На этом фото они были сняты вместе. Тамара повертела рамку в руках и аккуратно поставила на место. У Виктора на рабочем столе стояла такая же, правда, там была одна Тамара. В остальном ее кабинет казался уменьшенной копией кабинета Новака. Во всем чувствовался его стиль: цвета стен, мебели, жалюзи. Даже растения в вазоне в нише у подоконника. Тамара подошла к нише: «Что ж это у вас такое жутковатое название — монстера?» Тамара полила цветы, потянулась, разминая напряженную спину и вернулась за стол.

Сегодня она работала с договорами, обложившись папками с бумагами. Нудная работа, но она предпочла ее сделать самостоятельно. Переносила сведения с бумажных носителей в память компьютера. У нее была своя схема систематизации данных, объяснять кому-то вышло бы намного дольше. Да и пользовалась она ею сама.

Раздался короткий стук в дверь. Тамара оторвалась от монитора. В ореоле ее любимого парфюма вошел Новак. Одного взгляда было достаточно, чтобы определить: он не просто злился, он был в ярости.

— Что случилось? По работе? Опять неприятный сюрприз? — Тамара привстала навстречу Виктору. Тревога во взгляде сквозила неподдельная.

— Именно, сюрприз. С работой это не связано. Мне сейчас звонил доктор Сушко. Из клиники. Ты, конечно, помнишь.

— Конечно! — Тамара удивилась, разве она могла забыть. — Ну, и?

— У него сегодня прямо с утра были твои друзья Калганов и Шульга. — Виктор сделал паузу, во время которой выглянул в окно, словно опасался увидеть и здесь эту парочку. — Так вот, именно Шульга задавал вопросы о Тимуре. Спрашивали о какой-то их старой пациентке. — Виктор снова повернулся лицом к Тамаре. — Придумал повод.

Он прищурил глаза, глядя ей в лицо. Тамара почувствовала нарастающее раздражение.

— Зачем? Какое это имеет отношение к Тимуру? Тем более что дело закрыто. — Новак взял ее авторучку со стола, нажал на колпачок сверху, прислушался — раздался щелчок. — А Шульга, по своей привычке, никак не успокоится. Ему больше всех надо. Амбиции зашкаливают. И это — уже не впервые за столь короткое время! — Новак не заметил, как повысил голос. Снова нажал на ручку. И снова раздался щелчок.

Тамара протянула руку. Виктор не сразу понял, чего она от него хочет. А когда проследил за ее взглядом, понял: — Ах, да! — И бросил ручку на стол. Та покатилась по гладкой поверхности в сторону Тамары. Она остановила ручку ногтем указательного пальца. «Ага, — отметил про себя Новак, — маникюр свежий, ярче, чем обычный фрэнч, почти «пьяная вишня».

— Виктор, не кричи, пожалуйста. Нас могут услышать.

— Извини, но этот твой Шульга…

— Он не мой, Виктор. — Тамара постаралась взять себя в руки, чтобы не повысить тон. — И мне тоже неприятно, что он лезет, куда не просят. Но Борис всегда поступает так, как считает нужным. И если он задает вопросы о Тимуре, значит, они у него остались.

— Но! Ни ты и тем более я его об этом не просили. Делом занималась полиция, и оно закрыто. Все!

— Я могу с ним поговорить, — наткнувшись на взгляд исподлобья, Тамара поспешно добавила: — При случае.

— Вот именно — при случае. И не надо искать этого случая. — Виктор каждое слово произнес отдельно, отчего Тамаре показалось, будто он отдает приказ. Она передернула плечами и поджала губы. Почувствовав, что слегка перегнул палку, Новак дотронулся до ее плеча. — Мне нужно ехать по делам. Тебя отвезет Сотник.

— Я не маленькая, Виктор. Доеду сама. Буду ждать тебя дома. — Тамаре передалось его плохое настроение.

Новак вышел, не потрудившись закрыть за собой дверь. Тамара вздохнула.

Значит, Боб продолжает ковыряться в деле, о котором она старалась не думать. Но сейчас ее беспокоило другое, — Виктор, который только и ищет повода показать Тамаре, что Боб не так хорош, как ей хотелось бы.

Тамара вспомнила, как родители ругали Тимура за очередные проступки, папа мог даже шлепнуть его при случае, но не дай бог классная руководительница пыталась на него пожаловаться! И он, и мама яростно бросались на защиту «грозы школы», обвиняя плохое окружение и напрочь забывая, что еще вчера сами его «строили» примерно в таких же выражениях, как и учительница.

Сама она могла сколько угодно ругать Бориса последними словами и даже порой ненавидеть, но подобный тон Виктора по отношению к Шульге был для нее болезненным ударом.

Тамара достала из сумки мобильник, нашла в контактах «Боря» и нажала на «вызов».