Любимец публики

Воспитательница Лариса Григорьевна как-то сказала, что Игоря все ребята в детском саду любят и ходят за ним табуном, потому что он рассказывает им какие-то ужасно интересные истории. Выяснилось, что он пересказывает им истории, которые рассказывает ему за обедом Таня, про шпионов, про пиратов, про обезьянку, которая везла ему из Африки ананас, тайком пробираясь на пароходы, поезда, самолёты; про японскую девчонку, которая ехала со своей мамой к бабушке, но вышла на остановке, а поезд с мамой ушёл, после чего она блуждала по лесам, спасаясь от диких зверей, по чужим городам, попадая к разным людям, испытывая разные превратности судьбы.

Эта история об озорной японской девчонке (как и рассказ про обезьянку и некоторые другие) рассказывалась в течение нескольких дней, обрастая всё новыми приключениями, в результате чего Игорь стал для ребят из детского сада каким-то подобием журнала, в котором печатается увлекательный роман с продолжением.

Как делать слона?

По телефону позвонил из дому Игорь:

— Дедушка, как ты делал из пластилина слона: голову с хоботом вместе или отдельно?

— Я делал голову с туловищем и хоботом вместе.

— А! А я делал отдельно, и он у меня не получился.

— Ты, — говорю, — делай туловище сразу вместе с головой из одного куска, тут же вытягивай хобот и наклеивай большие толстые уши: сразу станет похож на слона.

— А! А! Понимаю! Я кладу трубку.

Сговорчивость

— Летом ты куда на дачу поедешь? — спрашивает Игоря Таня. — Наверно, опять к тёте Оле?

— Наверно, — без особенного энтузиазма говорит Игорь.

Таня. А с нами бы ты поехал на дачу?

Игорь (заметно оживляясь). У! Поехал бы!

Таня. Но у нас, видишь ли, там реки нет.

Игорь. Ну ничего. Будем на пруд ходить.

Таня. Но у нас, знаешь, и пруда-то ведь нет.

Игорь. Ну что ж, будем в лес ходить.

Таня. Да у нас, понимаешь, и леса-то почти совсем нет.

Игорь (почти возмущённо). Что же у вас там?.. Лягушки хоть есть?

Таня. Лягушки есть.

Игорь. Ну ладно, поеду. Будем лягушек ловить.

Поскорее

Я зашёл за Игорем в детский сад, как обещал накануне, к часу дня.

Обычно он одевается медленно, не торопясь, расспрашивая о чём-нибудь или рассказывая о своих делах. На этот раз он как-то странно торопился, тревожно бормоча про себя:

— Я хочу поскорее одеться!

Я вспомнил, что последнюю неделю его брали из детского сада позже обычного, одним из последних. Его волнение и торопливость объяснялись желанием попасть поскорее в домашнюю обстановку.

Подарок

При Игоре записывал что-то авторучкой, которую мне подарил Петя на день рождения. Невольно поймал себя на мысли, что каждый раз, беря ручку, думаю о том, кто её подарил. В это же время Игорь, как бы угадав мои мысли, спрашивает:

— Дедушка, ты рад, что тебе папа подарил ручку?

— Очень рад.

— Это хорошая ручка, правда?

— Очень хорошая.

— Ты её любишь?

— Конечно, люблю.

— Ведь её подарил тебе папа! Ты ею пиши.

— Буду писать.

Всех жалко!

Вечером, перед тем как лечь спать, мы сидим с Игорем за столом и занимаемся рисованием. Я рисовал ему первобытных людей в пещере. Вокруг были разные звери и птицы и, конечно же, мамонт. Один доисторический человек стрелял в мамонта из лука. Увидев это, Игорь сказал:

— Не надо!

Отняв у меня карандаш, нарисовал, как стрела обогнула мамонта, полетела в стоявшего на пригорке оленя, но и у него перед самым носом свернула вверх, полетев в утку, которую он тоже пожалел, в результате чего стрела обогнула утку и полетела вниз. Падая, она опять-таки попадала в мамонта, но обогнула в конце концов его ещё раз и упала на землю.

Смешно!

Игорь сидит в задумчивости. Вдруг громко смеётся:

— Знаешь, это я думал про фашиста, как он прыгал в кино со второго этажа и кости себе переломал.

