– Что ты сказал? – переспросила Жасмин. Их взгляды встретились, она вопросительно смотрела на него. Её рука поднималась к его ладони, пальцы уже почти касались...

Не дав принцессе шанса передумать, бывший бродяга сжал её руку в своей и втянул её на ковёр. Они сели рядом. Воздух между ними едва не искрился от невысказанных слов и чувств, когда волшебный друг понёс их прочь от дворца. Вскоре Аграба уменьшилась, превратившись в мозаику светящихся мерцающих огней. Ковёр скользил то над облаками, то среди них. Сидя рядом с затаившей дыхание Жасмин, Аладдин испытывал чувство такой безграничной свободы, которое прежде было ему неведомо. Он даже представить не мог, о чём думает Жасмин. Она рассказывала, что её жизнь определяет отец и установленные им правила. Интересно, когда она в последний раз делала что-то, чего ей самой хотелось?

Он уже собирался спросить, но остановился, заметив изумление на её лице. Принцесса явно испытывала то же, что и он, будто видела этот мир в первый раз. Оторвавшись от созерцания её красоты, Аладдин посмотрел на проносящиеся мимо облака, вообразив, что это мифические звери или корабли, плывущие по морям. Ковёр нырнул к земле, и юноша увидел внизу бескрайнюю пустыню. С высоты, в свете мерцающих над головой звёзд, она казалась красивейшим волшебным местом, а не иссушённой и однообразной пустошью, какой представлялась днём. Он взял Жасмин за руку и указал на табун диких лошадей, мчавшихся через дюны. Улыбка озарила её лицо, когда молодой жеребёнок запрокинул голову и удивлённо заржал при виде людей в небе.

Когда они спустились ещё ниже, Жасмин зажмурилась. Аладдин притянул девушку к себе.

– Не закрывай глаза, а то пропустишь самое интересное, – прошептал он. Жасмин кивнула, медленно и неохотно отстраняясь.

Пустыня осталась позади, теперь они летели над покрытыми снегом горами, потом над пышными джунглями, над широкими морями, где резвились дельфины, а затем снова взмывали в облака, погнавшись за стайкой птиц. Так прошёл не один час, пока наконец восхитительные незнакомые ландшафты не сменились вновь песчаными дюнами и вдали не показались очертания Аграбы. Миновав крепостную стену, они проплыли над свадебной процессией, освещавшей всё вокруг дюжинами свечей и фонарей.

– Из всех мест, что ты мне показал, – проговорила Жасмин, – это – самое красивое.

Аладдин не мог не согласиться.

– Иногда достаточно просто взглянуть с другого ракурса. – Он посмотрел вниз, где жених с невестой танцевали в свете свечей, неотрывно глядя друг на друга.

Проследив за его взглядом, Жасмин улыбнулась.

– Это всё они, – махнула принцесса в сторону людей на свадьбе, – они делают Аграбу такой прекрасной. И эти люди заслуживают хорошего- правителя. Не знаю почему, но мне кажется, что однажды я смогу им стать.

– Обязательно, – уверенно кивнул Аладдин. Он сам удивился смелости своего ответа. Так было с их самой первой встречи, ему было с ней легко и приятно, будто они очень давно знали друг друга. Он столько лет провёл в одиночестве в компании одного лишь Абу, что уже забыл, каково это – видеть кого-то и, в свою очередь, чувствовать, что на тебя тоже кто-то смотрит. И вот теперь рядом с ним Жасмин. Он знает, что она испытывает, что, как и он, чувствует себя в жизни словно в ловушке. – У тебя всё для этого есть: сила, ум, храбрость.

Жасмин вздохнула:

– Ты так считаешь?

– Разве моё мнение здесь имеет значение? – Он замолчал и улыбнулся ей, чувствуя, что настроение изменилось.

К его удивлению, Жасмин ответила не сразу. Помолчала и вдруг наклонилась поближе к нему. На миг Аладдин подумал, уж не поцелует ли она его, и сердце радостно забилось. Но девушка почти сразу отстранилась и бросила взгляд на распростёртый внизу рынок.

– Посмотри на эту милую обезьянку, – сказала принцесса, показывая на что-то внизу. – Это Абу?

Не подумав, Аладдин покачал головой.

– Нет, Абу здесь быть не может... – юноша прикусил язык, но слишком поздно. Жасмин раскусила его.

– Я знала, что это ты! – воскликнула она.

* * *

Принцесса захлопала в ладоши, радуясь, что выяснила правду. С самой первой встречи с принцем Али она подозревала, что тут что-то не так. Да и потом, когда он так странно вёл себя во время танца. И те слова, что он сказал тогда на балконе. Все кусочки головоломки сложились вместе.

– Кто же такой принц Али? – спросила она, с нетерпением ожидая ответов на новые вопросы, возникшие у неё в голове.

– Это я, – быстро ответил молодой человек. – Я просто люблю время от времени переодеться и побродить среди обычных людей, так можно изучить их, чтобы лучше управлять королевством.

