44 Имеется в виду статья Юзовского "Картонная поэма", помещенная в газ. "Советский юг", Ростов–на–Дону, 1927, No 272, 27 ноября. Статья была перепечатана в журнале "На литературном посту", М. 1928, No 13–14.

45 Стихотворение "Помпадур" было напечатано в журнале "Крокодил", М. 1928, No 29, с учетом указанных Маяковским изменений.

46 Диспут состоялся 26 сентября 1928 г. В объяснительной записке к афише Маяковский писал: "Задача доклада – показать, что мелкие литературные дробления изжили себя и вместо групповых объединений литературе необходимо сплотиться вокруг организаций, ведущих массовую агитлитературную работу..." (Маяковский, XIII, 122).

47 После выступления Маяковского на диспуте "Левей Лефа" в журнале "На литературном посту" (1928, No 22) появилась статья И. Гроссмана–Рощина "Преступление и наказание (ликвидация ликвидаторов)". Критик писал: "Кажется, Прудону принадлежат слова: наложничество нельзя реформировать, его надо уничтожить. "Леф" нельзя реформировать, его нужно уничтожить", и предостерегал "от легкомысленных надежд, что вот Маяковский выпрямился и выправил свою линию".

Выступая 22 декабря 1928 г. на общем собрании ФОСП в Доме Герцена в прениях по докладу П. Керженцева о политике партии в области художественной литературы, Маяковский привел статью Гроссмана–Рощина как пример групповой, фальсифицирующей критики: "Мы очень рады, что т. Керженцев и каждый из товарищей, которые будут выступать, будут говорить с нами по вопросам литературной политики ...потому что мы свою литературную работу хотим связать с массовой работой, с ее выразителем – с партией, с профессиональными союзами и т. д. Но не безработные анархисты <из> "На посту", перебегающие из одной литературной бредни <передней?> в другую, должны исправлять коммунистическую идеологию Лефа. Этого я понять никак не могу. Для меня ясно, что в данном случае линия литературных наименований с линией литературного существа не совпадает и нужно свои дряхлые отрепья литературных группировок сбросить, сбросить с самой большой решительностью, с какой мы способны" (Маяковский, XII, 367).

48 Перефразированы строки из стихотворения Саши Черного "Из "шмецких" воспоминаний".

49 Соглашение между Лефом и МАППом было заключено в ноябре 1923 г. В связи с этим соглашением была написана Маяковским передовая статья "Леф и МАПП", напечатанная в журнале "Леф", No 4 за 1924 г.

50 Из выступления Маяковского на конференции МАПП 8 февраля 1930 г.: "Реф – это переход работы наших писателей на коммунистическую направленность, то есть это та дорога, которая ведёт по пути в РАПП" (Маяковский, XII, 411).

51 К сборнику "Реф" Маяковским было написано предисловие (неоконченное), которое должно было иметь программный характер (см. Маяковский, XII, 203–204). На издание сборника был заключен договор с Госиздатом, однако сборник сдан в издательство так и не был.

52 Под шуточным перечнем "выполненных директив" имелось в виду: переход в 1929 г. А. В. Луначарского с поста Народного комиссара по просвещению на пост председателя Ученого комитета при ЦИК СССР и освобождение А. К. Воронского в 1927 г. от поста редактора журнала "Красная новь". Разумеется, никакого отношения никто из лефовцев к этим событиям не имел.

53 Это предложение, вероятно, исходило от О. М. Брика. В своей заметке "Долой аполитизм!" (журн. "Книга и революция", М.–Л. 1929, No 12) он привел объявление из первого номера народнического журнала "Черный передел" о необходимости содействия созданию серии социалистических книг, как пример предвосхищения рефовского требования "активнейшего участия литературы в текущих боевых задачах социалистической агитации и пропаганды".

54 См. прим. 11 к воспоминаниям Н. Сереброва, наст. сборника.

55 См. прим. 1 к воспоминаниям С. Адливанкина, наст. сборника.

56 Этот пленум происходил 15–17 января 1930 г. Выступление Маяковского на нем – см. Маяковский, XII, 401–406.

57 Чествование друзьями Маяковского в связи с двадцатилетием его литературной деятельности состоялось 30 декабря 1929 г.

58 Шуточная речь, произнесенная Н. Асеевым на домашнем юбилее Маяковского:

"Уважаемый тов. Маяковский!

Как мне не неприятно, но я должен приветствовать вас от лица широких философских масс: Спинозы, Шопенгауера и А. В. Луначарского. Дело в том, что творческие силы пробуждающегося класса должны найти своего Шекспира, своего Данте и своего Гете. Его появление детерминировано классовым самосознанием пролетариата. Вооот, дааа. Если этого не произойдет, то искусство, может быть, действительно споет свою лебединскую песню.

