Мы услышали выстрелы вскоре после рассвета. Джейми бросил бриться и замер, прислушиваясь к неравномерному грохоту вдали. Артиллерия подобралась совсем близко, звук эхом отдавался внутри тела, побуждая бежать. Джейми отложил бритву и уперся ладонями в столик для умывания. Наверное, чтобы руки не тряслись.
– Стреляют из пушек на кораблях, – тихо сказал он. – А на юге регулярная артиллерия. Да поможет Бог генералу Хау и его людям. – Джейми перекрестился и взял бритву.
– Они далеко, как думаешь? – Я продолжила надевать чулки и теперь медленно затягивала подвязки.
– Отсюда трудно сказать. – Джейми покачал головой. – Чуть позже схожу выясню.
– Ты куда-то собираешься? – с тревогой спросила я. – Не на работу же? – Склад Фадлера, где Джейми являлся старшим служащим и надсмотрщиком, находился прямо у реки.
– Нет, – коротко ответил, – но думаю пойти за Марсали, ребятами и моей сестрой. Фергус отправится разведать обстановку, а я не хочу, чтобы они оставались без мужчины. – Джейми поджал губы. – Особенно если в город нагрянут солдаты.
Я не смогла вымолвить ни слова и просто кивнула. Стоит только представить, что может случиться во время вторжения… К счастью, я не испытывала подобного на собственной шкуре, зато видела немало фотографий и отрывков из кинохроники – никаких иллюзий у меня не осталось. Уже появились сообщения об одной британской роте под командованием майора Превоста: солдаты нападали на поселения близ Санбери, угоняли скот, сжигали амбары и фермерские дома. А Санбери от нас не так уж далеко, это беспокоило.
После ухода Джейми я еще немного повозилась, не зная, с чего начать, но в итоге собралась с мыслями и решила заглянуть в свою приемную. Надо было спрятать самые ценные инструменты – не то чтобы среди них вообще имелось что-либо ценное, ампутационные пилы не пользовались спросом на черном рынке (во всяком случае, пока что…), а лекарства и запасы пригодятся, если…
Резко прервав собственный ход мыслей, я осмотрела нашу скромную комнатушку. Сейчас здесь остались только основные и скоропортящиеся продукты вроде муки и масла; все остальное, подлежащее долгому хранению, мы спрятали под полом моего медкабинета. Если Марсали, Дженни и дети пробудут с нами какое-то время, лучше принести какую-нибудь еду из тайника.
Я взяла самую большую корзину, спустилась вниз и постучалась к Рэйчел. Она сразу открыла и уже была одета.
– Йен пошел с Фергусом, – сообщила Рэйчел, хотя я даже не успела ничего спросить. – Ввязываться в драку с народным ополчением он не хочет, но Фергус – его брат, и Йен должен убедиться, что с ним все будет в порядке. Я не стала возражать.
– А вот я бы возразила, – честно призналась я. – Еще как возразила, будь в этом какой-либо толк. Я собираюсь в приемную, составишь мне компанию? Джейми пошел за Дженни, Марсали и ребятами, вот и я подумала, что надо бы забрать оттуда еды.
– Сейчас, только возьму корзинку.
Улицу заполнили люди, большинство покидали город, запасались продуктами или тащили повозки, некоторые промышляли мародерством – я видела, как двое мужчин разбили окно в большом доме близ площади Эллис и забрались внутрь.
Мы дошли до приемной без происшествий. У входа стояли две проститутки, которых я знала и представила Рэйчел – ее это знакомство почти не смутило, тогда как они заметно беспокоились.
– Нам бы, миссис, чего-нибудь от сифилиса да побольше, – попросила крепкая ирландка Молли.
– У вас, скажем так, кожные высыпания? – Я открывала дверь, прикидывая, хватит ли нынешнего запаса пенициллина, чтобы подействовать.
– Нам не важно, подействует оно или нет, – ответила Айрис, очень высокая, очень худая и очень чернокожая девушка. – Мы собираемся продать все солдатам.
– Понятно, – довольно бесстрастно отозвалась я. – Что ж, тогда…
Я отдала весь пенициллин в жидкой форме, не взяв с них платы, себе же на всякий случай оставила порошковую плесень и остатки сыра рокфор. Я не представляла, чем заняты Йен с Фер-гусом, и от этого становилось страшно. Артиллерийские выстрелы на время затихли (или сменилось направление ветра), однако возобновились, когда мы шли домой, пряча корзины под накидками, чтобы у нас ничего не стащили.
