Чудокар Боба въехал на Никольскую Слободку. Здание клиники утопало в густом тумане, нагнанном с реки сразу после обеда. Воха и Боб завернули на парковку, где будто нарочно зияло одно свободное место. Раньше здесь стояла машина охранника. Боб щелкнул ключом сигнализации и глянул на клинику. В окне второго этажа мелькнуло встревоженное лицо доктора Сушко. Воха тронул за локоть Боба и показал глазами наверх.

— Он, наверное, думает, что мы его страшный сон. Или глюки.

Боб криво усмехнулся:

— Зато не придется объясняться с администраторшей.

— Думаешь?

— Сейчас сам увидишь!

И в самом деле, едва завидев знакомые фигуры, администратор поднялась со своего места. Молча кивнула в ответ на полупоклон Боба и, следуя инструкциям главврача — не вдаваться в лишние вопросы, лишь указала рукой в сторону его кабинета.

Сушко встретил полицейских на пороге и широким жестом пригласил войти.

— Опять моя клиника втянута в какую-то историю? Как сглазил кто, честное слово!

— Да не волнуйтесь! На этот раз ничего криминального, — Воха поспешил успокоить доктора. — Просто одна девушка купила в аптеке лекарства, которые не выдаются без рецепта. А на рецепте указана фамилия врача и название клиники. Фамилия больного — Полищук С. А фамилия доктора, как вы понимаете, ваша.

Сушко достал из ящика стола две печати:

— Вот, пожалуйста, моя печать, личная, так сказать. Все, как положено. У каждого врача есть такая. А это печать клиники, для административных документов. Для особых препаратов ставим две печати. У нас с этим очень строго.

Боб подал голос:

— Кто такой Полищук С.? Или такая?

— Именно такая. Девушка Света Полищук. Ее привезли родители. По совету нашего охранника, кстати. Они вроде как встречались.

Боб с Вохой переглянулись. Борис многозначительно поднял брови.

— Что с ней было? Препараты-то сильные?

— Света пережила психологическую травму. Стала жертвой какого-то афериста. Подробностей я не знаю. Но якобы она поссорилась с парнем. Чтобы переключиться, стала искать знакомства в интернете. Нашла какого-то Учителя. Встретились. Этот Учитель чем-то опоил ее. Когда очнулась, обнаружила, что находится в конуре, еще и привязана к кровати.

— Насиловали? — все больше беспокоясь, спросил Воха.

— К счастью, до этого не дошло. Но этот так называемый Учитель потребовал денег, десять тысяч долларов. «Или деньги, или подсажу на иглу. Лечение дороже обойдется, первую дозу ты уже получила», — так он сказал.

— Я так понимаю — она согласилась? — Бобу передалось волнение Вохи.

— Очень испугалась. Родители — люди небогатые. Но сумма оказалась вполне подъемной — недавно продали домик в селе. Наследство. Выкупили дочку, не раздумывая. Только Учитель ее обманул.

— То есть?

— Отключил он ее снотворным. Наркотиков в крови не оказалось.

— Взял на понт. Они в полицию обращались?

— Вроде. Но там заявления не приняли. Посоветовали быть осторожнее в выборе знакомств. Не захотели связываться.

Боб покачал головой:

— Это у нас умеют.

Сушко бросил на него быстрый взгляд. От Новака он знал, что Шульга выступает как частный детектив. Но присутствие Калганова вынуждало говорить дальше:

— Света впала в депрессию. Винила себя, что родители из-за нее отдали все сбережения. Стала плохо спать, по любому поводу — слезы или агрессия. Я выписал рецепт. А недавно родители звонили: дочь ушла из дому. Боятся, как бы чего не случилось.

— Куда ушла? — встрепенулся Боб.

— Да к парню своему. Нашему бывшему охраннику. Потому родители и звонили мне. Кстати, я на днях обоих парней уволил. Ну, после того случая с побегом пациента.

Боб щелкнул пальцами:

— Стоп! А ведь это именно они допустили бегство Тимура.

— Почему вы так решили?

— Потому что это очевидно. Тимур не мог сбежать, не имея сообщника среди персонала. Охранник очень даже подходит для этой роли. Нужны личные дела парней, контакты, фотографии.

— Конечно! Я сейчас же распоряжусь, — встревоженный Сушко взялся за трубку телефона внутренней связи.