Если кто-нибудь сказал бы Уэсли месяц назад, что он будет сидеть в центре первого ряда на концерте четырехлетних танцовщиц, он счел бы этого человека сумасшедшим. Тем не менее он приехал на такой концерт. И самое удивительное, что он ему понравился.

Изабелла сидела рядом с ним, тут же были Эдна и Марко. Справа от Уэсли расположились Ченс, Эли и Тайлер, которым было неудобно на маленьких стульях. Зрительный зал детского сада был забит родителями, бабушками, дедушками и детьми всех возрастов. Комната была большой, стулья неудобными, а в углу возле сцены пожилая женщина играла на пианино, которое выглядело так, словно ему несколько сотен лет.

Улыбаясь про себя, Уэсли покачал головой и наклонился, когда Изабелла прошептала:

– Посмотри туда.

Он проследил за ее взглядом и заметил Кэролайн, которая выглядывала из-за занавеса. Увидев его, она улыбнулась, и ее личико просияло. Она махнула рукой и жестом поблагодарила Уэсли. Его сердце замерло, когда он жестами ответил ей «всегда пожалуйста».

Конечно, ей не обязательно благодарить его за приход. Он должен был находиться здесь, ожидая, когда выступит его маленькая девочка. Благодаря слуховому аппарату Кэролайн достаточно хорошо слышала музыку. Уэсли нахмурился, когда Кэролайн нырнула за занавес, чтобы присоединиться к своей группе.

Ему было интересно, как долго ей будет помогать слуховой аппарат. Сколько пройдет времени, прежде чем она войдет в абсолютно бесшумный мир? Он читал о кохлеарных имплантатах и был уверен, что Кэролайн следует показать специалисту как можно скорее. Да, он знал, что есть очень много счастливых, здоровых, но глухих людей. И он знал, что у Кэролайн будет полноценная жизнь, независимо от того, какой путь она выберет. Но, как отец, он обязан сделать все возможное, чтобы облегчить жизнь своему ребенку.

Он посмотрел на Изабеллу, которая нервничала. Ее светлые волосы волнами падали ей на плечи, она тихонько смеялась, слушая Эдну, и ее сине-зеленые глаза сияли. На ней была красная шелковая блузка и черные брюки. Просто глядя на Изабеллу, Уэсли изнемогал от желания.

После их разговора в ее кабинете прошло несколько дней. Их отношения стали менее напряженными, но сексуальное желание только усилилось.

Но Уэсли не должен торопиться. Не надо ничего усложнять. Ему следует показать свою дочь специалисту. Ему нужно добиться слияния компаний, хотя сейчас это кажется невозможным. В ближайшее время ему придется вернуться в Техас, чтобы заняться делами, которые он не может решить по телефону. И он хочет, чтобы Белла и Кэролайн поехали с ним. Секс только все усложнит.

– О черт, – пробормотал сидящий рядом с ним Ченс. – Спрячьте меня.

Нахмурившись, Уэсли поднял голову и увидел Ким Робертс, которая направлялась в их сторону, пристально глядя на старшего Грейстоуна.

– Начинается! – Изабелла схватила Уэсли за руку, когда фортепианная музыка стала громче, а свет в зале погас.

– Слава богу, – пробормотал Ченс. Ким пришлось на время отступить. – Меня спасли маленькие танцоры.

Уэсли улыбнулся, а затем все в комнате исчезло. Он видел перед собой только свою дочь – она была среди десяти маленьких девочек, одетая, как бабочка, и прыгала по сцене. Ярко окрашенные бумажные крылья трепетали, косички подпрыгивали, некоторые девочки нервно хихикали. В темноте он и Изабелла, держась за руки, смотрели на красивую малышку, которая навсегда связала их вместе.

После концерта Уэсли стоял в стороне от родителей, братьев, сестер и родственников выступавших. Он смотрел на них, мысли судорожно кружились в его голове. Он пристально наблюдал за Изабеллой, которая стояла за прилавком и, смеясь, раздавала пунш, печенье и кексы. И ему показалось, что он никогда не видел ничего красивее.

Уэсли не дурачил себя. Ему не хотелось любви. Он желал обладать Беллой. Он в ней нуждался. Если он сумеет убедить Тедди Брэдфорда, что он, Белла и Кэролайн по-настоящему счастливая семья, то, возможно, спасет слияние компаний.

Он отмахнулся от ощущения вины. Он не планировал использовать Беллу и Кэролайн в своих целях. Но он вряд ли виноват в том, что его дочь и Белла способны помочь ему решить главную проблему.

