Планета Новая Земля, ничейные территории, одиннадцатый день в новом мире

Светлову снилось, что он сидит в пассажирском самолете, в кресле у окна. Лайнер еще не взлетел — только начинает разбег по аэродромной полосе — но движки уже во всю мощь ревут, кресло мелко дергается, над головой тревожно мигает какая-то оранжевая лампочка… За иллюминатором справа — сплошная темнота, ничего не разглядеть, хоть глаз выколи. Олег поворачивает голову в другую сторону, и видит в соседнем кресле дремлющую Галю. Ну да, все логично: они же вместе путешествуют. Как вот только Измайлова ухитряется спать при таких шуме и тряске? Кстати, где-то здесь неподалеку еще Мамай должен быть — Олег отчетливо помнил, что в дорогу они отправились втроем. Но следующее, после Галиного, кресло пустует. Куда же он делся?

Задавшись этим вопросом, юноша открыл глаза, но Стаса не увидел. А вот Измайлова и наяву никуда не исчезла: как видно, скатившись во сне со своей импровизированной подушки, Галя лежала совсем рядом с юношей, свернувшись комочком и подложив под щеку руку — сжатый кулачок почти упирался Олегу в плечо.

Но не исчезла не только девушка. По-прежнему надсадно гудели двигатели, дрожал идущий на взлет самолет… Стоп! Какой еще самолет?!

Еще не понимая до конца, где здесь заканчивается сон и начинается явь, Светлов приподнялся на локтях, и ошалело огляделся по сторонам, но в ночи уже в двух шагах ничего не было видно. Тогда Олег сел, протянув руку, нащупал справа (в самолете это было бы уже где-то за иллюминатором) палочку аварийного фонарика, выложенную им накануне из рюкзака вместе с прочими вещами, и переломил ее пальцами.

Первое, что увидел юноша в тусклом зеленом свете «фиала», была огромная змея, неспешно ползущая вдоль его голени. Олег в панике отдернул ногу, и только затем сообразил, что делать резких движений, возможно, и не следовало. Гадина, впрочем, на его рывок никак не отреагировала — еще немного продвинулась вперед, потом замерла, и в следующий миг за ней шагнуло ближайшее дерево — резко, сразу на полметра, словно хотело догнать и раздавить проклятого аспида. Но не допрыгнуло, не дотянулось, и змея, выждав секунду-другую, спокойно поползла себе дальше.

Вот только вряд ли она смогла бы уползти далеко от своего неудачливого преследователя, ибо была ничем иным, как корнем, растущим из ствола. Рядом по земле скользили гадами еще несколько таких же: вытянутся, зацепятся, и подтащат за собой все дерево! Да не одно! Двигался весь лес!

Метнувшись к безмятежно спящей девушке, Олег схватил ее за плечо, встряхнув, заорал:

— Просыпайся! Вставай! Скорее!

— Что такое? — не открывая глаз, пробормотала Галя. — Что за шум? Выключите, я сплю!

— Вставай! — продолжил что было сил тормошить ее Светлов. — Ну же! Лес движется!

— Какой еще лес, ты о чем? Куда движется?

— Не знаю! На нас!

— Лес? На нас? Тебе там вчера в степи голову солнцем не напекло? — неохотно сев, Измайлова чуть приподняла правое веко. В этот момент толстенное дерево прямо перед ними совершило очередной скачок. — И правда движется… — с легким оттенком удивления, но совершенно спокойно проговорила девушка. — Движется?! — она стремительно вскочила, едва не сбив с ног Олега. — Вот черт! Хватай вещи! — метнувшись к своему рюкзаку и рывком его расправив, Галя судорожно принялась совать внутрь миски с рационом.

— Какие, блин, вещи, бежать надо! — схватил ее за руку Светлов.

Измайлова вырвалась:

— Спасай еду!

Упаковки «ковчеговской» каши — последнее, о чем сейчас мог думать Олег, но взгляд его наткнулся на Галин мушкетон на земле. Нагнувшись, юноша подхватил парализатор, поискал глазами собственный: тот лежал возле рюкзака, где он и оставил его вечером — один из ползучих корней как раз пытался обвиться концом вокруг его приклада. Зажав Галино оружие под мышкой — одна рука у Олега по-прежнему оставалась занята «фиалом» — он потянулся за вторым мушкетоном и вырвал его из еще не успевшей намертво сомкнуться хватки корня. Затем подобрал и рюкзак, все же наклонился над батареей мисок — и тут сзади закричала Измайлова.

