Оглядев нас довольно ядовито, доктор Доремус остановил взгляд на сержанте.
— Ну и ну,-- сказал он, соболезнующе качая головой.— Значит, труп вернулся. Может быть, стоит осмотреть его побыстрее, пока он снова не удрал?
— Он не здесь, а на Ист-роуд,— сказал Ванс, поднимаясь.— Придется ехать на машине.
Мы взяли с собой Бурке и уселись в автомобиль Ванса. Доремус покатил сзади на своем. Обогнув дом с южной стороны, мы выбрались на Ист-роуд. Возле скалы, у которой дежурил Сниткин, Ванс затормозил и зашагал к промоине. Мы гуськом потянулись за ним.
— Этот парень здесь,— сказал Ванс, указывая пальцем в яму.— Мы его не трогали.
Доремус со скучающим видом придвинулся поближе.
— Да, лестница бы здесь не помешала,— сказал он, заглядывая внутрь и делая гримасу,— Мертвее не бывает. Отчего он умер?
— Надеемся, что на этот вопрос нам ответите вы,— пробормотал Ванс.
— Хорошо. Но сперва достаньте его оттуда,— распорядился Доремус.
Вытащить тело Монтегю оказалось не так-то просто, и Сниткину, Хиту и Бурке пришлось порядком повозиться. Доремус принялся за работу.
— Странное дело,— пробормотал он.— У этого человека проломлен череп каким-то тупым предметом, что само по себе уже могло стать причиной смерти. Но в то же время он задушен. Взгляните на его щитовидный хрящ. Все признаки налицо, хотя я готов поклясться, что это сделала не человеческая рука, не веревка и не провод. А эти выкатившиеся глаза, почерневшие губы и язык...
— Может быть, он утонул? — спросил Хит.
— Утонул? — Доремус посмотрел на сержанта с сожалением.— По-моему, я только сейчас сказал вам, что его ударили по голове и удавили.
— Доктор,— вмешался Маркхем,— сержант имеет в виду, что этот человек мог сперва утонуть, а потом уже попасть в руки злодеев.
— Ну нет,— твердо возразил Доремус.— В этом случае характер ран был бы другим. Кровотечение бы отсутствовало, а следы на шее имели иную окраску.
— А что скажете о царапинах на груди? — спросил Ванс.
Доктор облизнул губы и хмыкнул. Потом, как бы не доверяя себе, еще раз осмотрел грудь.
— Удивительно,— ответил он наконец,— но надрезы эти вовсе не опасны. Задета только кожа и отдельные мышцы, грудная клетка совсем не пострадала. Человек был еще жив, когда напоролся на что-то, об этом свидетельствует состояние крови на поверхности ран.
— Да, здорово его ненавидели,— пробормотал Хит, пытаясь скрыть изумление.
— Но это еще не все,— продолжал доктор.— У него сломано несколько костей: большая и малая берцовые на левой ноге, правый плечевой сустав и ребра с правой стороны.
— Это могло получиться при падении в выбоипу,— заметил Ванс.
— Конечно,— согласился Доремус.— Правда, отдельные ссадины выглядят так, словно труп долго волокли по земле.
Ванс глубоко затянулся сигаретой.
— Интересно,— пробормотал он, глядя в сторону.
— Вы о чем? — немедленно отреагировал Маркхем.
— Ничего особенного,— ответил он.— Просто комментарии доктора дают пищу для новых размышлений.
Хит уставился на труп с неподдельным восхищением, но мне он показался напуганным, особенно когда задал небрежный вроде бы вопрос:
— А чем, по-вашему, сделаны эти три полосы?
— Откуда я знаю? — огрызнулся Доремус.— Разве вам не известно, что я врач, а не детектив? Да любым острым инструментом.
Ванс посмотрел на него с улыбкой.
— К сожалению, этого маловато, доктор. Видите ли, сержант потому беспокоится, что здесь существует версия о некоем драконе, который якобы его и прикончил.
— Драконе! — Доремус растерялся было, но, поглядев на Хита, принялся смеяться.— И сержант считает, что его дракон расцарапал? Ну и ну! В таком случае у проблемы только одно решение: cherchez le dragon! — ищите дракона! Боже мой! Куда катится мир?
Хит смутился.
— Если бы вы столкнулись с такими вещами, как я за все эти дни, вы бы так не говорили.
Доремус иронически поднял брови.
— А в эльфов вы тоже верите? Может быть, это они сотворили? Еще сатиры бывают или гномы. А о феях забыли? Они вполне могли убить его вербой.— Он уже негодовал.— Хорошенький получится медицинский отчет, если я напишу про дракона...
— И однако, доктор,— с необычайной серьезностью сказал Ванс,— убийство действительно совершено некоей разновидностью дракона.
Доремус безнадежно развел руками.
— Значит, наши пути расходятся. Я же, как простой невежественный лекарь, считаю, что парня сперва треснули по башке, потом потащили волоком, потом задушили и, наконец, сунули в эту дыру. Если вскрытие покажет что-то новое, я вас извещу.