Он подошел к столу, когда Кэролайн принялась описывать свое выступление. Общаясь жестами, его маленькая девочка дрожала от волнения, и Уэсли с наслаждением за ней наблюдал. Увидев свою дочь со светлыми косичками и большими голубыми глазами, широко раскрытыми от счастья, он улыбнулся. Она была настолько мала, что крылья бабочки могли поднять ее в небо; на ее ножках были изящные розовые балетки.

Прошло чуть более недели, а Кэролайн стала настолько важна для Уэсли, что он не представлял себе жизни без своей дочери. Он никогда не планировал становиться родителем и теперь не понимал почему. Он хотел сказать Кэролайн, что он ее отец. Но он не собирался признаваться ей в этом, а потом уезжать в Техас и встречаться с ней время от времени.

Он хотел большего. Он желал наблюдать, как она растет. Он собирался стать частью ее мира. Но Кэролайн и Белла неразрывно связаны, поэтому ему придется убеждать Беллу, что они трое должны быть вместе.

Он посмотрел на Беллу, которая стояла за прилавком и помогала Кэролайн снять бумагу с кекса. Он улыбнулся. Они обе такие красивые, что от них трудно отвести взгляд. Он так увлекся ими, что не заметил, как к нему подошел Ченс.

– Строишь планы? – спросил Ченс.

– Что? – Застигнутый врасплох, Уэсли посмотрел на него.

– Все в порядке, – сказал Ченс, засовывая руки в карманы. – Видя, как ты смотришь на мою сестру, я понимаю, что я должен отступить. Разбирайтесь между собой сами.

– Я рад это слышать, – сухо ответил Уэсли, хотя ему было наплевать на братьев Грейстоун.

– Но не расстраивай меня.

Ченс подошел к Кэролайн, подхватил ее на руки и прокружил на месте. Она звонко расхохоталась.

Уэсли смотрел и продолжал строить планы. Эта маленькая девочка принадлежит ему. Ее мать тоже принадлежит ему, но просто пока не догадывается об этом.

Но она обо всем узнает в ближайшее время.

Объевшись сладкого, перевозбужденная Кэролайн не хотела ложиться спать. Уэсли решил принести ей из машины подарок, который ему прислали из Техаса.

Остановившись у двери спальни, он услышал разговор Беллы и Кэролайн.

– Уэсли поцелует меня на ночь?

– Он придет через минуту, милая.

– Он хороший, – сказала Кэролайн.

Уэсли не видел ее, но представлял, как двигаются ее маленькие руки. У него потеплело на душе.

– Да, он хороший, – ответила Белла.

– Он смешной и красивый. Он должен остаться здесь.

– Здесь? – спросила Белла. – В Свон-Холлоу?

– С нами, мама, – ответила Кэролайн, и Уэсли замер. – Он любит меня, и он должен быть здесь. Мы будем играть.

– Уэсли живет в Техасе, дорогая, – мягко сказала Белла. – Он просто приехал в гости.

– Он уедет? – печально спросила Кэролайн, и Уэсли стало не по себе.

– Не сразу. – Белла успокоила дочь. – Но ему придется вернуться домой в ближайшее время.

– Но он может быть здесь как дома, мама.

– Это не так просто, детка.

– Почему?

– Потому что… – Пауза. – Потому что его дом в Техасе.

– Почему?

– Потому что он там живет.

– Но почему?

Он не желал делать свою дочь несчастной. Ее слова укрепили его решимость остаться в ее жизни навсегда.

– Мы можем поехать в Техас? – спросила Кэролайн.

Помолчав, Белла ответила:

– Нет, мы не можем.

– Почему?

Изабелла вздохнула:

– А как же твои дядюшки? Они живут здесь. Ты не будешь по ним скучать?

– Буду. Но они могут тоже туда поехать!

Уэсли понял, что упрямство Кэролайн унаследовала от него.

– Детка, почему бы просто не наслаждаться общением с Уэсли, пока он здесь?

– Но я не хочу, чтобы он уезжал.

Уэсли резко вдохнул, чтобы успокоиться.

– Я знаю, милая, – тихо сказала Белла. – Я тоже.

Он улыбнулся. Итак, Белла не желает, чтобы он уезжал. Похоже, ему будет нетрудно убедить Беллу вернуться в Техас вместе с ним.

Думая об этом, он вошел в комнату Кэролайн.

– Уэсли! – Кэролайн выскочила из постели, подбежала к нему и обвила руками его ноги.

