Комната с пузатой печуркой и большой картой района делилась пополам деревянным барьером. На столе лежали календарь с загнутыми краями, пыльные на вид папки, старая ручка, пузырек чернил и шляпа, пожелтевшая от пота.

За столом сидел грузный и спокойный мужчина. У его ног стояла высокая, пострадавшая от времени плевательница. Мужчина откинулся на спинку кресла, скрестив на животе большие безволосые руки. На нем были поношенные армейские ботинки, белые носки, коричневые брюки, которые держались на старых подтяжках, и застегнутая до подбородка рубашка цвета хаки. Серовато-каштановые волосы лишь на висках белели как снег. Слева на рубашке приколота звезда. Он сидел, немного наклонившись вбок,— из правого заднего кармана брюк торчала коричневая кобура и примерно на два-три дюйма выступала рукоятка револьвера 45-го калибра.

У мужчины были большие уши и добрые глаза. Он казался не опаснее белки и гораздо спокойнее ее.

Я облокотился на перегородку и посмотрел на него. В ответ он кивнул мне и выплюнул в пепельницу граммов двести коричневого сока. Я закурил и поискал взглядом, куда бы бросить спичку.

— Швыряй прямо на пол,— разрешил он,— и скажи, что я могу для тебя сделать, сынок?

Я бросил спичку и указал на карту района, висевшую на стене.

— Я искал карту района, но не знал, где их тут можно купить.

— Мы тоже ими не торгуем,— ответил мужчина.— Правда, пару лет назад у нас их была целая куча, но потом запасы кончились. Я слышал, у сэра Юнга, того, который возле почты, они еще есть. Он владелец магазина и, кроме того, помогает всем приезжим, раздавая им карты, чтобы они могли найти что нужно в этом районе... У нас здесь были сильные пожары. Вот на стене хорошая карта района. Буду рад показать тебе любое место, куда захочешь поехать. Мы хотим, чтобы все наши гости чувствовали себя у нас, как дома.

Он вздохнул и выплюнул еще порцию сока.

— А как твоя фамилия? — спросил он.

— Эванс. Вы здесь представляете закон?

— Да, я констебль Пума-Пойнта и шериф округа Сан-Берду. Я и Синг Янг — вот и весь закон. Моя фамилия Бэрроу. Я приехал сюда из Лос-Анджелеса восемнадцать лет назад в пожарную охрану. Да и на этой должности уже давненько. Здесь, в горах, у нас тихо и спокойно. Ты по делу?

Я не ожидал, что очередной плевок последует после такого небольшого перерыва, однако он последовал и со страшным шумом шлепнулся в плевательницу.

— По делу? — переспросил я.

Шериф снял с живота руку, сунул палец за воротничок и попытался его расстегнуть.

— По делу,— спокойно проговорил он.— Надеюсь, у тебя есть разрешение носить револьвер?

— Черт возьми! Неужели он так выпирает?

— Для кого как,— бросил он и встал.— Может, тебе лучше все рассказать?

Он подошел к перегородке, и я положил на нее бумажник, открытый так, чтобы он увидел копию лицензии под целлулоидом. Вынул я и разрешение на ношение оружия, подписанное шефом полиции Лос-Анджелеса, и положил его рядом с бумажником.

Он посмотрел на них.

— Не мешает и номер проверить,— заявил он.

Я вынул револьвер и положил его на перегородку рядом с рукой шерифа. Он взял револьвер и сравнил номера.

— Вижу, у тебя их три штуки. Надеюсь, ты не таскаешь их все сразу? Хорошая штучка, сынок, хотя до моей ей далеко.— Он вынул из кобуры свою пушку и положил на перегородку. Его здоровенный «кольт» весил, наверное, не меньше чемодана. Шериф покачал головой, заглянул в дуло, потом убрал револьвер обратно в кобуру и подвинул мне мой.

— Так, значит, вы по делам здесь, мистер Эванс?

— Сам не знаю. Меня вызвали сюда, но контакта я еще не установил. Дело сугубо личное.

