Хельга толкала тележку вперед по проходу между стеллажами с консервами. С тех пор как она в последний раз делала такого рода покупки, прошли годы, и теперь Хельга осознала, что ей этого не хватало. До свадьбы с Германом она неизменно обедала сэндвичами, а ужинала где-нибудь вне дома.

Она наблюдала, как другие женщины выбирают продукты, перед тем как положить в свои тележки: посмотрят на цену, отставят одну банку, возьмут другую. Для нее это был другой мир, не тот, в котором обитал мистер Рольф. Здесь людей волновал вопрос: «Могу ли я это себе позволить? Имею ли право потратиться на это?» Хельга, избалованная миллионами Германа, совсем забыла о существовании этого мира.

Ею овладела неодолимая страсть покупать. На полках стояло множество банок с аппетитными этикетками, которые искушали ее: красная фасоль, чили кон карне[5], лобстеры, равиоли. А еще пакеты различных супов, консервированная ветчина и еще всякая всячина.

Она была похожа на туриста, который впервые оказался в Риме и вовсю глазеет на его чудеса. Хельга продолжала наполнять тележку, счастливая, какой уже давно не бывала, но когда добралась до мясного отдела и позарилась на бифштексы на ребрышках и на цыпленка, то сообразила, что ни она, ни Дик не сумеют их приготовить. Пришлось заставить себя выложить деликатесы и направиться к лотку с надписью: «Разогрей и съешь».

Она купила больше, чем требовалось, но это было весело, а денег хватало на все. Затем добавила четыре бутылки водки и три упаковки мартини, пива и виски.

Ей понравилось стоять в очереди и ждать, когда товары пройдут через кассу. Впервые за много лет Хельга ощущала себя своей среди других людей. Наконец она подкатила тележку к «мини» и перегрузила покупки на заднее сиденье.

Вернувшись в отель, женщина попросила дежурного администратора упаковать ее вещи.

– Я зайду завтра утром, а ночевать сегодня не буду, – сообщила она.

– Хорошо, мадам. Вам только что поступила каблограмма для вашего дворецкого Хинкля.

– Давайте. Я передам ему.

Поднявшись в номер, она прочла каблограмму. Та оказалась краткой и была доставлена из Парижа: «В Нассау приехать не могу. Папочка выкрутится, как всегда. Шейла».

Карты по-прежнему идут к ней в руки, подумала Хельга. Дочь Германа беспокоила ее. Ее присутствие осложнило бы ситуацию, и тем не менее бессердечность девушки несколько задела Хельгу.

Она сунула каблограмму в конверт и адресовала Хинклю на виллу в Парадиз-Сити, затем собрала вещи для ночевки, не забыв положить два купальника-бикини, пляжную накидку и сандалии. Затем позвонила администратору и попросила прислать кого-нибудь, чтобы доставить сумку в машину. Десять минут спустя она уже ехала на виллу «Голубая цапля».

Загнав «мини» в четырехместный гараж, Хельга отперла парадную дверь и вошла в большую гостиную. Огляделась. Мистер Мейсон, агент по недвижимости, принес свою жертву на алтарь ее богатства: в комнате стояли вазы с искусно подобранными букетами из роз, гвоздик и орхидей. На одном из столов лежала его визитка с надписью: «Желаю приятного пребывания».

Милый человек, отметила Хельга. Затем подошла к стеклянной двери, распахнула ее и вышла на террасу.

«Это именно то, о чем я мечтала», – подумала она. Хельга обошла свои владения, подняла сумку в спальню и переоделась в купальник. Часы показывали 17:36. Самое время поплавать. Затем она разберет покупки, смешает себе коктейль, включит стереосистему и проведет остаток вечера в мечтах о завтрашнем дне.

Ей понравилось, что весь этот чудесный пляж находится исключительно в ее распоряжении. Возвращаясь в дом, она услышала телефонный звонок, вбежала в гостиную и сняла трубку.

– Надеюсь, я не побеспокоил вас, миссис Рольф. – Голос принадлежал доктору Леви.

– Нет, нисколько. Как мой муж?

– В прежнем состоянии. Это очень необычно. Уверяю вас, он вне опасности, но, пока продолжается эта странная кома, профессор Бернштайн лишен возможности проводить исследования.

– И когда же Герман из нее выйдет? – нетерпеливо спросила Хельга.

– Мы не знаем. Возможно, через минуту, а возможно, очень не скоро. Думаю, мне следует сказать, что вам не о чем волноваться, и это хорошая новость. Нужно просто ждать. – Врач помолчал немного, затем продолжил: – У доктора Бернштайна обширная практика, и завтра он возвращается в Берлин. Боюсь, я тоже не смогу надолго задерживаться, поскольку в моих услугах нуждается множество других пациентов. Завтра я уезжаю в Парадиз-Сити. Как только мистер Рольф выйдет из комы, доктор Беллами известит нас. – Помолчал. – Нет необходимости говорить, что мы с профессором Бернштайном полностью доверяем доктору Беллами.

