Ее реплика не заставила его тут же извиниться. Мэгги сомневалась, что он вообще когда-либо извинялся.

– Произошла небольшая путаница. Я не Сьюзен.

– Конечно нет. – Незнакомец пренебрежительно пожал плечами. – Вряд ли ты использовала свое настоящее имя.

– Но я знаю, кто она… – Мэгги начала понимать происходящее. Она понятия не имела о том, что натворила Сьюзен и что этот мужчина от нее хочет, но теперь она понимала, что произошло сегодня вечером. – Я воспользовалась ее экскурсионным билетом. Планы поменялись в последнюю минуту.

– Так где она сейчас?

– Я точно не знаю. – Мэгги предпочла не сообщать, что Сьюзен улетела в Дубай. – Но, что бы она ни совершила, это не имеет ко мне никакого отношения.

– Это имеет отношение к тебе!

– Я не Сьюзен, – повторила девушка снова. – Я – Мэгги. Мэгги Делани. И я даже не знаю, кто вы.

Кажется, ситуация забавляла его. Губы мужчины растянулись в улыбке, и он приблизился. Когда он протянул руку к ее лицу, Мэгги вздрогнула. Он схватил ее за подбородок и заставил смотреть себе в лицо. Но она все равно постаралась отвести глаза.

– Позволь мне представиться. Я – шейх Ильяс Аль-Разим.

Мэгги знала это имя. И когда она все же посмотрела в его глаза, то не увидела в них и тени улыбки. Они излучали презрение. Шейх крепко держал ее за подбородок своими твердыми пальцами.

– Теперь ты будешь иметь дело со мной, а не с помощниками. Я решил сам отрезать голову змее.

– Я не знаю, что вам от меня нужно.

Ильяс отпустил ее и подошел к низкому столику, взял с него темную папку и протянул Мэгги.

– Тебе понравилось на королевской яхте?

Трясущимися руками она взяла папку и открыла ее. Первой увидела фотографию, на которой она была изображена в бикини. Мэгги ощутила неловкость, когда поняла, что он рассматривал это фото.

– Есть еще, – произнес Ильяс.

Она увидела следующую фотографию, где она лежала на кровати, когда в каюту вошел Хазин.

Мэгги почувствовала дурноту.

– Продолжай, – спокойно сказал Ильяс.

На следующем фото был запечатлен принц без одежды, что-то его развеселило, и он смеялся, запрокинув голову. Мэгги нахмурилась и посмотрела на Ильяса. Его глаза были черны от гнева.

– Какие у тебя отношения с моим братом?

О, так это старший брат Хазина, о котором тот так нелестно отзывался, догадалась девушка.

– Ответь на вопрос. Какие у тебя отношения с моим братом?

– Никакие.

– Как часто ты делишь постель с мужчинами, с которыми у тебя нет отношений? Да еще и снимаешь это на видео.

Мэгги засмеялась. Возможно, смех был вызван шоком, или ее позабавила сама ситуация. Ее, двадцатидвухлетнюю девственницу обвиняют в участии в каком-то скандале, связанном с принцем.

– Тебе это кажется смешным? – прорычал Ильяс.

– Немного, – ответила Мэгги. – Хотя я нахожу это странным, а может, это просто нервная реакция. Но мысль о том, что вы подозреваете меня в участии в съемке непристойного видео, – смехотворна.

Шейх нахмурился, и Мэгги продолжила говорить, желая прояснить ситуацию:

– Я могу заверить вас, что нет ни одного видео с постельной сценой со мной в главной роли.

Ильяс молчал.

– У меня был солнечный удар. И я просто пошла прилечь.

– Ты быстро поправилась, учитывая, что уже вечером смогла принять участие в экскурсии. – Казалось, принц устал общаться с ней. – Мы поговорим позже. – Он что-то крикнул на арабском, и вошли две женщины, одетые во все черное. – Иди и займись собой.