Первоклашки

Шли по улице. Навстречу нам шла группа ребятишек, построившихся парами.

Игорь говорит:

— Детский садик идёт.

Я заметил, что ребята были постарше.

— Школа, — говорю.

Он говорит:

— Первоклашки.

Дети и абстракционизм

Таня рассказывала Игорю про художников-абстракционистов: как один художник в Америке, вместо того чтоб нарисовать картину, взял поломанный грузовик, набил его гнилыми помидорами, тухлыми яйцами, обмазал томатным соком… (Игорь слушал с несвойственным ему недовольным видом.) Грузовик не влезал в двери музея, поэтому художник поставил его не внутри помещения, а снаружи, у входа на выставку. Всё это он сделал вечером, а утром пришли дворники. Говорят: «Какая гадость! Ещё и воняет!» Прицепили грузовик к тягачу и увезли на свалку. Тут только Игорь в первый раз улыбнулся и сказал:

— Ты мне не про глупости, а про что-нибудь настоящее рассказывай.

Вопрос

— Дедушка, а ветер и воздух — это всё равно?

Немножко не угадал

Смотрели по телевидению отрывок из «Трёх сестёр».

Входит Игорь. Только взглянул на телевизор:

— Это что, Горький?

— Нет, Чехов. Тоже хороший писатель.

— А!

Уловил мораль

Лида рассказывала Игорю историю об одном глупом мальчишке, который прыгал с крыши на крышу.

— Понимаешь, такой дурак! — время от времени вставляла она.

Что-то помешало продолжению рассказа, и Игорь сказал:

— Ну давай рассказывай дальше, чтоб я дураком не был.

Понял юмор

— Лекарство от кашля пил? — спрашивает Игоря Таня.

— Пил.

— Сколько? Ложку?

— Больше.

— Разве ты не из ложки пил?

— Нет. Из бутылки.

— Ты бы ещё из ведра пил!

Смеётся.

Нехорошо сделал!

Игорь рассказывал содержание фильма про индейцев, который недавно смотрел с отцом.

Потом мы с ним стали играть в индейцев, повторяя содержание фильма. Но когда дошли до слов «краснокожая собака», Игорь сказал:

— Не будем играть. Это нехорошо он сделал, что назвал его краснокожей собакой!

Любимое дерево

— Дедусь, ты какое дерево больше всего любишь?

— Пальму.

— А я берёзку. Знаешь, почему? На берёзке больше всего майских жуков бывает и муравьёв.

Драма и комедия

Игорь пришёл к нам и сразу спросил:

— Дедушка, что сегодня по телевидению будет?

— Комедия, — говорю. — Знаешь, что такое комедия?

— Знаю. Это когда смеются.

— А драма?

Махнул рукой:

— Знаю: когда ругаются.

На войне как на войне

Играли в войну. Строили из кубиков крепости. Игорь свою крепость построил покрепче, а я свою сделал с украшениями. Говорю:

— Вот положи ещё эти кубики для красоты.

А он:

— На войне не бывает для красоты.

«Обсинился»

Испачкал синей краской руку и сказал с досадой:

— Обсинился!

Старик

Игорь рассказывает:

— Старик был старый такой, престарый, вот с такой бородой. Двадцать лет ему уже, наверно.

— Да разве двадцать лет — старый?

— Ну, ему уже сто лет, наверно.

Точка зрения

Играет в солдатики. Говорит:

— Из этой точки зрения вылетает самолёт.

В другой раз сказал:

— Самолёт, в конечном счёте, полетел за игрушками.

«Небезногие и небезносые»

— Знаешь, какие змеи противные? — говорит Игорь. — Они без шерсти! Ящерицы лучше. Они небезногие и небезносые.

Довели!

Таня читала Игорю стихи. Спрашивает:

— Ты стихи любишь?

— Нет.

— Почему?

— Да у нас в детском садике что ни праздник, так обязательно стихи учить!

Это самое

Научился у кого-то вставлять между словами «это самое»:

— Что, комары тебя не за… это самое… не закусали?

Краткая рецензия

— Юрий Никулин здорово умеет играть роль жуликов, правда?

«Елочковый» лес

— Игорь, а у тёти Оли на даче какой лес, сосновый?

— Сосновый и елочковый.

