- Может быть, они задумали это вместе?

- Откуда мне знать? - сказал я, собираясь выйти из машины.

Она удержала меня за руку, и я обернулся.

- Я не знаю миссис Бэйн и на что она способна, но знаю Джона Дэймона, - сказала она.

- Он мог его убить или подстроить это убийство?

- Да. Он убивал и из-за меньшего. Я стала бояться его. Именно поэтому я больше не хотела иметь с ним ничего общего.

Я сказал:

- По-моему, было так. Миссис Бэйн сообщила Дэймону о намерениях мужа развестись с ней и указала на меня, потому что подслушала мой телефонный разговор с Элвином. Дэймон решил убрать нас с дороги обоих - и Элвина, и меня. Тогда я не смогу поднять шум, миссис Бэйн завладеет состоянием Элвина, поскольку он не успел пока изменить завещания и она считается его женой в момент его смерти. И они с Дэймоном жили бы долго и счастливо.

- И если бы Джонни женился на ней, - сказала она негромко, - он получил бы ее деньги.

Я покачал головой.

- Нет. Я считаю, что Дэймона в основном беспокоило наше вмешательство. Он попал бы снова на первые страницы газет, а для него слишком рискованно привлекать к себе внимание еще одной скандальной историей. И это не все. Помните убийство Ферфакса?

Она сдержанно кивнула.

- Да. Джонни приказал его убить. Я знаю.

- Полиция тоже, но нет доказательств. Может быть, кто-то, хотя бы мистер Бэйн, грозил ему разоблачением. Может быть, у Дэймона не оставалось выхода. Я не думаю, что это из-за денег Элвина. - Я кивком указал на дом в долине. - Дэймон наверняка не бедняк. Этот дом стоил ему не меньше шестидесяти тысяч.

- Он игрок, - сказала она. - У него то густо, то пусто. Сегодня он без гроша, завтра при деньгах, но всегда в них нуждается. Я знаю.

- Значит, если миссис Бэйн получит деньги Элвина, Дэймону это будет небезразлично. Он рассчитывает завладеть женщиной и деньгами в придачу.

- Ну и пусть забирает ее, - сказала она зло.

В моем мозгу заплясал маленький чертик подозрения.

- Уж не ревнуете ли вы, а?

- Конечно, нет, - сказала она резко. - Он для меня теперь ничто.

- Слушайте, я отвезу вас обратно к шоссе. Вы там сможете сесть в такси или автобус. У меня еще полно времени.

- Нет.

- Тогда оставайтесь здесь, - вздохнул я, перегнулся через спинку сиденья, забрал фотокамеру и открыл дверцу. - Если я не вернусь через полчаса или если вы услышите внизу шум, добирайтесь до ближайшего телефона и вызывайте полицию.

- Я иду с вами. - Она придвинулась к двери.

Уговаривать ее не было смысла. Я вышел на дорогу, протянул руку через боковое окно и вынул ключ зажигания. Она выбралась из кабины и повернулась ко мне.

- Нет, - сказал я, сознавая тщетность своих слов, - дальше я обойдусь и без вас.

Я зашагал прочь, но за спиной слышал легкое постукивание ее каблучков по асфальту. Я продолжал идти, не особенно надеясь, что она отстанет. Она шла следом. Я отступил с дороги в тень тополей и обернулся. Она приближалась, грациозная и стройная, и тень ее торопилась вслед за мной по залитой лунным светом дорожке. Мне пришло в голову, что я мог бы оглушить ее и отнести в машину или связать, если бы у меня была веревка.

Догнав меня, она сказала:

- Я боюсь остаться там одна.

- Чертовски жаль.

- Не злитесь на меня. - Она выдавила слабую улыбку. - Вы кое-что забыли. - Опираясь на мою руку, она приподняла ногу, стащила туфлю на высоком каблуке и протянула ее мне. - Ключ. Помните?

Я пошарил пальцем в туфле. Он был здесь, маленький и плоский. Я достал его и пробормотал:

- Спасибо.

