Некроз в последний раз выстрелил зеленым лазером и попал Тони прямо в грудь. Старк почувствовал, как ослабленные жаром доспехи начинают трескаться. Он понимал, что это значит: если не убраться отсюда прямо сейчас, костюм не выдержит, и он сгорит заживо.

Но Тони не двигался с места. Он пошевелил руками, которые все еще лежали на голове Некроза и испускали репульсорные лучи. Вдруг руку Тони пронзила острая боль, голова робота наполнилась зеленым светом и взорвалась ослепительной вспышкой зеленого пламени и репульсорной энергии, отбросив Старка в сторону. Он сильно ударился о стену и рухнул на землю, боль разъедала руку, от треснувшей перчатки поднимался дым.

Тони изумленно посмотрел на расплавленные остатки Некроза. Робот растекался по полу, пузырился и бурлил, как суп на огне, черные струи утекали в лавовое озеро.

Старк едва верил себе. Некроз был повержен.

Во всяком случае, один из них.

Он выругался: кожа начала прикипать к доспеху. Мало что бодрит так же, как осознание, что вот-вот сгоришь. Он согнул колени, взмыл вверх и так быстро, как только мог, понесся сквозь пылающую шахту, надеясь, что красные мигающие цифры на дисплее врут.

Позади разливались потоки лавы, начиная подниматься по шахте.

Тони зажмурился и полетел дальше. Лава ревела все ближе.

– Я выберусь, – сказал себе Тони. – Я выберусь. Я выберусь. Я выберусь...

Вылетев наружу так, словно его выплюнула сама Земля, он внезапно почувствовал холод: броня отлетела в сторону, и кожу лизнул воздух. Костюм Железного Человека рухнул и подпалил траву. Тони тяжело ударился о землю и уставился в небо. Мир вращался кругами. Старк прижал руку к груди и принялся жадно вдыхать свежий, прохладный воздух.

– Берегитесь! Лава! – выкрикнул он. – Лава!

– Тони! – Пеппер подбежала к Старку, помогла ему подняться и обняла. К телу прижался ее холодный костюм, и Тони вдруг осознал, что стоит в общественном месте в центре Пенсильвании в одних обгоревших трусах.

– Привет, Тони. Тебе не... одолжить штаны?

Голос был знакомый. И сюда он прибыл без этого человека.

– О, Кэп, – сказал он, морщась и отворачиваясь от Капитана Америка. – Да, от штанов не откажусь.

– Ну не знаю, – с издевкой произнес кто-то еще. – Тебе вроде как идет.

Узнав Черную Вдову, Старк обернулся и увидел Мстителей почти в полном составе. Капитан Америка стоял впереди в красно-бело-синем одеянии, сжимая свой щит. Из-за него на Старка с ухмылкой смотрела Черная Вдова, Тор с Мьёльниром в руках тоже громко усмехнулся. Соколиный Глаз, Человек-Паук и даже Халк в форме зеленого великана тихонько посмеивались.

Тони оглянулся в сторону шахты.

– Нет... никакой лавы.

Тор заглянул в огненную яму.

– Кажется, она довольно глубоко. Но жителям этого города наверняка хотелось бы, чтобы кто-нибудь запаял этот адский колодец.

Тони облегченно вздохнул и покачал головой. Его ноги дрожали, сердце бешено колотилось. На этот раз он еле выбрался.

– Вы, кстати, как раз вовремя, – заявил он, широко раскинув руки и расхаживая туда-сюда, чтобы подавить остатки страха и справиться со смущением. В конце концов, он ведь только что избежал смерти... и даже не горит, что осознавать было довольно приятно. Несколько секунд назад все было гораздо хуже, так что неважно, насколько прилично он выглядит. – Помню, я звал вас на помощь, чтобы побороть Некроза. Но мы с Пеппер и Роуди справились сами. Мир спасен, кризис больше не грозит. Все в порядке. Но на Манхэттене есть один парень... Пока дрались с Некрозом, он взял и выкинул салфетку мимо урны, представляете? Мстители, вперед!

Черная Вдова изогнула бровь и улыбнулась Пеппер.

– Мне кажется, он такой язвительный, потому что без штанов.

Пеппер кивнула.

– Я тоже так думаю.

Тони вздохнул и снова бросил взгляд в сторону шахты. Надо будет рассказать Мстителям о роботе как можно больше – о том, что он такое, кто и зачем его прислал, – пока все в сборе. Но сейчас стоило послушаться Капитана Америка.

Мир спасен, а Тони Старку действительно нужны штаны.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

ПУСТЬ НЕНАДОЛГО

ПРИЗРАК, невесомый и неосязаемый, плыл по длинному темному коридору, ведущему в технологический рай, который он называл своим домом. Благодаря способности принимать бестелесную форму он не нуждался в конкретном месте для отдыха. Но пусть все эти человеческие нужды и остались позади, иметь свой угол было приятно. Место, где можно посидеть и подумать, которое можно назвать своим домом.