– О, разумеется. Попросите доктора Беллами сообщать мне о малейших изменениях.

– Обязательно, миссис Рольф.

Хельга положила трубку и пожала плечами. В течение нескольких минут она думала о состоянии супруга, затем она поморщилась и усилием воли выбросила эти мысли из головы. Затем отправилась в гараж, чтобы перетащить в дом еду и напитки. Пришлось делать две ходки, но ее радости это не уменьшило.

Мейсон включил холодильник, поэтому лед имелся. Хельга намешала себе большую порцию мартини с водкой и прикончила ее, пока раскладывала продукты.

Впервые за многие годы ей предстояло самой приготовить себе ужин. Она перебрала кучу купленных ею пакетиков с едой быстрого приготовления и выбрала гуляш. Прочитала рецепт, поставила на огонь кастрюлю с водой. Затем нашла упаковку с дегидрированным картофелем, изучила инструкцию, оказавшуюся достаточно простой, взяла другую кастрюлю, налила ее до половины водой и поставила на вторую конфорку.

К моменту, когда гуляш и картошка были готовы, Хельга успела выпить еще один стакан мартини с водкой и чувствовала себя слегка навеселе. Картошка выглядела водянистой, зато гуляш источал приятный аромат. Она выложила и то и другое на тарелку, затем сообразила, что не накрыла стол. Пока женщина искала столовые приборы, салфетку, соль и перец, ужин успел остыть, но оказался, по ее мнению, вполне сносным. Совсем не таким, к каким она привыкла, и Хельга хихикнула, представив себе ужас на лице Хинкля, если бы он увидел ее застолье.

– Ну, хотя бы с голоду я не умру, – вслух произнесла она. – Это здорово!

Свалив грязную посуду в раковину, чтобы Дик помыл утром, Хельга налила себе еще мартини с водкой и перешла в гостиную. Включила стереосистему, нашла волну, передававшую бодрый джаз с акцентом на ударные инструменты.

Расположившись в шезлонге, Хельга наблюдала за тем, как солнце погружается в море, и просидела так до тех пор, пока лунный свет не посеребрил волны. Настолько умиротворенной она не чувствовала себя уже давно.

«Завтра первая ночь в Нассау, которую я проведу не одна», – думала она. При мысли о Дике ее сердце забилось чаще.

Ни один парень его возраста не способен противиться зову плоти. Быть может, он не испытывает к ней влечения, но у нее хватит опыта, чтобы разжечь его. Сначала все произойдет слишком быстро: юношам свойственно перевозбуждаться и терять контроль над собой, но затем он отдохнет и второй раз будет уже лучше.

Вскоре после десяти она выключила радио, погасила лампу в гостиной, заперла стеклянную дверь и отправилась в спальню. Разделась, приняла душ, облачилась в коротенькую сорочку и улеглась в громадных размеров постель. С нее было видно море, залитое светом луны. Ночь стояла душная, безветренная и невероятно тихая.

Любовное гнездышко!

Ее ладони огладили груди, она улыбнулась.

Завтра!

Хельга проснулась резко и хмуро посмотрела на часы на прикроватной тумбочке. Было 07:20. Несколько мгновений ушло у нее на то, чтобы сообразить, где она находится, но, оглядев просторную спальню, она все вспомнила. Ей стало интересно, кому принадлежало это любовное гнездышко. «Произошла автомобильная авария, и дама погибла». Хельга нахмурилась. Как же некоторым не везет! Бедный мужчина! Бедная девушка! Тут ей припомнилось одно из клише ее отца: «Не было бы счастья…»

Хельга быстро приняла душ, надела белый домашний костюм и отправилась на кухню. Ей страсть как хотелось выпить чашечку хорошего кофе, но приготовить его оказалось слишком трудно. Хельга обнаружила хитрую машину с трубками, разобраться в которой не смогла. Она насыпала кофе в одну из емкостей, но, когда вода закипела, треклятая штуковина взорвалась, разметав молотый кофе по стенам и встроенным шкафам.

Хельга в бессильной ярости посмотрела на машину. Ей нужен кофе! Она плюхнула на плиту кастрюльку с водой и, когда вода закипела, всыпала в нее две столовых ложки кофе. Варево немедленно поднялось пеной, уделав всю поверхность плиты.

Она выключила газ и растерянно обозрела место происшествия. Оставшаяся с вечера грязная посуда, теперь еще пятна на шкафах, грязь на плите. Все, Хельга капитулировала. Одна надежда, что Дик умеет варить кофе.

Открыв холодильник, она наколола льда, приготовила себе крепкий мартини с водкой и сразу воспряла духом. Затем переоделась в бикини и отправилась плавать. Надо подыскать еще какую-нибудь женщину для стирки. Тут может пригодиться мистер Мейсон.

На виллу она вернулась за несколько минут до 8:30. Скоро приедет Дик. Хельга снова надела белый костюм, включила радио на поп-волне и плюхнулась в кресло.