Однако мы не пессимисты ни в малой степени. Пример тому конгениальность вашей поэзии, которая, будучи субъективно абсолютно соллипсична, объективно может оказаться и коллективистичной при изменившейся ситуации реконструкции нашего социалистического МАППовского хозяйства.

Что же особенного замечаем мы на этом примере: и здесь, как и всюду и во всем, бросается в глаза то, как анархо–индивидуалистическая богема переплавляется в стальные ряды животворящих сил класса, постулируя необходимость борьбы с формалистической опустошенностью лефовского кошелька. "Подойдем–ка к нему да расспросим, как дошла ты до жизни такой"; но это еще не все. Больше того: мы говорим уже угасшим поколениям: "Лазарь, восстань". И Лазарь восстанет. Куда же идет этот восставший Лазарь искусства? Идет ли он в чахлый Лефо–Рефовский цветник, чтобы наслаждаться тонким запахом его формалистических устремлений? Нет, он бежит оттуда, зажимая ноздри от грубого навозного запаха агитационных удобрений. Куда же, однако, идет он? Он идет в могучую дубовую рощу руководства пролетарским искусством. Он идет в редакцию налитпосту выбирать себе налитпостовскую товарища дубинку. Не про него ли сказал поэт: "Имел он песен шумный дар и голос чуду вод подобный". Нет! к сожалению, поэт сказал не про него, так как про какой шум можем толковать мы. Действительно, предпосылкой моей поездки на воды был поднятый вокруг статей шум, но тем более следует видеть в этом вылазку классового врага, появление которого сигнализировано еще товарищем Островским в его комедии "Не все масленица коту, попадешься и в литпосту". Итак, приветствуем вас, тов. Маяковский, и от души поздравляем вас с выяснившимся теперь с непререкаемой убедительностью огромным значением недавно состоявшегося и воспринятого уже всеми назначения Анатолия Васильевича на пост заведующего ЗИФа. Мы будем и впредь товарищески отмечать все, так или иначе влияющее на ваше творчество, твердо стоя как на передовых позициях РАППов, МАППов, так и на задних ЛАППов".

Объектом пародии послужил критик из журнала "На литературном посту" И. Гроссман–Рощин (машинописный текст "Шуточной речи" хранится в БММ).

59 Эйдология – учение о художественных образах. Этот термин часто употреблялся в литературоведческих работах представителями школы В. Переверзева, с которым в журнале "Новый Леф" велась полемика.

60 Из поэмы Н. Асеева "Маяковский начинается".

Н. Н. Асеев

Воспоминания о Маяковском

Асеев Николай Николаевич (род. в 1889 г.) – поэт, друг Маяковского, один из активных участников журнала "Леф", член его редколлегии.

Воспоминания впервые опубликованы в книге: Н. Асеев, Зачем и кому нужна поэзия, М. 1961.

1 Последние строфы эпилога поэмы Н. Н. Асеева "Маяковский начинается".

2 Слова из стихотворного наброска, который Маяковский включил в предсмертное письмо:

Как говорят –

"инцидент исперчен",

любовная лодка

разбилась о быт.

Я с жизнью в расчете

и не к чему перечень

взаимных болей,

бед

и обид.

(Маяковский, XIII, 138.)

3 Выступление состоялось 9 апреля 1930 г. Протокольную запись выступления см. в наст. сборнике.

4 Автор имеет в виду первый сборник стихов Маяковского "Я!", изданный в 1913 г. литографским способом.

5 См. автобиографию "Я сам" – Маяковский, I, 20.

6 Строка из стихотворения Н. Н. Асеева "Охота".

7 Приведены примеры из стихотворений В. Хлебникова: "Вы помните о городе, обиженном в чуде...", "Кому сказатеньки...", "Не шалить!".

8 Цитаты из второй части поэмы "Облако в штанах".

9 Имеется в виду заметка А. С. Пушкина "О поэтическом слоге".

10 Строка из стихотворения "Юбилейное".

11 Из черновых набросков А. С. Пушкина к статье "О поэтическом слоге".

12 Дориан Грей – герой повести О. Уайльда "Портрет Дориана Грея".

13 Из поэмы "Про это".

14 Имеется в виду статья О. Брика "О хлебе насущном...", напечатанная в альманахе "Взял", П. 1915.

15 На вечере "Открывается Реф", состоявшемся 8 октября 1929 г., Маяковский, выступая от имени всей группы, говорил: "Все споры наши и с врагами и с друзьями о том, что важнее, "как делать" или "что делать", мы покрываем теперь основным нашим литературным лозунгом "для чего делать", то есть мы устанавливаем примат цели и над содержанием и над формой" (Маяковский, XII 510).

