– Товарищ генерал, я чего-то не пойму, этот Жеребцов действительно такой тупой, или он не представляет, чем мы занимаемся? – спросил Степан Иванович.

– Тупой и не представляет, два в одном, – отозвался Комаров.

– Ладно, ребятки, позлословили и хватит, займемся делом, – произнес Веселов. – Сегодня я встречался с нашим министром, введу вас в курс дела и будем думать, как действовать дальше. Обсуждение длилось долго, дамочки дважды заваривали свежий чай, пока, наконец, генерал не сказал, – заканчиваем, первые шаги наметили, завтра общий сбор в это же время.

Когда все начали расходиться, Веселов придержал Комарова, – скажи честно, Ольга с Забелиным установили прослушку в моем кабинете?

– Почему вы так решили, Андрей Петрович, – деланно удивился подполковник.

– А то я вас не знаю. Уши вам за это надо надрать.

– Во-первых, мы должны все контролировать, потому что действия дурака непредсказуемы. Во-вторых, на нашем месте вы поступили бы также, в-третьих, мы пенсионеров не боимся, – рассмеялся Комаров. – Кстати, телефон Жеребцова слушаем тоже.

– Я так и знал, – вздохнул генерал. – Что-нибудь существенное было?

– Кроме мата, ничего. Он сейчас сидит в квартире и пьет коньяк, который приобрел в супермаркете недалеко от дома.

Веселов только махнул рукой, – ладно, езжай, Наташа, небось, уже заждалась.

Сидя на лавочке в парке, Маслов внимательно слушал генерала. Когда тот закончил, полковник слегка улыбнулся, – ну вы и закрутили, Андрей Петрович. Ушли временно на пенсию, чтобы ввести в заблуждение противника. Кто сейчас возглавил отдел?

– Генерал Жеребцов.

– Хорошо его знаете?

– Лучше бы совсем не знал, – буркнул Веселов.

– Понял, каковы наши действия?

– Вопрос с охраной мэра Тригорска я решу сам, а вас попрошу провести совещание с участковыми. Пусть они выяснят все о новых жильцах, квартирантах и очень аккуратно, очень осторожно присмотрятся к строительным объектам на своих участках. Надо выяснить, не появились ли на них примерно с месяц назад новые рабочие неславянской внешности. Начальника уголовного розыска Головкина выделите нам в помощь?

– Не вопрос. Товарищ генерал, если у вас все, я тогда пойду. Дел невпроворот.

– Конечно, Сергей Петрович. Спасибо за понимание и поддержку.

Веселов достал мобильный телефон, – здравствуй, Петро.

– Здравия желаю, – послышался в ответ веселый голос. – Как поживаете, Андрей Петрович? Давно не виделись.

– Давай встречаться. У тебя как со временем?

– А когда нужно?

– Хорошо бы сейчас и у тебя.

– Тогда я вас жду, товарищ генерал.

Через пятнадцать минут Веселов входил в кабинет вице-мэра Петра Пименова, бывшего ротного разведчика, с которым был знаком еще с Афганистана.

– Что-то вид у вас озабоченный, Андрей Петрович, – произнес тот, пожимая ему руку. – Присаживайтесь, слушаю вас внимательно.

– Я без долгого вступления. По агентурным данным, Петро, в ближайшее время готовятся покушения на глав городов-курортов.

– Ну, ни хрена себе.

– И я о том же. Полагаю, первая акция пройдет в Тригорске. Что собой представляет служба безопасности администрации?

– Это громко сказано, несколько охранников, которые следят за порядком и все. Если надо, приставим к мэру крепких парней.

– Нежелательно. Возможно, за ним уже ведется наблюдение. В таком случае, террористы знают его ближайшее окружение, и появление новых лиц может их насторожить. Поэтому, надо внедрить своих людей, скажем так, в дальнюю охрану.

– Я понял. На первом этаже у входа дежурят двое. Одного из них отправляем в отпуск, а на его место берем своего человека. Рядом с приемной мэра находится холл, туда можно тоже кого-то посадить. Обычно, посетители там ожидают приема, на столике всегда свежие газеты, журналы, рекламные проспекты.

– Годится, – произнес Веселов. – Но у меня нет лишних людей, твои афганцы смогут нам помочь?

– Я подключу Васю Коломийцева. Вы его знаете, парень надежный, внимательный и ответственный, на первом этаже поставлю, тем более, что он сейчас в отпуске и никуда не уехал. Второго тоже найду, но ему придется взять неделю за свой счет, Андрей Петрович.

– Не волнуйся, мы ему оплатим эти дни. Пошли дальше. Самое уязвимое место – служебный вход со двора. Многие сотрудники администрации подъезжают туда на машинах, все свои и охрана не так внимательна. Да и стоит там один пенсионер, сам видел.

– Может, мы его тоже заменим?

– Нельзя. Кто-то из террористов наверняка изучал подходы и тоже учел это, они же не дураки. Скажи, Петро, во дворе можно поставить машину так, чтобы на нее никто не обращал внимания?

– Надо посмотреть.

