Планета Новая Земля, Крепость Росс, тридцать восьмой день в новом мире

— Кто вообще пришил ту чертову китаёзку? — раздраженно бросил Мамай. Словно тигр, запертый в клетке зоопарка, он метался из конца в конец столовой, то стремительно ускоряясь, то на миг замирая — и снова продолжая движение. — Я был совершенно уверен, что единственный убитый — их капитан!

— А капитана кто убил? — задала ему вопрос Даша.

Помимо нее, Стаса и менее часа назад возвратившегося в Крепость Олега, в помещении находилось не более десятка человек: пятеро теперь постоянно, днем и ночью, караулили делянку. Вопреки самоуверенной похвальбе Тинг, накануне китайцам не удалось уничтожить посевы: их отряд был замечен при пересечении контрольной полосы и предпочел отступить, рассыпавшись по степи, но угрозу сочли реальной и усилили бдительность.

Гали в столовой не было — она дежурила у ворот. Отсутствовали и Настя с Тимуром, но их смена на вездеходе как раз вот-вот должна была завершиться.

— Тагаев, — ответил между тем девушке Стас. — Там у него выбора не было: поняв, что происходит, капитан китаезов собирался запереться в энергоцентре. Успей он это сделать — не видать нам батарей, как своих ушей!

— Может, и к лучшему было бы? — заметил Макс — вроде бы в сторону, но услышали его все.

— Так кто же тогда мог знать?!. — развел руками Мамай. — И вообще: что это еще за разговорчики? — тут же опомнился он. — Все мы сделали правильно! В тот раз.

— А в какой неправильно? — незамедлительно спросила Света.

— Нужно было с Олегом больше людей послать, — пришла на помощь капитану Аня.

— Так ты же сама и была против! — желчно напомнила ей Ткачук.

— Я ошибалась, — признала Руденко. — Чужая нас не подвела. А вот сами мы подкачали.

— Давай вот только не будем обобщать! — вскинулась Света. — Кое-кто подкачал, не все!

— Если ты про Чибиса и Кайшева, то они тебе уже не ответят! — мрачно выговорил Мамай. — А к Светлову тут какие вопросы? Он свое дело сделал.

— Не только к Светлову! Нужно было все как следует продумать, просчитать!

— Вот где ты, такая умная, раньше была?! — процедила Аня. — И что-то не припомню, кстати, чтобы ты особо рвалась сопровождать Чужую к немцам!

— Приказали бы — пошла бы!

— А когда, кстати, Чужая должна вернуться? — вмешался в разговор Тёма Борисов. — Может, просто подсунем ее китайцам, как немцам подсунули — и все проблемы решатся?

— Едва ли это произойдет скоро, — проговорил Олег, рассудив, что вопрос к нему. — Ей был дан приказ уйти беспалевно. Если понадобиться, она будет ждать удобного случая неделю, две, месяц — столько, сколько придется. К тому же, ей велено попытаться отыскать похищенное у нас кольцо — то, что немцы сняли с Гали. Это также может оказаться непростым делом… В общем, на помощь Чужой я бы пока не рассчитывал, — заключил он.

— Жаль, — вздохнул Макс. — За раз двух зайцев могли бы убить!

Уточнять, что он имел в виду, Светлов не стал.

— Тогда давайте сбагрим китайцам нашу турчанку! — предложила Света. — Лучшего применения ей все равно не найти!

— Они не дураки, — покачал головой Олег. — Сразу поймут обман.

— Да как они поймут-то?

— Очень просто: спросят у нее что-нибудь, а она по-русски ни бельмеса!

— Ну не знаю… Давайте ей язык отрежем!

— Ты вот это сейчас всерьез? — хмуро спросила у нее Аня.

— А что такого? Все лучше, чем кого-то из своих подставлять!

Дверь столовой открылась, и вошли Тимур с Настей. Подсев к Тёме, о чем-то с ним вполголоса зашушукались — как видно, выясняли, что и в каком ключе обсуждается.

— Руки тоже отрежем? — спросила тем временем у Светы Ада. — Чтобы и написать ничего не смогла, если что?

— Да хотя бы и так!

— И что, по-твоему, должны будут подумать об этом китайцы?