У него екнуло сердце. Обнимая дочь, он поймал взгляд Беллы. Он понял, что ей интересно, какую часть их разговора он подслушал.

– Ты принес мне подарок? – завизжала Кэролайн.

– Это подарок для лучшей танцовщицы, – сказал он, постукивая пальцем по губам. – А кто у нас лучшая танцовщица?

– Я! – закричала Кэролайн. – Это была я. Да? – неуверенно спросила она.

– В этом никто не сомневается. – Уэсли протянул ей белую коробку, завязанную красной лентой.

– Мама, смотри! – Кэролайн осторожно подошла к матери, неся довольно тяжелую коробку.

– Я вижу. – Белла рассмеялась. – Поставь коробку на пол и открой ее.

– Сейчас! – Кэролайн поставила коробку на пол, плюхнулась рядом с ней, развязала ленту и подняла крышку. – Ого!

Уэсли понял, что ей понравился подарок.

– Мама, смотри! – Кэролайн вытащила из коробки куклу и внимательно ее осмотрела. – Она похожа на меня, мамочка. У нее глаза и волосы как у меня. И у нее слуховой аппарат как у меня!

– Она тебе нравится? – спросил Уэсли, хотя уже знал ответ.

– Очень нравится, – сказала Кэролайн и протянула куклу матери, а потом подбежала к Уэсли. Он подхватил ее на руки, и она обняла его за шею. Он никогда не чувствовал ничего замечательнее объятий своего ребенка. Он вдохнул запах ее шампуня. Девочка прошептала: – Спасибо, Уэсли.

Ему показалось, что от избытка чувств у него разорвется сердце.

Потом он посмотрел на Беллу и увидел в ее красивых глазах непролитые слезы, и окончательно потерял самообладание. Ему показалось, что земля уходит у него из-под ног, словно началось землетрясение. Белла и Кэролайн изменили его жизнь, даже не пытаясь это сделать.

* * *

После того как Кэролайн уснула, крепко прижимая новую куклу к груди, Изабелла вывела Уэсли из комнаты и прикрыла дверь.

В тускло освещенном коридоре она повернулась, посмотрела на Уэсли и тихо сказала:

– Ей понравилась кукла. Спасибо.

– Ты не должна благодарить меня. Но я рад, что ей понравилось. – Он улыбнулся и мельком взглянул на дверь, отделяющую их от Кэролайн. Он посмотрел на Изабеллу. – Эта кукла из нашей новой линии «Моя копия». Мы начнем продавать ее через несколько недель, поэтому Кэролайн получила куклу раньше всех.

Изабеллу глубоко тронуло то, что Уэсли попросил прислать куклу Кэролайн.

– Это так много значит для нее, – произнесла она. – И для меня тоже. Ты мог бы сказать ей, что ты ее отец.

Он медленно покачал головой:

– Нет. Я не хочу дарить ей подарок и сразу же обрушивать на нее такую ответственность. Я скажу ей, кто я такой, когда будет подходящее время.

В глазах Изабеллы стояли слезы, пока она вспоминала волнение и удивление дочери, когда та поняла, что у куклы есть слуховой аппарат. Уэсли сделал ей замечательный подарок. Ребенку приходится нелегко, когда он понимает, что он отличается от остальных детей. Но Кэролайн была сильной личностью, и все же кукла со слуховым аппаратом прибавила ей уверенности.

Уэсли подарил своей дочери не просто куклу. Он дал ей признание.

Изабелла вздохнула, взяла Уэсли за руку и повела его за собой по коридору.

– Куда мы идем? – спросил он.

– Туда, куда мы всегда шли, – сказала она и потянула его к себе в спальню. Она решила больше не врать самой себе. Это было неизбежно с момента его приезда в Колорадо. Она знала, что он тоже это понимает. Встретившись с Уэсли после пяти лет разлуки, она почувствовала, что оживает.

Лунный свет, отражающийся от снега, проникал в комнату через широкие окна, создавая в спальне мягкое бледное свечение. Изабелла быстро оглядела знакомое помещение: куча подушек у изогнутого латунного изголовья кровати, толстый темно-зеленый плед, удобные кресла перед эркером и ковры с яркими цветами на блестящих деревянных полах. Она включила газовый камин.

Это было ее святилище. Она ни разу не приглашала сюда мужчину не только потому, что ей никто не нравился, а потому, что она не хотела, чтобы Кэролайн видела ее любовников. Хотя после Уэсли у нее никого не было. Изабелла не нервничала, потому что считала, что поступает правильно.

– Белла? – Уэсли с желанием посмотрел на нее сверху вниз.

