Джейми заранее всех известил, так что к нашему приходу основательно подготовились. Мы с Джейми поживем у Бобби и Эми Хиггинсов, Йен и Рэйчел – с Макдоналдсами, молодой парой, живущей вблизи Риджа, а Дженни, Фрэнсис и Жермена пока приютит вдова Макдауэлл, у которой нашлась свободная кровать.

В первый же вечер в нашу честь устроили скромный праздник, и с утра мы снова почувствовали себя частью Фрэзер-Риджа. Джейми ушел в лес и, вернувшись к закату, сообщил, что его тайный запас виски цел. С собой он принес маленький бочонок, чтобы выменять напиток на нужные для обустройства дома вещи – когда у нас, конечно, будет свой дом.

Как я и говорила, Джейми начал подготовку к строительству нового жилища еще до отъезда – выбрал хорошее место у широкой пещеры прямо под гребнем горы. Располагалось оно на ровной возвышенности и благодаря стараниям Бобби Хиггинса очищено от леса. Бревна для сруба уже заготовили, рядом с ними лежала куча больших камней для фундамента.

Джейми предстояло проследить, что стройка идет – точнее, начинается – по плану, и обойти всех жильцов Риджа, выслушивая их новости и делясь своими. Таким образом он восстанавливал статус основателя и хозяина Фрэзер-Ридж.

Для меня же первым пунктом стояла уздечка Фанни. Пару дней я раскладывала вещи и в особенности мои медицинские принадлежности, попутно болтая с женщинами, которые заглядывали в хижину Хиггинсов – ту самую, которую построили Джейми с Йеном, нашу первую хижину. Закончив с этим, я созвала помощников и приступила к делу.

***

– Бедняжку после такого всю жизнь будет тошнить от виски. – Джейми с тревогой бросил взгляд на чашку с жидкостью янтарного цвета, которая соседствовала на подносе с ножницами для рукоделия. – Может, лучше эфир?

– В каком-то смысле да, – ответила я, опуская кончики ножниц в другую чашку – с чистым спиртом. – Если бы я проводила френэктомию, то без эфира не обошлось бы. Однако вещество это опасное, и я имею в виду не только угрозу взлететь на воздух. В случае Фанни предстоит лишь рассечение уздечки. По крайней мере, с нее я начну. Процедура очень простая, займет всего пять секунд. К тому же Фанни не хочет находиться под наркозом – похоже, не доверяет мне. – Я улыбнулась девочке, сидевшей на скамейке у огня. Она с серьезным видом разглядывала лекарства, но в этот момент резко обернулась и удивленно посмотрела на меня карими глазами.

– Нет. Я вам довевяю, – не слишком понятно сказала она. – Пвосто хосю посмответь.

– Прекрасно тебя понимаю, – заверила я ее, подавая чашку с виски. – Набери побольше в рот и держи под языком так долго, как сможешь.

Небольшой прижигатель с обернутой крученой шерстью рукояткой нагревался на противне Эми. Правда, от него пахло колбасками, но я решила, что это не страшно. На всякий случай я подготовила хирургическую иглу и вставила в нее шелковую черную нить.

Уздечка – это тонкая полоска эластичной ткани, соединяющая язык с дном ротовой полости, и у большинства людей она находится как раз в таком месте, чтобы язык мог совершать все сложные движения в процессе говорения и принятия пищи. Фанни же родилась с уздечкой, которая была слишком удалена от правильного места, поэтому ее язык плохо работал. Хотя девочка каждый вечер перед сном чистила зубы, у нее часто пахло изо рта, потому что она не могла языком вычистить остатки еды, застрявшие между щекой и десной или под самим языком.

Фанни шумно сглотнула и закашлялась.

– Как… квепко! – Глаза девочки заслезились, однако она послушно сделала еще один глоток. Пропитанная виски уздечка чуть-чуть онемеет, а рот будет продезинфицирован.

Снаружи доносились крики Эйдана и Жермена; Дженни и Рэйчел тоже хотели присутствовать на операции.

