Гарри Диксон и Том Уиллс остановились в Гранд-отеле Брюгге. Пару дней они отдыхали, наслаждаясь полным бездействием.

Почему бы не вернуться в Лондон? — предложил Том на третий день после освобождения учителя.

Последний акт пьесы еще не состоялся, — ответил Диксон.

А! И долго занавес будет ждать финала? — пошутил Том Уиллс.

Не позже сегодняшнего вечера, мой мальчик, — ответил сыщик, не скрывая отличного настроения, — я выбрал идеальные декорации для финала: прекрасный древний Брюгге с его бегинскими монастырями, чудесными памятниками и маленькими таинственными улочками.

Значит, будем ждать, лакомясь этим чудесным палтусом под белым вином, — пошутил молодой человек, разглядывая блюдо, которое метрдотель поставил перед ними.

Когда первые тени легли на уснувший город, гостиничный слуга явился в их номер и объявил Диксону, что прибыл посыльный и принес «вещь, о которой вы хорошо знаете».

Диксон улыбнулся и сердечно поблагодарил слугу.

— Малыш Том, — сказал он, когда они остались одни, — сегодня поздним вечером мы немного нарушим бельгийский закон, но полиция не будет иметь к нам претензий, как я полагаю, поскольку речь идет о ее репутации. Мы сейчас превратимся в обычных взломщиков.

— Отлично, — сказал Том. — Такая экспедиция мне по нраву. Масса непредвиденного и очарования!

— Вот это Том, который из Шерлок Холмса хочет превратиться в Арсена Люпена! — расхохотавшись, заявил Гарри Диксон.

В разгар ночи они покинули гостиницу, обутые в фетровые сапоги и одетые в черные костюмы.

— Револьвер? — спросил Том.

— Если хотите, но этого лассо, которое я спрятал под пальто, мне с лихвой хватит…

— Будете ловить лошадей, как ковбои?

— Лошадей нет, но всё же поганое существо!

Улицы были пусты. Невидимые куранты пропели над спящим городом. Колокол отмерил поздний час.

Они углубились в лабиринт улочек прелестного квартала Миннерватер, где Том услышал журчание воды в древних шлюзах.

— Учитель, — тихо спросил он, — вот уже полчаса за нами следует тележка. Тележка, накрытая черным брезентом.

Сыщик не обернулся.

— Пусть она следует за нами, Том. Я бы расстроился, если бы она не следовала за нами.

Они остановились перед высоким домом, увенчанным коньком. Дом был черным, ни одно окно не светилось.

Гарри Диксон немного повозился с замком, и дверь открылась.

Они оказались в просторном коридоре, который бесшумно прошли. Перед лестницей Гарри Диксон включил миниатюрный фонарик. Узкий луч света осветил ступени лестницы. На втором этаже сыщик и его спутник остановились и перевели дыхание. Дом был безмолвным и словно вымершим.

— Осторожно! — шепнул Диксон, толкая одну из дверей.

Лучик света обежал просторную комнату.

Том Уиллс тихо присвистнул.

Один из лучших рабочих кабинетов, которые он когда- либо видел. Стены буквально исчезали под книгами, произведениями искусства явно восточного толка, на мебели стояло множество восточных предметов.

— Где мы? — спросил Том.

— У нашего друга, доктора Луммеля, — тихо ответил Гарри Диксон.

— Несчастный, убитый в Британском музее?

Гарри Диксон не ответил, но, в свою очередь, присвистнул.

— Теперь будем настороже, как никогда! — посоветовал он.

Едва он произнес эти слова, как Том вскрикнул от ужаса. Что-то ужасное, неопределенное, выпрыгнуло из стены, что-то волосатое коснулось его щеки, оцарапав ее до крови. Он тут же услышал свист лассо. Учитель крикнул:

— Том, свет! Выключатель у двери.

Том машинально повиновался.