Она снова надела туфлю и выпрямилась.

- Там внизу с Дэймоном могут оказаться его подручные, - сказал я.

Ее губы скривились в гримаску.

- Нет. Если она там, мы найдем их одних.

- Надеюсь.

Я повернулся и зашагал вниз с холма, держась в тени придорожных тополей, слишком возбужденный, чтобы продолжать разговор. Я вдруг пожалел, что не захватил с собой Алека Хэммонда или Реда Дрэйка, хоть кого-нибудь, но теперь было поздно. Я был совсем один, если не считать Марты Кинг, с которой не знал, что делать. Она помогла мне, и я был ей благодарен за ключ.

Я шел впереди, укрываясь в тени, а она следом за мной.

Мы остановились в тени напротив дома. Он действительно был больше, чем казалось с вершины холма. Дорога для машин огибала лужайку и вела к гаражу. Вход в гараж оставался в тени, и я не мог различить, стоят ли внутри машины. В мои намерения входило узнать сначала, какие машины находятся в гараже. Это имело большое значение.

В окне одной из комнат, расположенной в ближайшем к гаражу крыле дома, за опущенными шторами горел свет. Вероятно, спальня, подумал я.

Высокая живая изгородь, окаймлявшая участок, отбрасывала черные тени. Лес позади гаража темнел на фоне синеватого ночного неба. С того места, где мы стояли, овальный бассейн позади дома не был виден. Нигде ни шороха. Со всех сторон окружала нас ночная тишина. Потом вдали на шоссе я увидел огни фар и услышал шум мотора. Я потянул Марту ближе к деревьям, и мы пригнулись. Машина приближалась. Когда она поравнялась с нами, я с облегчением увидел, что это грузовик, груженный какими-то ящиками. Фермер, сидевший за его рулем, вероятно, направлялся в Кливленд на рынок. Я подумал о Бэйне. Возможно, это был урожай, выращенный им, который везли в город.

Когда грузовик скрылся за гребнем холма, я шепнул: «Тихо», и мы быстро пересекли дорогу. Высокая живая изгородь представляла отличное укрытие, когда мы приближались к дому. Мы остановились напротив аллеи, откуда хорошо виден был бассейн. Поверхность воды была неподвижной и гладкой. Дверь гаража поднята, внутри темно, но теперь я мог различить капоты и радиаторы двух автомобилей, обращенные к выходу. Или их загнали задним ходом, или в гараже был поворотный круг. В одном из автомобилей я узнал «каддилак» черного или какого-то темного цвета. Другой - новый «плимут» с откидным верхом, белый или светло-серый. Казалось, притаившиеся в темноте машины зловеще ухмыляются, скаля свои хромированные зубы. Я испытал облегчение, увидев, что других машин там нет.

Обернувшись к Марте, я коснулся ее руки. Она была холодной.

- А вы знаете, чья это машина? - прошептал я.

- «Плимут» принадлежит миссис Бэйн, - ответила она мне в самое ухо. - Элвин говорил, что подарил ей его до того, как узнал про Джонни. Другая, наверное, его…

- Вы что, не уверены?

- Когда мы были знакомы, он всегда ездил в «кадиллаке».

- Вы знаете расположение комнат?

- Нет, - прошептала она, - я говорила вам, что никогда не была здесь.

Я отвернулся, всматриваясь в гараж. Там оставалось место для третьей машины, но я догадался, что свободное пространство использовалось под кладовую.

Чуть слышные звуки музыки нарушили тишину. Я медленно повернулся и посмотрел на дом. Казалось, музыка доносится из освещенной комнаты. Это была танцевальная музыка, приглушенная и мелодичная, с мягким ритмом, похожая на ту, что исполняли знаменитые старые оркестры. Затем музыка прекратилась, и мы услышали приглушенно доносившийся мужской голос. «Диктор, - подумал я, - радио или телевизор». Голос умолк, и музыка зазвучала снова. Я узнал мелодию: «Звезды падают над Алабамой».