16 Слова из поэмы "Облако в штанах" ("...и тихо барахтается в тине сердца // глупая вобла воображения").

17 Из поэмы "Хорошо!".

18 Перефразирована строка из стихотворения "Никчемное самоутешение".

19 Слова из поэмы "Облако в штанах".

20 Слова из автобиографии Маяковского "Я сам".

21 Перефразирована строка из стихотворения "Юбилейное".

22 Перефразирована строка из стихотворения "Письмо писателя Владимира Владимировича Маяковского писателю Алексею Максимовичу Горькому".

23 См. прим. 17 к воспоминаниям П. В. Незнамова, наст. сборника.

24 Слова из стихотворения "Послание пролетарским поэтам".

25 Чтения "Бани" Маяковским у себя дома состоялись 22 и 27 сентября 1929 г. На каком из них был Луначарский, неизвестно. Столкновение с Луначарским произошло, вероятно, на диспуте "Пути советской литературы", состоявшемся 25 февраля 1930 г.

26 Строка из стихотворения "Разговор с фининспектором о поэзии".

27 Строка в измененном виде вошла в стихотворение "Блек энд уайт".

28 Поэма "Софрон на фронте" вышла в 1922 г. за подписью одного Асеева.

29 Строки из стихотворения Маяковского "Юбилейное".

30 Агитпоэмы "Ткачи и пряхи...", "Одна голова всегда бедна...", "Сказка про купцову нацию..." напечатаны во всех трех изданиях Полного собрания сочинений В. В. Маяковского в разделе "Коллективное".

31 Из поэмы "Во весь голос".

В. А. Катанян

Из воспоминаний о В. В. Маяковском

Катанян Василий Абгарович (род. в 1902 г.) – литературовед, биограф Маяковского; входил в группу "Леф".

Воспоминания печатаются по рукописи. Первая глава является переработанной редакцией статьи В. Катаняна "О некоторых источниках поэмы "Хорошо!", помещенной в "Литературном наследстве", т. 65, изд. АН СССР, М. 1958, стр. 285–324. Вторая глава под названием "Одно ненаписанное стихотворение" впервые напечатана была в "Альманахе с Маяковским", М. 1934, стр. 245–250.

1 Стихотворения: "Слушай, наводчик!" – газ. "Рабочая Москва", 1927, 9 июня, и "Да или нет?" – газ. "Комсомольская правда", М. 1927, 9 июня.

2 Воспоминания Н. И. Подвойского в книге "Октябрьская революция". Хрестоматия сост. А. Е. Шейнбергом. Под ред. К. Т. Свердловой, М. 1925, стр. 294.

3 С. Спасский, Маяковский и его спутники, Л. 1940, стр. 31.

4 Из поэмы "Пятый Интернационал".

5 Из стихотворения "Разговор с фининспектором о поэзии".

6 Из стихотворения "Нашему юношеству".

7 См. прим. 5.

8 Из стихотворения "Рассказ литейщика Ивана Козырева о вселении в новую квартиру".

9 "Красная газета" (вечерн. выпуск), Л. 1927, 18 октября.

10 Из статьи "Евгений Багратионович Вахтангов" (см. в книге: А. В. Луначарский, О Вахтангове и вахтанговцах, М. 1959, стр. 27).

11 А. Фадеев, Столбовая дорога пролетарской литературы, Л. 1929, стр.41.

А. Фадеев, признавая позднее ошибочность своей оценки и оценки других рапповцев поэмы "Хорошо!", писал: "Я помню, как в десятую годовщину Октябрьской революции (а сейчас нам предстоит тридцатая!) Маяковский пригласил небольшую группу литераторов к себе на дом и впервые читал поэму "Хорошо!". Надо сознаться, что даже мы, выходцы из демократических низов, в известной мере тоже зачинатели советской литературы, не сразу поняли все величие и значение этой поэмы. Мы подошли к ней с узко литературной точки зрения. Нам не понравилась ее декларативность. В этой поэме, перед десятой годовщиной Октября, когда страна жила еще тяжело, когда стране было очень трудно, Маяковский говорил о ней, как о стране, уже утвердившей новый строй жизни. Он говорил о своей кровной связи с советской родиной. Теперь, спустя двадцать лет, эта поэма звучит во весь голос, и многое из того, что было в ней только предвосхищено, осуществилось. Поэма "Хорошо!" была поистине пророческой" (А. Фадеев, Задачи советской литературы. – Сб. "Советская литература", М. 1947, стр. 23).