Яркий свет залил комнату, а Том Уиллс вновь завопил от ужаса. В петле кожаного лассо билась волосатая рука, заканчивающаяся опасным когтем. Она походила на отвратительную змею. Рука выступала прямо из стены.

— Держи револьвер наготове на случай, если тип шелохнется, — приказал Гарри Диксон, — но не слишком его повреди, если придется стрелять. Мне он нужен живым.

С этими словами он начал с силой бить ногой в стену. Это оказалась простая фанерная перегородка, которая быстро поддалась.

— Внимание! — рявкнул сыщик, заметив, что перегородка закачалась, готовая рухнуть на них.

Послышался яростный вопль. Том Уиллс увидел, как в комнату впрыгнула темная фигура. Но Гарри Диксон был проворнее, и через мгновение фигура лежала на полу, спутанная лассо.

Том Уиллс увидел громадную, ужасно гримасничающую обезьяну.

— Том, представляю вам бога Ханумана! — весело воскликнул Гарри Диксон. — Ступайте на улицу и скажите нашему другу ван Бюрену открыть железную клетку, которая стоит в тележке. А я приведу птичку!

Через час Гарри Диксон представлял своего пленника на дворе центрального управления полиции:

— Господа, представляю вам бога Ханумана и одновременно убийцу охранника Дэвида Бенса, Джима Пайка и, несомненно, многих других.

— И доктора Луммеля! — добавил Том Уиллс.

— Нет! — перебил его Гарри Диксон.

— Но, господин Диксон, — пробормотал начальник полиции, — мы не можем предъявить это животное судьям. Единственное, что мы можем сделать, так это отослать его в зоопарк Антверпена.

— Вовсе нет, — усмехнулся сыщик. — Эта обезьяна предстанет перед судом в самое ближайшее время.

— Но со времен Средневековья больше не судят животных, уличенных в убийстве, — иронически хмыкнул полицейский.

— Подождите, шеф, — сказал сыщик. — Пусть один из ваших агентов раскалит добела кочергу в этой милой печке.

— Боже, господин Диксон, это ненужная пытка, разве не так? — в замешательстве спросил полицейский.

— Прошу вас только чуть-чуть терпения, — усмехнулся сыщик.

Принесли раскаленную кочергу.

Сыщик медленно подошел к решеткам клетки.

Все увидели, как обезьяна со страхом вжалась в самый дальний угол клетки, но сыщик без всякой жалости просунул раскаленную кочергу и ткнул в шерсть обезьяны. И тут произошло нечто невообразимое. Животное издало крик боли и вдруг завопило:

— Пощады! Пощады, господин Диксон!

— С ума можно сойти! — воскликнул начальник полиции.

Эдвард ван Бюрен впервые с начала удивительного приключения пошатнулся.

Теперь представляю вам доктора Луммеля в его подлинном обличье, — холодно произнес сыщик. — Вы всегда видели его бритым, с лицом, спрятанном за громадными очками, одетого, как джентльмен, и всегда в черных перчатках. Теперь, когда растительность на его лице отросла и на нем нет одежды, вы видите его таким, каков он есть на самом деле. Жаль, что его ждет палач, а то Барнум отвалил бы ему приличные деньги.

Я не понимаю… Я не понимаю, — раздавались стоны вокруг Гарри Диксона.

Ну что же, господа, ничего не мешает мне поднять последнюю завесу тайны. Но лучше это сделать за бутылочкой хорошего вина и рядом с коробкой превосходных сигар, не так ли?

Когда голубоватый дымок поднялся к потолку, а темно-красное вино наполнило бокалы, Гарри Диксон заговорил:

Доктор Луммель — ученый, большой ученый, хотя я думаю, что он буйнопомешанный. Он долго пробыл в английской Индии, особенно в окрестностях Лахора. Вам известно, что этот таинственный край богат существами, которых называют людьми-зверями. Однажды я столкнулся с одним из них во время крайне опасного расследования.

