– Не туда, – сказал Джо, когда Лорелли свернула в сторону Бентонвилля.

– Туда, туда, – отмахнулась девушка. – Пусть теперь мы богачи, но дома осталось несколько вещиц, с которыми мне не хочется расставаться.

– Не дури. – Джо с трудом сидел прямо. В голове пульсировала боль, по руке то и дело пробегали языки горячего пламени, словно красный автомобильчик колесил вверх-вниз. – Разворачивайся, поедем в Стейтлайн.

– Сам подумай, времени у нас полно. – Лорелли давила на педаль газа, машина неслась по пустынной дороге. – Или ты боишься, что Дюк выпутается из той передряги за пять минут?

На каждой выбоине Джо морщился от боли. Да, нехорошая рана. И мозги как в тумане. Только бы не грохнуться в обморок. Облигации у девчонки, а ей нельзя доверять такую кучу денег. Если с ним что-нибудь случится, Лорелли сбежит, а Джо останется с носом.

– Вот это тачка! – сказала девушка, когда спидометр показал семьдесят пять миль в час. – Прикинь, мы сумели перехитрить самого Дюка. Ловко ты его, Джо! На секунду мне показалось, что ты слишком затянул представление.

Джо что-то проворчал. Боль была невыносимой. Съежившись на сиденье, он думал о деньгах. Пятьсот тысяч в облигациях. Он знал, кому их сдать. Конечно, заплатят не больше половины номинала, но и это неплохо. Джо взглянул на Лорелли и стиснул зубы. Может, избавиться от нее? Если на хвост сядут копы, девчонка будет только мешать. Мимо нее ни один легавый спокойно пройти не может.

Думалось плохо – он слишком устал, да и рука огнем горела. Сначала нужно добраться до Стейтлайна. Джо чувствовал, как в нем закипает ярость. Если бы не его состояние, Лорелли не осмелилась бы ехать в Бентонвилль.

– Что же там такого важного? – внезапно спросил Джо.

– Одежда, цацки. – Девушка упрямо сжала полные губы. – Лучше заберу, раз уж время позволяет.

– Время ей позволяет, – разозлился Джо. – Каждая минута, что ты тратишь, работает против нас.

– Куда подевалось твое хладнокровие? – Лорелли с любопытством взглянула на парня. – Возьми себя в руки. Тебе что, нехорошо?

Скрежетнув зубами, Джо выпрямился. Кровь прилила к голове; освещенная фарами дорога уплыла вбок. Джо закрыл глаза и схватился за дверцу машины; казалось, он соскальзывает с края земли.

– Почти на месте, – наконец сообщила Лорелли.

Она свернула с главной улицы и через несколько минут подъехала к дому Шульца.

Когда машина остановилась, Джо полегчало. К нему вернулась ясность мысли. Лорелли хлопнула дверцей, Джо посмотрел на нее и тоже выбрался наружу. Резкий запах цветов чуть не свалил его с ног. Он пошатнулся, пришлось опереться на автомобиль.

– Да что с тобой такое?

Лорелли схватила парня за руку – жестко, нетерпеливо. Бросила холодный взгляд на его лицо. Джо выглядел совсем больным. Понятно, что толку от него немного – по крайней мере, в ближайшее время. В голову ей закралась мысль: не пора ли бросить его и позаботиться о себе?

Почуяв неладное, Джо вцепился девушке в руку.

– Лучше держись рядом. Надумаешь хитрить – увидишь, что будет.

– Что такое? Ты не доверяешь мне?

Лорелли была уверена, что с легкостью сумеет вырваться, но вспомнила, как ловко Джо обращается с пистолетом, и решила повременить.

– Не только тебе. Никому, – сказал он.

Оба направились к дому. Парень долго возился с ключом, пытаясь открыть дверь, но не смог попасть в замочную скважину – рука дрожала слишком сильно. Пришлось передать ключ Лорелли.

– Открывай, – нетерпеливо скомандовал Джо.

Они вошли в темную прихожую, прислушались. Прошли дальше, в гостиную. Зажгли свет и увидели Каллена.

Услышав пронзительный визг Лорелли, Джо испугался и легонько шлепнул девушку. Та отпрыгнула.

