Ярость Сиенны улеглась, когда она приехала в офис Адама, но чувство раздражения никуда не делось.

Двигаясь по офису с Джеком на руках, она кивала в знак приветствия всем, кого встречала на своем пути, затем остановилась у стола Кевина.

– Привет, – сказал он, окинув ее взглядом. – Ты отлично выглядишь.

Удивившись его комплименту, Сиенна на мгновение опустила глаза и поняла, что забыла переодеться. На ней по-прежнему было белое платье с большими темно-красными цветами и красные босоножки на высоком каблуке, которые она надела для собеседования.

– Спасибо. Адам свободен?

– Да. Его встреча только что закончилась. – Кевин поднялся, чтобы пропустить ее в кабинет Адама. – Ты пришла вовремя.

– Хорошо. Ты не присмотришь за ним? – Не дав Кевину возможности возразить, она отдала ему малыша и поставила на стол сумку. – Я скоро вернусь, но на всякий случай здесь есть бутылочки со смесью и подгузники.

На лице Кевина промелькнула паника.

– Не бойся, он не кусается, – пошутила Сиенна.

– Ты правда не кусаешься? – спросил Кевин Джека, и тот рассмеялся в ответ.

Войдя в кабинет, Сиенна посмотрел на мужчину, сидящего за столом. На Адаме был темно-серый костюм и черная рубашка с красным галстуком. Он выглядел так, как и подобало выглядеть человеку, который привык управлять и отдавать распоряжения. Как обычно при виде Адама, ее пульс участился, но она тут же напомнила себе, с какой целью сюда пришла.

Он встретился с ней взглядом, и его губы медленно растянулись в улыбке.

– Привет. Какая ты красивая.

Ей определенно следует почаще носить платья.

Он обезоружил ее улыбкой и комплиментом, но она запретила себе поддаваться на его чары.

– Спасибо, Адам. Знаешь, я сегодня заехала к себе домой…

Он откинулся на спинку большого кожаного кресла, и на ум ей пришло сравнение с правителем на троне.

– Да? И что ты думаешь о ремонте? Тоби Гарсия прислал мне несколько фотографий, когда его ребята закончили работу. Мне все понравилось.

Сиенна ошеломленно уставилась на него. Она думала, что он начнет оправдываться, скажет что-то вроде: «Я хотел сделать тебе сюрприз. Мне жаль, что тебе не понравилось», но ничего подобного не последовало.

– Все красиво, но…

– Рад, что тебе понравилось, – перебил ее он. – По-моему, ворота гаража получились особенно хорошо.

– Да, – согласилась она, вспомнив, как элегантно выглядят сводчатые окошки с витражными стеклами над воротами, – но…

Поднявшись, он подошел к ней.

– Производитель кровельного материала дал гарантию на крышу на тридцать лет, так что тебе больше не нужно беспокоиться о протечках.

Черт побери, она не думала, что их разговор будет складываться таким образом.

– Это здорово, Адам…

– Кевин выбрал для двери желтый цвет. Я предлагал красный, но он убедил меня в том, что желтый будет лучше сочетаться с цветом крыльца.

– Да, желтая дверь хорошо смотрится.

Адам был так близко, что она видела в его глазах свое отражение. Она была в замешательстве, потому что вместо того, чтобы его ругать, она стала хвалить то, что он сделал.

– Идея поменять асфальт на подъездной дороге принадлежала Тоби. Я ее одобрил.

– Кто такой Тоби?

– Тоби Гарсия. Бригадир.

Сиенна решила, что обязательно найдет Тоби и поблагодарит его за проделанную работу.

– Новый асфальт – это тоже хорошо, но…

– И плитку на дорожке ребята тоже поменяли, – продолжил он, – так что ты не упадешь на ней и не сломаешь себе шею.

Она не раз спотыкалась на треснутых плитках, но не собиралась в этом признаваться.

– Большая Медведица исчезла.

– Что?

– Самая глубокая выбоина в дорожке напоминала мне Большую Медведицу.