От порции алкоголя поутру голова у нее слегка затуманилась, и кофе хотелось все сильнее. Она вспомнила о Хинкле, который теперь так далеко: деликатный стук в дверь – и чашечка превосходного кофе.

На ум пришла еще одна из отцовских поговорок: «Нельзя и булку съесть, и денежку сберечь». Хельга рассмеялась. Ну, булочкой ей покуда полакомиться не удалось!

Она закрыла глаза. Приятный заплыв и коктейль сморили ее. Голос диктора, читавшего по радио новости, резко вырвал ее из сна.

Хельга посмотрела на часы на каминной полке: 09:20. Она долго непонимающе таращилась на циферблат, потом взглянула на наручные часы, вскочила.

– Дик!

Он, видимо, тихонько вошел и теперь убирается на кухне. Хельга взбила волосы, одернула костюм и отправилась на кухню.

– Дик!

Ее голос эхом отдался в тишине.

Она стремительно осмотрела виллу, выглянула на террасу, потом вернулась в гостиную. Он не пришел!

Она разозлилась не на шутку. Несколько мгновений стояла, дрожа, сжав кулаки и сверкая глазами.

«Ладно, мальчик! – говорила она себе. – Это тебе с рук не сойдет! Вот ублюдок! Я проучу тебя!»

Затем послышался рокот подъезжающего мотоцикла. Этот глухой рев заставил ее оцепенеть.

Он едет! «Ах ты, гаденыш, я отучу тебя опаздывать!»

Взвизгнули тормоза, затем двигатель смолк.

Хельга стояла и ждала. Сердце ее колотилось, ладони стали влажными. Ну вот он и прибыл! Она устроит ему хорошую выволочку, а потом, достаточно униженного и напуганного, увлечет в спальню. Ее охватила волна возбуждения.

У парадной двери зазвенел звонок.

Хельга заставила себя выждать. Нельзя показывать свое нетерпение. Она дождалась очередной трели, вышла в коридор и открыла дверь.

За годы жизни ей довелось перенести немало потрясений, но это было как жестокий удар в солнечное сплетение, лишивший ее возможности дышать, заставив похолодеть и оцепенеть.

На крыльце стояла девушка по имени Терри Шилдс, в рыжих волосах которой играли лучи солнца. Одета она была так же, как вчера, разве что футболку постирала. Гостья посмотрела на Хельгу; ее большие зеленые глаза не выражали ничего, как и лицо в целом.

Хельга кое-как овладела собой. Стальной стержень вновь сослужил ей хорошую службу.

– Что тебе нужно? – резко спросила она.

– Простите, что опоздала. – Голос у девицы был тихий и приятный. – Задержалась в больнице.

– В больнице? Что-то случилось?

– Дик попал в аварию, – сообщила Терри. – Я предупреждала, что байк тяжеловат для него. Он сломал руку.

У Хельги вырвался долгий, глубокий вздох разочарования. «Боже! – выругалась она про себя. – Ну почему мне так не везет!»

– Входите. – Она повернулась, прошла в гостиную и опустилась в кресло.

Терри вошла, закрыла за собой парадную дверь и шагнула в гостиную. Хельга заметила оценивающий взгляд, которым гостья окинула комнату.

– Садитесь! – буркнула Хельга. – Что произошло?

Терри выбрала стул с прямой спинкой. Она села, сведя вместе коленки и положив на них руки.

– Его занесло. Мотоцикл слишком мощный.

– Однако вы с ним справляетесь?

Терри пожала плечами:

– Девчонки осторожнее парней.

Весьма мудрое и точное наблюдение, подумала Хельга.

– Значит, рука сломана…

– Вот именно. – Терри передернула плечами. – Дик беспокоится на ваш счет. Вы заплатили ему аванс, а он человек щепетильный. Попросил меня подменить его до выздоровления.

Хельга вытащила сигарету, посмотрела на нее, потом закурила.

– Подменить?

– Убрать, приглядеть за домом. Я могу этим заняться, если вы не против.

Хельга подумала про бардак на кухне, беспорядок наверху и страстное желание выпить кофе.

– Дик дал мне полсотни баксов, – продолжала Терри. – Так что вам это ничего не будет стоить, а я деньжат заработаю.

– Я хочу кофе, – сказала Хельга. – Вы умеете варить кофе?

– Конечно.

Терри встала, огляделась и, не дожидаясь подсказок, двинулась в сторону кухни.

Хельга выкурила две сигареты. «Черт побери! – думала она. – Выходит, снова я буду спать одна! Сломал руку! Со сломанной рукой его в постель не затащишь. Снова ждать!» Ее кулачки сжались. Да наступит ли этому конец?

В гостиную вернулась Терри с кофейником, чашкой и блюдечком, сахаром и сливками на подносе. Она поставила его на стол перед Хельгой.

– Машина, в которой вы пытались сварить кофе, предназначена для чая, – сказала она.

На миг Хельга ощутила комплекс неполноценности, но немедленно стряхнула его.

– Вот как? Кому, скажите бога ради, нужна машина, чтобы готовить чай?

