Скарлетт нанесла еще один слой вишневого лака на ногти на ногах.

Бью отправился вместе с Мэдлин на ужин к одному из своих братьев и сказал, что Скарлетт может не идти с ними.

Так что она разобрала вещи, спрятав свое нижнее белье подальше от посторонних глаз. Потом послушала новости, а после занялась педикюром. Скарлетт не очень любила красный лак, но в преддверии новой главы своей жизни решила немного развлечься. Теперь она любовалась тем, как этот цвет подходил к ее смуглой коже.

Красный лак – это все, что было в ней дерзкого.

Господи, какой же скучной она была!

Скарлетт никогда не думала, что, когда ей исполнится почти тридцать пять лет, у нее не будет ни мужа, ни детей и ее будет ждать смена профессии.

Она прекрасно обходилась без мужа, но вот отсутствие детей всегда будет приносить боль. Да и изменения в карьере тоже не доставляли особой радости.

Скарлетт обожала работать няней, но просто не могла оставаться в этой профессии. Она слишком болезненно переживала, когда видела то, что могло быть у нее самой, но теперь останется только в мечтах.

Скарлетт вытянула ноги на кровати и полюбовалась своими пальчиками. Вряд ли найдется более подходящее время, чем Рождество, чтобы накрасить ногти на ногах ярко-красным лаком.

Она поправила подушку и, усевшись поудобнее, потянулась за ноутбуком. Через три недели она выйдет на новую работу и приступит к обязанностям помощницы руководителя по организации досуга в частной лечебнице в Далласе. Скарлетт была в восторге от работы и знакомства с новыми людьми, но до сих пор не нашла себе подходящего жилья. С квартирой, которую она надеялась снять, ничего не получилось, так что ей снова пришлось заняться поисками. Риелтор присылала ей все новые предложения, но за большинство квартир запрашивали слишком высокую цену, которую она бы не потянула даже с ее прибавкой к зарплате.

Пролистав несколько сайтов агентств недвижимости, она услышала, как открылась и закрылась входная дверь. Скарлетт отставила ноутбук в сторону, проверила, высох ли лак на ногтях, и босиком пошлепала в прихожую.

Как только она переступила порог комнаты, Бью прижал палец к губам, и она посмотрела на спящего ребенка, которого он прижимал к себе своей сильной, мускулистой рукой.

«Потише, девочка».

Скарлетт видела этого мужчину на экране множество раз, но, столкнувшись с ним нос к носу, была потрясена тем, насколько обольстительным он оказался.

Она сжала руки в кулаки при мысли о том, что могла почувствовать, если бы прикоснулась к его широким плечам.

Скарлетт явно теряла контроль над собой, потому что начала забывать, что единственной особой, которой следовало занимать ее мысли, была Мэдлин.

– Пусть она спит сегодня со мной, вы ведь не выспались прошлой ночью.

Он собирался возразить, но Скарлетт приподняла бровь, молча призывая его не спорить с ней. Быть хорошей няней значило не только заботиться о ребенке, но и учитывать нужды его родителей.

Когда он направился в ее спальню, она поспешила вперед и быстро задернула шторы. Луна светила сегодня очень ярко и красиво, но Скарлетт не хотела, чтобы что-то нарушило сон Мэдлин.

Прихватив ноутбук, Скарлетт вышла из комнаты, пока Бью укладывал свою малышку в кроватку. Она уселась на кожаном диване в гостиной и снова открыла сайт одного из агентств недвижимости. Мэдлин пока не нуждалась в ней, а у Бью наверняка тоже имелись какие-то свои дела.

Через пару минут он вышел из спальни и закрыл за собой дверь.

– Я принес вам поесть.

Его слова застали ее врасплох.

– Прошу прощения?

Бью подошел ближе и встал прямо перед ней.

– Пеппер, жена Нолана, настояла, чтобы я захватил вам немного еды, и она рассердилась, что я не пригласил вас.

Скарлетт улыбнулась и махнула рукой.

– Не вижу причины сердиться. Вы прекрасно обошлись без меня.

В ответ его глаза полыхнули огнем.

– Вы ужинали?

– Я съела батончик с мюсли.

Она была слишком озабочена тем, что может остаться без жилья, когда окажется в Далласе, так что и думать забыла о еде.

Бью пробормотал что-то насчет того, что ее костям не помешает больше мяса, и вышел из дома. Вернулся он с контейнерами с едой и направился на кухню.

