– По-моему, Андрей Петрович мы в них уже участвуем.

– Это и погано. Ладно, ты отслеживай ситуацию с Черепановым, а я поеду домой и отправлю наших дамочек на разведку. Надо сестру Авилова искать. Как только ее разыщем, с парнем начнем работать.

– Как вы меня нашли? – спросил Черепанов, усевшись на заднее сидение «Нивы».

– Ваше местонахождения вычислили не только мы, – откликнулся Дубинин. Сюда уже спешат те, от кого вы прячетесь, Валерий Алексеевич.

– Что будем делать, старлей? Отрываться? – встревожился Романов.

– Не, будем ехать спокойно, нам светиться ни к чему, номер машины мы уже знаем, Федор на джипе их отсечет и остановит.

– А если начнут стрелять, он один не справится.

– Еще как справится, – ухмыльнулся Дубинин. – У него джип с таким прибамбасами, что будь здоров. Вот они, голубчики, нарисовались, едут нам навстречу. Валерий Алексеевич, пригнитесь, на всякий случай. Алексей вытащил из кармана куртки зазвонивший мобильник. – Да, Федор. Понял. Антонина Матвеевна знает? Отлично. Тогда до связи. Ну что, Федя на подходе, место укрытия для нашего беглеца готово, – довольным голосом сообщил Дубинин.

– Оно надежно? – спросил Романов.

– А то, мы там прятали генерала, когда на него совершили покушение,[3] и еще одного хорошего дядьку. Это Дом престарелых, никому и в голову не пришло туда заглянуть. Там работает наша боевая подруга Антонина Матвеевна в чине помощника директора, так что все будет нормалек.

– Алексей, как удалось номер машины узнать?

– Точно не могу сказать, но предполагаю, что Федина агентура сработала. Перед поворотом на Заречный, на трассе деревенские бабки продают молоко, сметану и все-такое прочее. Они очень внимательные, мимо них и мышь не проскочит, чуть что, сигнализируют своему участковому. Они Федора уважают. Кстати, Валерий Алексеевич, вас в кафе тоже срисовали, когда вы коньяк и шампанское покупали. С людьми надо разговаривать, откликаться на их жалобы, вникать в их проблемы, тогда и они помогают.

– Алексей, вы, наверное, были хорошим участковым, – произнес Черепанов.

– А то, всегда отмечали как лучшего. Мне нравилась эта работа, особенно интересно было общаться со стариками. Они такие смешные. Немножко наивные, доверчивые, добрые. Вредные тоже попадались, но все равно…

– А почему тогда ушел?

– Я хочу быть генералом, а участковым такое звание не присваивают, – засмеялся Дубинин. – Ты посмотри, ваши преследователи, Валерий Алексеевич, возвращаются. Быстро управились.

– Наверное, соседи им сообщили о нашем отъезде, – сказал тот. – Я-то в доме был один, друг с женой на работе, а их сыновья в школе.

– Не беда, вижу джип старлея, теперь пусть он сам с ними разбирается. А мы нажмем на газ, – улыбнулся Алексей. Выехав на трассу, он остановил машину, вышел из нее и позвонил Климову, – Федя, как дела? Водитель копается в моторе, а двое стоят и матерятся? Это хорошо, но они нашу «Ниву» засекли. Как бы их направить по ложному следу? Отлично, тогда звони Матрене Степановне, а мы поехали дальше.

Веселов с аппетитом ел украинский борщ и посматривал на подруг, которые сидели рядом и молчали.

– Андрей, говори уже, зачем приехал средь бела дня, – не выдержала Гелена Казимировна.

– Я что, не могу явиться домой на обед? – деланно возмутился он. Чем вы недовольны, или хахалей прячете в шкафах.

– Не морочь голову, – сказала Анна, – тебе что-то нужно от нас?

– Ну, что за жена, ничего от нее не скроешь, – вздохнул генерал.

– Андрей, мы тоже участвуем в операции? – обрадовалась Гелена Казимировна.