– Что? – изумленно протянула Мэгги, а потом вспыхнула, внезапно вспомнив, что он видел фотографии, на которых она едва одета. Может, поэтому он привез ее сюда? – Если вы думаете, что я…

– Иди и приведи себя в порядок, – перебил ее Ильяс.

– Единственное, что нужно привести в порядок, – это сложившуюся ситуацию. Вы не можете держать меня здесь. Послезавтра у меня самолет.

– Когда?

– Утром.

– Как удобно. Учитывая, что видео и фото будут обнародованы в полдень. – Ильяс покачал головой. – Ты никуда не поедешь. И мы поговорим позже. До рассвета еще пара часов, тебе нужно поспать. Твой смех – это немного неадекватная реакция на происходящее. Возможно, последствия солнечного удара, о котором ты говорила?

– У меня не было солнечного удара, – призналась Мэгги.

– Я знаю.

– Скорее всего, что-то добавили в мой напиток. Ильяс промолчал.

– И я не устала. Ни капельки.

– Но у тебя был такой длинный день. Сначала на яхте ты развлекала моего брата, потом экскурсия в пустыню…

Его слова были пропитаны сарказмом, но Мэгги это не волновало.

– Вы забыли добавить похищение, – сказала Мэгги.

Принц не улыбнулся. Он почти никогда не улыбался.

– А чего ты ожидала? Ты шантажируешь дом Аль-Разимов и думаешь, что мы просто переведем деньги?

– Я не понимаю, о чем вы говорите.

Ильяс посмотрел на фотографии, которые она держала в руках.

– Как долго ты была с ним?

– Пару часов.

Теперь Ильяс знал, что она лжет. Он хорошо знал репутацию Хазина и понимал, что его легко подставить. Ильяс снова и снова предупреждал его и напоминал ему о необходимости быть осторожным, чтобы избежать такого рода скандалов. Но в какой-то степени он признавал тот факт, что, возможно, эта девушка и не понимает, что ее просто использовали.

– Когда ты переспала с моим братом?

– Я уже говорила, – воскликнула Мэгги, – ничего не было!

– О, перестань! – Ильяс покачал головой. – Что же ты делала, оставшись так надолго наедине с моим братом?

– Мы разговаривали.

– Не знал, что мой брат такой хороший собеседник, – усмехнулся принц. – И что вы обсуждали?

Мэгги промолчала. Это был личный разговор.

Она сказала Хазину, что чувствует себя разбитой. Он поинтересовался почему. Она сказала, что в этот день умерла ее мама. С этого и началось их общение. И сейчас, глядя на старшего брата Хазина, она не могла передать не предназначенный для его ушей разговор.

– Я ни при чем, – вместо ответа сказала Мэгги.

– О нет, при чем. – Он взмахнул рукой и обратился к стоящим поблизости женщинам: – Уведите ее.

Мэгги привели в одну из комнат шатра, в центре которой стояла большая ванна, наполненная водой. Женщины подошли ближе, чтобы раздеть ее.

– Оставьте меня! – закричала Мэгги, но женщины не уходили, и тогда Мэгги стала бороться с ними и кричать.

Ильяс прикрыл глаза, когда услышал крики Мэгги. Он всего лишь хотел, чтобы женщины помогли ей, но она явно не поняла этого.

– Отстаньте! – крикнула Мэгги, и они остановились, но не по ее просьбе.

Она услышала, как Ильяс что-то сказал, и женщины отошли от нее. Уходя, одна из них что-то сказала и показала на занавес.

Оставшись одна, Мэгги постаралась собраться с мыслями и заглушить свой страх. Когда она отодвинула занавес, то увидела, что за ним небольшая спальня. На кровати лежала пижама, Мэгги поняла, что это приготовили для нее. На одной из стен висело зеркало, и Мэгги осмотрела себя. Ее волосы и одежда были полны песка. Теперь она понимала, почему женщины, да и сам шейх, решили, что ей следует принять ванну.

Шейх?

Он также и наследный принц.