Жасмин не поддалась. В тот раз она следовала за ним по городу, видела, как он петлял в переулках и крышах, будто проделывал всё это десятки раз. Рынок был ему известен, как ей – дворцовые покои, он знал горожан так же, как она – Далию.

Дочь султана прищурилась.

– Откуда ты так хорошо знаешь улицы Аграбы? – Она ждала и наблюдала за выражением лица молодого человека, пытаясь уловить признаки того, что он ей лжёт. Но его лицо оставалось непроницаемым.

– Я приехал за пару дней до праздника, чтобы получше изучить это место, узнать людей поближе. – Он лукаво глянул на девушку. – Кстати, когда я встретил тебя, и ты была одета совсем не как дочь султана.

Её щёки зарделись. Тут он прав. Но это был единственный раз. А вот принц Али, судя по всему, проделывал подобное достаточно часто.

– Но... Почему же я не узнала тебя сразу? – Девушка обвела взглядом белые одежды принца. Как и её собственный наряд, они были сшиты из дорогой ткани, на запястьях сверкали золотые браслеты. Когда она встретила его в облике Аладдина, нищий парнишка был покрыт уличной пылью, волосы спутались, а единственным дополнением к костюму была потрёпанная коричневая сумка. Он ничем не отличался от остальных бездомных, мимо которых она проходила на рынке.

У Али и на это был готов ответ:

– Люди относятся к тебе предвзято, когда узнают, что ты королевских кровей, – ответил он.

Жасмин кивнула. Вполне логично. Али начинал казаться ей именно тем принцем, за которого она, возможно, смогла бы выйти замуж, если конечно, вообще когда-нибудь согласилась бы вступить в брак. Он заботился о своих подданных. Хотел знать, какова она, жизнь народа, а не просто сидел во дворце и предоставлял другим определять судьбы людей. Принцесса смущённо покачала головой.

– Мне немного стыдно, – призналась Жасмин. – Ты знаешь город лучше, чем я узнала за всю свою жизнь.

Девушка опустила глаза. Зачем ему видеть, как ей не хочется, чтобы эта ночь заканчивалась. Он и так показал ей больше, чем она могла ожидать. Заставил понять, что она способна испытывать подобные чувства к кому- то. Ощутив на себе его взгляд, Жасмин посмотрела на принца. Они долго просто молчали, не понимая толком, что между ними происходит.

– Пора вернуть тебя домой, – сказал наконец принц, разрушив очарование момента. – Почти наступило утро.

– Разве? – удивилась Жасмин.

Аладдин кивнул и указал на горизонт. Солнце поднималось над ним, освещая дворец, Девушка знала, что он прав. Она должна была вернуться в свои покои, прежде чем отец, а ещё хуже того визирь проснутся и обнаружат её отсутствие. Прочитав по лицу её мысли, принц похлопал по ковру, и тот медленно двинулся в сторону балкона в покоях Жасмин. Когда они приблизились, принцесса мягко соскользнула на каменный пол, а принц остался на ковре.

– Увидимся позже, принцесса, – с надеждой произнёс юноша.

Жасмин кивнула и улыбнулась. Она подняла руку, прощаясь, когда ковёр начал опускаться за перила. Не в силах сдержаться и надеясь, что принц всё ещё смотрит вверх, девушка подбежала к краю и глянула вниз. Вдруг ковёр резко взмыл вверх. Прежде чем принцесса успела сообразить, что происходит, она почувствовала губы принца на своих. Возглас удивления замер в горле, и она позволила себе раствориться в поцелуе.

А потом так же резко и без предупреждения ковёр рванул прочь, разорвав их объятия.

Жасмин смотрела ему вслед, касаясь губ кончиками пальцев. Когда принц скрылся из виду, она подумала, что эта ночь была идеальной. Как и поцелуи.

ГЛАВА 16

Безусловно, это была лучшая ночь в его жизни. Аладдин всё ещё чувствовал на губах поцелуи Жасмин, лавандовый запах её волос, тонкие пальцы в своей ладони. Нет сомнений, этот вечер превзошёл все его ожидания.

Ах, если бы он никогда не кончался!

Когда ковёр подлетел к окну покоев для гостей и высадил Аладдина, тот что-то напевал себе под нос. Молодой человек закружил по комнате, не обращая внимания, что за ним, улыбаясь, наблюдают его друзья.

– Свидание прошло удачно? – поинтересовался Джинн.

– Лучше не придумаешь, – отозвался мнимый принц, но вдруг нахмурился. – Правда, она догадалась, что я Аладдин! А ты говорил, такого не будет!

Волшебник пожал плечами и беззаботно сообщил:

– Магия джиннов создаёт лишь иллюзию. Рано или поздно истинная сущность обязательно проявляется. И это хорошо. Ведь теперь она видит под всей этой мишурой тебя самого. Значит, ей нравишься ты, а не новый костюмчик.

– В конце концов я скажу ей правду, – промолвил молодой человек. – Ведь в каком-то смысле я сейчас действительно принц...

– Так ты ей не сказал? – На лице Джинна отразилось разочарование.