– Только ты можешь видеть звезды, когда смотришь под ноги, – усмехнулся он.

Сиенна сделала глубокий вдох:

– Адам, я пришла, чтобы сказать тебе, что ты не можешь делать подобные вещи.

Один уголок его рта дернулся.

– Слишком поздно. Все уже готово.

– Тебе не совестно?

– Почему мне должно быть совестно? – удивился он.

– Потому что ты не удосужился спросить меня, хочу ли я, чтобы ты отремонтировал мой дом.

Адам покачал головой и махнул рукой:

– Ты все равно сказала бы «нет».

– Верно.

– Таким образом, работа выполнена, и мы при этом избежали спора. Разве не здорово?

Заглянув в его глаза и увидев в них удивление, Сиенна подумала, что ей следовало бы его отругать, но в этом не было никакого смысла. Он прав. Ремонт сделан, и спорить из-за этого уже поздно. Она была вынуждена признать, что ей понравились все изменения.

– Больше не делай ничего подобного, Адам, – сказала она.

– У тебя есть еще один дом?

– Нет.

– В таком случае никаких проблем. Разве что… – Подойдя к столу, он взял с него папку и вернулся к ней. – Мне бы хотелось, чтобы ты взяла это.

Нахмурившись, Сиенна уставилась на папку как на змею.

– Что там? – осторожно спросила она.

Адам пожал плечами:

– Документы на «эксплорер». Я переписал его на твое имя.

Сиенна раскрыла рот от изумления:

– Что? Нет, это невозможно.

Он протянул ей папку, и она, достав из нее бумаги, быстро просмотрела их, затем снова встретилась взглядом с Адамом и покачала головой:

– Ты спятил. Мне не нужен Тор. У меня уже есть машина.

– Нет. У тебя есть ржавая колымага, по которой давно плачет свалка.

Сиенна напряглась:

– Ты не можешь подарить мне машину, Адам.

– Почему? – произнес он с искренним недоумением, как будто подарить кому-то дорогую машину было для него обычным делом.

– Потому что… – Она задумалась в поисках подходящего ответа. – Потому что я не хочу, чтобы ты мне ее дарил.

– Если это все… – Его губы искривились в ухмылке, от которой ее сердце затрепетало.

Она заставила себя покачать головой.

– Адам, я говорю серьезно. Ты не должен этого делать.

Адам шумно выдохнул:

– Сиенна, ты сама виновата.

– Что? – Она издала истерический смешок: – Как я могу быть в этом виновата?

– Это ты назвала ее Тором. Теперь я даже сесть в нее не могу без содрогания. Для меня это все равно что сесть на колени к крепкому парню с длинными светлыми волосами и с молотом в руках.

Сиенна рассмеялась:

– Это нелепо.

– Ты дала имя машине и описала словами образ. Я всего лишь его увидел.

Она тяжело вздохнула:

– Значит, ты ожидаешь, что я просто приму в качестве подарка от тебя ремонт дома и новую машину?

– Да.

– Почему мне так трудно с тобой спорить?

Адам пожал плечами:

– Может, потому, что ты знаешь, что я прав?

Сиенна покачала головой:

– Нет, я не думаю, что причина в этом. – Встретившись с ним взглядом, она добавила: – До того как я увидела свой преобразившийся дом и получила в подарок машину, я собиралась сказать тебе, что нашла здание для фотостудии.

– Правда? – Его лицо просветлело. – Это здорово.

– Да, но теперь я нахожу условия нашей сделки неприемлемыми. Ты уже слишком много для меня сделал. То, что я тебя об этом не просила, не имеет значения.

– Ты не можешь разорвать нашу сделку, Сиенна.

Он провел ладонями вверх-вниз по ее обнаженным рукам, и по всему ее телу разлился расплавленный огонь.

– Адам…

– Знаешь, мне нравится это платье, – неожиданно сказал он.

– О, спасибо. Я хотела хорошо выглядеть во время собеседования, но нам с Джеком няня не понравилась.

– Не хочешь выгулять платье?

– Что?

– У тебя с собой фотоаппарат?