— Что кто-то уже сделал за них половину работы, — хмыкнул Макс.

Внутренне передернувшись, Олег машинально дотронулся пальцем до подсохшей ранки над левой бровью — зайти в медотсек, чтобы затянуть ее, он еще не успел.

— Так китайцы, небось, хотят заполучить кого-то из тех, кто участвовал в атаке? — спросила у Светлова Даша.

— Нет, — мотнул головой Олег. — Им плевать, кто из нас это будет. Но вариант с Хюррем по любому не прокатит: они не идиоты.

— Тогда остается только тянуть жребий, — развела руками Макаускайте.

— Если только среди тех, кто ходил в набег! — подал голос рыжий Артем. — Почему те, кто изначально был против, должен отвечать за их художества?

— А мы там что, ради одних себя старались?! — коршуном напустилась на него Света. В составе атаковавшего китайцев отряда были две девушка — она и Ира Зварыч.

— Я вас об это мне просил!

— Еще скажи, что если бы батарейки подошли, не стал бы ими пользоваться, а ушел через два года в лес!

— Тихо все! — прервал разгоревшийся спор Мамай. — Не гоните лошадей! Давайте начнем сначала: выясним сперва, кто и зачем убил эту… как ее? — повернулся он к Олегу.

— Ли Key, — подсказал тот.

— Ли Key, — повторил за ним капитан.

— Погодите! — нахмурив брови, приподнялась со своего стула Настя. — Я что-то не поняла: вы тут серьезно обсуждаете вопрос о том, кого выдать на расправу китайцам?

— Пока просто пытаемся разобраться, что произошло, — буркнул Стас.

— Ну разберетесь, а потом что?

— «Потом» — потом и будет.

— Разобраться — дело хорошее, — встал рядом с Настей Тимур. — Но я лично слышу другое: ходил в поход — не ходил в поход, прокатит фокус с Хюррем — не прокатит фокус с Хюррем… Вы тут в своем уме вообще?

— Хочешь что-то конкретное предложить — или так просто, языком потрепать? — осведомилась у Тагаева Аня.

— А что тут предлагать? Китайцам сказать: вот ваши девять аккумуляторов, гоните наши семь — и в расчете. Своих людей мы не выдаем.

— Не согласятся они, — покачал головой Олег.

— Не согласятся — значит, война, — пожал плечами Тимур. — Преимущество в которой, как ни крути, будет на нашей стороне.

— Будет, но не абсолютное, — проговорил Мамай. — Делянку, вон, вчера еле уберегли. И это они еще только нас прощупывали. Нет, я тоже не сомневаюсь в итоговой победе, но без потерь наверняка не обойдется. В том числе — человеческих потерь.

— Мы прекрасно это понимали, когда принимали решение о нападении, — заявил Тагаев.

— А кто-то с этим спорит? Но сейчас вопрос стоит немного по-другому: пожертвовать кем-то одним — и все закончить, или поставить под угрозу многих.

— И в результате, возможно, батареи так и не получить, — добавила Аня. — Что, если поняв, что проигрывают, китайцы, к примеру, тупо утопят их в море?

— Пожертвовать кем-то одним… Собой не хочешь? — с места бросил Стасу рыжий Артем.

— Нет, не хочу, — ответил тот. — А вот выяснить, кто и зачем убил китаезку — да еще так, что остальные узкоглазые офигели от жестокости содеянного — хочу.

— Ну, допустим, выяснишь, — проговорил Тимур. — И что — выдашь им убийцу? Тогда прямо с меня начни: я одного точно застрелил!

— Мы об этом уже тут говорили, — отмахнулся капитан. — Ты своего вынужден был застрелить. Хотя окажись тогда у тебя в руках мушкетон вместо карабина — и там могло бы обойтись без жертв… Но что сделано — то сделано.

— Вот именно! — подхватил Тагаев. — Что сделано — то сделано! Нет, согласен, выяснить подробности необходимо, но вовсе не потому, что китайцы что-то там от нас требуют! Я тоже не понимаю, кому и зачем понадобилось убивать еще двоих, но наши люди — это наше дело! Сами между собой разберемся!