Тут же забыв о рационах, Олег обернулся: на том месте, где только что была девушка, откуда ни возьмись образовалась глубокая — почти по грудь Гале — яма с продолжавшими осыпаться краями. Распрямившись, ничего не понимающая Измайлова стояла на ее дне, ноги девушки по колено были скрыты в земле.

Светлов метнулся к спутнице, почва под его ногами поехала, и он сам едва не оказался в той же яме. Успев отпрянуть, Олег встал на колени и протянул Гале руку. Измайлова рванулась навстречу, но ноги ее, как видно, завязли крепко, и, промахнувшись мимо ладони юноши, она с воплем растянулась на откосе, тут же оказавшись присыпана сверху землей.

Отбросив фонарик и мушкетоны, Светлов упал на живот и, физически ощущая, как сантиметр за сантиметром уходит из-под груди земля, почти нырнул вниз, потянувшись к девушке обеими руками. Галя внизу кое-как сумела приподнять голову, и судорожно выкинув вверх растопыренную пятерню, вцепилась в его левую кисть. Тут же ухватившись второй рукой за тонкое — того и гляди переломится — холодное запястье девушки, Олег потянул, стараясь одновременно хоть немного отползти от края ямы назад.

Секунд десять земля на дне сопротивлялась, но, наконец, выпустила добычу, и Светлов, словно плотвичку удочкой, выдернул Галю из западни. Встал в рост — и тут же сам провалился в новую ловушку — правда, неглубоко, всего лишь по колено.

— На корень! — прокричала Измайлова. — Вставай на корень!

Сама она уже балансировала на спине одной из сонмища ползущих деревянных змей.

Выбравшись из ямы, Олег последовал Галиному примеру, но чуть не соскользнул, когда корень внезапно замер, подтягивая к себе дерево. Расставив ноги, юноша оперся сразу на два — словно ковбой, стоя на скачущей паре диких мустангов.

— Ты как? — крикнул он девушке. — Цела?

— Кажется, да, — ответила та, также раскорячиваясь между двумя параллельными корнями. — Рюкзак вот только упустила… — показала она в сторону ямы, уже почти засыпавшейся.

— Да черт с ним! — махнул рукой Олег, но, вспомнив о мушкетонах, огляделся: один парализатор валялся прямо возле «его» корня, приклад второго торчал из земли ближе к Гале.

Наклонившись, Светлов подобрал ближний, затем указал стволом девушке на второй:

— Подними, я не достану!

Переступив ногами по корню и почти сев в шпагат, Галя с заметным усилием вырвала оружие из земляного плена.

«Фиал», еще продолжавший светиться, лежал слишком далеко от них обоих, Олег прикинул, было, не дотянется ли до фонарика мушкетоном, но понял, что без шансов.

— Главное, оружие сберегли, — проговорил он, поворачиваясь к Измайловой. — А еда… Что еда! Добудем! Надо выбираться отсюда… — он огляделся по сторонам. Вчера они заснули у самой опушки, но сейчас среди прыгающих с места на место стволов не было видно ни малейшего просвета.

— У меня там не только еда была, — пожаловалась тем временем Галя. — Еще всякие незаменимые женские мелочи — вам, парням, не понять… — она внезапно осеклась. — Кстати, а где Стас?! — спросила испуганно.

Светлов похолодел: о Мамае за всей этой эпопеей он даже не вспомнил!

— Стас! — прокричала девушка. — Мамаев! Ты где?!

— Стас! — присоединился к ней Олег. — Слышишь нас?! Отзовись!

Ответом был лишь несмолкающий гул бродячего леса.

— Надо его найти! — заявила Галя.

— Конечно, — кивнул юноша, с ужасом понимая, что будь с их спутником все в порядке, тот уже давно бы объявился сам. — Только не сходи на землю! Прыгай с корня на корень!

— Он должен быть где-то рядом! — с надеждой проговорила Измайлова. В ее руке вспыхнула палочка фонарика. — В кармане куртки держала, — пояснила она. — На всякий случай. Вот, пригодилось…

Скакать по корням оказалось не так уж и сложно — главное, не торопиться и тщательно рассчитывать каждый прыжок. Лишь однажды Олег немного промахнулся и чиркнул мысом кроссовка о землю. Та тут же расступилась, словно только того и ждала, но юноша успел перенести вес на другую ногу и устоял.