Скарлетт поставила ноутбук на журнальный столик и подумала, что будет невежливо, если она не оценит такой жест с его стороны.

– Я могла бы съесть еще что-нибудь, – заметила она, когда в ее желудке раздалось звонкое урчание. – Что тут у вас?

Бью жестом указал ей на стул напротив.

– Садитесь, а я сейчас достану вам тарелку и положу поесть, пока ваш желудок не разбудил мою дочь.

Скарлетт смотрела на него и не могла поверить своим глазам. Голливудский сердцеед Бью Эллиот накрывал для нее ужин. На земле не было такой женщины, которая не захотела бы оказаться сейчас на ее месте.

Он снял крышки с пластиковых контейнеров, и у Скарлетт потекли слюнки, когда он положил ей на тарелку картофельное пюре с подливкой, зеленым горошком и мясным рулетом. Святые угодники, настоящая домашняя еда!

– Только не говорите, что вы одна из тех женщин, которые подсчитывают каждую калорию, – буркнул Бью.

– Не каждую, но я точно не могу позволить себе купить одежду больших размеров.

Он покачал головой и придвинул к ней тарелку, потом достал из ящика вилку и положил рядом с тарелкой.

– Что будете пить? Я не очень хорошо умею запасаться продуктами, – сказал Бью и направился к холодильнику. – У меня есть смесь, хлопья, натуральный детский сок и вода.

Ей, конечно, пришлось по душе, что его запасы состояли главным образом из продуктов для пятимесячного ребенка. Но чем питался он сам? Такой широкоплечий и сильный мужчина, как Бью, нуждался в том, чтобы сохранять выносливость… то есть энергию.

Скарлетт опустила глаза в тарелку, стараясь прогнать мысли о его выносливости, широких плечах и о том, как ей хотелось провести языком по его татуировке.

– Я буду воду. Спасибо, – поблагодарила она и взялась за вилку. Лучше набить рот едой и не забивать голову всякими глупостями. – Завтра утром мы с Мэдлин съездим за продуктами.

Бью чего-то искал, открывая один шкафчик за другим.

– Я не жду, что вы будете исполнять обязанности помощницы по дому.

– Тогда кто займется покупками? Либо вам придется, либо мне, если только вы не хотите, чтобы за вами погнались журналисты, пытаясь разглядеть сорт туалетной бумаги, которой вы пользуетесь.

Бью остановился и повернулся к ней.

Может, она зашла слишком далеко, но, в самом деле, кто будет заниматься покупкой провизии? Явно не его братья, которые, похоже, не очень обрадовались его возвращению домой.

– Вы всегда такая прямолинейная?

– Я ценю искренность превыше всего, особенно в том, что касается моей работы. И я просто пытаюсь облегчить вам жизнь.

Бью пристально смотрел на нее некоторое время, и она начала волноваться, что в уголке ее рта остался кусочек еды.

– В этом нет необходимости. Я могу обратиться за помощью к одной из своих невесток.

Он был упрямым, как осел. Но хоть Скарлетт не знала всех подводных течений в их семье, она разглядела в нем огорченную душу.

– Я прекрасно справлюсь с закупкой продуктов, – чуть мягче добавила она. – Я привыкла заботиться о себе сама, и к тому же вы будете не первым клиентом, кому я оказывала подобную услугу.

Бью сложил руки на груди и прислонился к столешнице.

– И где вы живете?

У нее тут же пропал аппетит.

– В данное время здесь.

– Безусловно, – сухо ответил он, не оставляя места для шуток. – А когда вы не заняты работой с детьми, что вы называете своим домом?

Чувствуя на себе его испытующий взгляд, Скарлетт поднялась с места.

– В данный момент у меня нет дома, – бросила она, сунув руки в карманы джинсов. – Я все еще в поиске.

Бью сдвинул брови. Она видела этот горящий взгляд на экране, но вживую… У нее пересохло во рту, и она тяжело сглотнула.

– Вы здесь всего на три недели, – бросил он, словно Скарлетт могла забыть об этом.

Она взяла свою тарелку, накрыла ее и поставила в холодильник. Ей нужно было как-то отвлечься и не думать о том, что Бью стоял на расстоянии вытянутой руки и смотрел на нее так, словно видел ее насквозь.

Точнее, так, словно она стояла перед ним голая.

Может, ей не стоило выходить из-за стола.

– Я переезжаю в Даллас, – пояснила Скарлетт. – После работы у вас я прекращаю сотрудничество с нашим агентством «Няня Поппинс».