Он достал карандаш и, нацарапав несколько слов на бланке, протянул его Хиту.
— Пока этого хватит, сержант. Вскрытие буду делать только завтра: сейчас слишком жарко. А пока зовите на подмогу Святого Георгия и отправляйтесь с ним ловить дракона.
— Как раз это мы и собираемся сделать,— улыбнулся Ванс.
— А насчет времени...— начал было Хит, но доктор перебил его.
— Знаю, знаю! «Когда он умер?»... Боюсь, мне самому придется умереть от ваших вопросов... Ладно, сержант, но только приблизительно: смерть наступила не позже двенадцати и не раньше двадцати четырех часов назад...
— У нас есть все основания полагать, доктор, что умер он вчера около десяти вечера,— заявил Маркхем.
Доремус взглянул па время.
— Что ж, значит, я прав. С тех пор прошло всего восемнадцать часов.— Он повернулся к машине.— Поеду-ка я к себе. Отдохну. Боже, ну и денек! Еще минута, и меня хватит солнечный удар.— Он уселся в кабину.— Выруливаю сейчас на Сиайтен-Дайвил, потом на Пейсон-авеню. Не хочу кружить возле бассейна.— Он подмигнул Хиту.— Боюсь попасться в лапы дракона! — И уехал, весело помахав нам рукой.
Поручив Сниткину и Бурке оставаться пока возле тела Монтегю, мы направились обратно к дому, чтобы вызвать оттуда машину для перевозки трупа.
— Ну и чем мы займемся теперь? — беспомощно спросил Маркхем, когда мы снова расселись в гостиной.— Каждое новое открытие все непонятнее делает эту историю. Очевидно, наша линия расследования ведет в тупик.
— Я бы этого не сказал,— весело откликнулся Ванс.— Наоборот, кое-что уже проясняется. Доремус объяснил нам столько важного. Техника преступления уникальна. Жестокость и безумие никогда границ не имеют. По замыслу убийцы, Маркхем, тело мы не должны были найти. Иначе зачем было прятать его так тщательно? Преступник рассчитывал на то, что мы решим, будто Монтегю отсюда попросту испарился.
Хит важно кивнул.
— Что до меня, то я отлично понимаю, куда вы клоните, мистер Ванс. Например, записка в костюме Монтегю. По-моему, эта дама на машине, написавшая ее, всю эту грязную работу и сделала...
— Вы неправы, сержант,— мягко возразил Ванс.— Ведь тогда Монтегю наследил бы возле бассейна.
— А почему же все-таки следов не было? — спросил Маркхем.— Тело Монтегю мы нашли на Ист-роуд. А туда он должен был как-то попасть.
— Конечно должен,— хмуро сказал Ванс.— И это просто какая-то дьявольщина... Иногда мне кажется, Маркхем, что Монтегю не оставил никаких следов, потому что просто не мог этого сделать. А что, если плана бегства у него не было и из воды его вытащили насильно?..
— Боже мой! — Маркхем глубоко вздохнул.— Неужели вы действительно верите в летающего дракона?
— Да, мой дорогой! Правда, не в того, которого вы себе представляете. Пока я только констатирую факт, что Монтегю убили в бассейне и в выбоину засунули уже мертвым.
— Но эта версия только усложняет дело,— запротестовал Маркхем.
— Правильно,— вздохнул Ванс.— Однако путешествие из бассейна в яму ему совершить пришлось, и, очевидно, не по своему желанию.
— Вы намекаете на ту самую машину, которую здесь кое-кто слышал? — вмешался в разговор практичный сержант Хит.
— Точно,— кивнул Ванс.— И главное, никуда она не вписывается. Может быть, на ней перевезли труп? Черт возьми! Но как Монтегю сумел попасть в нее из бассейна? И почему он был так изувечен? — Помолчав немного, Ванс обратился к Маркхему: — Кстати, некоторые еще не знают, что тело мы нашли. Это Руби Стил, мисс Мак-Адам и Бернис Штамм. Думаю, их тоже пора проинформировать. Интересно, как они реагировать станут...
Когда все три предстали перед нами, Ванс кратко описал им обстоятельства, при которых обнаружился труп Монтегю. Тон у него был самый обыденный, но глаза разглядывали слушательниц с предельным вниманием. (Тогда я никак не мог понять, почему именно такую форму он выбрал для своего сообщения, только потом сообразил.)
Женщины слушали Ванса молча и заговорили не сразу. Первой, тихо и нравоучительно, начала Руби Стил:
— Вот видите. А что я сказала вчера вечером? Отсутствие следов на берегу вовсе ничего не значит. Этот гибрид Лиленд и не такое чудо мог сотворить. Припомните, ведь он последним оттуда вернулся!
