Рон бросил в собравшуюся у стены пещеры кучу мусора ребро быка, которое он только что обглодал, и вытер руки куском лисьей шкуры, служившим ему салфеткой. Располагавшаяся рядом с ним Дара выступала в роли переводчика; напротив него, по другую сторону костра, сидели на лошадиных черепах Старейшины племени. Чуть дальше, в глубине пещеры, у хижин и палаток из шкур, держались охотники, бдительные, но ничуть не враждебные, отталкивающие время от времени какого-нибудь ребенка, пытавшегося прошмыгнуть у них между ног, или какую-нибудь любопытную женщину, которая, привстав на цыпочки, выглядывала у своего мужчины из-за плеча. Сидевшие слева от него Дюрю и Ункумба доедали разрезанные кремнём и искусно прожаренные куски мяса, которые им были поданы. Позади Рона еще четверо астронавтов, с парализаторами за поясом, разглядывали какое-то женское лицо, проявившееся в полусвете.

Рон обвел взглядом хозяев пещеры; все они принадлежали к тому же физическому типу, что и Дара: высокие, крепкого сложения, со смуглой или золотистой кожей, длинными чер-ными-пречерными волосами, но практически без растительности на лице. Он повернулся к девушке.

— Спроси у Старейшин, не соизволят ли они рассказать мне об обычаях вашего народа.

Она улыбнулась.

— Это лишнее. Я и сама их знаю, по крайней мере — какую-то часть. В прошлом году я проходила обряд посвящения. Мы — Люди, Избранные. Давным-давно наши предки покинули Центр...

— Почему?

— Жизнь там стала неподходящей для настоящих Людей. Они шли много-много дней, нашли этот край и основали здесь племена.

— Сколько племен?

— Нам известно четырнадцать, но, вероятно, на востоке, за большой рекой и горами, есть и другие.

— И вы счастливы?

— Счастливы и свободны!

— Но вы контактируете с этими типами из Центра?

— Как я тебе уже говорила, они прилетают ухаживать за теми больными или ранеными, которых не могут излечить наши Старейшины. Но они остаются здесь ровно столько, сколько необходимо.

— Как вы с ними связываетесь?

— У каждого племени есть коробка для связи, которую они нам дали. Мы посылаем условленный сигнал, так как не многие из них знают наш язык, который теперь отличается от их языка.

— И вы только так с ними контактируете?

— Бывает, что типы из Центра остаются здесь и пытаются жить среди нас. Но, как правило, они быстро умирают, или же улетают обратно.

Рон повернулся к Дюрю.

— Занятная система, вам не кажется?

— Действительно, любопытная, и искусственная. Мы, несомненно, узнаем о ней побольше, когда войдем в контакт с этим таинственным Центром. Дара, вы можете их вызвать?

— Уже вызвала! В обмен на тот уход, который они оказывают нашим больным, мы обязаны предупреждать Центр обо всем необычном, что происходит в нашем регионе.

Рон живо вскочил на ноги.

— Дара, поблагодари отца и Старейшин, но я должен вернуться в свой летательный аппарат! Я не знаю, каковы ваши намерения...

— Они вполне мирные, — сказала она, улыбнувшись. — Останься. Мы запланировали для тебя на завтрашнее утро охоту на медведя!

— Спасибо, но я должен думать о моем экипаже. Когда прибывают эти типы из Центра?

— Они уже в пути, и вот-вот будут здесь. Но я уверяю тебя, вам ничто не угрожает!

— Я тебе верю, Дара, но... Давайте-ка, парни, в катер, да поскорее!