Ничего не ответив, Терри вернулась в кухню. Оттуда послышались звуки уборки.

Кофе был превосходный, не хуже того, что делал для нее Хинкль. Хельга выпила две чашки, затем встала и пошла на кухню. Терри уже вымыла плиту и теперь оттирала пятна со стен.

– Как вас зовут? – спросила Хельга, притворившись, что не знает.

– Терри Шилдс, – ответила девушка, ополаскивая тряпку в раковине.

– Хорошо, Терри. Пока Дик болеет, вы будете работать здесь.

Терри остановилась и посмотрела прямо на Хельгу. Той хотелось, чтобы хоть какое-то чувство отразилось на лице рыжей, но оно оставалось непроницаемым.

– О’кей. Вам приготовить что-нибудь поесть?

– А вы умеете?

– Как и большинство женщин, не так ли?

– Обедать я буду в городе, – сказала Хельга, сделав вид, что не заметила последней фразы. – А вот ужин был бы кстати. Простой, без изысков.

– Вы намерены питаться этой отравой в шкафу?

Хельга воззрилась на нее с недоумением:

– Отравой?

– «Разогрей и съешь».

– Что с этим не так? – сердито осведомилась хозяйка.

– Дело ваше. – Терри пожала плечами и счистила остатки гуляша из кастрюли в мусорное ведро. – Если хотите, чтобы я для вас готовила, дайте немного денег, пойду куплю нормальные продукты.

Помедлив минуту, Хельга пошла в гостиную, нашла кошелек, достала из него четыре пятидесятидолларовые банкноты, вернулась в кухню и положила деньги на стол.

– Действуйте. Я уезжаю. Вам нет необходимости торчать здесь весь день. Закончите уборку, а вечером приедете, чтобы приготовить еду. Я ужинаю в половине девятого.

– О’кей.

Хельга решила, что настал момент продемонстрировать власть.

– Я предпочитаю, чтобы вы вместо «о’кей» говорили «да, миссис Рольф».

– О’кей, миссис Рольф. – Терри посмотрела на четыре пятидесятидолларовые купюры. – Вы решили целую армию накормить? – Она отодвинула в сторону три бумажки. – Пятидесяти баксов вполне достаточно.

Хельга, слегка раздраженная, забрала лишние купюры.

– Вы, Терри, похоже, очень хозяйственная.

– С такими деньгами, как у вас, была бы нехозяйственная, – ответила девица и принялась отчищать другую кастрюлю.

Хельга возмущенно взглянула на нее, но, поскольку девушка не обратила на нее внимания, она отправилась наверх, переоделась в зеленое льняное платье, захватила пляжную сумку, накидку и купальник, затем вернулась в гостиную.

– Я буду около шести, – объявила она. – Дверь за собой заприте. У меня есть второй ключ. Вас я буду ждать часам к семи.

– О’кей, миссис Рольф. Не беспокойтесь, я ничего не украду.

– Если хотите на меня работать, перестаньте дерзить! – отрезала Хельга. – Я и не боюсь, что вы станете воровать!

Терри обратила к ней невозмутимую физиономию:

– И я вас не разочарую, миссис Рольф. – С этими словами она прошла мимо Хельги и поднялась по лестнице в спальню.

Долгую минуту Хельга стояла неподвижно, затем, с недоумением пожав плечами, пошла в гараж и завела «мини». По дороге к отелю «Алмазный берег» она осмысливала новую ситуацию.

Дик вне игры, зато появилась эта девица. Хельга вынуждена была признать, что заинтересовалась ею. От нее можно узнать что-нибудь новое о Дике, а Хельге хотелось выведать о нем побольше. К своему изумлению, она обнаружила, что вожделение ушло на второй план. Она чувствовала себя одинокой. А девчонка способна заполнить брешь, пока Дик не поправится настолько, чтобы затащить его в постель.

Ее чемоданы, аккуратно упакованные, стояли в вестибюле отеля. Она расплатилась по счетам, пожала руку управляющему отелем, щедро дала портье на чай, после чего, сопровождаемая улыбками и поклонами, отправилась к вилле «Голубая цапля». «Перевезу вещи, – сказала она себе, – заеду в клуб „Океанский берег“ и оформлю там членство». Жить вот так одной было просто невыносимо. Из проспекта клуба Хельга знала, что заведение предлагает все виды досуга: казино, бассейн, теннис, гольф, танцы, бридж, а также сдает внаем скоростные катера.

Трафик был плотным, и по главному приморскому шоссе пришлось буквально ползти, но Хельга оставалась совершенно спокойной и не досадовала. Проезжая мимо большого универсама, она заметила на автобусной остановке мать Дика с двумя большими сумками.

Хельга зарулила на остановку и нажала педаль тормоза.

– Привет, миссис Джонс! Вас подбросить?

Лицо толстухи расплылось в широкой улыбке.

– У вас такая миленькая маленькая машинка, мэм, а я такая большая.

Она подошла ближе и наклонилась к Хельге.