– Разумеется. Он в машине.

– Тогда поехали.

Взяв ее за руку, он повел ее к двери.

– Куда мы поедем?

– Сначала смотреть здание, которое ты нашла…

– Адам, нам нужно поговорить об этом.

– …затем в Дана-Пойнт. Ты сможешь поснимать наш новый проект.

Выйдя в приемную, они резко остановились, увидев, как Кевин играет в «ку-ку» с Джеком. Малыш смеялся, а Кевин широко улыбался. Когда Адам прокашлялся, Кевин глуповато посмотрел на него и пробормотал:

– Ладно. Ты меня раскусил. Я люблю детей. Только не говори об этом Нику.

– Он это знает, – ответила Сиенна, улыбаясь про себя. У нее было такое чувство, что скоро Кевин согласится на усыновление и обрадует Ника.

– Продолжайте веселиться, парни, – сказал Адам. – Отвези Джека домой, Кевин. Возьми мой «эксплорер». В нем установлено детское кресло. Мы с Сиенной поедем в Дана-Пойнт. Я хочу показать ей наш проект.

Кевин пожал плечами:

– Я все сделаю, босс.

Сиенна понимала, что Адам снова навязывает ей свою волю, но почему-то это ее не беспокоило. А вот это уже был серьезный повод для беспокойства.

– Если ты проголодаешься, в холодильнике полно еды, приготовленной Ником.

– Если я проголодаюсь, Ник приедет сюда и накормит меня, – улыбнулся Кевин.

– Вот и славно. Мы с Сиенной будем ужинать в ресторане, а вы с Ником поужинаете у меня дома и заодно присмотрите за Джеком, – произнес Адам, направляясь к двери.

Сиенна обернулась и посмотрела на Кевина, который показал ей поднятый вверх большой палец.

Сиенна понятия не имела, в какой момент она потеряла контроль над ситуацией. Она пришла сюда для того, чтобы высказать Адаму свои претензии, но вместо этого согласилась с ним и приняла его приглашение на прогулку. Он ей командует, но ей почему-то нравится ему подчиняться.

Когда они вошли в лифт, она посмотрела на Адама и сказала:

– Я не говорила, что поужинаю с тобой.

– А я тебя и не спрашивал, – улыбнулся он.

– Не могу поверить, что ты это сделал.

Сидя за столиком напротив Сиенны, Адам наблюдал за тем, как на ее лице смущение борется с радостным волнением.

– Ты говоришь это снова и снова, но ты стояла рядом со мной и слышала разговор, – сказал он.

– Да. – Взяв бокал с вином, Сиенна сделала глоток и покачала головой. – Я просто никогда не слышала, чтобы кто-то позвонил риелтору и предложил купить здание за наличные без его осмотра.

– Тебе придется просто принять этот факт.

– Я не думаю, что смогу. – Она издала смешок. – Не думаю, что риелтор в ближайшее время тоже сможет справиться с потрясением.

– Да, – ответил Адам, вспомнив, как женщина, продававшая здание, запиналась во время их телефонного разговора. Пожав плечами, он выпил немного вина. – Главное, ты нашла то, что хотела. По-моему, это отличное место для фотостудии. Ее видно с дороги, по которой ежедневно проезжает множество машин. Кроме того, конструкция здания прочная, и в нем полно места. Когда мы подпишем договор купли-продажи, мы вместе его осмотрим, и ты мне расскажешь, как должна выглядеть твоя новая студия.

– Ты хочешь сказать, что на этот раз мои пожелания будут учтены?

– Ты правильно поняла, – ответил Адам, улыбнувшись одним уголком рта.

Несмотря на ранний час, в ресторане было полно народа. Они сидели за столиком у окна, из которого было видно скалы и бьющиеся о них волны. На столиках горели свечи, из динамиков стереосистемы доносилась классическая музыка. Но Адам едва замечал все это, потому что все его внимание было приковано к красивой женщине, сидящей напротив. На ней было белое платье с красными цветами. Корсаж на широких бретельках плотно облегал ее грудь, а свободная юбка до колен не скрывала стройные ноги. Длинные светлые волосы были распущены и красиво колыхались при малейшем движении. Когда она улыбалась Адаму, ее глаза блестели.

