— Да уж, пригрел ты змею на груди, — с чувством проговорил Кэмпбелл, покончив с «вопросами». — Да ещё и дружка её на свой корабль притащил, такого же гада.

Об «эликсирах мисс Бэдфорт» Эндрю в разговоре не упоминал, как и о «личном искине», и о своих подозрениях насчет самого Макса и Глена Саммерса.

— Не бери в голову, Макс. Это только мои проблемы.

— Нет, наши! — рявкнул пилот.

Резко вскочив, он нервно прошёлся по рубке.

Снова сел.

— Значит, так, кэп. Откровенность за откровенность, — Кэмпбелл испытующе глянул на визави. — Хочу тебе тоже… признаться.

Эндрю устало махнул рукой: мол, говори, чего уж там.

— Когда меня уволили из ВКС, — неспешно продолжил Макс, — я начал искать работу. Искал долго. С «волчьим билетом», которым меня наградили на Сантакаре, не брали даже в уборщики. Но всё-таки мне повезло. Я встретил одного очень интересного человека. Джеймс Салливан. Ты его должен знать.

— Третий директор в правлении R’n’G? — Паркер недоуменно приподнял бровь.

— Он самый, — кивнул «сослуживец». — Довольно приличный дядька, как выяснилось. Давал мне отдельные поручения. Платил хорошо. А однажды спросил, нет ли у меня на примете надежного перевозчика. В смысле, чтобы из наших, из флотских. Ну, я про тебя и вспомнил.

— Выходит, это ты меня банку сосватал, а не Патриция? — догадался Эндрю.

— Я, кто же ещё? — развёл руками пилот. — Извини, что раньше не говорил. Просто не было подходящего случая. Кстати, к тебе на «Стрелу» я тоже нанялся по просьбе мистера Салливана.

— Типа, чтобы приглядывал и стучал благодетелю? — криво усмехнулся Паркер.

— Эндрю, ты что?! За кого ты меня принимаешь?! — возмутился Макс. — Мистеру Салливану я ничего не докладываю. Он мне за это не платит. Он мне вообще не платит. Я сам отказался от денег. Сказал, что если буду служить на «Стреле», то и зарплату буду получать там. А подставлять нового работодателя не стану ни при каких обстоятельствах.

— И это его устроило?

— Конечно! Он же нормальный мужик. Доверие для него гораздо важнее, чем всякие там… подковёрные игры. Он просто хотел быть уверен, что его не обманут и не подставят. Вспомни, сколько раз мы получали от R’n’G заказы на перевозку, какие были условия и сколько за это платили.

— Да, заказы были действительно выгодные. Ты прав, — согласился Эндрю. Затем виновато пожал плечами и тихо добавил. — Извини, что обидел. Тяжко мне… сам понимаешь…

— Понимаю, — Кэмпбел наклонил голову и прищурился. — Однако ты зря унываешь. Это ещё не конец.

— В каком смысле? — Паркер вопросительно посмотрел на пилота.

Тот хищно оскалился.

— В том, что у нас появилась прекрасная возможность отплатить мистеру Салливану добром за добро, а заодно наказать твою сволочную женушку и её хитрована-любовника.

— Каким образом?

— Когда нас отсюда выбросит… Даже не спорь, я знаю, что так и будет… Короче, когда корабль выйдет в нормальную метрику, я свяжусь с мистером Салливаном и всё ему расскажу.

— А дальше?

— Дальше мы совершим прыжок на Октавию. Там имеется филиал корпорации, подотчетный третьему директорату. Именно туда мы и передадим груз.

— Но у меня же контракт, а в нем четко прописано: доставить посылку на Осцион.

— Это не станет проблемой, — отмахнулся пилот. — Подпишем задним числом допсоглашение к договору, и никакие юристы не смогут до тебя докопаться.

— А как это поможет наказать Патрицию и Голдбоя? И какая польза от этого Салливану?

— Контракт с тобой подписал Стивен Макманус. Он работает в вертикали третьего директората. Мистер Салливан давно подозревал его в крысятничестве. Как видишь, он оказался прав. А поскольку твоя жена предложила лететь на Лотус, из этого следует, что Макманус переметнулся к Рональду Эбдону, второму директору R’n’G. На Лотусе расположен подчиняющийся Эбдону филиал. Салливан с Эбдоном давно на ножах, поэтому всё получится просто великолепно. Эбдон начнёт вопить, что груз украден, Макманус свалит всё на тебя, банк получит страховку, а так как страховая контора подконтрольна второму директору, то он и захапает бОльшую часть страхового покрытия. При этом Эбдон будет считать, что груз никуда не исчез, а находится у его людей на Лотусе. То есть, «украденная» партия бриллиантов в итоге тоже окажется у него. Двойная выгода. Ничего личного, просто бизнес.

— Я всё понял! — воскликнул Паркер. — Через неделю-другую мистер Салливан предъявит документы и якобы «украденный» груз, и тогда ни Макманусу, ни Эбдону, н Патриции не поздоровится.