«Я и вам привезу»

В лесу выкопали с Игорем два кустика земляники и посадили их я цветочный горшок. Увозя горшок домой, Игорь сказал, что у него вырастет много земляники.

— Вот поешь своей земляники! — говорю я.

— А я и вам привезу. Знаешь, как с молоком вкусно!

Забота о маленьких

Поймали в пруду пиявку. Игорь говорит:

— Брось её лучше под корягу, а то какой-нибудь маленький ребёнок придёт и схватит.

Любитель поспорить

Игорь говорит отцу:

— Папа, а давай с тобой поспорим, что самая сладкая дыня — это «колхозница».

— А чего спорить? Я и так с тобой согласен, что самая сладкая дыня — это «колхозница».

— Нет! всё-таки поспорим! Ну, давай!

Как была съедена дынька

Когда дынька была куплена, её порезали на кусочки, и Игорь разделил кусочки на части: что будет съедено сейчас, что оставлено на вечер, что — на завтра. Потом он сел и съел всё за один присест.

Заведующий всех зверей

Шли с Игорем и Серёжкой в лес, надеясь увидеть белок. Игорь расфантазировался: принялся уверять Серёжку, что у него завтра же могут быть две белки.

— У папы есть знакомый в уруситете (университете). Он заведующий всех зверей. Там есть всякие звери. Там даже тигр есть. Настоящий. Только неживой. Чучело. И даже крысы. Звери вылезают и могут бегать по уруситету.

Утешил

Искал в парке божьих коровок. Я разрывал палкой сухие листья. Игорь нашёл одну божью коровку, но она оказалась раздавленной.

— Это, наверно, я палкой задел, — говорю.

Прошло некоторое время. Игорь говорит:

— Дедусь, ты не думай, что это ты раздавил божью коровку. Может быть, это я ботинком.

— Может быть, на неё кто-нибудь давно наступил, — говорю я. — Тут много народу ходит.

«Никогда-никогда!»

Игорь пошёл в детский сад. Впервые в дошкольную группу. Вернувшись, рассказывает, что у них новая воспитательница, а Лариса Григорьевна и Евгения Анатольевна уже не будут у них «никогда-никогда!».

— Здесь хуже! — говорит он. — Это потому, что я ещё не привык. Но я ведь привыкну, правда?

Он вопросительно глядит на меня снизу вверх. В глазах его светится надежда, что я подтвержу его веру в то, что тяжесть на душе от разлуки с людьми, ставшими близкими, со временем сделается легче.

— Да, — говорю я ему. — Ты привыкнешь.

— Мы будем учиться писать, — продолжает он. — Правда, хорошо? Нам уже принесли доску. А новая воспитательница плохая! Только мы вышли во двор, она наказала всех мальчиков, а мы и не виноваты были! Разве могут быть все виноваты?

«Над чем смеётесь?»

Игорь увидел старую фотографию, где он совсем маленьким снят вместе со мной и своим отцом. Игорь что-то лепечет с серьёзным видом, а мы с Петром отчаянно хохочем.

— Дедушка, ты не помнишь, что я вам рассказывал такое смешное?

— Я и сам бы хотел узнать, миленький, — говорю, — да теперь уж не могу вспомнить.

Оказалось, что он уже спрашивал об этом Таню.

Занятой человек

— Что же ты, Игорек, обещал мне щёточку принести, да всё не приносишь? — говорит Игорю Таня.

— Да всё забываю: то в детский сад надо идти, то спать.

«Упал вдругорядь — уж нарочно»

(Почти по Грибоедову)

Однажды пришёл за Игорем в детский сад пораньше, то есть к концу обеда.

Расправившись наскоро с компотом, Игорь принялся одеваться. Увидев, что за Серёжей пришёл его дедушка, побежал доложить об этом Серёжке, но так как колготки успел натянуть на ноги только до колен, то запутался в них и со словами: «Серёжка, за тобой дедушка пришёл» — упал прямо в дверях, на виду у всех ребятишек, продолжавших обедать. Услышав громкий смех, Игорь поднялся с пола и уже нарочно упал ещё раз. Услышав ещё более громкий взрыв смеха, он поднялся и упал в третий раз и ещё ногами в воздухе задрыгал. Смеялись все, начиная с ребятишек и кончая нянечкой и воспитательницей.