Марта шепнула:

- Они там.

Я кивнул, не спуская глаз с окна. Темный силуэт двигался за шторами.

- Да, они вместе, - сказал я негромко, думая, что этого я и хотел, ради этого сюда и приехал. Предстоящее мне было по-прежнему ненавистно, но теперь я хотел с этим грязным делом покончить поскорее и забыть о нем. Я подумал о Сэнди. Она поможет. Она будет моим лекарством.

А потом я посвящу все свое внимание Джону Дэймону и двум его головорезам. Это будет личное дело, не связанное с Элвином Бэйном, дело, которое нельзя откладывать. Я хотел бы иметь возможность сделать все сразу, но это было невозможно. Дэймон, несомненно, находится здесь, но без своих подручных. Может быть, это и к лучшему. Всему свое время. Сначала я должен выполнить обещание, данное Бэйну. И время для этого наступило.

Я достал из кармана ключ и наметил план действий. Помня слова Марты Кинг, что ключ подходит ко всем дверям, я решил проникнуть в дом через заднюю дверь. Я осторожно прокрадусь в освещенную комнату, где играет музыка, сделаю свои грязные снимочки, прежде чем они мне смогут помешать, и предоставлю дальнейшее случаю. Дэймон не ожидает гостей. При мне мой 38-й, и я сумею с ним справиться. И миссис Бэйн, голая или одетая, тоже не составит проблемы. Я моментально сфотографирую нежную сцену, которая, как я надеялся, будет из тех, что в газетах называются компрометирующими. После этого дело за Дэймоном. Я намеревался обвинить его в попытке убийства и передать полиции, перед которой, грубо выражаясь, выверну свои потроха. Я не замышлял хладнокровного убийства Дэймона, но и не собирался рисковать. Как я уже сказал, дело будет за ним.

Я радовался тому, что у меня есть ключ. Двери наверняка заперты, и без шума внутрь не пробраться. С ключом же я смогу проскользнуть как змея. Это будет вечер сюрпризов. «Беннет, до чего ты докатился?» - уныло подумал я.

Марта Кинг прошептала:

- Я подожду здесь.

- Разве со мной вам не хочется пойти? - Я чувствовал, что в моем голосе звучит издевка.

Она покачала головой.

- Я… Мне казалось, что я хочу, но я низка не настолько… Сделайте, что нужно, и возвращайтесь ко мне.

- Могут возникнуть осложнения. Вернитесь к машине.

- Я подожду здесь.

- Чтобы потом встретиться с Дэймоном? Правильно? Вы хотите, чтобы он знал, что это вы привели меня сюда?

- Нет, нет. Теперь… теперь мне уже все равно.

- Следовало решать раньше.

- Теперь я поняла. Это было глупо с моей стороны.

- Так вы пойдете к машине? - спросил я.

- Да. Ключ от дома у вас?

Я кивнул. Ключ был зажат у меня в правой руке, в левой я держал фотоаппарат. Марта Кинг повернулась и зашагала к дороге вдоль неровной полосы тени от живой изгороди. Она шла выпрямившись, бесстрашно. Кого было ей страшиться? Я был уверен, что мужчина и женщина в комнате не замечают происходящего снаружи. Тут я вспомнил о тех двух головорезах. Они могли бы узнать мою машину. Если они проедут мимо, то заметят ее у обочины дороги, вблизи дома Дэймона, а в ней Марту Кинг, экс-подружку Дэймона.

Я побежал вслед за нею по траве. Ей будет здесь безопаснее. Не знаю, почему я за нее беспокоился, но вот поди ж ты! Она остановилась и обернулась, поджидая меня. Я нагнал ее и остановился, чувствуя запах ее духов.

Она тихо спросила:

- Вы что? - И улыбнулась, освещенная луной.

- Оставайтесь здесь, - сказал я. - Так лучше. - Я не старался говорить тихо, так как музыка, доносившаяся из спальни, заглушит для них все внешние звуки.

- Почему? - Глаза ее шарили по моему лицу. - Вы обо мне беспокоились?

