— Почему вы не сказали ей о последних новостях, шеф? — спросила Делла, когда они ехали обратно.

— Вы имеете в виду, что нашли пальто Пелтхема в его автомобиле?

— Да.

— Я предоставил эту возможность Голкомбу.

— Это будет ужасный удар для нее, шеф... Разве не лучше было хотя бы намекнуть, что это часть вашего плана, чтобы она так не волновалась?

— Нет.

— Почему, шеф?

— Я специально устроил эту маленькую западню для Адели Гастингс. Я хочу вывести на авансцену Пелтхема, и мне интересно увидеть, как поведут себя остальные, решив, что он мертв.

— Это очень опасно. Если миссис Тидингс подумает, что Пелтхем мертв, она расскажет им что-нибудь лишнее.

— Пусть говорит. Если Пелтхем прячется за ее спину, то пора выкурить его на свет божий.

— Вы думаете, это он?

— Пока не знаю, Делла. Многие адвокаты являются в суд с фальшивыми показаниями. Иногда они выкручиваются, а иногда — нет. Лично я никогда не боялся рисковать. Правда — это самое сильное оружие, которым может воспользоваться человек, и из нашей практики вы знаете, что это — мое единственное могучее оружие.

Это дело беспокоит меня... Оно меня смущает... Я не могу пока понять, что именно случилось, однако точно знаю — случилось. И догадываюсь, что случилось, но мне не хватает фактов, чтобы превратить их в оружие, с которым- можно сражаться. Однако пусть теперь беспокоятся другие. Я думаю, работа сделана неплохо. Надо повидать Адель Гастингс.

Они застали Адель Гастингс в ее квартире. За спокойным, холодным выражением лица невозможно было угадать никаких эмоций. Мейсон внимательно смотрел на нее.

— Это мисс Стрит, мой секретарь. Мисс Гастингс,— представил он женщин друг другу.

Адель сердечно поздоровалась с Деллой.

— Вы войдете? — спросила она.

— Я не надеялся, что застану вас,— сказал Мейсон,— Думал, что вы на службе.

— Сегодня я не работаю,— ответила она, ограничившись этим кратким объяснением.

Когда все сели, она неожиданно повернулась к Перри Мейсону. На мгновение маска дрогнула на ее лице.

— Зачем вы послали телеграмму? — Она указала на утренние газеты.

— Мне нужна была информация.

— Это же ловушка.

— Ловушка? — удивился Мейсон.

Она сжала губы.

— Конечно,— продолжал адвокат,— теперь ваше упоминание об этом выглядит довольно странно, если учесть, что вы получили ответ от человека, который был смертельно ранен.

Она с испугом посмотрела на него.

— Вы можете мне сказать точно, в какое время вы виделись с мистером Пелтхемом прошлой ночью? — спросил Мейсон.

— Нет.

— Полиция будет интересоваться этим, —заметил Мейсон.— Боюсь, мисс Гастингс, что вам теперь лучше быть со мной откровеннее.

— Они нашли его? Тело?

— Не знаю. Полиция не всегда дружелюбна по отношению ко мне. Я завишу от газетной информации, так же как и вы.

Она нервно сжала руки.

— Очевидно, в интересах всех нас, чтобы тело было найдено,— продолжал Мейсон.— Полиция весьма настой-

чива в своих расследованиях. Я хочу, чтобы вы это поняли.

— Вы угрожаете мне?

— Да.— Мейсон выдержал ее взгляд.

— Меня нелегко испугать.

Адвокат достал сигареты.

— Вы не возражаете, если я закурю?

Она сжала губы, но вежливость и гостеприимство взяли верх.

— Простите, мистер Мейсон, что сразу не предложила вам...— Она стала искать сигареты.

— Нет, спасибо, я закурю свои. Хотите?

Она взяла сигарету. Делла — тоже, и Мейсон поднес им огонь.

— Я жду,— напомнил он.

— Чего?

— Вашего полного рассказа.

— Я не собираюсь вам ничего рассказывать.

— Это было бы катастрофой.

Она открыла рот, нерешительно посмотрела на него и неожиданно разразилась гневной речью.

— Вы всегда стремитесь подавить того, кто имеет с вами дело? Вы можете оставить человека в покое? Мое первое знакомство с вами было настолько унизительным, что хотелось плакать, но теперь... Я не хочу повторения.

— Обратимся к фактам, мисс Г астингс. Ваши приятельские отношения с мужчинами выходят за рамки светской любезности. Я имею в виду вопросы жизни и смерти. А у меня пет времени на вежливость и любезность.

— И что же?

— А то, что вы в контакте с Робертом Пелтхемом (я знаю, как вы обменивались записками), и он дал вам карт-бланш,

— Что заставляет вас так думать?

— От мертвого никто не может получать записок,— отрезал Мейсон.

— Значит, вы считаете, что он мертв?

— Косвенные улики, полученные полицией, говорят за это.

— Он был жив вчера, ну, скажем, до девяти вечера.

— Вы знаете это?

— Да.

— Вы разговаривали с ним?

— Да.

— По телефону?

— Я не отвечу на этот вопрос.

Мейсон повернулся к секретарше.

— Я думаю, вам лучше позвонить сержанту Голкомбу в уголовный отдел, Делла, и сказать ему, что есть человек, которому кое-что известно о Пелтхеме.

—- Вы не должны делать этого,— возразила Адель.

— Почему же?

— Это неважно. Мистер Пелтхем нанял вас...

— Он нанял меня не для своей защиты, а для защиты женщины.