Мэгги вспомнила разговор с Хазином о его семье – Ильяс был главным претендентом на трон. И теперь он думает, что она записала на видео, как занимается сексом с его младшим братом, Хазином?

Мэгги посмотрела на папку с фотографиями.

И какое отношение ко всему этому имеет Сьюзен?

Мэгги вспомнила, что Сьюзен несколько раз брала ее телефон. Ужас охватил ее, когда все фрагменты мозаики сложились в картину. Девушка достала телефон, но не смогла его включить. Телефон, как и она сама, был покрыт песком.

У нее неприятности, поняла Мэгги, большие неприятности.

Ей нужно время, чтобы все хорошенько обдумать.

Глаза жгло от песка, во рту пересохло, но Мэгги не желала даже смотреть на кувшин с водой, стоящий у кровати. На яхте в ее напиток что-то подмешали, и рисковать снова ей не хотелось. Желая освежиться и избавиться от песка в волосах, девушка решила принять ванну. Погрузившись в теплую воду, она принялась размышлять, что же ей делать дальше.

Первое, что ей нужно сделать, – это поговорить с ним. Объяснить, что произошло на самом деле.

Вымывшись, Мэгги завернулась в большое полотенце, перешла в спальню и облачилась в пижаму. Потом забралась под одеяло и почувствовала, как тело расслабляется. Она лежала в тишине и смотрела на потолок, который слегка колыхался от ветра. Мэгги попыталась успокоить себя тем, что утром заметят ее отсутствие и начнут поиски.

Интересно, кто-нибудь заметит, что она пропала? Скорее всего, нет. И даже если начнутся поиски, будут искать Сьюзен, а не Мэгги.

Паника, которую она испытывала с тех пор, как ее похитили, внезапно сменилась чувством одиночества. Будет ли хоть кто-то скучать по ней?

Есть Фло, ее лучшая подруга. Но у Фло семья и полно дел. Пройдут недели, пока кто-нибудь поймет, что она исчезла, а не просто продлила свой отпуск. Страх, что она может исчезнуть бесследно, терзал ее время от времени.

Звон колокольчиков заставил ее сесть в кровати. Вошли женщины с подносом.

– Нет! – сказала им Мэгги. Она не хотела есть. – Нет! – громче повторила она, и женщины ушли под звон колокольчиков.

Мэгги встала и выглянула в коридор. Повсюду на стенах висели колокольчики, к которым женщины прикасались, чтобы оповестить о своем приходе. Заглянув в ванную, девушка взяла оставленные там фотографии и вернулась в постель, чтобы изучить их.

Послышался шорох откидываемого полога – в спальню кто-то вошел. Мэгги подняла глаза и увидела шейха с подносом, который она велела унести.

– Я не слышала звона колокольчиков.

– Мне не нужно их использовать, – ответил Ильяс, но потом неожиданно добавил: – Но я буду. В следующий раз.

– Надеюсь, у тебя не будет причин использовать их, – резко сказала Мэгги и тут же пожалела о своем тоне.

Теперь она понимала, что те женщины хотели ей помочь, и принц был прав, предлагая ей отдохнуть. Но все равно, он не заслуживает ее доброго отношения к себе. Мэгги бросила на него взгляд полный гнева.

Но Ильяс не дрогнул. Он находил это забавным, что его пленница пытается храбриться и протестовать.

– Тебе нужно поесть, – сказал он.

– Нет, – ответила Мэгги и легла, закрыв глаза. – Человек может прожить без еды три недели.

– Хорошо, но ты не пила с тех пор, как приехала сюда. Мы находимся в пустыне…

– Я знаю свое местоположение, – огрызнулась она.

– Сьюзен.

Она молчала.

– Мэгги.

Ее глаза пылали от ярости, когда она открыла их и посмотрела на него.

– Я ничего не возьму от тебя. Откуда мне знать, что ты ничего не подсыпал в воду?