— Точно! — Кэмпбелл потёр руки и с довольным видом откинулся в кресле. — Макмануса, Патрицию и Голдбоя отдадут под суд, Эбдона вышвырнут из Совета директоров…

— А мистер Салливан займет его место, — закончил Эндрю. — Красиво, чёрт побери!

— Не то слово! — усмехнулся пилот. — Ну что? Согласен поучаствовать в деле?

— Согласен!

— Отлично! Давай теперь обсудим детали.

— Давай! — «азартно» откликнулся Эндрю…

Обсуждение деталей финансовой авантюры закончилось через двадцать минут. Кэмпбелл, весьма довольный собой, вышел из рубки. Шумно выдохнув, Паркер вытер выступивший на лбу пот. Разговор с пилотом дался ему с огромным трудом. Тяжело изображать из себя простачка. Но ещё тяжелее «честно» смотреть в глаза тем, кому ещё вчера доверял и кого считал если не другом, то хотя бы надёжным товарищем, коллегой, на которого можно положиться в час испытаний. Сегодня таких «друзей» стало на одного меньше. И, по всей видимости, это ещё не конец.

— Тэс, что с маршрутом?

— Четвёртую поправку определил, — отозвался искин. — Как и предполагалось, Октавия. Но уравнение всё равно не сходится. Одна неизвестная не открыта.

— Ты не ошибся?

— Нет.

— Жаль.

Эндрю сцепил руки в замок и прикрыл глаза. Больше всего ему сейчас хотелось самому лечь в гиб-капсулу и забыться в глубоком сне на два долгих года, переложив решение всех проблем на плечи других. На того же искина. Или на Саммерса… Не могут же все в экипаже оказаться предателями. Так не должно быть. Это неправильно. Люди должны верить друг другу…

Глен Саммерс вышел на связь через час и напросился на «конфиденциальный» разговор.

Войдя в рубку, он не спеша осмотрелся и, не обнаружив в помещении посторонних, сел в предложенное ему кресло. В руках у борт-инженера была картонная папка с тесёмками. Положив папку на стол, он аккуратно подтолкнул её к капитану.

— Что это?

Эндрю смотрел на Саммерса.

«Ну же, Глен! Скажи, что здесь придуманный тобой план по спасению корабля. Скажи, что первым готов лечь в капсулу. Скажи, что…»

— Это досье, — ровным тоном произнёс борт-инженер.

Паркер развязал узел на папке. Внутри лежали бумаги. Пять листков с убористым текстом. Заглавиями служили имена и фамилии членов экипажа «Стрелы». Эндрю Паркер, Патриция Паркер (Спирит), Томас Голдбой, Макс Кэмпбелл, Мэгги Бэдфорт. Не было только самого Саммерса. Свои установочные данные он капитану не предоставил. Видимо, просто поскромничал.

На изучение документов ушло почти четверть часа. Эндрю узнал много нового. Не о себе, конечно — об остальных. Особенно интересными ему показались сведения о навигаторе и пилоте. Всё прочитанное было похоже на правду, и, скорее всего, именно ей и являлось. Особой радости это Паркеру не доставило, но мотивы поступков находившихся на борту звездолёта стали теперь гораздо понятнее…

Закончив читать, Эндрю сложил бумаги и поднял глаза на Глена.

— Откуда?

Саммерс молча выложил на стол золотистый значок.

Капитан повертел в руках восьмилучевую звезду. На блестящей поверхности проступали выбитые в металле буквы. Агенство Национальной Безопасности, Департамент Специальных Операций. Коротко усмехнувшись, Эндрю вернул значок борт-инженеру.

— Не знал, что на нашей посудине имеется секретный агент.

— И не узнал бы, если бы не чрезвычайные обстоятельства, — пожал плечами агент АНБ, убирая «ксиву» в карман.

— Что желает от меня национальная безопасность? — поинтересовался Паркер с натужным смешком.

Саммерс едва заметно поморщился.

— Не ёрничай, Эндрю. Ситуация и вправду очень серьёзная.

— Насколько серьёзная? — Эндрю подался вперёд и вперил взгляд в собеседника.

— Ты офицер? — внезапно спросил тот.

— Да. То есть, был.

— Бывших офицеров не бывает, — нахмурился спецагент.

— Извини, оговорился, — поправился Паркер.

Глен рассеянно побарабанил пальцами по столешнице, словно бы размышляя, стоит ли доверять оппоненту сведения «государственной важности». И через десяток секунд решил, что всё-таки да, стоит.

— В общем, так, лейтенант Паркер. Всё, что я тебе сейчас расскажу, должно остаться между нами.

— Понял, не дурак.