— Кто эта женщина?

— Мистер Пелтхем позаботился о том, чтобы скрыть от меня ее имя.

— Теперь я понимаю, что вы имели в виду, когда спрашивали у меня кое о чем.

— В самом деле? — вежливо удивился Мейсон.

— Позвонить прямо сейчас, шеф? — спросила Делла.

— Да, пожалуйста.

— Разрешите воспользоваться вашим телефоном? — обратилась Делла к Адели.

— Нет, я не собираюсь иметь дело с полицией.

— Вы найдете телефон в аптеке на углу, Делла,— заметил Мейсон, не поворачивая головы.— У вас есть десятицентовики?

— Есть.

Делла встала, положила в пепельницу сигарету и направилась к двери.

— Прошу прощения!

Но она не успела выйти.

— Стойте! —хрипло, с болью в голосе закричала Адель.

Делла остановилась.

— Вернитесь. Я расскажу мистеру Мейсону все, что он хочет знать.

Делла вернулась в комнату и села на прежнее место. Адель Гастингс с трудом сдерживала слезы.

— Значит, вы даже не видели ее лица? — спросила она.

— Простите, мисс Гастингс. Я теперь знаю, кто она, но это результаты моего метода.

— Так я и думала. По-моему, легко возненавидеть вас, мистер Мейсон.

— Многие люди ненавидят меня,— равнодушно согласился Мейсон.

— Я скажу правду,— начала Адель.— Я сдаюсь. Две недели назад ко,мне пришел Роберт Пелтхем. Он сказал, что заметил что-то неправильное в операциях с опекунским фондом. Сначала я ему не поверила, но он обратил мое внимание на определенные факты. И сказал, что по личным причинам он не может взять инициативу па себя. Предложил, чтобы это сделала я.

— И вы это сделали?

— Я провела предварительное расследование.

— А потом?

— Потом, в прошлый понедельник ночью, точнее уже во вторник утром, около трех часов утра мистер Пелтхем позвонил мне по телефону. Он сказал, что ему нужно увидеть меня но делу чрезвычайной важности.

— В это время вы уже предприняли необходимые шаги для организации формального расследования?

— Да.

— И что же случилось с Пелтхемом?

— Пелтхем рассказал, что Альберт Тидингс убит и что обстоятельства таковы, что могут обвинить его. Он казался очень расстроенным.

— Пелтхем говорил при этом что-нибудь о женщине, с которой могло быть связано убийство?

— Нет, но я поняла, что он был не один во время стрельбы.

— Он признался вам, что убил Тидингса?

— Нет.

— Что еще?

— Пелтхем сказал мне, что я должна молчать об убийстве Тидингса, пока власти официально не известят об этом, и что я должна вести себя так, как будто Тидингс жив.

— Он сказал, зачем это ему нужно?

— Нет.

— Что вы ему ответили?

— Я обещала, что сделаю так, как он просит. Он был откровенен со мной, и я поверила ему.

— Он говорил что-нибудь еще?

— Сказал, что нам необходимо иногда видеться, чтобы он был в курсе дела.

— Другими словами, намекнул, что и вас могут обвинить в убийстве.

— Не знаю. Он этого не говорил. Просто сказал, а я не спросила почему.

— Но вы знали почему, не так ли?

— Да,— нерешительно кивнула она..

— Это уже лучше. Значит, вы поддерживали связь с Пелтхемом?

— Да.

— Каким образом?

— Мистер Пелтхем не покидал город. Он переехал в небольшой отель и зарегистрировался под фамилией Билбак. Я поддерживала с ним Связь.

— По телефону?

— По телефону и лично.

— Что произошло прошлой ночью?

— Я пошла повидаться с ним.

— Он был в своей комнате?

— Да.

Мейсон переглянулся с Деллой Стрит.

— А вы звонили ему после опубликования в утренних „ газетах сообщения о находке?

— Да, конечно.

— Какой результат?

— Мне сообщили, что мистера Билбака утром не видели и что его нет в номере.

— Вы пережили излишние волнения, стараясь все это скрыть от меня.

Она улыбнулась.

— Я пыталась защитить мистера Пелтхема. Учитывая эти обстоятельства, вы должны оценить мое поведение.

— Это единственная причина?

— Да, конечно.

— В понедельник вечером мистер Тидингс встретился с женщиной, которая была причиной его неприятностей. Когда он уходил, то заметно было, что он очень торопился на это свидание.

Ее лицо стало непроницаемым.

— Может быть, вы расскажете нам об этом свидании, мисс Г астингс,— предложил Мейсон.

— Я не знаю, что вы имеете в виду.

— Предупреждаю вас. В последний раз предупреждаю вас.

Она молчала. В глазах стояли слезы. Мейсон снова посмотрел на часы.

— Я видела его.

— Где?

— Здесь,— тихо ответила Адель.

— Не здесь,— поправил Мейсон,— а возле бунгало миссис Тидингс. Он просил вас приехать туда, потому что не хотел, чтобы его видели у вас. Вы уже обвинили его в растрате. Тидингс сказал, что, если вы приедете туда, он все объяснит.

Она покачала головой.

— Где вы встретились?

— Здесь.

Мейсон снова посмотрел на часы.

— Тридцать секунд,— предупредил он.

В комнате наступила неприятная тишина. Адель Гастингс тяжело дышала. Адвокат встал.

— Пойдемте, Делла.— Он направился к двери. Потом остановился и обернулся: — Помните, один шанс у вас был.

И он захлопнул за собой дверь.