Эта женщина слишком быстро стала важной частью его жизни. Что бы он ни делал, все его мысли были о ней. О том, как он хочет снова слиться с ней воедино в порыве страсти.

Глядя на нее, Адам испытывал сильное чувство, которое было неведомо ему до сих пор. Оно его пугало, и он запретил себе его анализировать.

Он пришел к выводу, что ему нужно отдалиться от нее на время. Причина этого была не только в его чувствах к Сиенне, но и в Джеке. Он любит своего племянника, но не сможет заботиться о нем в одиночку. Вопрос с няней все еще не решен. Сиенна сказала ему, что первая претендентка обладала высокой квалификацией, но была слишком чопорной, и Джек ее испугался. Похоже, будет непросто найти такую няню, которая сочетала бы в себе лучшие душевные качества и профессионализм.

Как хорошо, что ему предстоит деловая поездка в Санта-Барбару. Он сможет уехать из дома и разобраться в том, что происходит в его жизни.

– Адам?

Голос Сиенны вернул его к реальности.

– Что?

– Ты в порядке?

Нет, он совсем не в порядке, но он не собирается говорить об этом женщине, из-за которой логика и здравый смысл начали его подводить.

– Да. Просто задумался. Ты сказала, что тебе не понравилась няня. Я сегодня разговаривал по телефону с владелицей агентства. У нее был такой холодный тон, что я чуть не покрылся коркой льда.

Сиенна нахмурилась:

– Мне что-то не нравится эта идея с агентством.

– Мне тоже, – признался он. – Делорес перед отъездом сказала, что могла бы сама присматривать за Джеком. Я подумываю о том, чтобы принять ее помощь. За отдельную плату, разумеется.

– Правда? – спросила Сиенна. Пламя свечи отражалось в ее глазах.

– По крайней мере, на ближайшее время.

По правде говоря, эта идея пришла ему в голову только что. Чем больше он думал о Сиенне, чем больше ее хотел, тем сильнее убеждался в том, что должен с ней расстаться. Потому что он начал сильно к ней привязываться, и это было слишком опасно.

Итак, если, вернувшись из отпуска, Делорес все еще будет согласна присматривать за Джеком, необходимость в помощи Сиенны отпадет, и он сможет ее отпустить. Поиски идеальной няни могут растянуться на целую вечность, и это ни к чему хорошему не приведет. Они с Сиенной должны расстаться как можно скорее. Так будет лучше для них обоих.

– Хорошо. – Она подняла бокал и выпила еще вина. – Значит, больше никаких собеседований?

– Думаю, они не нужны. Делорес вернется через неделю с небольшим. Если ты останешься до ее возвращения, я буду тебя благодарен.

На ее лице появилось замешательство.

– Я думала, мы уже договорились, что я останусь.

– Хорошо. Спасибо.

«Не смотри на ее грудь, – сказал он себе. – Не обращай внимания на то, как она облизывает нижнюю губу».

Ему придется сказать ей, что между ними все кончено. Он не умеет выстраивать долгосрочные отношения. Сиенне достаточно одного Куинна, испортившего ей жизнь.

– Пожалуйста. Адам… Что-то не так? – В ее голубых глазах читалось беспокойство.

– Все нормально. Просто у меня был напряженный рабочий день.

Сиенна подалась вперед, чтобы взять его за руку, но он взял бокал и откинулся на спинку стула. Увидев боль, промелькнувшую в ее глазах, он сказал себе, что в этом нет ничего страшного. Боль временна. Она с ней справится. Они оба справятся.

Пару часов спустя Сиенна думала об их с Адамом ужине. Она чувствовала, как он от нее отдаляется. У нее было такое чувство, будто его внезапно заколдовала Снежная Королева. Когда они вернулись домой, стало еще хуже.

Домой. Когда она начала считать дом Адама своим? Когда она начала думать, что между ней и Адамом что-то есть?

