С Пикадилли Корридон свернул в переулок, ведущий на Дувр-стрит, остановился на мгновенье и огляделся. Убедившись, что никто не обращает на него внимания, он двинулся дальше. На улицах было много патрулей, и ушло более часа, прежде чем он добрался до дома Марион Говард.

Ее квартира находилась на верхнем этаже. Корридон нажал кнопку звонка и перегнулся через перила.

Девушка открыла дверь, и сперва он ее не узнал — так она не походила на посещавшую его уличную проститутку.

— Привет,— тихо сказал он.— Можно зайти?

Она посторонилась.

— Конечно.

Корридон вошел в гостиную.

— Позови сюда Ричи,— велел он.— У меня неприятности.

— За квартирой могут следить,— предупредила Марион.— Это очень важно?

Он усмехнулся.

— Я же сказал.

Девушка пристально посмотрела на него и направилась к телефону. Набрав номер, что-то быстро проговорила, положила трубку и повернулась к Корридону.

— Он приедет.

Корридон кивнул.

— Уже слышала новость?

— Какую?

— Убит Листренж.— Он толкнул себя пальцем в грудь.— Это сделал я.

— Я приготовлю вам выпить. Вам это необходимо, сказала Марион и вышла из комнаты.

Никакого смущения, никаких расспросов, только забота о нем, одобрительно заметил Корридон. Он опустился на диван и закрыл лицо руками. Голова болела, ноги казались свинцовыми.

Марион вернулась с виски, стаканом и сифоном с содовой и поставила все это перед ним на стол.

— Хотите перекусить?

Мартин покачал головой и налил себе виски.

— Я не голоден. Ричи скоро будет?

— Минут через десять.

Корридон залпом выпил, сунул руку в карман за сигаретами и улыбнулся.

— Ты не куришь?

— Нет, благодарю.

— Не думаю, что полковник обрадуется нашей встрече. Я влип по уши,— хмуро проговорил Корридон.— Втянул меня, будь он проклят; теперь пусть выручает.

— Выручит,— спокойно сказала Марион.

— Не уверен. Ему придется ссориться. Кое-кто может захотеть моей крови.

— Боюсь, тогда захотят и его крови. Вы же знаете, он не прячется за своих агентов.

Мартин внезапно смутился. Он все время думал только о себе. Ему и в голову не приходило, что Ричи замешан в этом деле не меньше, чем он.

Не надо было выбирать меня,— раздраженно бросил Корридон.— Я его не просил.

Вы самый лучший его человек,— возразила Марион.— Он восхищается вами.

— Мной? — Корридон был изумлен.— Чепуха! Он выбрал меня потому, что у меня отвратительная репутация. Его хватит удар, когда он узнает, что случилось.

— Он выбрал вас потому, что в настоящее время это самое важное дело, какое у нас есть,— серьезно сказала Марион.-— Он выбрал вас потому, что только вы можете нам помочь.

— Давайте не будем спорить.— Корридон выпил еще стаканчик.— Как раз то, что мне нужно... А теперь лучше уберите бутылочку. Ричи не любит пьяных агентов.— Пока девушка убирала бутылку и сифон в сервант, он продолжал: — Да, кстати, вам-то уж, по-моему, точно не стоит заниматься этой работой. Те два парня, что следили за мной, чрезвычайно опасны.

Она улыбнулась.

Я видела их. Маленький — Карл Брюгер, обвиняющийся в преступлениях на территории Польши во время войны. Высокий — Ян Евский, он вырывал золотые зубы и коронки у евреев. Из этой пары он самый опасный. Но нельзя приготовить омлет, не разбив яиц.

Корридон пожал плечами.

— Ричи наделен счастливым даром — выбирать простаков, которые не понимают, что их ждет.

Она засмеялась.

— Не все так плохо, но спасибо за заботу. Я бы хотела еще, чтобы вы не думали дурно о полковнике Ричи. Он лишь исполняет свой долг.

— Знаю.

Корридон погасил окурок и закурил другую сигарету.

В прихожей резко прозвучал звонок.

— Сперва убедитесь, что это он,— предупредил Корридон.— Меня могли проследить.

Марион вышла из комнаты.

Корридон облегченно вздохнул, услышав голос Ричи. Дверь открылась, и тот возник на пороге.

Мужчины внимательно смотрели друг на друга, а Марион неслышно скрылась в соседней комнате.

— Итак, вы начали действовать,— произнес Ричи.—

Чего же вы добились?

—  Я угодил в хитрую ловушку,— сказал Корридон.— и виню в этом только себя. Полагаю, вам известно, что в воскресенье у меня было свидание с Лорин Фейдак. В квартире Лорин меня ждали ее брат и некто по имени Джозеф Диестл. Диестл предложил мне двести пятьдесят фунтов за кражу писем, которыми некая женщина якобы шантажировала его клиента. Я пришел к заключению, что это испытание, и согласился в надежде, что потом Диестл вовлечет меня в организацию. Вместо этого я попал в западню: меня использовали в качестве подставного убийцы Листренжа.

— Вы беседовали с Диестлом в воскресенье?

— Корридон кивнул.

— Почему же вы не известили Марион? А если бы вас убрали? Я бы никогда не услышал о Диестле. Вы понимаете, насколько важна для меня подобная информация?