– Я не собираюсь одурманивать тебя. Ты можешь мне доверять.

– Один человек сказал, что никогда нельзя доверять тому, кто похищает тебя посреди ночи и привозит в свою палатку в пустыне. – Мэгги посмотрела на принца и пояснила: – Это сарказм.

– Я понял.

Ильяс наполнил стакан и, не спрашивая, сел к ней на кровать. Мэгги, скованная напряжением, лежала и смотрела, как он пьет. Она увидела, как двигается его горло, когда он глотает, и почувствовала странную слабость в теле.

– Видишь, – сказал он, выпив воду, – ничего опасного в ней нет.

– Может, ты не восприимчив.

Ильяс улыбнулся.

Не рекламная улыбка, всего лишь легкое подрагивание влажных после питья губ.

Мэгги вдруг почувствовала жар внизу живота. О, ну почему он такой привлекательный мужчина? Почему именно он воспламенил ее чувства? Почему ее не мог похитить какой-нибудь горбун с гнилыми зубами, от которого разило бы потом и другими отвратительными запахами?

– Выпей. – Ильяс протянул ей наполненный стакан.

Но Мэгги покачала головой.

– Когда меня освободят?

– Ты не можешь покинуть шатер. Буря быстро приближается. Ни один вертолет не полетит сейчас. А пока тебе нужно пить, я уверяю тебя, это безопасно.

– И я могу вам доверять?

– Ты должна пить. Я не уйду, пока ты не выпьешь целый стакан.

– Это твой выбор. – Мэгги лежала, сомкнув веки.

Сейчас, когда она не смотрела в его глаза, она остро ощущала исходящий от него аромат благовоний и жар его тела.

– Мэгги.

Она не ответила.

– Я не прошу тебя, – сказал Ильяс. – Я требую сделать это.

– О, ну в таком случае… – Мэгги открыла глаза и потянулась к стакану. Но вместо того, чтобы взять и выпить воду, она поставила стакан на край кровати так, что тот сразу упал на пол. Вода быстро впиталась в ковер. – Я ничего не буду пить, – дерзко сказала она. – Последний раз, когда я пила в компании Аль-Разима, меня подставили!

Ильяс посмотрел на нее долгим взглядом. Если она говорит правду о том, что ей что-то подсыпали в питье, то сейчас она имеет право быть подозрительной.

Тем не менее скоро восход солнца, а она не пила. Пустыня – это не то место, где надо отказываться от воды. Ильяс поднял стакан и наполнил его снова. Затем повернулся к ней и протянул руку. Девушка вздрогнула, но он заставил ее приподняться, затем приставил стакан к ее губам и попытался залить воду в ее рот.

Мэгги боролась и вертелась на кровати. Но он был сильнее. Внезапно она сдалась. Они были очень близко друг к другу. Она ощущала его дыхание на своем лице, его руку на своем затылке. Безопаснее было просто проглотить воду.

Ильяс тоже почувствовал, что что-то изменилось.

Только что он боролся с ней, чтобы влить в нее воду, а теперь он боролся сам с собой, чтобы не поцеловать ее. К счастью, девушка перестала дергаться и выпила воду. Хотя большая часть пролилась ей на шею и грудь.

– Вот, я все выпила, – неестественным голосом произнесла Мэгги.

Ильяс напомнил себе причину, по которой пришел сюда. Он отпустил девушку и собрался наполнить еще один стакан, но потом передумал. Пролитая вода намочила ее пижаму, сделав полупрозрачной. Одна грудь и твердый сосок были видны сквозь мокрую ткань.

– Если ты не хочешь, чтобы я каждый час приходил сюда и играл с тобой в няньку, я предлагаю тебе выпить еще один стакан, прежде чем ты уснешь, – грубым голосом сказал Ильяс и вышел, оставив ее сидеть на кровати, слишком ошеломленную его прикосновениями. А затем, как будто он только что вспомнил свое обещание, Мэгги услышала в отдалении звон колокольчиков.