Граф беспрестанно крутил головой. Он выглядывал в окно машины.
— Не беспокойтесь,— усмехнулся Фесдей.—- Они следуют за нами.
Они ехали к бульвару Каталины. Рашке внимательно осмотрел детектива, который переоделся в темно-коричневый костюм.
Граф вздохнул.
— Как ваш работодатель, позволю себе заметить, что было большой глупостью с вашей стороны разрешить Эйприл ехать без сопровождения.
— Она следует за нами. Мы ведь показываем путь, не так ли? И потом с ней Люсьен.
— Но если она его сестра, как вы, кажется, считаете...
— Вы знаете австрийскую поговорку насчет веревки? Я хочу быть уверен в возможностях Эйприл.— Рашке в этот момент опять оглянулся на машину, которая мчалась в четверти мили от них.— Мне нужна Джиллиан, Рашке, так же, как вам Веласкес. Я хочу сохранить хорошие отношения с Клаппом.
— Не считайте меня дураком, мистер Фесдей. Вы что-то скрываете от меня. У вас в голове что-то есть.
— Но ведь и вы можете иметь что-то в своей голове! Я строю свои идеи сам.
— И вы не считаетесь с...
— Нет. Я хочу все сделать сам. Ваша задача — сидеть и держать язык за зубами. Если вы решите, что я жду, чтобы вы сказали «да», кивните головой. Или это, или проститесь с вашей сотней грандов.
Рашке снова выглянул в окно. Машина следовала за ними. Он посмотрел вниз. Шкатулка стояла между ног Фесдея.
Железные ворота были широко раскрыты. Фесдей притормозил возле них, поджидая Эйприл. Потом обе машины подъехали прямо к главному входу особняка Финча.
— Его машина стоит на обычном месте,— сказала Эйприл, вылезая из «форда». Она распахнула свой плащ.— Надеюсь, что не заболею.
Удивленный Мерлоз молча уставился на Эйприл, когда открыл дверь и увидел ее. Он немного смутился, когда заметил остальных.
Все молча проследовали в холл.
— Кто сказал остальным, что они могут войти? — спросил Мерлоз.
— Он одет,— прошептал Рашке Фесдею.— Простите мои опасения.
Мерлоз был одет так же, как видел егo Фесдей в кемпинге.
— Что заставило вас явиться сюда ночью? — сердито спросил Мерлоз.
— Закрой, пожалуйста, дверь,— попросила Эйприл.— А то холодно.
Мерлоз повиновался.
— Теперь нам надо увидеть вашего отца,— сказал Фесдей.
— Он не поднимется.
— Мы можем поднять его.
Мерлоз возмущенно заткнул руки за пояс.
— Я могу сказать вам только одно: старик вас не приглашал сюда, и я тоже. Теперь поворачивайтесь и убирайтесь отсюда. Все, кроме Эйприл. Она может остаться.
— Ах, так...— пробормотал Рашке, бросая взгляд на Эйприл.
Она взяла Финча за руки.
— Я знаю, дорогой, что тебе не нравятся эти дураки, но ради меня!
Мерлоз широко раскрыл глаза, но ничего не сказал. Он пожал плечами.
— Ладно, пусть будет так,— проговорил он.— Но объясните мне, кто этот тип? — Он указал на Рашке.
Эйприл представила.
— Теперь, когда мы все стали друзьями,— сказал Фесдей,— нам надо поднять вашего отца.
Мерлоз внимательно посмотрел на шкатулку в руках Фесдея, пожал плечами и направился к лестнице, ведущей на второй этаж.
Фесдей с удивлением заметил в холле елку. Он подошел к камину и поставил на него шкатулку. Люсьен безучастно отошел в сторону. Блондинка подошла к окну и открыла его. Некоторое время она молча всматривалась в темноту. Потом она потерла лоб и направилась к камину, возле которого стоял Фесдей.
— Где мои ключи? — спросила она.— Или вы боитесь за мою машину?
Фесдей протянул ей ключи, глядя на белые линии в уголках ее рта.
— У меня болит голова. Сегодня ужасный день.
— Это от ужасной жизни.
— Я сама ее выбрала.— Она замолчала, потом замотала головой и пробормотала: — Нет, нет. Поверьте мне.