– Пожалуй, лучше выйти на улицу, – сказала я Джейми. – Здесь все не поместятся, тем более с Оглторпом. – За последние недели живот Рэйчел так увеличился, что мужчины повсюду уступали ей дорогу, обходя кругом, будто тикающую бомбу.

Мы взяли поднос с инструментами и устроились на скамейке у входа. Эми, Эйдан, Орри и малыш Роб окружили Джейми, которому я поручила держать зеркало – чтобы осветить рот Фанни и чтобы девочка на самом деле могла наблюдать за процессом.

Из-за Оглторпа Рэйчел не могла ассистировать, так что мы провели небольшую перестановку в рядах помощников: Дженни взяла зеркало, а Джейми усадил Фрэнсис на колени и обнял. Жермен с важным, как у служки в церкви, видом подавал чистую ткань, Рэйчел же села рядом с подносом и протягивала нужные инструменты.

– Все хорошо, милая? – спросила я у Фанни.

Глаза у нее были круглые, как у ослепленной солнцем совы, рот слегка приоткрылся. Тем не менее она меня услышала и кивнула. Я забрала пустую чашку из ее слабенькой руки, чтобы Рэйчел налила еще виски.

– Дженни, зеркало. – Я встала на колени в траву у скамейки, и после нескольких попыток мы сумели поймать отражение солнечного луча и направить его в рот девочки. Я достала ножнички из спирта и вытерла их, затем левой рукой приподняла язык Фанни.

На все ушло не больше трех секунд. Уже несколько раз я внимательно осматривала ее рот, заставляя Фрэнсис высунуть язык как можно дальше, и прекрасно знала, где он соединяется с уздечкой. Два быстрых надреза – и готово.

Фанни изумленно пикнула и дернулась в руках Джейми, однако острой боли, похоже, не испытала. Правда, рана сильно кровоточила, и я быстро наклонила голову девочки вниз, чтобы она не захлебнулась.

Я быстро обмакнула заранее приготовленный компресс в виски и, взяв Фанни за подбородок, подняла ее голову и засунула компресс под язык. Вот тогда она издала приглушенное «Ай!», но я сжала девочке рот, заставляя давить языком на спиртовой тампон.

Пока я про себя считала до шестидесяти, все вокруг затаили дыхание. Если кровотечение не остановится, придется зашивать разрез, что довольно трудно, или прижигать, что очень больно.

– …пятьдесят девять… шестьдесят! – вслух закончила считать я и заглянула в рот Фанни: компресс пропитался кровью, однако не сочился. Я сменила его на чистый и снова молча посчитала до шестидесяти. На этот раз на тампоне осталось лишь несколько пятен, значит, кровь почти перестала течь.

– Ура! – воскликнула я, и все радостно закричали. Фанни, качнув головой, скромно заулыбалась. – Держи, солнышко. – Я подала девочке чашку с остатками виски. – Знаю, будет жечь, и все же постарайся допить как можно медленнее, чтобы попало на рану.

Она довольно быстро справилась с заданием и как-то покачнулась, хотя и сидела.

– Пожалуй, лучше уложить девчушку в постель. – Джейми встал, прижимая Фрэнсис к себе.

– Ты прав. Я потом зайду проведать ее: голова должна лежать высоко, чтобы кровь, если что, не пошла в горло.

Сказав это, я хотела поблагодарить зрителей, но тут Фанни меня опередила.

– Миссис… Фрэзер? – сонно пробормотала она. – Я… сп… с… – Кончик ее языка высунулся изо рта, и девочка с изумлением на него посмотрела. Раньше у Фрэнсис так не получалось, и теперь она водила им из стороны в сторону – язык напоминал змею, осторожно выбравшуюся из норы на воздух. – С… – Девочка нахмурилась в попытке сосредоточиться. – Спа-си-БО!

На глазах у меня выступили слезы, но я сдержала эмоции и погладила ее по голове.

– Всегда пожалуйста, Фрэнсис.

Она улыбнулась мне – сонно, едва заметно – и уже через секунду уснула, положив голову на плечо Джейми. Тонкая ниточка кровавой слюны тянулась к его рубашке от губ девочки.