– Вот за что тебя люблю, Геля, так это за готовность бежать и помогать, хоть иногда ты бываешь просто несносной.

– Конечно, несносная, потому как не на сносях, – хихикнула та. – Ладно, рассказывай, что надо делать.

– Вот два адреса, на улице Пироговской 41, в шестой квартире проживает Константин Авилов с женой и маленьким ребенком. Нужно узнать как можно больше об этой семье. А в переулке Конечном 8 снимает комнату его сестра Лиза, студентка медучилища. О ней тоже нужна информация, девушка пропала, у нас есть подозрение, что ее могли похитить. Но будьте осторожны, возможно, за домами сестры и брата следят. Мы не можем туда послать оперативников, так как наши противники-профессионалы и могут насторожиться. Вот такая задача, – вздохнул генерал.

– Не волнуйся, Андрей, мы все сделаем, как надо, я возьму с собой диктофон, положу его в сумочку, чтобы записать наши разговоры, – произнесла Анна Сергеевна. – А Геля придумает свой выход с котом. Подруга, ты чего молчишь?

– Да я никак не могу вспомнить, в каком доме на Пироговской живет одна моя хорошая знакомая. Как к ней пройти знаю, а номер дома забыла. А может, я его и не знала.

– Гелечка, она там давно живет? – спросил Веселов.

– Сто лет в обед.

– Тогда посмотри в телефонном справочнике, там адрес должен быть.

– Вот ты умный, Андрей, не зря тебя в генералы произвели, а я не догадалась, потому и хожу в рядовых, – пробормотала Гелена Казимировна, листая справочник. – Есть, нашла, оказывается, Верка живет в том самом доме. Вот уж повезло, так повезло. Она пенсионерка и целыми днями на лавочке с подружками просиживает и посплетничать любит. В общем, так, Ань, мы с тобой вроде бы болтаемся по магазинам, там рядом ломбард, можем туда заглянуть. И проходим мимо Веркиного двора.

– Гелечка, я поняла, но вдруг твоя знакомая не сидит на лавочке, вдруг заболела.

– Тогда, на всякий случай, я ее дочери позвоню, она продавщицей в супермаркете работает. – Але, Леночка, это тетя Геля. Сразу узнала, вот и молодец. Ну, признавайся, что вкусненького поступило у вас в продажу. Ничего особенного? Как там мама, не болеет? А чем занимается? Ну ладно, привет ей передавай. Ломбард возле вас еще не закрыли, а то я хочу с подружкой туда прошвырнуться. Правда? Спасибо за информацию, до свидания, детонька. Я ж говорила, что Верка на лавочке сидит, ее дочка подтвердила. Ань, давай в ломбард все-таки зайдем, надо же свою легенду подтвердить.

– Гелечка, у меня нет слов, – улыбнулся Веселов. – Ты у нас настоящая разведчица.

– Ха, ты меня в молодости не видел, всех парней дурила пока своего Ленечку, царство ему небесное, не встретила. Ань, мы чего сидим, собирайся. Я пошла переодеваться и шляпку выбирать.

– Андрей, чтобы время не терять, пусть нас Забелин к Пироговской поближе подбросит, а сам потом по Конечному проедет, я даже не знаю, где этот переулок находится, – произнесла Анна Сергеевна. – К походу туда надо подготовиться заранее.

– Хорошо, но лучше я Сомова с Ольгой сначала пошлю, они переулок на камеру снимут. Сейчас им позвоню, подожди, я тебя еще не поцеловал. Крыська, отвернись и не подсматривай. Та фыркнула, – надо делом заниматься, а Андрей амурничает. Хотя, если бы Фоменко приехал по работе, она бы тоже к нему прижималась. Слегка закатив глаза от приятных воспоминаний, собачка все-таки тявкнула.

– Крыся, ты чего, хочешь участвовать в операции? – спросила Анна. Та кивнула головкой, – что же она зря здесь сидела и всех слушала.

– Потерпи, девочка, как только наши дамочки вернутся с задания, мы рассмотрим твою просьбу, – сказал генерал. Аня, торопись, через пять минут здесь будет Забелин.