Мамая они нашли метрах в десяти: после очередного прыжка Светлов едва не наступил ему на пальцы, мертвой хваткой вцепившиеся в корень — и только потом заметил руку, торчавшую прямо из земли. Чуть дальше над поверхностью высовывалась половина головы — нос еще наверху, а рот уже присыпан. Говорить Стас, естественно, не мог, но зверски вращал глазами: Слава Богу, значит, жив!

Сунув мушкетон подоспевшей Гале, Олег уселся на корень, прислонившись спиной к стволу, оторвал задеревеневшие скрюченные пальцы Стаса от корня и, вложив его ладонь в свою, потянул что было сил.

Рука вылезла легко, показалось плечо, вынырнул подбородок, а вот дальше дело застопорилось. Олег тянул, Мамай дергался, но едва начинало казаться, что начинает выбираться из земляной пучины, как тут же проваливался снова. Обойдя дерево с другой стороны, Галя попыталась помочь оттуда, но не нашла, за то бы смогла ухватиться. Тогда девушка принялась раскапывать ладонями землю, и через минуту отрыла левый локоть Стаса.

Теперь они с Олегом тянули вдвоем, но особой разницы Светлов что-то не ощутил.

— Попробуй сам хоть немного руку поднять! — взмолилась Галя к Мамаю.

— Не могу! — выговорил тот, отплевываясь землей. — В ней мушкетон, его что-то держит!

— Сдурел?! — рявкнула Измайлова. — Выпусти его! Брось!

— Брось… — хватая ртом колючий пыльный воздух, поддержал девушку Олег. — У нас есть еще два… Иначе нам тебя не вытащить!

Стас не ответил, но через пару секунд его левая рука показалась над поверхностью.

А через две минуты из ловушки вытянули и всего Мамая. За спиной у него оказался туго набитый рюкзак, а вот мушкетон остался где-то под землей.

— Ох, нелегкая это работа — из болота тащить бегемота! — заплетающимся языком выговорил Олег, вытирая грязной ладонью пот со лба.

— Благодарствую… — пробормотал Стас, балансируя на корне. — Буду должен.

— Что ж ты не кричал? — спросила его Галя. — Не звал на помощь?

— Это я-то не кричал? — хмыкнул Мамай, тут же закашлявшись. — Да я орал, как потерпевший — пока рот не засыпало. Вас я, кстати, тоже не слышал, пока вплотную не подошли.

— Понятно, — кивнул Светлов. — Ну, что будем делать?

— Линять отсюда, что же еще? — уверенно заявил Стас и снова зашелся в приступе кашля.

— Линять? Куда?

— Вон туда, — уверенно показал Мамай за спину собеседнику. — Пока вы фонарем не ослепили, я там видел просвет. Собственно, оттуда мы вчера и пришли.

— Уверен? — с сомнением уточнила Измайлова.

— Абсолютно. Пока в земле тонул, было время осмотреться.

— Хорошо, — кивнул Олег. — Тогда поскакали. Давай мушкетон! — повернулся он к Гале.

— Сейчас, — проговорила девушка, оглядываясь назад. — Я их где-то здесь бросила…

— Что?!!

Из двух парализаторов отыскался один — второй как сквозь землю провалился. Собственно, так скорее всего и было.

— Мне нужно было руки освободить! — оправдывалась Галя, хотя, вроде бы, никто и не пытался ее упрекать за потерю, скорее наоборот. — Я не подумала!..

— Главное, что сами целы, — заявил Олег. Оружие он забрал себе.

— Остальные вещи — тоже тю-тю на Воркутю? — уточнил Мамай. Светлов кивнул. — Ясно… — корень под ним нервно дернулся, и, взмахнув руками, Стас едва удержался на ногах. — Ладно, погнали! — примерившись, он перескочил на соседний.

— Готова? — обернулся Светлов к Гале.

— Что тут готовиться-то… — бросила девушка. Коротко переступая, она перебежала по корню, перешагнула на другой, ползший рядом, и уже с него прыгнула дальше.

Олег поспешил следом за товарищами, и через полминуты незадачливые путешественники вырвались из-под покрова буйного леса в пряную ночную степь.