Серёжкин дед молча прятал в седых усах улыбку и с любопытством поглядывал на Игоря.

Что на Кавказе

Возвращаемся с Игорем из детского сада. Он долго идёт молча, не спрашивая ни о чём. Меня интересует, думает ли он о чём-нибудь. Вдруг вопрос:

— Дедушка, а что на Кавказе, на весь Кавказ один дом?

— Почему ты так думаешь?

— А вот в картине «Кавказская пленница» там они в одном доме были.

На него произвело впечатление, что похищенную девушку прятали в отдельном доме, построенном в горах. Я объяснил ему его ошибку, и он вспомнил, что в картине были показаны и другие дома и даже больница, куда мошенники упрятали незадачливого героя. Потом вспомнил, что видел целые улицы и даже город.

Устами младенцев глаголет истина

Игорь самостоятельно прочитал на новом строении широковещательную вывеску: «Пивной бар».

— А что это — пивной бар? — спрашивает.

— Это там, где пьют пиво, — ответил я.

— А что, пиво пьют дядьки, которые хочут пьяными быть?

— Да.

— Лучше что-нибудь другое построили бы! — резюмировал он.

Мудрое решение

Целый вечер мастерили с Игорем вертушки, которые он хотел взять, чтоб раздать ребятам в детском саду. Несколько штук сделали из белой бумаги и одну из золотой. Сначала Игорь сказал:

— Золотая моя будет.

Но, уходя, передумал:

— Золотую брать не буду, а то каждый из ребят будет хотеть её.

«Дрянь такая!»

Шесть раз смотрел картину «Бриллиантовая рука» и каждый раз, когда его спрашивали, понравилась ли картина, отвечал:

— У! Хорошая!

Наконец посмотрел в седьмой раз. Таня спросила:

— Понравилась картина?

— Дрянь, — говорит, — такая!

«Обману»

— Дедушка, дай мне карандаш и резинку, я в детский сад возьму. Если неправильно напишу, обману воспитательницу: сотру резинкой и напишу наново.

Интересно, что стирание резинкой он считает обманом, чем-то вроде подлога.

Который час?

К концу дня пришёл к Игорю в детсад. Ребята играли во дворе, и я издали увидел, как Игорь подбежал к воспитательнице с каким-то вопросом. Она посмотрела на часы и ответила ему. Когда я подошёл, она сказала:

— Неужели ему так не терпится покататься на машине: уже несколько раз прибегал и спрашивал, который час?

— А почему вы думаете, что ему хочется покататься на машине? — спросил я.

— Ну отец-то обычно приезжает за ним на машине, — отвечала она.

— По-моему, Игорь больше любит ездить на метро или в автобусе, — сказал я. — А спрашивает он потому, что ему хочется поскорей увидеть отца, поехать с ним к маме…

Она как-то недоверчиво пожала плечами.

Среди воспитательниц детского сада иногда попадаются странные люди: они не понимают, что ребёнок может просто скучать по родителям, и даже самому естественному душевному движению способны приписывать какой-нибудь корыстный расчёт.

Интригующий вопрос

Как-то Игорь спросил:

— Дедушка, а что у вас бывает, когда меня нет у вас?

Он хотел спросить, что мы делаем, когда он дома. Но вопрос задан в более интересной форме. Обычно, когда он у нас бывает, то всегда что-нибудь бывает: мы лепим из пластилина, рисуем, читаем, играем в прятки, устраиваем под столом дом, играем в солдатики и в другие игры, в том числе и в настольные. Словом, идёт кипучая игровая жизнь. Может быть, он думает, что такая жизнь у нас кипит и без него. Но, может быть, ему пришло на мысль, что без него у нас скука и тишина и не с кем нам без него поиграть…

«Дурохимики»

Тамара уже давно купила набор «Юный химик», и они с Игорем время от времени добывают кислород, водород, углекислый газ, жгут родановую ртуть, делая так называемых «фараоновых змей», делают опыты с горящей в кислороде лучиной и пр. Тамара рассказывает ему об известных химиках, а также об алхимиках, которые соединяли что попало с чем придётся и смотрели, что получится.