— Вы можете все бросить. Этот город не самый лучший для вас.
Ее голубые глаза влажно блеснули, когда она посмотрела на Макса.
— Что вы имеете в виду?
— Сейчас не время говорить об этом,— криво усмехнулся он.— Но у меня хорошая служба. Женщина с вашими способностями...
— И мужчина с вашими,—- она схватила его руку.— Я подумала то же самое. Вместе мы думаем лучше.
В дверях появилась мисс Мун.
— Опять вы! — Она, как ястреб, налетела на Фесдея.— Сколько раз я могу вам говорить, что мистер Финч больной человек?
— Клиенты не платят мне за лечение. Где он?
— Он наверху. Но ведь уже два часа ночи!
—Совершенно верно.
Мисс Мун дрожала от негодования.
— Я не привыкла, чтобы в такое время тревожили больного человека.
— Гутен морген, гнедике фрау! — воскликнул Рашке.— Хорошо, что вы пришли, а то нам стало здесь скучно. Теперь мы повеселимся.
— В этом нет необходимости!
Оливер Артур Финч, поддерживаемый Мерлозом, появился на лестнице!
— Вы и есть тот самый иностранный контрабандист, не так ли? — Он ткнул рукой в направлении Рашке.
Рашке вежливо поклонился.
— Я не могу допустить этого, сэр! — прошипела мисс Мун.
— Спокойнее, не надо так волноваться,— остановил ее старик. Он повернул голову и посмотрел на своих гостей. Сперва на Рашке, потом на Фесдея, Эйприл и, наконец, на Люсьена.
— Кто тут считает, что может ночью вторгаться в мой дом и беспокоить меня?
— Вон тот длинный тип с длинным носом,— сказал Мерлоз.
— Я хотел видеть вас,— спокойно произнес Фесдей.
Финч внимательно посмотрел на него.
— Молодой парень на террасе...— пробормотал он.— Я думал, что вы знаете, как обращаться с вещами, а вы похожи на остальных. Я всегда все делал сам. Не было ничего, что я не смог бы сделать.
Мерлоз поднес ему кресло и усадил. Рашке вопросительно посмотрел на Фесдея.
— Мистер Финч,— начал Фесдей.— Я был нанят вашим секретарем для выполнения простой работы. Эту музыкальную шкатулку я должен был вручить в обмен на картину. Но некоторые типы — часть из них находится в этом городе — причинили мне немало хлопот. Фактически они навели на это дело полицию. Вот эта шкатулка. Если в ближайшие шесть часов все не прояснится, я верну ее лично вам.
— Я говорил тебе, детектив, еще раньше...— вспыхнул Мерлоз.
Он наклонился к уху отца и что-то прошептал ему. Старик раздраженно покачал головой.
— Лучше выяснить остальное,— продолжал Фесдей.— Тогда буду рад я, будет рада и полиция. Я разговаривал с графом фон Рашке, который является законным владельцем картины, и он согласился со мной.
Рашке протестующе поднял руку, но взгляд Фесдея приковал его к месту.
— Это правда,— с трудом выдавил он.
— Не так быстро, молодой человек,— сказал Финч. Руки его дрожали.— Вы не можете идти в полицию. Я не разрешаю этого! Это будет скандальным делом. Все газеты начнут трепать мое имя. Эти люди ненавидят меня, они следят за мной!
— Я думаю,— холодно произнес Фесдей,— что вы в состоянии заткнуть рот газетам.
— Я старый человек. Я одинок, у меня больное сердце. Вы не можете покинуть меня. Я плачу вам за помощь.
—- Во всяком случае, мы немного исправим дело,— сказал Фесдей.— Но я потяну, насколько мне это удастся. Прокурор считает убийцей меня, и за мной следит целый отряд полиции. Простите, мистер Финч,- если это прозвучит назойливо, но лично я ожидаю, что вы захотите отомстить за миссис У истер.
— Убийства— не мое дело! — закричал Финч.— Я платил ей деньги и устроил прекрасные похороны. Все, что я хочу, это жить в мире.
— Это звучало бы лучше, если бы вы не пытались избавиться от тела Гордона Лараби.