– Как-нибудь устроимся, – ответила та и открыла пассажирскую дверцу.

Миссис Джонс положила две свои сумки с покупками на заднее сиденье, а сама с трудом втиснулась на переднее. Автомобильчик слегка осел.

– Это так любезно с вашей стороны, мэм! – прощебетала миссис Джонс, захлопывая дверь. – Редко кто вот так возьмет и подвезет по дороге. Думаю, мои култышки задали бы мне жизни сегодня.

«Култышки? – удивилась Хельга. – Ноги, что ли?»

– Сын рассказывал мне про ваш дом, мэм, – продолжала толстуха. – Говорит, он такой большой, красивый и шикарный. Я сказала, что ему повезло жить в такой комнате. – Она пытливо посмотрела на Хельгу. – Надеюсь, он хорошо прислуживает вам, мэм? Я ему твержу, чтобы он все по уму делал. Такой шанс один раз за всю жизнь выпадает. Так я ему говорю. Мой мальчик не дурак. Он знает, когда проявить себя.

Мысли Хельги пришли в смятение.

– Значит, ему понравилась комната? – спросила она. – Я очень рада.

– Да, мэм. Он мне ее всю расписал. Даже телевизор есть!

– Дик же только утром приступил к работе, – сказала Хельга, выуживая информацию.

– Верно, но вы ведь помните, мэм, он ездил к вам вчера вечером. А потом сразу вернулся ко мне и обо всем рассказал. Я думала, днем он будет работать у вас, а ночевать дома, но он объяснил, что он нужен вам постоянно.

– Ко мне, бывает, заглядывают друзья, – сымпровизировала Хельга. – Дик может пригодиться.

– Это я понимаю, мэм. – Миссис Джонс кивнула. – Прекрасный шанс для него.

– Я бы хотела попросить у вас совета, миссис Джонс, – произнесла Хельга с безучастным выражением лица. – Дик упоминал свою подружку, некую Терри Шилдс. Сказал, что она тоже могла бы помочь мне на вилле.

На краткий миг ее глаза оторвались от дороги и впились в полное, круглое лицо сидящей рядом женщины. Она помрачнела, а на лбу пролегла глубокая морщина.

– Эта девка? Никудышняя белая шваль! – взъярилась миссис Джонс. – Не связывайтесь с ней, мэм. Дик хороший мальчик, но, похоже, тронулся из-за этой беспутной! Загружайте его побольше работой, мэм, чтобы у него не оставалось свободного времени. Иначе он в ту же минуту помчится к ней.

– Почему вы считаете ее беспутной, миссис Джонс?

– Будь у вас дети, мэм, как мать, вы сразу отличили бы хорошую девушку от беспутной. Мне ли не знать! Видала я ее. Она беспутная.

– Вы виделись с Диком вчера вечером?

– Виделась? А как же, мэм! Я помогла ему собрать вещи для переезда в ваш прекрасный дом. – Толстуха повернулась и пристально посмотрела на Хельгу. – Он ведь прибыл к вам вчера, да?

Хельга помедлила, затем кивнула:

– Да, прибыл.

Миссис Джонс просияла:

– Ну вот, мэм… Я же говорила, он хороший мальчик.

Машина остановилась у покосившегося бунгало.

– Спасибо, мэм, – поблагодарила миссис Джонс. – Вы так любезны. Вы заставляйте моего мальчика работать. Он сам этого хочет, но его нужно подгонять.

Хельга наблюдала, как толстуха ковыляет к двери, отягощенная своими сумками, потом сделала разворот и поехала к вилле «Голубая цапля».

За рулем она напряженно размышляла. Встреча с матерью Дика подвернулась как нельзя кстати. Карта по-прежнему шла к ней. Значит, ее держат за дурочку. Она холодно усмехнулась. Если Дик съехал из дома, то куда? Хельга подозревала, что он перебрался к Терри. И они сочинили историю про сломанную руку. Хельга поставила себя на место Терри. Дик сообщает ей, что вынужден работать на миссис Рольф. Терри, вероятно, понимает, что у Хельги имеются на Дика кое-какие планы. Сломанная рука становится выходом из ситуации. Хельга снова ухмыльнулась. Только не надо спешить, сказала она себе. Следует собрать побольше информации и затем припереть этих двоих к стенке. Никому еще не удалось сделать из нее дурочку. Кое-кто пытался, но горько пожалел об этом.

Она заметила, что едет по Оушен-авеню, и, повинуясь порыву, сбавила ход и свернула на стоянку.

Потом пешком прошла до здания, где располагался офис Фрэнка Гриттена. Стоя у лифта, Хельга открыла сумочку и достала портсигар. Когда двери лифта распахнулись, перед ней предстал Гарри Джексон в своем лучшем наряде.

Увидев Хельгу, сыщик вздрогнул и побледнел.

– Здравствуйте, мистер Джексон, – приветствовала она его. – Как вы элегантны!

Он прошел мимо нее.