– Кто это? – выдохнула она, пятясь к стене.

Джо осторожно приблизился к телу.

– Приятель Дюка. Узнаешь?

– Пит Каллен. – Лорелли содрогнулась.

Застыв, оба смотрели на мертвеца.

– Дура ты, что решила вернуться, – нервно произнес Джо.

Он подошел к буфету, налил бренди, выпил. В голове прояснилось.

– Я ухожу, – решительно сказала Лорелли. – Быстрее, Джо. Пошли отсюда.

И она развернулась.

Стоя в дверном проеме, Гэллахан и О’Мэлли внимательно следили за происходящим. У обоих пушки наготове. Лорелли всхлипнула и вдруг поняла, что не может дышать.

– Ни с места! – произнес Гэллахан.

Джо увидел стальные пуговицы и непроизвольно потянулся за пистолетом. Ничего не поделаешь – рефлекс есть рефлекс.

Гэллахан всадил ему пулю между глаз. Джо зашатался, выронил пистолет и рухнул в камин. Падая, задел стойку с кочергой и лопаткой для угля; железки с грохотом разлетелись по полу.

Лорелли дрожала от страха, не сводя глаз с дыры у него во лбу. Потом зажмурила глаза и разрыдалась.

Прямо возле ее уха раздался жаркий шепот:

– Не нужно было сбегать с ним, моя голубка. – И горячие толстые пальцы коснулись ее руки.

Девушка испуганно вскрикнула и попыталась отодвинуться, но Шульц прижал ее к себе.

– Волнуется очень, что меня огорчила, – сказал Шульц капитану. – Еще бы – бросила меня, укатила со своим касатиком. А он ведь убийца.

– Хоть на суде сэкономили, – равнодушно произнес Гэллахан, убирая пистолет в кобуру.

– Присядь-ка. – Шульц толкнул Лорелли в кресло. – И не вздумай шевелиться без моего разрешения.

Пока Гэллахан осматривал тело, толстяк тихонько подобрал пистолет Джо. Сунул его в карман и вынул свой тридцать восьмой. Все было проделано молниеносно. Ни капитан, ни сержант ничего не заметили.

Когда Гэллахан выпрямился, Шульц передал ему свой пистолет.

– Мальчишка застрелил Каллена. Проверите пули – увидите, что совпадают.

– Надо было оставить там, где лежал, – сердито буркнул Гэллахан, забрав оружие. – Теперь на нем ваши отпечатки.

– Вылетело из головы. – Глаза-блюдца безучастно смотрели на капитана. – В любом случае парень мертв. Улики не понадобятся.

– Может, мистер Спейд прикажет считать это очередным самоубийством? – недовольно проворчал Гэллахан.

– Это вряд ли. – Шульц покачал головой и вдруг рассмеялся. – Очень сомневаюсь. Отличная работа, капитан. Вы поймали убийцу, – он махнул рукой в сторону камина, – а моя малышка снова со мной.

– Зачем она с ним связалась? – Гэллахан с подозрением рассматривал Лорелли.

– Я уже рассказывал, – вкрадчиво произнес Шульц. – Мальчишка как-то странно влиял на нее. Не волнуйтесь за Лорелли, теперь у нее все в порядке. – Толстяк ухмыльнулся. – Мистер Спейд всегда благоволил к ней. Верно, голубка?

Толстые пальцы впились в тело девушки. Лорелли отпрянула.

– Ну ладно. – Гэллахан колебался. – Пришлем фургон за этими двумя. А девчонку нужно допросить. Может, придется привести ее в участок.

– Завтра же она будет у вас, – кивнул Шульц. – Спасибо вам, капитан. Буду рад избавиться от трупов. С ними дом выглядит как-то неестественно. – И он рассмеялся снова.

Капитан окинул толстяка внимательным взглядом и повернулся к О’Мэлли:

– Побудь здесь. Я улажу дела в участке. – И он вышел.

О’Мэлли покосился на бутылку виски, надеясь на угощение.

– Вы не могли бы подождать снаружи, сержант? – опередил его Шульц. – Нам хотелось бы остаться наедине.