- Да, - признался я. - Не возвращайтесь к машине. Лучше оставайтесь здесь и ждите меня.

Она коснулась пальцами моей щеки и медленно прижалась ко мне, подняв лицо и приоткрыв губы. Потом медленно и нежно поцеловала меня и отстранилась.

- Спасибо, - сказала она. - Обо мне давно никто не беспокоился.

Я зашагал к дому.

Она сказала мне вслед:

- Будь осторожен, дорогой.

Я застыл на месте. Я узнал этот голос. Мне следовало узнать его раньше, но я слышал его только по телефону. Я запомнил особую модуляцию и это выражение, которым она приветствовала меня, подойдя к телефону в доме Бэйна, и позднее, когда она звонила мне в офис Хьюинга. Одно это слово, манеру произносить его. И это был тот же голос и те же духи. Я словно опять оказался в разгромленной квартире Бэйна, в спальне Арлены Бэйн, где валялся разбитый флакон с духами. Мрак и лунные тени, казалось, рассыпались вокруг меня вдребезги.

Я повернулся к ней.

Глава 12

Она молча следила за мной расширенными блестящими глазами, запоздало зажав ладонью рот. Она поняла, что я, наконец, ее узнал, и это мгновенно нас разделило. Я прыгнул к ней, зажав ее горло согнутым локтем, выронил ключ на траву и заглушил ее крик правой рукой. Она яростно извивалась и рвалась. В ее горле клокотали сдавленные звуки, но я не отпускал ее, чувствуя, что все еще держу в правой руке аппарат, и тащил ее в глубокую тень изгороди. В какой-то момент, второпях, моя рука соскользнула с ее рта.

- Сюда! - завизжала она. - У него пистолет! Убейте…

Я ударил ее, и она упала, а я резко повернулся, поняв, что угодил в ловушку. Я выдернул из-под пиджака револьвер и пригнулся в тени изгороди. Я следил за домом, но смерть таилась в гараже. Там метнулось что-то неясное, раздался металлический щелчок, а потом вспыхнули оранжевые вспышки и загрохотали выстрелы. Пули зловеще засвистели вокруг меня. Я вскинул свой 38-й, но не видел цели - лишь ухмыляющиеся морды машин и черноту за ними. Стрельба прекратилась, и я выжидал, не открывая огня. Рядом от стремительного движения всколыхнулась трава. Пальцы впились мне в запястье, почти царапали лицо и руки, и я отшвырнул ее от себя, нанеся короткий удар стволом револьвера. Но она снова набросилась на меня, и в свете луны ее рот чернел как открытая рана.

Из гаража опять загремели выстрелы. Я перемахнул через дорогу и, прижавшись к углу дома, выпустил две пули. Револьвер дернулся у меня в руке, и я испытал свирепое удовольствие от плавного хода спускового крючка и мощной отдачи, целясь в темный проем ворот гаража. Рядом со мной в стену дома с треском впилась пуля. Другая отскочила от цементного фундамента. В гараже прятались по меньшей мере двое, но я видел только непроглядный мрак и капоты автомобилей.

Тут я вспомнил, что еще держу в правой руке фотоаппарат. Я взвел затвор, синхронизируя лампу-вспышку, направил ее в сторону гаража и нажал рычажок. Я увидел их, когда лампа вспыхнула и на долю секунды наступил ясный день. Они пригнулись возле левого переднего крыла «кадиллака», оба с пистолетами, два моих дружка, Чарльз Хемилтон и Джеральд Лонгер. Освещенные вне-запной вспышкой, они зажмурились, а я, опустив ствол пистолета, выстрелил еще три раза. Из гаража донесся глухой звук падения. Я отшвырнул фотокамеру и попятился вдоль стены. Две пули ударили в то место, где я только что находился. Дрожащими пальцами я выкинул стреляные гильзы и наполнил барабан из запасов в кармане. Потом я выстрелил еще два раза, целясь очень расчетливо, и распластался на траве.