– Гелечка, по-моему ты одна в Тригорске носишь шляпки и меняешь их каждый день, – заметил с улыбкой Веселов, усаживаясь в джип.

– Это я так привлекаю к себе внимание мужчинок, пусть восхищаются, – хихикнула та.

– Не боишься, что тебя вместе со шляпкой похитит какой-нибудь принц?

– А чего меня похищать, я сама готова оказаться у него в плену. Только они что-то к нам не приезжают, наверное, прынцесы всех разобрали.

– Нет, они просто боятся женихов сюда отпускать. Перед вами же никто не устоит, – откликнулся Забелин.

– Максим, ты пообщался с официантами? – спросил генерал.

– Да, Черепанова в ресторане знают, он у них частый клиент. В тот вечер пришел и сел на свое любимое место. А там столы отделены невысокими перегородками, чтобы посетители чувствовали себя более комфортно и уединенно. Так вот, за соседней перегородкой трапезничали трое мужчин, один шатен, ему за сорок и двое помоложе, но не намного. Оба темноволосые, похоже, кавказцы. Когда появился Черепанов, они уже сидели за столом и потому его не увидели. Как сказала девушка, которая их обслуживала, клиенты негромко беседовали, но иногда спорили и повышали голос. Вероятно, помощник что-то такое услышал и сбежал, но чем-то выдал свое присутствие. Я вместе с официанткой просмотрел видеозапись с камеры, установленной на здании ресторана, никто из них через главный вход не входил. Полагаю, мужчин впустили через служебный. Будем выяснять, кто это сделал?

– Не надо, – ответил Веселов, – если это наши коллеги, то они могли предъявить свои корочки и войти. Их фамилии вряд ли запомнили впопыхах. Фоторобот можно составить?

– Только на одного, он заказывал блюда и рассчитывался, остальные при появлении официанта внимательно читали меню или ели, опустив головы. Быстро вошли и также вышли.

– Тогда фоторобот нам ничего не даст. Организатор этой встречи знал, что тот чист, и по нашим базам не проходит. Значит, не из силовиков, и не из братвы. Громов не звонил?

– Молчит. Но вы же знаете Сашу, пока все не проверит и не прокачает ситуацию, ничего не сообщит.

– Максим, ты его проинформируй о встрече в ресторане. Дамочки, вы, что там притихли, вам не пора на выход?

– Пора, – засуетилась Гелена Казимировна, – Максимушка, выпусти нас вон на той остановке.

Подруги вышли из машины, – Анечка, по-моему, нашим ребятам досталось трудное дело.

– Им легкие не поручают, – вздохнула Истомина. – Я предлагаю сначала посетить ломбард, чтобы не делать вид, будто мы туда топаем.

– Давай, может, какую побрякушку там купим, – обрадовалась Гелена Казимировна.

– А то их у тебя мало.

– Для достоверности надо.

Анна Сергеевна с нежностью взглянула на подругу, – ну чистый ребенок. – Ладно, что-нибудь выберем.

Покинув ломбард, они не торопясь шли по улице. – Анечка, мы уже приближаемся к цели, – зашептала Гелена. – Кажется, Верка у входа во двор стоит. Хоть бы она первой нас заметила.

– Не волнуйся, не пропустит.

– Гелька, ты что ли? – услышали подруги и обернулись на голос сухонькой женщины.

– Веруня, а я тебя и не заметила, хорошо, что встретились, – защебетала Гелена Казимировна. – А чего это ты на улице стоишь, а не на своем посту сидишь?

– Так тебя выглядываю. Мне дочка звонила, спрашивала, что к ужину принести и сказала, ты вроде ломбардом интересовалась, я и подумала, что мимо нашего двора не пройдешь. Купила что? Покажешь?

– Покажу, познакомься, это моя подружка Аня.

– Очень приятно, – церемонно произнесла женщина и протянула руку.

– Мне тоже, – улыбнулась Анна Сергеевна.