Бродяга нервно переступил с ноги на ногу. Ему было неприятно, что пришлось опять обмануть Жасмин. Просто, когда принцесса его разоблачила, он запаниковал. Молодой человек продолжал играть свою роль, потому что так было проще, чем пускаться в объяснения по поводу лампы, Джинна и желаний. Ему не хотелось увязать ещё глубже во лжи, но иного выхода он не видел.

Ощутив на себе осуждающие взгляды, Аладдин пожал плечами. Он и сам уже достаточно корил себя, что не сказал всей правды. Махнув рукой, юноша собрался выйти. Хотя бормотание Абу свидетельствовало о том, что обезьянка разделяет мнение Джинна, зверёк всё равно прыгнул на плечо хозяину прежде, чем дверь за ним закрылась. Вместе они без цели стали слоняться по дворцовым коридорам, сворачивая то направо, то налево. Ни тот, ни другой не имели представления, где находятся, но Аладдину было всё равно. Он витал в облаках, душой и сердцем будучи снова на ковре с Жасмин, вместе с ней узнавая бескрайний новый мир.

Добравшись до конца одного особенно длинного коридора, юноша с удовольствием увидел перед собой сад. Может, если повезёт, получится мельком увидеть принцессу в окне. При этой мысли ноги сами зашагали быстрее. Юноша выскочил во двор, почувствовал пропитанный ароматами воздух и тёплый ветер на щеках, отчего принялся мурлыкать под нос, наслаждаясь окружающей красотой.

И тут он услышал тяжёлые шаги. Множество тяжёлых шагов.

Подняв голову, Аладдин увидел приближавшихся к нему стражников Джафара. Воришка замер, а жутко знакомые широкоплечие тени заслонили от него свет луны. «Неужели опять», – с немым стоном подумал он и на всякий случай быстро ссадил Абу на землю, убедившись краем глаза, что тот скрылся из виду. Затем он повернулся и стал ждать приближения стражников. Их мрачный вид не оставлял сомнений, что идут они не просто, чтобы поздороваться.

Он оказался прав. Его грубо схватили за руки и накинули мешок на голову. Прежде чем самозваный принц успел возмутиться, земля ушла у него из-под ног и парня бесцеремонно куда-то потащили. Аладдин изо всех сил старался запоминать повороты и считать количество ступенек, по которым его волокли то вверх, то вниз, но через некоторое время безнадёжно сбился. В конце концов раздался скрип открываемой двери, и через секунду его бросили на стул и крепко привязали. Только после этого кто-то соизволил снять с его головы мешок.

Перед ним, скрестив руки, стоял Джафар. На плече его восседал всё тот же противный попугай. И вид у него был весьма недовольный. Визирь сделал шаг вперёд, стражники отступили, пропуская его к пленнику.

– Эй, погодите-ка, -– тут же заголосил тот, заёрзав на стуле. – Вы, вероятно, ошиблись... Вы вообще знаете, кто я?

– Да заткнись ты, – отрезал Джафар. – Я знаю, кто ты. Ты Аладдин.

Молодой человек сглотнул. Этот тип был слишком проницателен. Но не мог же он просто так сдаться.

– Аладдин? – повторил бродяга, покачав головой с недоумённым видом. – Нет, я принц Али из Абабвы.

– Принц королевства, которого не существует, с волшебным ковром-самолётом из Пещеры Чудес. Ну да, действительно. – Джафар покачал головой. – Всё это возможно, только если ты нашёл некое сокровище, которое предназначалось вовсе не тебе. Где лампа?

С неприятными личностями вроде Джафара Аладдину приходилось сталкиваться и прежде, так что он решил, что будет вести себя так же, как и всегда. А именно импровизировать.

– Не понимаю, о чём вы, – он вновь изобразил неведение.

Джафар поднял его голову, так что теперь они смотрели в глаза друг другу.

– Должен признать, я впечатлён, – сказал визирь, обдавая Аладдина своим горячим дыханием. – Не ожидал такого от уличного оборванца, восхищаюсь твоей амбициозностью. Проблема в том, что твои цели противоречат моим.

– Здесь явно какое-то недоразумение, – проговорил самозванец, всё ещё пытаясь изображать принца. – За кого бы вы меня ни принимали, я уверен, мы сможем прийти к соглашению. Когда я женюсь на дочери султана...

На это его похититель лишь громогласно рассмеялся.

– Поверь, договариваться с тобой я не собираюсь, – сказал он голосом, полным ненависти.

Аладдин побледнел, убедившись в безвыходности своего положения. Джафар знал, кто он на самом деле. Слово визиря против его слова – конечно же, султан скорее поверит своему советнику. Похоже, придётся распрощаться со всеми мечтами, включая будущую жизнь с Жасмин.

– Видишь ли, – проговорил Джафар, – если я выброшу тебя вот с этого балкона и ты на самом деле тот, за кого себя выдаёшь, ты утонешь, а я избавлюсь от принца Али. – Он прошёл вглубь и распахнул двери на балкон. Далеко внизу слышался плеск воды. – А выжить ты сможешь, только если у тебя есть лампа. Получается, я в любом случае узнаю ответ на свой вопрос. Итак, в последний раз, где лампа?