— А с китайцами как предлагаешь? — повернувшись вместе со стулом, спросил Тимура Макс.

— Я уже сказал: батарейки на батарейки. И точка.

— Обсудили уже: откажутся!

— Откажутся — так откажутся, наше дело предложить!

— А можно наоборот: сделать вид, что согласны на их условия, — вмешалась Даша. — Договориться о встрече — а там устроить засаду и отбить батареи!

— И кто после этого нам еще поверит? — спросила Аня.

— А нам и не нужно «после»! Вернем батареи — а там пусть хоть изойдутся в недоверии!

— А как же Альянс? — напомнила Руденко. — Заработаем репутацию кидал — кто нас в него потом примет?

— Какой Альянс, опомнись! Батареи в чужую крепость не вставишь!

— А в чужую и не нужно. Есть тут идейка: девять лет в одной крепости, потом девять — в другой, следующие девять — в третьей…

— А Альянсу не начхать ли, как мы ведем себя с китайцами? — спросила Света. — Они же, вроде как, сами нас на них науськали, нет?

— Извечный принцип британцев: джентльмен к западу от Суэца не отвечает за то, что делает джентльмен к востоку от Суэца, — напомнила Бердичевская. — Плевать им на китайцев с высоты Биг-Бена!

— Вот только к западу или востоку от этого чертова Суэца находимся для них мы? — хмуро бросила Аня.

— Если к востоку — то о каком Альянсе мы вообще говорим?! — воскликнула Ткачук.

— Так, давайте не отвлекаться, — снова вмешался Мамай. — Пока не вернем свои батареи, об Альянсе в любом случае рано думать!

— Лично мне нравится предложение Дарьи, — сказал Тимур. — Назначить встречу, попытаться уговорить разойтись по-хорошему, а упрутся — показать, как бывает по-плохому. В огневой мощи мы китайцев превосходим на порядок — нужно этим воспользоваться. Война — так война.

— Я — «за»! — поднялся со своего места Переверзев. — Так и нужно сделать! Я вот даже рад буду, если они не пойдут на сделку — пусть ответят за Чибиса и Вовку!

— Я лично рада не буду, — бросила Ада, также вставая на ноги. — Но Тимур прав: своих выдавать нельзя! Лучше уж война!

— Будут потери, — напомнила Руденко.

— Может быть. Но зато не будет того, кто предан своими!

— Поддерживаю! — бросила Света.

— А ты, Светлов, что скажешь? — остановился напротив Олега Мамай.

— Простые решения — далеко не всегда правильные… — проговорил тот, медленно поднимаясь из-за стола. — Но сейчас, по-моему, именно такой случай! — резко вскинул голову Олег. — Вы знаете, я был против нападения на китайцев, но сделанного не воротишь, и теперь, если выбор стоит между выдачей на расправу этим садистам кого-то из своих и войной — я за войну!

— Отлично сказано! — трижды хлопнула в ладоши Ткачук.

— Понятно… — пробормотал Стас, обводя глазами собравшихся. На ногах, помимо Олега, стояли Тимур, Настя, Макс, Света и Ада. Поняв, что происходит нечто вроде голосования, под взглядом Мамая встала со стула Даша, хотя ее позиция и так была всем понятна. Чуть помедлив, к ним присоединился и Тёма Борисов. Последним, словно нехотя, поднялся рыжий Артем.

— Война — это всегда плохо, — бросил он. — Но что там было про тех, кто выбирает позор?

— Тот получает и позор, и войну, — напомнил Переверзев. — А ты, получается, за позор? — повернулся он к Ане, которая, единственная в столовой, осталась сидеть.

— Я лишь хочу, чтобы решение каждого было ответственным, — проговорила Руденко.

— В этом не сомневайся, — бросил Макс.

— В таком случае, я с вами! — кивнула Аня. Вставать из-за стола она, впрочем, не стала.

— Поразительное единодушие, — как будто бы с удивлением покачал головой Стас. — Что ж, значит, так тому и быть! — провозгласил он затем, тряхнув головой. — Устроим китаезам новый Даманский!

— Остров Даманский в итоге отошел Китаю, — заметила Ада. — Давайте уж лучше что-нибудь другое им устроим!