Когда она начала его любить?

Остановившись на лестнице, Сиенна схватилась за перила. Кевин и Ник давно уехали, а Адам сразу после их отъезда ушел в свой кабинет. Джек мирно спал в детской. Таким образом, когда она сделала волнующее открытие, рядом с ней никого не было.

Когда Девон вскружил ей голову четыре года назад, она думала, что влюблена в него. Сейчас ее чувства к Адаму затмили то, что она когда-то испытывала к Девону. Это было все равно, что сравнивать фастфуд с ужином в дорогом ресторане..

Сев на ступеньку, она посмотрела на коридор, ведущий в сторону кабинета Адама, и снова подумала о том, как он внезапно отдалился от нее.

Может, причина была в том, что он догадался о ее чувствах к нему? Она не собиралась влюбляться в Адама, но изменить это было уже невозможно.

По правде говоря, она не была уверена, что стала бы что-то менять, будь это возможно. Любовь мощное чувство, которого она никогда раньше не испытывала, и она собирается им наслаждаться, даже несмотря на то, что оно принесет ей боль.

– Он поговорит со мной, – пробормотала Сиенна, поднявшись. Она не собиралась прожить целую неделю в ледяном молчании.

Ее ноги были босы, поэтому Адам не услышал, как она вошла в кабинет. Единственным источником света в помещении была настольная лампа. Адам сидел в бордовом кожаном кресле за рабочим столом. В руке у него был стакан.

Он показался ей расслабленным, но, когда он поднял голову и посмотрел на нее, она поняла, что ошиблась. Его взгляд был холодным и отстраненным.

– В чем дело? – спросил он.

Сиенна подошла к нему и встала напротив.

– Я хотела задать тебе этот же вопрос. Что случилось, Адам?

Сделав глоток из стакана, он со стуком поставил его на стол, поднялся и сложил руки на груди.

– Ничего не случилось, Сиенна. Завтра я отправляюсь в Санта-Барбару.

Сиенна нахмурилась:

– Я думала, твоя встреча состоится только на следующей неделе.

– Я решил поехать туда пораньше, – сказал он.

– Почему? – спросила она, хотя уже знала ответ.

– Тому, что происходит между нами, пора положить конец, Сиенна. – Он встретился с ней взглядом, и она не увидела в его карих глазах привычной теплоты. – Мы оба с самого начала знали, что это не продлится долго. Когда вернется Делорес, все закончится.

Ее сердце словно сдавил железный кулак.

– Потому что ты так сказал?

– Да.

Она гордо вскинула голову.

– Знаешь что, Адам? Между нами действительно все кончено. Потому что я так сказала.

– Как тебе будет угодно, – пробормотал он.

– Не делай этого, – отрезала она, подойдя ближе. – Тебе нет необходимости отмахиваться от моих чувств или делать вид, будто то, что между нами было, не имело значения…

– Сиенна…

– …потому что это имело значение, и ты сам это знаешь.

Ее дыхание участилось, голова начала кружиться. Ей не хватало только упасть в обморок.

– Почему это должно иметь значение? – произнес он небрежным тоном, который привел ее в ярость. – По крайней мере, для меня?

– Ну и самомнение!

– Перестань, Сиенна.

– Нет, я не перестану только потому, что ты мне сказал. Только потому, что я дала себе слово, что не скажу тебе, что люблю тебя.

Он поморщился и покачал головой. Его взгляд из холодного превратился в ледяной. На ее глаза навернулись слезы, и она часто заморгала, чтобы Адам их не увидел.

– Ты не хотел это услышать, правда?

– Не хотел, потому что в этом нет никакого смысла.

Она раздраженно вздохнула:

– Чувства не подчиняются никаким смыслам, Адам. Я знала, что ты так ответишь, поэтому не собиралась говорить тебе, что я чувствую, потому что не хотела поставить тебя в неловкое положение и услышать твой отказ. – Резко повернувшись, она сделала три шага, затем снова повернулась к нему лицом. – Но знаешь что? К черту все это! Почему я должна скрывать свои чувства ради тебя? Совершенно очевидно, что тебе наплевать на то, что я думаю и что чувствую. Ты уже решил, что между нами все кончено. Довожу до твоего сведения, Адам, что ты не можешь решать за других людей, что им следует говорить и чувствовать.