Он прошел сквозь стену, которая вела в его логово, изнутри напоминавшее неискушенному гостю неудачно сконструированный интерьер космического корабля из дешевого научно-фантастического фильма 50-х. На самом деле в этом подземном помещении располагался самый большой и мощный компьютер на свете – по крайней мере, других таких Призрак не знал. Он называл это своим вторым мозгом.

Войдя внутрь, он ощутил странную дрожь и боль в груди. На мгновение ему показалось, что Некроз каким-то образом снова пробирается внутрь и захватывает власть над его системой, но это чувство совсем не походило на утрату сознания. Ощущение прошло спустя одно жуткое мгновение, и Призрак растерялся. А потом к нему пришло мрачное осознание: Некроз мертв.

Или, скорее, уничтожен. То, что не жило, умереть не может.

Призрак стоял, слегка сгорбившись, среди серых панелей с бесконечными рядами кнопок. Помещение раз в двадцать больше футбольного стадиона заполняли жесткие диски, порты и экраны. Посреди этого пространства он чувствовал себя совершенно одиноким.

Пусть Некроз и захватил против его воли тело и технологию, Призрак, похоже, скорбел по инопланетному роботу. Он действительно хотел, чтобы Тони Старк не позволил уничтожить мир, и из чувства мести подсказал слабое место Некроза, но в гибели робота было нечто несомненно трагическое. Этот робот был единственным в своем роде, кто добрался до этой планеты. Призрак решил, что о нем стоит погоревать. Людей тут целые толпы. Некроз же был уникален. Призрак знал, что где-то таких роботов много, и на долю секунды его заворожила мысль о массовом нападении роботов-Некрозов.

У Земли не осталось бы ни единого шанса.

Как раз когда он раздумывал, не стоит ли сообщить Тони Старку о далекой угрозе, о шлем звякнуло что-то металлическое. Тут же раздался знакомый шелковый голос.

– Что такое? – спросил Лючино Нефария, наставив пистолет на шлем Призрака. – Я помешал твоим размышлениям?

Призрак хихикнул и обернулся. Лицо Нефарии не выдавало ни единой эмоции. Стройное тело облегал ярко-синий костюм. Темные глаза пылали ненавистью, и он догадался, что граф узнал о его предательстве. Нефария прицелился между глаз.

– Какой театральный жест, – ядовитым тоном проговорил Призрак. – Явился свести счеты?

– Ты убил столько моих сотрудников, что и не счесть, – сказал Нефария. – Сжег мой дом. Вполне логично, что я к тебе наведаюсь. Ты ведь знал, что я за тобой приду.

Призрак вздохнул и покачал головой. Да, вполне логично. Он ожидал, что у Нефарии останутся к нему вопросы, но так вымотался за прошедший день, что даже не подумал об этом. Если бы не забыл, он сам пришел бы к Нефарии, пока тот спит, просунул бы руку сквозь кровать, сжал бы злобное сердце этого человека рукой и принял бы физическую форму.

Даже жаль, что упустил такой шанс.

– Послушай, – начал Призрак. – Две вещи. Во- первых... я не убивал твоих людей и не разрушал твой дом. Это был Некроз. Он захватил надо мной контроль. Прожевал и выплюнул. И в это время пытался уничтожить мир. Ты что, новости не смотришь?

Нефария ничего не сказал. Но и пистолет не опустил.

– И во-вторых... даже если бы это был я... – а ты знаешь, что это не так... – зачем тебе пистолет? – спросил Призрак, становясь неосязаемым. Он вытянул руки и помахал – они проходили друг сквозь друга. – Застрелить меня не получится. Если бы я захотел, ты бы провалился сквозь пол, не успев даже выстрелить. Как я сделал с Железной Леди... Железной Женщиной, как-то так. Было весело.

Нефария нахмурился.

– Ты думаешь, я настолько глуп, что явился угрожать пистолетом, не будучи уверенным в его функциональности? Мои ресурсы вполне осязаемы. Если мне нужен пистолет, который способен убить тебя, он у меня будет. – Нефария убрал оружие от шлема Призрака и перекинул его из одной руки в другую. – Хотя я бы и голыми руками справился. Ты не успел бы шелохнуться, как я раздавил бы нелепый шлем и как раз рассмотрел бы выражение твоего лица перед смертью... И все-таки... есть в оружии нечто изящное. Живая классика. Может, с ним я преступник. Любопытно.

Он улыбнулся и снова поднял пистолет.

Призрак, не зная, говорит ли Нефария правду, уставился прямо в дуло. Он задумался, каково это – умереть. По Некрозу было кому скорбеть. Но кто будет оплакивать его самого?

– Я этого не делал, – повторил Призрак.

Нефария прищурился и внимательно посмотрел на него.

– Я верю, – медленно произнес он, не опуская оружия. – Но у меня был невероятно тяжелый день. Даже если не считать твоей досадной ошибки и суммы, которую я за нее заплатил, сам ты сбежал, а Некроз разрушил мой дом. Убил моих людей. Пока ты стоял и ничего не делал, на базу вторглись Железный Человек и Воитель. Они унизили меня. Они посадили одного из моих людей на дерево. Он обделался. Так вот, скажи мне, Призрак, разве достойные люди так друг с другом поступают?