– Привет, миссис Рольф! – Его голос прозвучал хрипло. – Как дела?

Она шагнула в лифт, не упуская Джексона из вида.

– Спасибо, неплохо. Надеюсь, вы с миссис Лопес по-прежнему счастливы.

Нажимая кнопку пятого этажа, Хельга заметила, как Джексон провел по губам тыльной стороной ладони. Затем двери лифта закрылись.

Фрэнк Гриттен сидел за столом и попыхивал трубкой. Когда пожилая секретарша ввела Хельгу в кабинет, он встал:

– Доброе утро, миссис Рольф. Присаживайтесь. Чудесный денек, не правда ли?

– Да. – Она уселась и закурила. – Хочу воспользоваться вашими услугами, мистер Гриттен. Предлагаю тысячу долларов аванса.

Гриттен кивнул:

– Я к вашим услугам, миссис Рольф. Чем могу быть полезен?

– Я наняла Дика Джонса, о котором мы с вами однажды говорили, поддерживать порядок на арендованной мною вилле. Если помните, речь о вилле «Голубая цапля», – пояснила Хельга, закинув одну стройную ногу на другую. – Он должен был выйти на работу сегодня утром, но вместо него на его мотоцикле приехала некая Терри Шилдс, подружка Дика. Она сообщила, что Джонс попал в аварию и сломал руку. Поскольку я уже выплатила ему сто долларов, он якобы попросил девушку заменить его. Я говорила с матерью Джонса: та уверена, что он не только работает на моей вилле, но и живет там. Все это показалось мне странным, – признаюсь, я слегка заинтригована. Терпеть не могу, когда мне лгут. Я прошу вас выяснить, что на самом деле с Джонсом: сломал ли он руку, где он живет и кто эта девушка. Мне нужны максимально подробные сведения, мистер Гриттен.

Детектив задумчиво посмотрел на нее, затем кивнул:

– Полагаю, это не вызовет затруднений, миссис Рольф.

– Мне интересно узнать, за что Джонс угодил в исправительную школу. А еще я хочу знать все о Терри Шилдс. Еще раз подчеркну, мистер Гриттен, что хочу получить наиполнейшие сведения.

Гриттен кивнул и улыбнулся:

– Вы узнаете все детали.

Хельга опустила на стол тысячедолларовую купюру, затем встала.

– И как можно быстрее, мистер Гриттен.

– Так скоро, как только возможно, – ответил Гриттен и проводил ее до лифта.

Вернувшись на виллу «Голубая цапля», Хельга обнаружила, что мотоцикл «Электра глайд» исчез. Она загнала машину в гараж, выгрузила все три чемодана, отперла входную дверь и по одному перетащила чемоданы в гостиную. Прискорбно, что не было прислуги, которая выполнила бы за нее эти рутинные обязанности, но тут уж ничего не поделаешь.

Хельга обошла виллу и признала, что порядок был наведен безупречный. Кухня сияла. Втащив вверх по лестнице чемоданы, она убедилась, что спальня и ванная тоже сияют чистотой.

Следующий час Хельга потратила, распаковывая и раскладывая вещи. Когда она закончила, часы показывали 13:10, и она изрядно проголодалась.

Стоит ли съездить в город? Хельга пошла на кухню и проинспектировала свои припасы из серии «Разогрей и съешь». Упаковка чили манила цветной картинкой аппетитно сервированного на тарелке блюда. Хельга решила пообедать им, а не метаться в поисках подходящего ресторанчика. Правильно приготовить картофель тоже на этот раз удалось, и она сполна насладилась едой. Хельга решила вымыть за собой посуду, чтобы Терри не догадалась, что она ела «гадость». Уборка потребовала времени и слегка раздражала, но Хельга добилась, чтобы плита и раковина стали такими же чистыми, какими были до готовки.

Затем она перебралась в гостиную, растянулась на большом диване и стала размышлять. Дика следует наказать, сказала она себе. Нужно только дождаться отчета Гриттена. Если парень и впрямь решил, что может обвести ее вокруг пальца, его ждет неприятный сюрприз.

Около трех Хельга покинула виллу и отправилась в клуб «Океанский берег». Волшебное имя «Рольф» отмело все вопросы о поручителях и вступительном взносе.

Секретарь клуба, толстый коротышка с лучезарной улыбкой, заверил, что клуб почтет за честь принять ее в число временных членов. Он выразил убеждение, что гостья найдет здесь все по своему вкусу, и превозносил преимущества членства в клубе.

– Вам надо пообщаться с людьми, миссис Рольф. Уверен, все будут счастливы приветствовать вас.

Секретарь провел ее по клубу и представил членам клуба – англичанам: то были люди пожилые и перекормленные, мужчины с багровыми от пьянства лицами и женщины в диковинных шляпах, улыбающиеся несколько настороженно. Однако все были рады познакомиться с супругой одного из богатейших людей планеты.