Сиенна никогда прежде не испытывала одновременно такую сильную ярость, боль и грусть.

– Я никогда не говорил…

Она сухо рассмеялась:

– И вот ты опять говоришь мне о том, что ты не говорил, вместо того чтобы сказать, о чем ты на самом деле думаешь и что ты чувствуешь. Твоя проблема состоит в том, что я тебе небезразлична, но ты не хочешь испытывать ко мне чувства.

Его губы сжались в тонкую линию, на щеке задергался мускул.

– Черт побери, Сиенна. Нам обязательно выяснять отношения? Разве не ты сказала, что мы сможем остаться друзьями, когда все закончится?

– Я ошиблась. Я тебе не друг и, очевидно, уже не партнерша для секса. – Сделав глубокий вдох, она тяжело сглотнула и продолжила: – Но, несмотря на то что ты самый самодовольный человек на свете, я люблю тебя. Я постараюсь тебя разлюбить, так что избавь меня от своей жалости. – Повернувшись, Сиенна направилась к выходу. Остановившись у двери, она обернулась: – Если ты думаешь, что твое бегство в Санта-Барбару все упростит, тебя ждет разочарование. Но в любом случае я желаю тебе удачи.

– Я не сбегаю, – процедил он сквозь зубы.

– Можешь продолжать себя в этом убеждать. Желаю приятной поездки, – сказала она и покинула кабинет.

В течение следующих двух дней Сиенна не видела никого, кроме Джека. Она не звонила Шерил, не ездила в свою студию. Она только позвонила по телефону Терри и велела ей перенести две ближайшие фотосессии на неделю вперед. У нее не было настроения творить.

Разве могло быть иначе, когда она чувствовала себя так, словно земля ушла у нее из-под ног? Поддаваясь своему влечению к Адаму, она прекрасно понимала, что у них нет будущего. Но тогда у нее, по крайней мере, было настоящее. Сейчас у нее нет ничего.

– У меня есть только ты, мой сладкий, – пробормотала она, поглаживая Джека по пушистым волосам. – От тебя я не откажусь.

Она будет приезжать сюда, когда Адам будет на работе, или договариваться с Делорес о встречах в кафе или парке. Адам вряд ли будет возражать против ее общения с Джеком.

– Боже мой, я так по нему скучаю, – прошептала она. Без него дом казался ей пустым. В его отсутствие она спала на диване в детской, чтобы ей не было так одиноко. – Неужели все это началось чуть больше недели назад? – произнесла она вслух, когда Джек похлопал ее ладошками по щекам. Как все могло так резко измениться за столь короткое время? Как она могла влюбиться в Адама? – Возможно, в глубине я всегда его любила. Но не беспокойся обо мне, милый. Со мной все будет хорошо. – Крепче прижав к себе Джека, она поцеловала его в макушку и вдохнула сладковатый запах, присущий всем младенцам. – Скоро меня здесь не будет, но я всегда буду тебя любить. Ты должен быть терпеливым со своим дядей Адамом, потому что он тоже тебя любит. Он иногда бывает резковат, но ты на него за это не обижайся. Он хороший.

В ответ Джек широко улыбнулся ей беззубым ртом.

– Я буду очень по тебе скучать, малыш, – сказала Сиенна.

Ей захотелось в очередной раз дать волю слезам, но в следующий момент раздался звонок в дверь. В эти дни она была рада любой мелочи, которая могла ее отвлечь от гнетущих мыслей, но, когда она открыла дверь, внутри у нее все оборвалось.

– Я так и знала, что ты здесь. – Войдя в дом, Донна Куинн повернулась и пристально посмотрела на Сиенну: – Одного моего сына тебе оказалось недостаточно? Ты решила попытаться заполучить второго?