Однажды, когда вещества в наборе уже были израсходованы, а у Игоря возникло желание заняться химией, они с Тамарой накрошили мелко огурец и залили его раствором йода. Когда всё это задымилось, и вспенилось, и полезло из пробирки, Игорь сказал:

— Тётя Тамара, мы с тобой как дурохимики, про которых ты говорила.

— Я тебе об алхимиках говорила, — поправила его Тамара.

— А, я спутал! Думал, они дурохимики вроде нас с тобой.

Аш два о

Родители записали Игоря в плавательный бассейн. Когда он явился туда в первый раз, руководительница сразу решила предупредить его, что вода — вещь серьёзная, с которой не шутят и т. д. Начать она решила с вопроса:

— Ты знаешь, что такое вода?

— Знаю: аш два о, — без запинки ответил Игорь.

Услышав такой ответ, руководительница опешила и не нашлась, что ещё сказать о воде и что объяснить Игорю. Потом она рассказала об этом случае Петру и просила его объяснить Игорю, что вода — вещь серьёзная, с которой не шутят, что в бассейне нужно вести себя примерно, слушать руководительницу и т. д.

Скучно

Играли с Игорем дома. Он посмотрел в окно, увидел, что уже темнеет.

Спросил, сколько времени. Узнав, что уже семь часов, спросил:

— А зимой раньше будет темнеть?

Я сказал, что зимой в пять часов уже бывает темно.

— Знаешь, дедусь, когда на дворе темно, в детском саду бывает скучно.

Я сказал, что буду приходить к нему пораньше, до наступления темноты.

Он стал просить прийти за ним завтра пораньше.

— Завтра, — сказал он, — а послезавтра не надо.

Угадал!

Смотрел по телевидению «Каштанку» Чехова. Когда Каштанка начала выступать в цирке, Игорь сказал:

— Вот сейчас придёт старый хозяин Каштанки с сыном!

(Рассказа он не знал.)

Рассказ

Игорь рассказывает:

— Сегодня мы в детском саду гуляли во дворе. Оля Антипова потеряла варежку. А Рита Зыкина нашла и спрятала в карман.

— Для чего же она так сделала? — спрашиваю.

— А чтоб другие искали.

— Может быть, она хотела себе взять?

— Для чего же ей одна варежка? — возразил Игорь. — Просто вредная!

— И часто она у вас так делает? — спрашиваю.

— Нет, потому что ребята ведь не часто теряют варежки.

«Лыжничек»

Были с Игорем в парке. Ребятишки катались на лыжах с небольшой горки.

Игорь на них и смотреть не хотел. Но тут пришёл молодой человек, одетый в яркую фуфайку, пёструю вязаную шапочку — полный спортивный гарнитур. Игорь остановился как вкопанный, чтоб посмотреть, как скатится этот на все сто процентов обмундированный профессионал. А тот только встал на свои новенькие лыжи, тут же и растянулся, извалявшись в снегу.

Игорь только сказал без всякой усмешки:

— Лыжничек называется!

И пошёл дальше.

Знаток пословиц

Прихожу домой из книжного магазина.

— Дедушка, какую ты книгу купил?

— Сборник пословиц.

— А ну прочитай какую-нибудь смешную.

— Откуда ты знаешь, что пословицы бывают смешные?

— Не знаю.

— «Одной рукой трудно развязать узел».

Усмехнулся.

— «На одной ноге далеко не убежишь».

Засмеялся.

— «Одним пальцем не ущипнёшь».

Расхохотался.

Бандура

По телевидению смотрели выступление ансамбля бандуристов. Игорь спросил, как называется этот инструмент, и недоверчиво смеялся, когда я сказал:

— Бандура.

Наверно, думал, что «бандура» — это какое-то смешное слово вроде «драндулет».

Сон

Игорь рассказывал, что видел во сне маленьких оловянных солдатиков, величиной с полспички, как он определил, которые воевали с великаном величиной с карандаш.

«Не пойму!»

Начали смотреть фильм, в котором одни вооружённые солдаты вели других, безоружных, но нельзя было определить принадлежность как тех, так и других к той или иной армии. Игорь смотрел, смотрел, наконец говорит с недоумением:

— Не пойму, кто кого в плен взял: хорошие плохих или плохие хороших!

Приятно слышать

Игорь приходит к нам и прямо с порога:

— Я хочу есть, скорей есть!