Я думал, что Бернис Штамм возмутится, услышав подобные слова, но она лишь задумчиво улыбнулась и произнесла:
— Меня вовсе не удивляет то, что бедного Монти наконец нашли, просто я сомневаюсь, что смерть его связана с какими-то чудесами...— Голос ее дрогнул и закончила она уже с трудом: — Вот чего я не понимаю, так это откуда взялись шрамы на груди Монти...
— А все остальное в этой истории вам ясно, мисс Штамм? — спокойно спросил Ванс.
— Нет-нет! — вскричала она.— Мне не ясно ничего совсем! — Она расплакалась и замолчала.
— Не волнуйтесь,— успокоил ее Ванс.— Вам нечего бояться.
Она взглянула на него с мольбой.
— Скажите, нельзя ли мне уйти?
— Конечно можно.— Ванс встал и проводил ее до двери.
Потом вступила Крошка Мак-Адам. Все это время она курила с отсутствующим видом и, по-моему, вообще ничего не слышала. Резко повернувшись к Вансу, она заявила с каким-то непонятным отчаянием:
— Как же мне все это надоело, просто до тошноты! Монти умер, тело его найдено, а теперь вот что: Алекс Грифф ненавидел его. Я лично была свидетелем, как в пятницу вечером он сказал ему: «Стоит мне только пальцем пошевелить, и Бернис Штамм тебе не видать». Монти еще засмеялся: «Да что ты можешь-то?» А мистер Грифф ответил: «Многое. Если, конечно, тебя сперва не прикончит дракон». Тогда Монти обозвал его неприличным словом и отправился спать...
— А что, по-вашему, мистер Грифф подразумевал под драконом?
— Право, не знаю. Может быть, он хотел обратиться к мистеру Лиленду...
— Поэтому вы и закричали, когда Монтегю не вынырнул?
— Да! Весь день я вчера волновалась. А когда мистер Грифф прыгнул в бассейн, якобы искать Монти, я стала наблюдать за ним. И что вы думаете? Он моментально переплыл на другую сторону, к скалам...
— Значит, вы туда смотрели?
Мисс Мак-Адам нетерпеливо кивнула.
— Я же не знала, что он там делает. Это было так подозрительно... Потом смотрю — возвращается. Ко мне прямиком и шепчет: «Монтегю-то тю-тю, ну и скатертью ему дорожка». Но честно говоря, я все равно не понимаю, как он связан с этой историей.
Ванс кивнул.
— А почему вы так расстроились вчера, когда я рассказал о всплеске в бассейне?
— Трудно передать... точно.— Она все больше нервничала.— Отчего-то решила, что это тоже касается заговора против Монтегю: может быть, тело его упало со скалы или под водой кто-то творил ужасные вещи... О, я и понятия не имела, что это такое, но испугалась... испугалась...— Голос ее замер, и она тяжело задышала.
Ванс поднялся и, поклонившись, произнес довольно холодно:
— Благодарю за информацию. Простите за беспокойство. Можете вместе с мисс Стил вернуться в библиотеку.
У нас еще есть кое-какие неясности, и я надеюсь на вашу дальнейшую помощь.
После их ухода мы немного посовещались и пришли к выводу, что наибольшей трудностью в этом деле было отсутствие каких бы то ни было зацепок к любому из фактов. Конечно, тело Монтегю было реальным, реальным были и все подозреваемые. Но в единую цепь эти звенья укладываться никак не хотели. Ни одной версии у нас не было, не было даже определенного направления. Правильный метод работы мы так и не выбрали. И над всем этим витал некий мифологический дракон.
Однако обычные полицейские процедуры все равно были нужны, и консервативный сержант Хит настаивал на том, чтобы взять их за основу. Маркхем соглашался с ним, и Ванс, который привык решать криминалистические загадки, опираясь на собственную интуицию и человеческую психологию, тоже в конце Концов был вынужден присоединиться к их мнению. Хотя, по-моему, тут он сильно покривил душой, ибо ни минуты не стал бы тратить на тяжеловесную работу сержанта. Более того, я просто уверен был, что ему-то самому в этой истории уже почти все ясно.
Тут нужен самый простой, крохотный ключик,— говорил он,— и эта фантастическая дверь легко откроется. Но без ключа мы беспомощны... Честное слово, изумительная ситуация! Масса людей признается, что при удобном случае с удовольствием расправилась бы с Монтегю и каждый из них уверяет, что именно сейчас он ни к чему не причастен. И ведь что интересно: все они действительно имеют железное алиби. Посудите сами. Монтегю лично предложил пойти купаться и в бассейн нырнул на глазах у всех... А я просто уверен, Маркхем, я глубоко убежден, что ситуация тщательно запланировала, чтобы выглядеть случайной.
Маркхем устало посмотрел на Ванса.
— Ладно, пускай вы будете правы, но тогда предложите нам что-то свое, оригинальное.
— Пока у меня никаких идей нет,— равнодушно ответил Ванс,— Правда, сегодня я надеюсь познакомиться с коллекцией тропических рыб Штамма.
Маркхем фыркнул.
— Рыба может и до завтра подождать. А сейчас сержант займется тем, чем ему положено.