— А раз не дурак, то слушай…

По словам Саммерса, спецслужбы давно проявляли интерес к деятельности корпорации R’n’G и, в частности, к разработке месторождений «радужных бриллиантов». Эти кристаллы были не только ювелирными украшениями, но и (хотя об этом мало кто знал) сырьём стратегического значения. Они являлись главными элементами компактных гипердвигательных установок, какие использовались на крупнотоннажных кораблях ВКС, правительственных лайнерах и дальних разведчиках. Именно они помогли одержать верх в недолгом военном противостоянии с расой цаплингов. Сверхскоростные перемещения линкоров и авианосцев давали возможность создавать мощные ударные группировки и быстро наращивать силы на угрожающих направлениях. Цаплинги технологией такого уровня не владели, но очень хотели ей обладать и за ценой, понятное дело, не постояли бы. Конечно, радужные кристаллы время от времени попадали в лапы к яйцекладущим — желающие обогатиться по-быстрому встречались везде, а деньги, как известно не пахнут. Однако, чтобы понять ценность приобретений, а также для серьёзных исследований и раскрытия секрета технологического превосходства людей, цаплингам требовались не отдельные бриллианты, а достаточно крупные партии — по тридцать-сорок кристаллов, как минимум.

Задача сохранения тайны осложнялась ещё и тем, что бОльшая часть месторождений находилась в частных руках, а «священную корову» частной собственности трогать никто не решался. Поэтому правительствам приходилось постоянно мониторить добычу, продажу и перевозки.

— Теперь понимаешь, почему я служу на «Стреле»? — спросил Глен, завершив вводную часть.

— Теперь понимаю, — согласился Паркер. — Любые необычные грузы обязательно попадают под наблюдение. Я только никак не пойму, как ты узнал, что именно этим рейсом мы перевозим крупную партию?

— А я и не знал, — усмехнулся агент. — Да и сейчас не знаю. Просто обстоятельства сложились так, что иное предположить невозможно. Хоть я не великий спец в космической навигации, но всё-таки догадался, что в схему маршрута внесли поправку. Пришлось пару дней поработать, чтобы понять, куда эта поправка ведёт.

— И куда же?

— По моим скромным прикидкам, в систему Кри.

— Не знаю такой, — удивился Эндрю.

— Ты и не должен знать. Это аутентичное название одного из участков пространства цаплингов.

— Тогда почему мы туда не попали?

— Потому что была и вторая поправка. Но её я распознать не сумел.

Эндрю задумался. «Говорить Саммерсу или нет? Лучше, наверно, сказать. Так оно будет… честнее что ли…»

— Дело всё в том, Глен, что вторую поправку внёс я, — Паркер удрученно развёл руками.

— Ты?!

— Ну да, я. Тоже хотел сохранить в тайне пункт назначения. Мы летели не на Сторцию, а на Осцион.

— Вот оно что, — агент с любопытством глянул на Эндрю. — А ты молодец, что сказал. Это многое проясняет. Две поправки наложились одна на другую, и в итоге нас выбросило к чёрной дыре.

— Я этого не хотел, — скороговоркой выпалил капитан корабля.

— Да я тебя не виню, — отмахнулся Глен. — Видимо, злоумышленник или злоумышленники не смогли тебя просчитать, поэтому и действовали несогласованно.

— Ты думаешь, это кто-то из экипажа?

— Несомненно.

— И что теперь делать?

— Что-что… — борт-инженер почесал затылок. — Выявлять предателей, что же ещё? Сколько у тебя в чемоданчике бриллиантов? Пять, десять, пятнадцать?

— Семьдесят восемь, — выдавил Паркер.

— Сколько?! — у агента отвисла челюсть. — Ох, нихрена ж себе!.. Да-а, это меняет дело. Просто найти преступников уже недостаточно. Теперь надо предотвратить утечку сырья. Теперь это становится нашей главной задачей.

— Что предлагаешь? — деловито поинтересовался Эндрю.

— Предлагаю дать предателям закончить работу.

— То есть?!

— То есть, при выходе в обычное пространство надо построить маршрут на Осцион и позволить преступникам внести в него свои правки. Я же свяжусь со своими, и возле Кри «Стрелу» будет ждать корабль АНБ. Спрячется где-нибудь, дождётся сигнала и пойдёт на перехват. Будет ещё лучше, если он перехватит и получателей-цаплингов…

— А как мы ему сигнал подадим? — спросил Паркер.

Глен ненадолго задумался.

— Мы сделаем так, — сказал он секунд через пять. — Я организую поломку двигателя и сообщу всем, что он может взорваться в любой момент. Мы покинем корабль в индивидуальных спас-капсулах. Это и будет сигналом. Скорее всего, злоумышленники захотят остаться на корабле и попытаются отремонтировать двигатель. Им же надо как-то передать груз получателю.

— Всё это хорошо, но я буду должен взять груз с собой, — усомнился Эндрю. — А без груза предателям на корабле делать нечего.

— Это не проблема, — успокоил агент. — Корабль будем покидать в спешке. Тебе, извини, придется отпраздновать труса. Поэтому ты сбежишь со «Стрелы» одним из первых, забыв и про груз, и про свои капитанские обязанности. А камушки мы вынем из сейфа заранее. Оставим один чемодан. Пломбу я подрихтую, никто ничего не заметит.

— Непривычно мне как-то… труса изображать, — поёжился Эндрю.

— Ерунда, — отрезал секретный сотрудник. — Это не трусость, это военная хитрость.