– Я пришлю своего деда, большого специалиста в этом деле, он сам выберете место, и будет вести наблюдение. Дай-ка я ему позвоню. – Степан Иванович, приветствую тебя. Как поживает язва? Не может ли она снова послужить на благо Отечества? Дед, ты готов заболеть? Тогда подъезжай в администрацию и жди меня возле 505-го кабинета. Петро, у вас установлены камеры наружного наблюдения?

– Хотите просмотреть видеозапись? Но тогда об этом тут же доложат мэру, придется все объяснять. Может, просветим его, товарищ генерал? Он у нас не из пугливых, Лев, все-таки.

– Пока не надо, попробуем пойти другим путем. Я сделаю еще один звонок. Алло, Забелин, как нам просмотреть записи с камер наружного наблюдения на здании администрации, чтобы об этом никто не знал?

– Кто-то из моих ребят наверняка устанавливал там аппаратуру, что-нибудь придумаем, Андрей Петрович.

– Добро, как только получишь запись, подъезжай ко мне с Комаровым. До связи. Петро, ты, чего улыбаешься?

– Молодость вспомнил. И то, как мы вместе обсуждали очередную разведывательную операцию в Афгане. Кстати, я недавно был на море, встречался с Яшкой, то есть с полковником полиции Андреевым. Он мне рассказывал, как вы во время круиза предотвратили аварию на теплоходе.[3]

– Болтун Яшка, а ты не расслабляйся, – буркнул генерал. – Лучше покажи план городских мероприятий, на эту и следующую неделю.

– Он на месяц составляется, но изменения случаются. Мы его рассылаем во все редакции, чтобы журналисты были в курсе и присутствовали.

Веселов быстро пробежался по тексту, – это не то, это тоже, вот… Пресс-конференция, посвященная Дню города. Место проведения – конференц-зал гостиницы «Интурист». Мэр будет?

– Обязательно.

– Чтобы туда попасть, нужна аккредитация?

– Нет, у нас же не Кремль, не Дом правительства, журналисты обычно проходят по своим удостоверениям.

– Ну да, а нарисовать этот документ-раз плюнуть. Времени у нас мало, надо спешить. Можно перенести пресс-конференцию, скажем, на один-два дня?

– Наверное.

– Если понадобится, мы это сделаем в самый последний момент, причину придумаем потом. Я пошел, дед меня, наверное, заждался. Спасибо, Петро, за помощь, будем на связи.

Дав указания Степану Ивановичу, Веселов спустился по лестнице на первый этаж и взглянул на молодого крепкого мужчину, читающего газету.

– Старший брат не дремлет, – усмехнулся про себя. – Как бы они не нарушили наши планы. Не успел генерал об этом подумать, как на его мобильнике высветился номер Никитина, – слушаю вас, майор.

– Уже подполковник.

– Поздравляю, искренне рад. О том, что вы теперь в Тригорском управлении ФСБ служите, слышал, но о новом звании не знал.

– Товарищ генерал, может, пересечемся?

– На предмете чего? Я уже в отставке, так что вряд ли могу быть вам полезен.

– Ну да, вместо того, чтобы пить минеральную водичку, как положено пенсионеру, вы с утра встречаетесь в парке с начальником УВД города, потом час сидите в одном из кабинетов администрации. Андрей Петрович, мы же с вами пересекались по службе, неужели думаете, что я поверил в вашу отставку накануне таких событий.

– Ладно, Иван Алексеевич, – слегка улыбнулся Веселов, – в 16 часов жду вас там же, где был с Масловым. Только отзовите своего парня с газетой, слишком он заметный.

Генерал открыл дверь в дом, – дамочки, я пришел, – по привычке сказал он. Не услышав ответа, прислушался, затем крикнул, – Проша, ты на месте?

– Меня бросили все, я в тоске, – пожаловался попугай.

– Не знаешь, где Аня с Гелей?

– Из парка идут, торт несут.

Веселов вышел на крыльцо и с нежностью смотрел на подруг, которые входили во двор. – Что-то вы, девушки, загуляли, признавайтесь, курортников охмуряли?

– Андрей, мы такое придумали, такое, что решили себя наградить тортом из мороженого, – воскликнула Гелена Казимировна.

– А в пакете что?

– Ну, это так, сухое винцо к тортику, оно слабенькое. Но, если ты против, мы не будем.

– Мои ж вы, золотые, разве я могу возражать, – обнял генерал женщин. – Мороженое после обеда или как?

Подруги переглянулись и дружно ответили: – или как.

– Тогда пошли в дом, ешьте, пейте и рассказывайте.

– В общем, так, – заторопилась Новицкая. – Погуляли мы по парку, а потом направились к театру, чтобы посмотреть репертуарную афишу на месяц. Я вперилась в нее, делюсь соображениями с Анечкой, оглянулась, а ее рядом нет. Вижу, стоит подруга как вкопанная возле забора, огораживающего стройку санатория от театра. Я, конечно, возмутилась, чего это она пялится на доску объявлений и молчит. Потом Аня помчалась дальше к строящемуся пансионату, я за ней, затем, ни слова не говоря, хватает меня за руку и тащит к киоску. Купила газету бесплатных объявлений и начала ее листать. Я в любопытстве и в возмущении, уже собралась щекотать, а она говорит, – Гелька, я знаю, как можно быстро вычислить боевиков на стройке. Ань, теперь рассказывай ты.