Он задумчиво кивнул, а глаза стали глубже, холоднее и темнее, чем раньше:

— Я остановился в «Голове индейца»,— сообщил я.

— Мне совсем ни к чему влезать в твои дела, сынок,— наконец заявил он.— Тем более, у нас преступлений не бывает. Драки, конечно, происходят время от времени. Случается, шофер напьется или пара юнцов заберется в дом, чтобы переночевать или стащить что-нибудь из еды. Но настоящих преступлений нет. Может, в горах нет настоящей приманки, а может, люди более миролюбивые.

— Но теперь этого утверждать нельзя,— возразил я.— Теперь и у вас совершено преступление.

Он подался вперед и заглянул мне в глаза.

— Как раз сегодня у вас произошло убийство,— пояснил я.

Его лицо не изменилось. Он просто очень внимательно посмотрел на меня.

— Где же это, сынок? — спросил он наконец.

— На восточном краю деревни, за дансингом. За большим поваленным деревом лежал убитый человек. Убит выстрелом в сердце. Я посидел там, покурил с полчаса, а потом заметил его.

— Вот как? — протянул шериф.— Значит, за домом Спикара? За таверной Спикара, да?

— Да,— ответил я.

— А ты совсем не торопился прийти и сообщить мне об этом, не так ли?

Глаза его уже смотрели недружелюбно.

— У меня было, наверное, потрясение,— объяснил я.— И мне потребовалось время, чтобы прийти в себя.

Он кивнул.

— Хорошо. Ну, а сейчас мы поедем туда на твоей машине.

— Это ничего не даст нам,— возразил я.— Труп унесли. Я обнаружил тело и направился к своей машине, но тут из-за кустов выскочил какой-то гангстер-японец и уложил меня на землю. А потом двое утащили труп и уплыли на лодке. Так что там не осталось никаких следов.

Шериф наклонился над плевательницей и выплюнул комок, который жевал. Потом плюнул на печку и посмотрел на нее, словно ожидая, что она зашипит. Наконец он обернулся, откашлялся и сказал:

— Может, тебе лучше пойти домой и ненадолго прилечь? — Он сжал кулаки.— Видимо, летние гости решили немного порезвиться...

Оба кулака он сунул в карманы.

— О’кей? — согласился я.

— У нас тут нет никаких гангстеров-японцев,— мрачно заявил он.— И никого похожего на них.

— Что ж, это мое сообщение пришлось вам не по вкусу,— ответил я.— Может, другое понравится больше. В моей комнате в отеле заколот некий Вебер. Кто-то, кого я не видел, нокаутировал меня, а пока я валялся без сознания, убил Вебера, с которым я только начал беседовать. Он служил в отеле кассиром.

— И ты говоришь, это произошло в твоей комнате?

— Да.

— Мне начинает казаться, что ты привез много неприятностей в наш мирный городок,— задумчиво проговорил Бэрроу.

— Значит, вам это тоже не нравится?

Он покачал головой.

— Совсем не нравится... Особенно, если и этот труп ты тоже не найдешь.

— С собой я его не захватил,— ответил я.— Но я могу сбегать и принести, если вам хочется.

Он взял меня за руку и сжал ее. Мне еще не приходилось встречаться с такими жесткими пальцами.

— Хотел бы я, чтобы твои рассказы оказались химерой,— проговорил он.— Но мне все равно придется ехать с тобой. Ночь приятная.

— Верно,— согласился я, не двигаясь с места.— Кстати, человека, на которого я должен был здесь работать, звали Фредом Лейси. Он недавно купил дом в Болл-Сейдж-Пойнте. Бывший дом Болдвина. А мужчину, того, мертвого, под деревом, судя по водительским правам, лежавшим у него в кармане, звали Фредериком Лейси. Есть и другие интересные факты, но вам ведь они ни к чему, не правда ли?

— Сейчас мы с тобой поедем в отель,— сказал шериф.— Ты на машине?

— Да.

— Вот и прекрасно! — заметил он.— Мы ею не воспользуемся, но ключи от нее дай мне!