— Я провел ночь с Лорин Фейдак,— огрызнулся Корридон.— Да и не думал я, что это важно.

Ричи изумленно уставился на него, подошел к дивану и сел.

— Если бы вы доложили Марион, я послал бы кого-нибудь наблюдать за вами, и тогда бы у нас был свидетель. Мне не нравится, что вы вели себя как дурак.

— Ладно,— смутился Корридон.— Я влип. Но все равно, втянули меня вы.

— Понимаете, что означает убийство Листренжа. спросил Ричи.— Поднимется ужасный шум. Вас видели входящим в квартиру и дадут подробное описание внешности. Полиции вы известны. Женщина заявит, что у нее из стола пропали драгоценности и что взяли их именно вы. Она скажет, что вы хладнокровно пристрелили Листренжа.

— Там не было драгоценностей, и я не убивал его.

— Знаю. Но это трудно доказать.

— Это нужно доказать! — вскипел Корридон.— Я не хочу, чтобы меня повесили.

Ричи достал портсигар, выбрал сигарету и закурил.

— У вас есть какие-нибудь предложения? — мягко спросил он.

— Я расскажу свою историю полиции, а вы ее подтвердите.

— Боюсь, не все так просто,— заметил полковник.— Естественно, вы смотрите со своей колокольни. Но я вижу положение с разных точек зрения. До сих пор в организации не знают, что обнаружены. Они полагают, что все их трюки скрыты от нас, и мы блуждаем в потемках. Они понятия не имеют, что я охочусь за ними. Если же я выступлю в вашу защиту, то все сразу станет ясно, и дело еще больше осложнится... В интересах государства я должен остаться в тени.

Корридон замер.

— Давайте начистоту,— сказал он.— Вы бросите меня волкам?

Ричи задумчиво выпустил струю дыма и стряхнул пепел.

— Увы, да. Вы оступились, как признаете, по собственной глупости. Если бы вы предупредили Марион, я послал бы кого-нибудь подстраховать вас. Тогда, имея свидетеля, можно было бы смело брать эту женщину, и мне не пришлось бы выходить на свет. Но сейчас, выбирая между вами и родиной... Мне очень жаль.

Корридон подошел к серванту, достал виски и сифон.

— Поскольку я на вас больше не работаю, то вполне могу выпить. Хотите?

Ричи покачал головой.

— Надеюсь, вы не рассчитываете, что я добровольно явлюсь к Роулинсу? — продолжал Корридон.— Вам кажется, что ягненок сам должен прийти к мяснику?.. Пора бы вам знать меня. Родина прежде всего? Я дорожу своей жизнью и постараюсь подольше сохранить ее. Боюсь, что наш скромный план дал осечку.

— Кажется, я неверно судил о вас,— произнес Ричи.— Я ошибся, оказав вам доверие.

— Согласен,— кивнул Корридон.— Я предупреждал об этом, полковник. Простите, но я не разделяю ваших патриотических чувств. А вот в организации, если узнают о вас, мне помогут. Их, возможно, заинтересует, что случилось с номером 12 — тем, что покончил самоубийством. Им также любопытно будет освоить те методы, которым в прошлом вы так старательно меня обучали... Что скажете, полковник?

Ричи задумчиво разглядывал Корридона. Лицо его прояснилось, и он улыбнулся.

— Вы, безусловно, правы. Это единственный путь. Если они узнают о нашем разговоре, то, пожалуй, поверят вам... Игра очень опасная, но рискнуть можно.

Корридон усмехнулся.

— Черт побери! А я надеялся увидеть вас в гневе... На этот раз надо быть поосторожней. В качестве приманки придется использовать вас.

— Верно, я приготовлюсь. Вы расскажете все, что знаете, и это должно быть правдой. Они станут проверять, и не дай Бог заподозрят во лжи. Зато если вас примут, вы сумеете разузнать о них все. Только одна просьба: не втягивайте в это дело Марион. Не хотел вам этого говорить, однако признаюсь — она моя племянница, и я очень люблю ее.

— Я тоже не хочу выдавать ее; я не продаю друзей. Но если спросят — скажу. Лучше уберите ее и спрячьте так, чтобы нельзя было найти.

Ричи кивнул.

— Вы правы. Я уберу ее.— Он пристально посмотрел на Корридона.— Простите, что разговаривал с вами подобным образом. Беру свои слова обратно. Вы ничуть не изменились.

Корридон улыбнулся.

— Ну что ж, я пошел. Уходя, захватите с собой Марион. Она не будет здесь в безопасности и часа.— Они обменялись рукопожатием.— Пока, полковник. Скоро я подарю вам их скальпы. И это не будет стоить ни гроша. Я сделаю это ради собственного удовольствия.

— Желаю удачи, Мартин. Будьте предельно осторожны. Если понадобится помощь, вы знаете, где меня найти. Я думаю, Марион была бы рада с вами проститься.

Корридон покачал головой.

— Нет. Сейчас у меня есть подружка, и я не хочу другой.— Он усмехнулся.— Беда в том, что ваша племянница красива.Вы это знаете, полковник? Я мог бы влюбиться в нее; это мой тип женщины. Поэтому чем меньше я буду ее видеть, тем лучше для нее... и, возможно, для меня.

Марион, которая подслушивала за дверью, покраснела.