– Молчи, – сказала Изабелла, поднялась на цыпочки, обняла его за шею и поцеловала в губы со всей страстью.

На секунду он опешил, но потом поцеловал ее в ответ так, что у нее перехватило дыхание. Он крепко прижал Изабеллу к себе, и ей показалось, что она очутилась на американских горках. У нее скрутило живот, ее сердце колотилось как сумасшедшее.

Обхватив большой рукой ее затылок, он запустил пальцы в ее волосы, продолжая жадно целовать. Она ощущала прикосновение каждого дюйма его тела и простонала, почувствовав животом его возбужденный член. Она хотела его сильнее прежнего.

У нее не было таких мужчин, как Уэсли. Изабелла убеждала себя, что просто не готова к отношениям. Она думала, что однажды она сумеет жить дальше. Но, по правде говоря, всех своих потенциальных любовников она сравнивала с Уэсли.

Подведя к кровати, он уложил на нее Изабеллу и снова собственнически обнял ее. Наконец он прервал поцелуй, и она глотнула воздуха. Опустив голову на подушку, она почувствовала, как он резко расстегивает пуговицы ее блузки. В конце концов он распахнул ее блузку и коснулся рукой ее груди. Через шелковистое кружево бюстгальтера она ощутила жар его прикосновения. Он потер большим пальцем ее сосок, и она всхлипнула.

– Уэсли…

– Никаких разговоров, – прошептал он. – Запомнила?

Открыв переднюю застежку ее бюстгальтера, он освободил грудь Изабеллы и, опустив голову, стал поочередно целовать ее грудь. Она выгнула спину, когда его губы, язык и зубы коснулись чувствительных сосков. Ее ошеломил поток ощущений. Лаская грудь, Уэсли расстегнул ее брюки и запустил пальцы между ее ног.

Изабелла старалась собраться с мыслями, хотя ее тело требовало перестать думать и просто чувствовать. Но ей хотелось ощущать разгоряченное тело Уэсли.

– Разденься, – прошептала она.

– Да, мэм, – сказал он, наклоняясь, чтобы опять медленно и страстно поцеловать ее в губы.

Он встал, и она стянула с себя одежду. Наблюдая за ней, он уперся руками в бока и замер.

– Что случилось? – спросила она.

– Мы не можем это сделать, – произнес он.

– Почему?

Он провел пальцами сквозь волосы, выглядя расстроенным.

– Мы должны предохраняться, Белла. У меня нет презервативов.

– Ох, а я-то решила, что ты передумал. – Она рассмеялась. – Посмотри в ящике тумбочки.

Он открыл ящик, потом посмотрел на нее, подняв брови.

– А ты запасливая, – сказал он. – Ты часто ими пользуешься?

Она покачала головой, облизнулась и хохотнула:

– Нет. Я просто думала, что лучше иметь их под рукой, когда они потребуются, чем…

– Нуждаться в них, когда их нет, – подытожил он.

– Точно.

Надев презерватив, Уэсли опустился на нее, и Изабелла тихо вздохнула, когда их тела соприкоснулись. Она так соскучилась по Уэсли. Он перевернулся на спину и усадил Изабеллу на себя. Она заглянула в его глаза цвета морской волны, потом жадно поцеловала его в губы.

В лунной комнате даже воздух казался волшебным. Об этом моменте она мечтала с той секунды, когда открыла входную дверь и увидела Уэсли на крыльце своего дома. Поглаживая ладонями его грудь, она заметила, как сверкнули его глаза.

Изабелла почувствовала растущее сексуальное напряжение. Приподнявшись на коленях, она медленно-медленно опустилась на Уэсли и вздохнула, наслаждаясь ощущениями. Он положил руки ей на грудь и стал пощипывать ее соски. Простонав, она вздрогнула.

Не в силах сдерживать растущее желание, Изабелла стала неторопливо и ритмично двигаться. Она подняла руки высоко над головой, отдаваясь ощущениям. Взяв руками за бедра, Уэсли побуждал ее двигаться быстрее, в этот момент они всецело принадлежали друг другу. Когда Изабелла ощутила приближение оргазма, он коснулся рукой самой чувствительной точки у нее между ног.

– Уэсли! – выкрикнула она, продолжая стремительно двигаться и извиваться в слепой попытке испытать более острые ощущения.

Содрогнувшись, она пристально уставилась Уэсли в глаза и поняла, что сейчас он принадлежит только ей – всем сердцем, всей душой.

Оставалось надеяться, что ей не показалось.