— Что? — Кошель до конца не понял фразу про дежурного.

— Мы скидываемся, а потом кто-то покупает подарок. Теперь этот кто-то я. Что придумать, а?

— Давай рассуждать логически. Что он любит? — Кошель встал и подошел к столу Вохи.

— Так… не знаю я. — Воха вдруг осознал, что хоть и провел с Петровичем в одном здании большую часть своей жизни, знает о нем все-таки мало.

— Володя! Ты меня удивляешь! Это ж у всех на виду!

— Что? — Воха подумал о секретарше и бухгалтерше, но тут же отмел эти дикие мысли одну за другой. Петрович — кремень. Не в пример иным ходокам.

— Рыбки! — Кошель развел руками.

— Точняк! Только я в них ничего не шарю. — Воха скис, не успев обрадоваться как следует.

— Я шарю! Только я не о рыбках — тут важна совместимость видов, и вообще дело хозяйское, а вот оборудование классное — это тема, согласись! Фильтр у Петровича старенький уже. Есть модели попроще в эксплуатации и помощней. Потом набор тестов на PH ему нужен. Химия аквариумная, чтобы вода не зеленела так быстро. Светильники сейчас бомбезные производят. Ты мне всю сумму озвучь, я сейчас в сети пошарю, и мы с доставкой прямо сюда закажем. У меня и скидка имеется в парочке магазинов.

— Шурик! Ну, ты — голова! Спасибо! У меня дальше вискаря фантазия обычно не идет! Вот Петрович обрадуется, а главное, никто еще такого не дарил.

Настроение у обоих улучшилось. И хотя Воха злился на себя, что на такой очевидный факт, как хобби Петровича, ему снова указали, а он сам не додумался, радость от наполовину выполненной задачи все-таки перевешивала.

— Как эти синенькие светящиеся рыбки называются? — Калганов решил еще немного повременить с рутиной отчетов.

— Неоны.

— Прикольные!

— Ага. Один француз, тот еще авантюрист, искал золото в дебрях бассейна Амазонки и заболел тропической лихорадкой. Его приютило индейское племя. В хижине шаман показал ему сосуд с необычной рыбкой и заставил на нее смотреть во время камланья, — Кошель заметил удивленный взгляд капитана и поспешил объяснить, — то есть шаманского песнопения под бубен. Неоны эти у них считались осколками упавших звезд. Француз выздоровел и начал отлов рыб. Он перевозил их в обычных ящиках с щелями, промазанными смолой. Рыбки оказались очень выносливыми. За них коллекционеры в Америке и Европе платили безумные деньги. Так что, можно считать, француз добыл свое золото. Правда, рыбки отказывались нереститься. Пока в Германии не освоили химию воды.

— Вот видишь! Мы на правильном пути!

Воха удивился не столько познаниям старлея, сколько его увлеченности. Странно, что у него одного из всех его знакомых не было никакого хобби. «С другой стороны, хобби — это такая привычка, которая требует постоянных вложений денег. Так что, может, оно и к лучшему! Без хобби-то!»