Таня. Вот это хорошо. Приятно слышать!

Игорь. Правда?

Плаксивый

Игорь пришёл со двора:

— Папа, знаешь, наш Алёшка с третьего этажа плаксивый какой. Его ребята стукнули головой о землю, он тут же и расплакался.

Почему люди бывают злые?

И вот снова весна, и мы снова на даче. Недалеко от дома, где мы живём, канава, наполненная водой. Проходя мимо, я увидел ребят, ловивших в канаве тритонов. Из калитки вышел старик и стал прогонять ребят.

— Воду мутите! Мы этой водой на огороде огурцы поливаем!

Игорь был очень обрадован, узнав, что в канаве тритоны. Мы с ним поймали парочку. И ушёл на минутку домой за банкой для тритонов, а когда возвращался, увидел издали старуху, которая что-то говорила Игорю. Увидев меня, старуха поспешно скрылась в калитке.

Когда я подошёл, Игорь сказал:

— Дедушка, здесь нельзя ловить тритонов. Бабушка сказала, что в эту канаву течёт вода из уборной.

Я заметил, что у него даже появилось брезгливое чувство к пойманным тритонам.

— Это неправда, — сказал я. — Утром старик прогонял ребят и говорил, что этой водой они поливают свои огурцы. Разве стали бы они поливать огурцы водой из уборной?

Игорь задумался. А когда мы возвращались с пойманными тритонами домой, спросил:

— Дедушка, а почему люди бывают злые?

Говорю:

— От жадности.

И такие люди бывают!

У Игоря мечта завязать дружбу с сидящим на цепи хозяйским сторожевым псом Пиратом. Собрав от обеда остатки, он идёт к собачьей конуре покормить Пирата. Возвращаясь с пустой тарелкой, говорит:

— Дедушка, Пират всё съел и даже не лаял, а смотрел на меня весёлыми глазами и хвостом махал. Я скоро смогу уже его даже погладить. А помнишь, как в первый раз на меня лаял?

— Собака, — говорю, — понимает, кто ей добро делает. Она благодарна тому и любит его. Так же как и человек. Он же не станет делать зло тому, кто сделал ему добро.

— Но ведь и такие люди бывают?!

— Бывают. Редко, правда, но всё же бывают, — приходится согласиться мне.

— А собаки не бывают, дедушка, правда?

— Собаки? Нет, не бывают, пожалуй…

— …Дедушка! Ну, а раз Пират меня полюбил, может быть, ему ещё что-нибудь дать?

— На, отнеси ему сахару.

Положив сахар в карман, Игорь снова идёт к Пирату. Возвратившись, рассказывает:

— Дедушка, Пират съел весь сахар, а один кусочек я незаметно бросил ему в конуру. Пусть, когда я уеду вечером, он найдёт этот сахар, и ему станет весело. Ему же скучно весь день на цепи сидеть!

«Мы с тобой друзья, дедушка!»

На даче у нас с Игорем все дни проходят в работе. Мы делаем из сосновой коры лодочки. Воображая себя доисторическими людьми, лепим из глины горшки, миски, кувшины и, просушив, обжигаем их на костре. Отливаем из свинца средневековые медали, монеты…

— Мы с тобой умельцы, дедушка, — с гордостью говорит Игорь.

Но вот возникает идея сделать парусный корабль: какой-нибудь средневековый фрегат, бригантину или трёхмачтовую каравеллу, на которой Христофор Колумб достиг берегов Нового Света.

Чуть ли не весь день потрачен на выпиливание и выстругивание из бесформенной деревяшки корпуса корабля. Сидя в саду за столом, мы оснащаем корабль тремя мачтами, делаем реи, на которые навешиваем паруса из выпрошенной у Тани тонкой белой материи.

И корабль наконец готов. Оснащённый парусами, которые висят на реях один над другим в три ряда, он действительно похож на готовый тронуться в путь средневековый фрегат.

Игорь поднимает корабль одной рукой кверху, и налетевший порыв ветра вздувает паруса. Другой рукой Игорь обнимает меня за талию. Так, обнявшись, мы несём корабль с наполненными ветром парусами в дом. И Игорь говорит голосом, в котором слышится глубокое чувство:

— Мы с тобой друзья, дедушка!