Оскорбления и унижения

Огрызался вместе с учителем.

Запись в школьном дневнике

Грубость учеников по отношению к учителям – избитая тема. Об этом говорят столько, сколько существуют школы. Каждый эмоциональный детский выпад долго обсуждается как минимум в учительской, а то и на педсовете, где делаются определенные выводы, назначается наказание. Тогда как учительская грубость в отношении детей часто не только проходит незамеченной, но в некоторых школах воспринимается как должное. Еще неизвестно, кто больше страдает от грубости – учитель или ученик, и кто из них наименее защищен.

Нетрудно понять, что любой учитель, даже самый замечательный, не застрахован от приступов агрессии в адрес детей, как своих собственных, так и доверенных ему системой. Любой человек может разразиться гневной тирадой от усталости, стресса, расстройства, бессилия или страха. Учителя корят себя за грубость, но дают себе право на нее, так сказать, выписывают индульгенцию, прощение после каждого подобного случая. Ученику же многие из них отказывают в этом праве – разозлиться, будто эмоциональная жизнь ребенка устроена иначе и он не может почувствовать себя усталым, бессильным, расстроенным.

Относительно недавняя история, случившаяся с одним учителем. В школе очередное ЧП: какой-то пацан нагрубил преподавателю, и к вечеру должен был состояться педсовет. Дело шло к тому, чтобы поставить вопрос ребром и выгнать наконец грубияна из школы.

В течение дня учитель, рассказавший мне эту историю, записывает на листочке наиболее частые грубые замечания учителей в адрес учеников. А на другом листке сами учителя фиксируют наиболее дерзкие высказывания, звучавшие в их адрес. На педсовете оба листка кладут пред ясные очи директора, он внимательно их читает, издает глубокий и печальный вздох и, собирая бумаги, говорит:

– Пойдемте по домам. Педсовета не будет.

Большинство высказываний учеников в адрес учителей, написанные на этом листке, были умны, корректны, удивительно проницательны и точны. Высказывания учителей изобиловали прямыми оскорблениями, ударами ниже пояса, были откровенно грубы и не всегда цензурны.

Грубость и злость редко бывают беспричинны, практически всегда есть предыстория, основания к тому, чтобы разозлиться или нагрубить. Причины, по которым дети могут позволить себе ответить грубо учителю, вызваны подростковым протестом, ощущением случившейся несправедливости, реакцией на унижение или оскорбление, страхом потерять авторитет в глазах сверстников, жизненными трудностями в семье, с друзьями и другими тяжелыми обстоятельствами.

Иногда детская грубость – желание испытать учителя, тест на его умение держать удар, проверка, позволяющая ученику сориентироваться и понять, чего можно ждать от этого преподавателя впоследствии. Не раз мне дети в подробностях рассказывали, как тот или иной учитель реагирует на их провокации. К уважаемым учителям провокации не применяются более одного раза. К тем, кто не проходит проверку и регулярно откликается грубостью на грубость, беспричинно унижает и оскорбляет учеников, дети старшей школы всегда найдут способ выразить свое отношение, каким бы строгим ни казался такой педагог.

Реагировать на хамство ученика можно по-разному, но унижать его в ответ – наиболее неадекватная стратегия. Наиболее конструктивно, на мой взгляд, поговорить с ним наедине после урока, выразить свое отношение к его грубости и попытаться выяснить причины такого поведения.

Учитель, обладающий колоссальным влиянием и властью, которые, к счастью для учеников, к старшей школе становятся менее значимыми, должен осознавать собственную ответственность за то, что произносит, понимать, какие цели он этим преследует, чего добивается, с какими последствиями столкнется. Тем более что в старшей школе позиция: «Я – большой и сильный учитель, могу на тебя орать, имею право, потому что это для твоего же блага, а ты – мой ученик и потому не можешь мне ответить тем же» – уже не проходит, и подросток, стоящий на пороге взрослости, болезненно и агрессивно реагирует на попрание личностных прав и унижение своего достоинства. Так что учитель, грубо разговаривающий с учеником старших классов, должен быть готов к ответной реакции прямо сейчас, сию минуту, чаще всего непосредственно на уроке.

Отказываясь от авторитарности государственного правления, мы уходим от нее и в обществе, а значит, люди начинают требовать уважения к себе, к своей личности, в каких бы неравных отношениях они ни находились. Сейчас и ученики все чаще пытаются отстоять свои права и разными способами (адекватными и не очень) стараются защитить свое человеческое достоинство. Учителями старой закалки это воспринимается как испорченность новым временем, как неуважение к старшим. Хотя на самом деле это всего лишь неловкие попытки детей отстоять свое право на уважение.

Раньше это было значительно сложнее, поскольку и школа, и государственная система воспринимали такие попытки как неповиновение и старались вытолкнуть непокорного ребенка за свои границы. Его исключали из школ, из пионерских и комсомольских организаций, не давали положительных характеристик, значительно осложняя ему жизнь. Либо продавливали «строптивость» такого ребенка, перемалывая его волю и достоинство в своих огромных жерновах.

Воспитание достоинства и уважения к самому себе в некоторых школах и сегодня почему-то считается чем-то даже не второстепенным, а совсем не важным, легко приносящимся в жертву в угоду дисциплине и знаниям. Хотя без вышеперечисленного никакие знания не помогут бывшему ученику стать успешным, реализованным, счастливым.

Конечно, учителю, выросшему в авторитарном обществе, может быть непросто: ведь его уважение к самому себе никто не взращивал, никто не считал это ценностью. В первую очередь следовало уважать Родину, партию, старших, родителей, ветеранов и так далее. Но без самоуважения часто все это оказывалось дутым, ненастоящим, мнимым, неискренним. Учитель прошлого может находиться в иллюзорном ожидании уважения к себе со стороны учеников априори, только на том основании, что он старше и он – учитель. И может серьезно разочароваться, потому что дети нового времени никогда не будут уважать кого-то только потому, что он старше или главнее. Им важно чувствовать уважение к их личности, к их границам и человеческому достоинству.

От одной из учительниц, много лет проработавшей в школе, я услышала: «Пусть они сначала проявят ко мне уважение, тогда, может быть, и я их зауважаю!» Мне очень хотелось спросить: и кто здесь взрослый? Но тогда я не имела на это права.