Вернулся Джейми, а Марсали, Дженни и дети взяли с собой столько одежды, еды и постельного белья, сколько смогли унести. Некоторое время в доме царила суматоха, но часам к трем мы уже пили чай. Джейми отказался принимать участие в размещении родни, сославшись на какие-то непонятные «дела», зато явился обратно, как всегда, вовремя – к десерту – и принес огромный джутовый мешок моллюсков, бочонок муки и лишь малую толику новостей.
– Битва окончена, – сообщил он, высматривая место, куда положить моллюсков.
– Да, выстрелы затихли. Что произошло? – Я взяла у Джейми мешок, высыпала моллюсков в пустой котелок (они упали в него с громким стуком) и залила ведром воды. Постоят до ужина.
– То, о чем я предупреждал генерала Хау, – ответил он без какого-либо довольства своей правотой. – Кэмпбелл – я имею в виду британского подполковника Арчибальда Кэмпбелла – окружил войска Хау, и они угодили в ловушку. Не знаю, что он с ними сделал, но войска предположительно займут город еще до наступления ночи.
Женщины посмотрели друг на друга и заметно расслабились. Это была хорошая новость, ведь оккупировать города британская армия умела на славу. Конечно, местным жителям не нравилось размещать у себя военных и отдавать свои припасы, но для поддержания общественного порядка нет ничего лучше жизни рядом с военными – с этим не поспоришь.
– Значит, мы будем в безопасности, раз солдаты здесь? – уточнила Джоани. У нее, как и у других ребят, глаза горели от волнения, и она внимательно следила за разговором взрослых.
– Практически, – ответил Джейми, но поймал взгляд Марсали, и та скривилась. Да, мы сами будем в порядке, несмотря на нехватку еды, которая продлится, пока квартирмейстеры не наведут порядок, а вот Фергус и Бонни – совсем другое дело.
– Хорошо, что мы еще не начали издавать «Оньё» – пока печатали только листовки с плакатами и пару религиозных брошюр. Думаю, ничего страшного не случится, – храбро добавила Марсали, после чего погладила темные волосы Фелисити, чтобы подбодрить саму себя.
Из моллюсков получилась похлебка – жидковатая, так как молока было мало. Для густоты мы раскрошили туда сухого печенья, а уж масла имелось в достатке. Мы как раз накрывали на стол, когда на лестнице послышались шаги Йена и Фергуса – они вернулись взволнованные и с морем новостей.
– Все благодаря одному черному рабу, – сообщил Фергус, засовывая в рот кусок хлеба. – Mon Dieu38, умираю от голода! Весь день ничего не ели. Этот человек пришел в лагерь британцев вскоре после начала столкновения и предложил показать им тайный путь через болота. Подполковник Кэмпбелл отправил туда полк горцев, мы слышали волынки. Напомнило битву при Престон-панс.
Он ухмыльнулся Джейми, и я вновь увидела в Фергусе тощего десятилетнего сироту верхом на захваченной пушке. Он проглотил хлеб и запил его водой – ничего другого на столе пока не было.
– Так вот, горцы и другие пехотинцы пошли за рабом через болото и окружили солдат генерала Хау, которые сбились в кучу, не зная, с какой стороны ждать атаку.
Еще одну пехотную роту Кэмпбелл отправил к левому флангу Хау – «в показательных целях», как выразился Фергус, размахивая рукой так, что посыпались крошки.
– Армия Хау отвлеклась на это наступление, тогда-то горцы и напали с другой стороны. И voilà! – Фергус щелкнул пальцами.
– Сомневаюсь, что Хау оценит поступок того раба, – вставил Йен, зачерпывая похлебку. – Хотя должен бы. Он потерял не больше тридцати-сорока солдат, тогда как в настоящей битве полегли бы все, если бы не хватило ума сдаться. А Хау не показался мне сильно умным человеком, – задумчиво добавил он.
– Как думаешь, сколько они здесь пробудут? – Дженни нарезала хлеб и подавала по куску всем собравшимся, а сейчас прервалась, чтобы вытереть пот со лба. За окном стояла зима, но в тесной комнате горел огонь и собралось столько народу, что температура была как в бане.
Мужчины переглянулись, и Джейми неохотно ответил:
– Долго, a piuthar39.