Это люди, чье тело внезапно обрастает шерстью. Их конечности деформируются. Они выглядят, как дикие животные, вроде тигров, хотя чаще всего походят на обезьян. Впоследствии нередко меняется и их менталитет, превращая их в чудовище, на которое они походят.

Эти случаи были исследованы. Наши ученые считают, что это результат как физического, так и душевного заболевания. Некоторые полагают, что эта болезнь напоминает проказу.

Наверное, доктор Луммель где-то подхватил эту таинственную заразу, но не расстроился, а решил использовать ее для создания славы самому себе.

Он много изучал некоторых богов-животных в Индии, в частности бога Ханумана, огромной обожествленной обезьяны.

И слепо поверил в могущество этих божеств. Думаю, он отказался от христианской веры и принял восточную веру.

Болезнь развивалась и вскоре превратила его в ужасное обезьяноподобное существо.

И тогда доктор Луммель решил, что является живым воплощением бога Ханумана.

Он нашел вокруг других людей, готовых поверить в это. Это были богатые индусы и некоторые невротические белые.

И тогда он решил воплотить в жизнь удивительный план мести Востока Западу!

Но для этого следовало вернуться в Европу.

Он вырядился в подобающие одежды, наголо выбрился, надел черные перчатки, которые никогда не снимал. Заметьте, доктор Луммель всегда носил их! Это была первая улика, которая вывела меня на след истины.

Богатые индусы, поверившие в его миссию и надеявшиеся опрокинуть британское могущество, снабдили его несметными богатствами.

Луммель приехал в Англию. Ему было легко благодаря своей репутации добыть нужные рекомендации для посещения Британского музея.

При помощи охранника Уиллиса, который искупил свои прегрешения жуткой смертью под пытками, смог украсть самые лучшие украшения, хранящиеся в нашем национальном музее. Он называл это возвращением сокровищ, украденных Западом.

Он мог входить в музей по ночам.

Однажды ночью он убил Бенса и ранил Уиллиса, который пытался помешать ему совершить убийство. Но, увы, поскользнулся в зале идолов, куда они прибежали на шум. Тем временем Луммелю, уже бывшему внутри, ожидание показалось долгим, и он начал читать газету, которую ему прислали накануне. Там с издевкой раскритиковали его работу. Охваченный яростью, поскольку этот человек невероятно раздражителен, он порвал ее. Один обрывок упал на пол.

Тут он услышал шаги охранника Миллера и спрятался за статуей Ханумана. Я узнал, что у Миллера была привычка разговаривать с идолами, чтобы скоротать долгие часы ночной службы, и делал он это без особого почтения перед изображением богов.

Вероятно, он оскорбил обезьяноподобного бога. Эта ругань вывела Луммеля из себя, и он убил служителя.

Тогда он совершил детский проступок. Он вымазал кровью жертвы руки статуи. Он всё еще считал себя среди суеверной толпы индусов, а не среди европейцев, где сыщики не столь суеверны.

Когда он узнал, что я нашел обрывок газеты, и понял, что я вскоре доберусь до истины, он исчез, симулировав новое убийство.

Поскольку он располагал громадными деньгами, он собрал вокруг себя банду отъявленных каналий ради совершения многочисленных преступлений. Он легко склонил к сотрудничеству доктора Л интхауэра, человека извращенного, который постоянно нуждался в деньгах.

Тогда он избрал для своей банды негодяев необычное название — Клевреты Дьявола.

С помощью целой армии убийц он похитил крупнейших ориенталистов Англии, в которых видел тех, кто извращает святое учение, и ужасным способом казнил их.

Джим Пайк был членом этой банды, и мы знаем, как он кончил.

Вот такова вкратце история Клевретов Дьявола и их главы, ужасающего доктора Луммеля, живого бога Ханумана.

А теперь, полагаю, у меня еще есть время успеть на ночной экспресс до Остенде, откуда в самый ранний час я смогу сесть на паром до Дувра. Доброй ночи, господа.