Хельге все они показались отвратительными, но она понимала, что не может запереться на вилле в одиночестве – ей нужно общество. Но такое общество…

Она перетерпела английское чаепитие с сэндвичами и кексами с изюмом в окружении любезных, многословных людей, не сводящих жадных глаз с тележки, уставленной кремовыми пирожными.

Хельга думала о Дике. Сдержи маленький ублюдок слово, они сейчас возлежали бы в громадной постели. Она вежливо отказалась от еще одного сэндвича с огурцом.

– Но они ведь такие вкусные, миссис Рольф! С вашей-то фигурой диеты не нужны.

Напряженная и жутко страдающая от скуки, Хельга наконец вырвалась. Она заметила, как мужчины ошарашены скромностью ее автомобиля. Вокруг «мини» стояли «роллс-ройсы», «бентли» и «кадиллаки».

Хельга вернулась на виллу. Вспомнив про Германа, позвонила в больницу, и ей сообщили, что изменений в его состоянии нет. Было 18:15. В спальне она переоделась в белый домашний костюм, потом спустилась в гостиную и смешала водку с мартини. Послушала теленовости. Колебания курса доллара встревожили ее. Хельга подумала о долларовом счете в Швейцарии. Нужно будет перевести все в швейцарские франки.

Незадолго до семи она услышала рокот подъезжающего мотоцикла. Двигатель заглох, затем открылась входная дверь.

В гостиную вошла Терри Шилдс с бумажным пакетом в руках.

– Вот и вы, Терри, – с улыбкой приветствовала ее Хельга. – Спасибо за отличную уборку.

На этот раз девушка оделась в синюю рубашку с коротким рукавом и темно-синие эластичные брючки. Ее волосы были мокрыми, как если бы она только что купалась.

– Я креветки купила, – сообщила она. – Подойдет?

Хельга внимательно посмотрела на нее. И снова увидела в ее лице впечатляющую силу характера. Беспутная девка? Очевидно, что это не так.

– Креветки? Да… хорошо. – Хельга помолчала, потом спросила: – Как рука Дика?

– Без понятия, – бросила Терри, направляясь на кухню.

Хельга поджала губы. Она допила коктейль, встала, подошла к двери кухни. Терри разбирала содержимое пакета.

– Вы давно знакомы с Диком? – спросила Хельга, опершись на косяк.

– Довольно давно, – ответила девушка коротко. – Вам креветки поджарить в панцирях или сделать в соусе?

– Как проще, так и делайте, – бросила Хельга нетерпеливо.

Терри повернулась и посмотрела на нее, лицо ее ничего не выражало.

– Хорошее блюдо без труда не приготовишь, миссис Рольф, – сказала она. – Скажите, как вам нравится, и я сделаю.

– Ну хорошо, в панцирях. Я не голодна.

Терри ссыпала креветки в дуршлаг и промыла холодной водой.

– Дик – ваш парень, Терри? – продолжала расспрашивать Хельга.

Девушка встряхнула креветки, затем высыпала их на полотенце.

– Можно и так сказать.

– А где вы живете?

– Жилье у меня есть.

– Я не сомневаюсь, но где?

– На северной стороне.

Последовала продолжительная пауза, пока Терри обсушивала креветки. Хельга решила не сдаваться.

– Сегодня утром я разговаривала с матерью Дика. Она сказала, что сын съехал из дома. Он остановился у вас?

Терри включила духовку.

– Это имеет значение? – Она достала упаковку риса. – Рис годится? Можно приготовить картофель, если хотите.

– Предпочту рис. – Молчание. – Я задала вопрос: он остановился у вас?

Терри насыпала рис в чашку.

– Вам это интересно, миссис Рольф?

Хельге потребовалось усилие, чтобы обуздать гнев.

– Как ни странно – да. Так он живет у вас?

Терри налила в кастрюлю горячей воды и поставила на огонь.

– Да. Он живет со мной и трахается со мной.

От потрясения Хельга на миг лишилась дара речи. Она вдруг сообразила, что, допрашивая с пристрастием эту девушку, сама нарывалась на дерзость.

– Ваши отношения меня не интересуют, – процедила она ледяным тоном. – Я хочу знать, где он.

Терри посолила воду и стала промывать рис.

– Его мать не говорила о переломе, – нарушила молчание Хельга.

Терри высыпала рис в закипевшую воду.

– Вы не против поужинать немного пораньше, миссис Рольф? – спросила девушка, не глядя на хозяйку. – У меня свидание назначено.

– Вы слышали, что я сказала? – рявкнула Хельга. – Я не верю, что Дик сломал руку!

Терри начала выкладывать креветки на решетку.

– Против лимонного сока не возражаете, миссис Рольф? У некоторых аллергия на лимон. Если вы не переносите лимон, есть соус табаско.

– Терри, сломана у него рука или нет?

– Миссис Рольф, если хотите поужинать, не мешайте мне. Все эти разговоры отвлекают.

Хельга с трудом удержала себя в руках. Она не знала, как преодолеть спокойное, холодное сопротивление этой девицы.

– Я задала вопрос и хочу получить ответ! – резко заявила она.