Она тяжело мирилась с такой переменой в жизни, но, если ей придется уйти, по крайней мере, она закончит карьеру няни на самом высшем уровне. Работая у голливудского плохого мальчика Бью Эллиота и заботясь о ее драгоценной малышке.

– С чего такие перемены? Мне кажется, вы любите свою работу.

Скарлетт постаралась не выдать своих эмоций. Чего огорчаться, если судьба распорядилась именно так. Новый год, новый старт и вся эта бредятина. Второй раз в жизни ей приходилось начинать все заново. Получилось в более юном возрасте, получится и сейчас.

– Почему бы вам не составить список продуктов, с которым мы с Мэдлин утром отправимся по магазинам?

Скарлетт начала поворачиваться, но теплая сильная ладонь сомкнулась вокруг ее руки повыше локтя. Она застыла, чувствуя, как замерло ее сердце от этого самого простого из прикосновений.

Хотя о какой простоте могла идти речь. Ее держал за руку сам Бью Эллиот – актер, плейбой, владелец ранчо, отец. Что могло быть еще сложнее?

Он развернул ее к себе, и она встретила его напряженный взгляд, от которого у нее перехватило дыхание.

– Я не привык к тому, чтобы женщины убегали от меня.

Еще бы. Одного его взгляда или улыбки наверняка хватало, чтобы они начинали таять и умолять сделать с ними все, что его душе угодно.

– Я убегаю не от вас, – возразила Скарлетт, – а от этого разговора.

– Это нечестно, – бросил Бью и встал к ней так близко, что его торс коснулся ее груди. – Могу поспорить, что вы знаете обо мне больше, чем я о вас.

Скарлетт хохотнула, больше от напряжения, чем от того, что ей стало смешно.

– Не моя вина, что вы выставляете свою жизнь напоказ перед камерами. Того, что вы знаете обо мне, достаточно, чтобы я делала свою работу.

Он чуть ослабил хватку, но не отпустил ее. Нет, вместо этого Бью начал легонько проводить большим пальцем по внутренней стороне ее локтя.

Какого черта?

Скажи она эти слова вслух, тогда он остановится, а ей хотелось насладиться охватившими ее эмоциями и сберечь их где-то глубоко в своей памяти. Ну и что с того, что в ее голове звучали тревожные звоночки?

– Вы не похожи на няню, – пробормотал Бью, изучая ее лицо. – Мэгги, та похожа. А вы…

Скарлетт бросило в жар. С каждым прикосновением его пальца она испытывала все больший внутренний трепет.

– И на кого же я похожа? – прошептала она.

– На проблему.

Ей хотелось рассмеяться в ответ. Правда. Впервые для того, чтобы охарактеризовать ее, кто-то использовал слово «проблема».

Следовало немедленно взять себя в руки, пока она не забыла о профессиональной этике. Скарлетт впервые оказывалась в такой ситуации, а под ситуацией она подразумевала притягательного и обольстительного Бью Эллиота. Неудивительно, что женщины слетались к нему, как пчелы на мед. Будь Скарлетт более легкомысленной и с отсутствием всяческих амбиций, она, наверное, попросилась бы стать его очередной пассией.

Но среди целей, которые она преследовала, не значилось переспать со своим клиентом, даже таким неотразимым, как Бью.

– Составьте список продуктов и пришлите мне в сообщении, – повторила Скарлетт и сделала шаг назад.

Она не стала ждать ответа и поспешила в свою комнату, чувствуя на себе тяжелый взгляд Бью.

Он наверняка знал силу своего продолжительного взгляда. Эллиот получил две большие кинопремии за свою убедительность, и Скарлетт задумалась, было ли его отношение к ней искренним или он просто пытался найти себе очередную любовницу.

Она тихо закрыла за собой дверь и прислонилась к ней. В углу комнаты в своей кроватке мирно посапывала Мэдлин. Эта малышка была единственной причиной нахождения Скарлетт в этом доме. Так что лучше забыть о дрожи, прикосновениях… или, чего греха таить, возбуждении.

Но что было, то было. Прикосновение Бью взволновало ее так сильно, что она засомневалась, что сможет уснуть. Стоит ей закрыть глаза, и она начнет представлять, как он ласкает ее тело. А такие вещи она считала излишними для последней работы в качестве няни.

Скарлетт отошла от двери и начала переодеваться ко сну.

Один день прошел. Осталось еще двадцать.