– Андрей, с месяц назад мы точно также с Гелей стояли у театра оперетты и изучали афишу. Потом поднялись выше, чтобы посмотреть, как движется строительство санатория и пансионата. Интересно же. Мимоходом прочла тексты на досках «Требуются…». Я тогда еще сказала, что у авторов отсутствует фантазия, объявления абсолютно одинаковые, попробуй, реши, куда лучше устроиться. После вчерашних ваших обсуждений у меня в голове, что-то щелкнуло. Я снова прочла объявления и сравнила их. Пансионату уже не требуются рабочие двух специальностей. Эти строчки были замазаны краской, понимаешь?

– Ты хочешь сказать, что в течение месяца на работу были приняты люди?

– Конечно.

– Анечка, совершенно не обязательно, что это боевики.

– Согласна, но этот принцип можно использовать для их поиска.

– Анька, вот это идея, – воскликнул генерал. – Надо нацелить участковых.

– Подожди, Андрей. Я полистала газету и в разделе «Работа» прочла объявления всех строительных фирм города.

– То есть их можно изучить и сравнить, в ком они нуждались, раньше, а когда перестали, – продолжил Веселов.

– Совершенно верно. Достаточно зайти на сайты газеты.

– Анечка, у меня нет слов. Звоню Сомову, он этим займется, все равно бездельничает.

– Андрей, есть еще аналогичное издание «Из рук в руки». Пусть его изучает Оля Шепель.

– Это ж надо, до чего жена додумалась, – бормотал генерал, нажимая на кнопки телефона. – Ест спокойно мороженое и не понимает, сколько времени и сил она нам сэкономила. Отдав распоряжения, улыбнулся, – Анечка, я пью за тебя, спасибо, родная.

– Ой, да ладно тебе, Андрей, – смутилась та. – Нам с Гелей нужно, чтобы у тебя и ребят было все хорошо, чтобы вас награждали и отмечали, а мы этому будем только радоваться и вам помогать. Правда, Гелечка?

– Правда, Анечка. Ты очень правильно сказала. Это чей телефон дрынькает?

– Кажется, мой, – ответил Веселов. – Я слушаю. Билял, здравствуй, рад тебя слышать. Как дела, как здоровье, горы стоят?

– Спасибо, все хорошо, я по делу.

– Тогда по порядку и с подробностями.

– Вчера днем поехал в поселок и зашел в магазин за продуктами. Смотрю, из него выходит покупательница с большой сумкой. Поздоровался, мы тут все друг друга знаем, потом у продавщицы спрашиваю, – к Амине гости приехали? Та отвечает, – никто не приехал, но она уже второй раз покупает хлеб и консервы, полную сумку загружает. Хотела поинтересоваться, куда ей столько, но не стала. Аминка нелюдимая, все молчком и бочком, забитая что ли. И муж у нее такой же. Говорят, сын у них года два назад пропал, может, от горя такие.

Не понравилось мне это, генерал. На следующий день как стемнело, я возле дома Амины устроил засаду. Он на окраине поселка, наблюдать удобно. Часа три прождал, потом смотрю, из леса вышли двое, постояли, огляделись и к ней. Пробыли недолго, вернулись с сумками и снова в лес. Я немного за ними проследил, хорошо шли, осторожно, даже не разговаривали. Пару раз останавливались, прислушивались. Я побоялся себя выдать и вернулся. А утром отправил Бурана к дому, где жил Глеб Локтев.[4] Он пустует, до сих пор не найду себе помощника, не хотят люди жить в лесу вдали от цивилизации. Решил, что именно там поселились бандиты.

– Подожди, Билял, может это охотники или просто случайные люди.

– Андрей Петрович, ты же сам в это не веришь. Буран кое-что принес, он у меня умный пес, может, не такой как ваша Крыська, – засмеялся Малгозов, – но все равно. Так вот, притащил он в зубах перемазанный землей пакет с остатками еды.

– То есть, они ее закапывают, – пробормотал генерал, – а Буран разрыл яму.

– Ну, да, охотники обычно собирают мусор и сжигают, что не горит, уносят с собой. А случайные люди редко за собой тщательно убирают.

– Билял, фамилию Амины знаешь?

– Камаева.

– Возраст?

– Лет сорок, может, чуть больше.

– Спасибо, очень ценная информация. К дому бандитов не приближайся даже за километр, походи по поселку, по турбазе, послушай, что говорят люди. Будут новости, сообщай. Билял, возможно, на связь с тобой выйдет человек. Если скажет, что от меня, помоги. Дамочки шлют привет. До свидания.

Веселов взглянул на подруг, которые выжидательно смотрели на него. – А чего это вы такие грустные? Торт умяли и не повеселели? С довольным видом он вышел из гостиной и набрал Громова. – Саша, привет, ты уже работаешь с нами?