– Блюдо будет готово через десять минут, миссис Рольф. Извините меня. Я накрою на стол.

Обойдя Хельгу стороной, Терри направилась в гостиную.

Хельга застыла на месте, сжав кулаки. Ей хотелось влететь в гостиную, схватить эту маленькую сучку и влепить ей пощечину. «Надо взять себя в руки, – сказала она себе. – Веду себя как дура».

Хельга прошла в гостиную и, не глядя на Терри, накрывающую на стол, включила телевизор. На экране появилось крупным планом изображение девушки-певицы. Та словно пыталась проглотить микрофон, и, когда она открывала рот, он казался бездонным. Усиленный динамиками резкий голос ворвался в комнату. Хельга поморщилась и убавила звук.

Терри вернулась в кухню. Последовала долгая пауза, в течение которой певичка на экране боролась с микрофоном и издавала звуки, очень напоминающие мартовские кошачьи вопли.

Терри вернулась с блюдом и тарелкой:

– Все готово, миссис Рольф. У вас нет никакого вина. Если бы вы сказали, я бы купила.

Хельга подошла к аккуратно накрытому столу и села.

– Завтра куплю. Выглядит весьма аппетитно. – Она обозрела профессионально приготовленное блюдо с креветками и тарелку с рисом. – Вы, Терри, похоже, очень хорошо готовите.

– Ну, если это все, миссис Рольф, то я пойду, – сказала девушка. – Уберу все завтра.

Хельга, уже овладевшая собой и излучающая ледяное спокойствие, принялась чистить одну из креветок.

– Нет, не все, Терри. Присядьте.

– Извините, миссис Рольф, но я опаздываю. – Она направилась к двери.

– Садитесь! – Хельга попробовала креветку. – Замечательно!

Терри не остановилась.

– Вы слышали, что я сказала? Сядьте!

– Простите, миссис Рольф, я уже опоздала. – Девушка распахнула дверь.

– Сядьте! – рявкнула Хельга. – Если не хотите навещать вашего дружка в тюрьме!

Терри помедлила, затем пожала плечами, сохраняя все то же непроницаемое выражение лица, однако в комнату вернулась и уселась в шезлонг.

«Один ноль в мою пользу, – отметила Хельга. – Значит, мелкий ублюдок что-то значит для нее!» Она проглотила еще одну креветку, сбрызнула рис лимонным соком и подумала, что бокал шабли пришелся бы как нельзя кстати.

– Дик рассказал вам о своих неприятностях? – спросила она, выбирая следующую креветку и усилием воли заставляя себя произносить слова спокойно.

– Говорите, что хотели, миссис Рольф, не тяните, – безразлично бросила Терри. – У меня свидание.

– Креветки чудо как хороши, – сказала Хельга, размышляя. «Ладно, маленькая стерва, что посеешь, то и пожнешь». – Свидание с Диком?

– А вам какое дело, миссис Рольф?

«Очко в ее пользу, – отметила Хельга. – Будь осторожнее».

– Да, у Дика неприятности, – продолжила она. – Вы не задавались вопросом, как ему удалось купить мотоцикл за четыре с лишним тысячи долларов?

Девушка откинулась на спинку шезлонга и скрестила длинные ноги.

– Это его дело. Только те, кому нечем заняться, суют нос в дела других людей.

«Еще очко за ней, – подумала Хельга. – Но у меня припрятан козырь».

– Он не сообщил вам, что украл у меня кольцо, продал его и на эти деньги купил байк?

Она очистила очередную креветку и добавила лимонного сока.

Терри промолчала. Она посмотрела на часы, выпрямилась и приготовилась встать.

– Вы слышали, что я сказала?

– Конечно. И какое мне до этого дело?

– Неужели никакого?

– Хотите что-нибудь еще добавить, миссис Рольф?

– Да. Передайте Дику, что, если сегодня в девять он не явится сюда, его заберет полиция, а я выдвину против него обвинение в краже кольца.

Терри кивнула и встала.

– В девять вечера? Зачем он вам понадобился в такой час, миссис Рольф?

Хельга прикончила последнюю креветку.

– Как зачем? Чтобы произвести уборку. Просто ступайте и передайте ему мои слова. – Она вперила в девушку стальной взгляд. – Если, конечно, не хотите, чтобы он провел ночь за решеткой.

– Позвольте мне тоже кое-что предложить, миссис Рольф. – Терри порылась в кармане брюк, вытащила две мятые бумажки по пятьдесят долларов и бросила их на пол. – Это деньги, которые вам должен Дик. Вы не увидите больше ни его, ни меня. А теперь совет: когда у женщины средних лет свербит в трусах из-за парня, который годится ей в сыновья, хорошо помогает холодная вода. Примите прохладную ванну, миссис Рольф. – И, развернувшись, девушка вышла из комнаты и покинула виллу.

Прислушиваясь к затихающему вдали рокоту мотоцикла, Хельга смотрела на пустые панцири от креветок – столь же опустошенной она ощущала и себя.