– Так чего мы здесь стоим, – спохватилась Вера, пойдемте на лавочку. Посидим, поговорим, я тебя, Гелька, сто лет не видела. Ну, показывай покупку.

Та открыла сумку и достала коробочку. – Смотри, серебряный браслетик с бирюзой, правда, симпатичный? К моему серому платью очень подходит. Ань, покажи свою шкатулочку, она тоже из серебра, для хранения колечек предназначена. Видишь, какая ажурная. Нравится?

– Ничего, – с завистью сказала Вера.

– Ой, Веруня, я же тебе подарочек приготовила, давно хотела зайти, вот и таскаю его с собой, – засуетилась Гелена Казимировна и протянула небольшой пакет.

– Шарфик, голубенький, и шерсть тонкая, очень красивый. Мне под плащ в самый раз. Ну, угодила, спасибо, – растаяла женщина.

– Носи на здоровье. Рассказывай, как ты живешь, чем занимаешься?

– Живу, как все пенсионеры, на лавочке сижу, за порядком слежу.

– А чего за ним следить, у вас тут все спокойно, – заметила Гелена.

– Ну, не скажи, новые люди появляются, одни квартиру купили, другие комнаты снимают. Надо же знать кто чем дышит.

– И чем же они дышат? – засмеялась Анна.

– В доме напротив дня три или четыре назад двое мужиков поселились, квартиру сняли. Странные какие-то, на работу не ходят, на месте сиднем сидят, только в магазин два раза выскакивали.

– Да ладно тебе, приехали мужики на курорт, вот и отдыхают от забот, отсыпаются, – сказала Гелена.

– Вот именно, отсыпаются. Я вот думаю, может они геи? – Баб не водят, по ресторанам не шляются, водку не пьют.

– А ты откуда знаешь?

– Так Людка Черненкова говорила, она с ними на одной площадке живет. Ой, здравствуй, Аленка, – поприветствовала Вера молодую женщину с коляской. – Гуляла со своим ангелочком? И правильно, дочке полезно свежим воздухом дышать. Проводив ее взглядом до подъезда, вздохнула, – это Аленка Авилова, хорошая женщина, приветливая, подельчивая, а все равно семью разрушила.

– Она что, мужа из семьи увела? – поинтересовалась Анна Сергеевна.

– Нет, тут другая история случилась. Костя Авилов из шестой квартиры жил с родителями и сестрой Лизой. Она его лет на семь младше. Очень ее любил, в ясли-садик водил, даже в спортзал с ней ходил. Пока тренируется, Лизка в уголочке сидит, за братом наблюдает. Родители челноками были, контейнер купили и целыми днями на рынке пропадали. Потом беда случилась, убили их, то ли из-за денег, то ли из-за товара. А тут пришла пора Косте в армию идти. Куда Лизку девать? Родных нет, опека ее в детдом определила. Костя так переживал, так убивался. Не знаю, сам придумал, или кто посоветовал, но он добился, чтобы сестру в наш Тригорский детдом отдали, он же рядом. И еще договорился, чтобы Лизка там числилась, а жила в своей квартире. Известно, как договорился, деньжата в семье-то водились, – поджала губы Вера. – Правда, к девчонке два раза в неделю наведывалась воспитательница, проверяла, как учится, как себя ведет, с соседями беседовала. Но Лизка молодец, ничего не могу сказать, одни пятерки в школе получала, спортом занималась, и вела себя примерно. Костя ей каждый день письма писал, очень за нее беспокоился. Она нам их читала. А уж когда из армии вернулся, радости не было конца. Он сразу на работу устроился, ни в чем сестре не отказывал, сам в старых джинсах ходил, а ее как куклу одевал. Когда Лизка школу окончила, брат женился, а она поступила в медучилище и стала жить отдельно, где-то комнату снимает. Уж как Костя этого не хотел, но сестра настояла. У нее тоже характерец, будь здоров. Он Лизе помогает, каждый месяц деньги дает, она их не тратит, откладывает на учебу в институте.