– Когда ты грозишься меня пристрелить из-за того, что день не задался, даже не знаю, как на это ответить.

Глаза Нефарии вспыхнули, и он засмеялся. Призрак едва сдержал вздох облегчения, когда граф, не прекращая заливаться смехом, убрал пистолет за пояс.

– Ха!.. Ха! Отличный ответ, – проговорил Нефария, покачивая головой. – Твои слова не лишены смысла. А теперь скажи мне. Где Некроз?

– Что? Ты же не собираешься еще раз проделать то же самое?

– Где... он?

Призрак не хотел, чтобы к его голове снова приставили пистолет, поэтому сказал правду:

– Мертв.

Нефария уставился на него пытливым взглядом. Призрак обдумал подбор слов:

– В смысле, уничтожен. Старком. Ты что, в новостях не видел?

– В текущий момент у меня нет телевизора.

Призрак подумал, что граф снова потянется за пистолетом, но тот развернулся и с силой пнул стену. Его нога прошла сквозь металл, как через лист бумаги.

Нефария громко выругался, будто выплевывая слова. Призрак в каком-то смысле его понимал. Некроз был неразумной, простой машиной убийства, чем-то похожей на пистолет... и все же в нем было что-то красивое, интересное – наверное, другие люди то же самое видели в произведениях искусства.

Призрак задумался, не стоит ли рассказать Нефарии об армии таких же роботов в глубинах космоса, которые ожидают сигнала. Этот сигнал Некроз мог отправить до того, как навсегда затих. Запертый внутри робота Призрак видел нечто вроде воспоминаний о том, как Некроз спускался на Землю. Он не знал, когда это случилось, но мир в те времена был совсем другим – тихим. При падении робот расколол Землю и оказался в пекле. Еще не принявшись вершить суд, он запустил систему аварийной защиты и погрузился в спящий режим, в котором его и обнаружил ЩИТ. А все могло быть совсем по-другому... Если прибудут другие Некрозы, в чем Призрак не сомневался, Земле больше так не повезет.

Если сказать об этом графу, он не остановится, пока сам не отыщет эту армию. Призрак был счастлив остаться в живых, но понимал, что для Нефарии исчезновение Некроза – это личная неудача, которую можно исправить, только воплотив в жизнь первоначальный план, пусть и безумный.

– Печально, – сказал Нефария, отворачиваясь от Призрака и направляясь прочь. – Но завтра будет новый день. Я к тебе зайду.

Призрак подумал, что, возможно, не стоит искушать судьбу, но ничего не мог с собой поделать. Он поплыл по воздуху за Нефарией и, зависнув над графом, спросил:

– Зачем? – По его логову разнесся скрипучий голос. – Чего ты добиваешься? Ладно, избавиться от Мстителей, уничтожить корпорации, захватить все... все, что можно захватить. Но зачем? Зачем тебе это?

Нефария долго смотрел Призраку в глаза, а потом широко улыбнулся:

– Чтобы сделать мир лучше.

Призрак не двинулся с места. Нефария скрылся в конце длинного тоннеля из жестких дисков, и в помещении осталось лишь эхо его шагов, громкое и отрывистое, как выстрелы из пистолета.

* * *

ТОНИ, в рубашке и брюках из комиссионки маленького городка близ шахты, откусил кусочек от своей любимой пиццы. Когда тебя чуть не зажарили в собственных доспехах, почему-то начинаешь чувствовать голод.

Он сидел за самым большим столом пиццерии с Пеппер и Роуди – в костюмах, но без масок, – а также с Капитаном Америка, Соколиным Глазом, Черной Вдовой, Человеком-Пауком, Брюсом Бэннером (теперь в обычной, человеческой форме и в рубашке из того же магазинчика, что и у Тони, только фиолетовой, а не черной) и Тором. Все они принялись за вторые куски пиццы, кроме Тора, который остановил свой выбор на пасте с сыром и водкой.

– Кто ест пасту в пиццерии? – возмутился Соколиный Глаз, ткнул пальцем в Тора и сказал: – Думает, он такой шикарный.

– Некоторые земные яства могут сравниться с щедрой асгардской трапезой, но этой пасте равных нет, – заявил Тор, кулаком стирая соус с губ. – Бэннер, передай чесночную булочку. Съем с соусом.

Тони осмотрелся по сторонам проверить, что никто их не подслушает. Владелец забегаловки, морщинистый старик, который говорил так, будто хрюкал, и мог похвастаться куда более роскошными волосами на ушах, чем на макушке, никогда не отказывался выгнать посетителей, чтобы Тони смог поговорить с товарищами о делах. У Старка был свой парень-снабженец, и точно так же он обзавелся своим парнем в пиццерии в каждом штате, где была вкусная пицца. Кроме того, Тор вечно заказывал больше, чем все субботние посетители вместе взятые, так что хозяин местечка не оставался в накладе.