– Не уходите! – крикнула Лорелли и попыталась вырваться.

О’Мэлли уставился на девушку, перевел взгляд на Шульца.

– Она знает, что будет наказана за побег.

Толстяк еще крепче сжал пальцы. Другой рукой залез в карман, выудил мятую скрутку банкнот. Вложил деньги в руку О’Мэлли.

– Можете идти, сержант. – На губах Шульца играла зловещая улыбка.

Девушка ухватилась за рукав О’Мэлли. В ее широко открытых глазах не оставалось ничего, кроме ужаса.

– Останьтесь, – выдохнула она. – Иначе он меня убьет. Знаю, убьет!

О’Мэлли высвободил рукав и усмехнулся:

– Ничего подобного. Правда же, мистер Шульц?

– У нее есть все основания так думать, – сказал Шульц, выворачивая ей руку за спину, – но я не буду настолько суров.

О’Мэлли неохотно направился к двери.

– Если понадобится помощь… – начал он, но Шульц отмахнулся.

– Возможно, она немножко покричит, – сказал он. – Но вас это не должно беспокоить.

Сержант вышел. Лорелли забилась в истерике, умоляя его вернуться. Шульц врезал девушке по губам. Оглушенная ударом, Лорелли заскулила и упала на колени.

– Ну, голубка, ты обманула меня в последний раз. Где деньги?

– Джо забрал, – проныла девушка, пытаясь отползти в сторону.

Шульц ударил ее снова.

– Давай сюда деньги, пока я не изорвал твой наряд в лохмотья. Говоришь, Джо забрал? Да ты бы их никогда не отдала.

Дрожащими руками Лорелли принялась вытаскивать облигации из-под платья. Это заняло несколько минут. Закончив, она бросила бумаги к ногам Шульца.

Шульц опустил взгляд на пачку в непромокаемой обертке, и глаза его сверкнули.

– Очень хорошо, – сказал он. – Долго же я ждал.

Лорелли вскочила и бросилась к выходу. Шульц выбросил вперед огромный кулак, удар пришелся по затылку. Девушка растянулась на ковре.

Толстяк сделал два шага к двери и навис над жертвой.

– На этот раз нам никто не помешает, – тихо произнес он и обхватил горло Лорелли толстыми пальцами.

Извиваясь, девушка перевернулась на спину, колотя по рукам Шульца, царапая их острыми ногтями. Толстяк тихо ругнулся и напряг мощные мускулы, усиливая хватку.

Лорелли отчаянно сражалась за жизнь. Она знала, что, если не удастся разжать пальцы Шульца, он ее задушит. Мысль о том, что О’Мэлли совсем рядом, придавала ей сил. Шульцу было нелегко удерживать девушку. Наконец он придавил грудь Лорелли тяжелым коленом. Она почувствовала, как из легких вырвался последний воздух, в ушах зашумело; казалось, язык увеличивается в размерах.

Лорелли перестала сопротивляться. Попытки разжать толстые пальцы становились все слабее, ноги ее начинали подергиваться.

Внезапно Шульц издал утробный стон и ослабил хватку. В истерзанные легкие Лорелли хлынул воздух. Девушке показалось, что она тонет в темной бездне.

– Все в порядке, – произнес кто-то.

Лорелли открыла глаза.

Над ней склонился невысокий человек с взъерошенными седыми волосами.

– Вы в безопасности, – сказал Сэм Тренч, приподнимая голову девушки. – Похоже, мы подоспели вовремя.

Лорелли с трудом села, держась за ноющее горло. Шульц лежал на боку, его висок кровоточил.

Эл Барнс, помахивая обрезком свинцовой трубы, улыбнулся девушке и сказал:

– Как раз вовремя. Прямо как в кино.

Безучастно глядя на гостей, Лорелли попыталась встать. Сэм Тренч поддержал ее и помог дойти до кресла.

– Не беспокойтесь, – сказал он. – Теперь вам нечего бояться.

Барнс перевернул Шульца, приподнял ему веко и разочарованно фыркнул:

– А я думал, что убил его. У этого парня башка крепкая, как палата для буйных в дурдоме.

Сэм подошел к телу Каллена, коснулся его руки.

– Мертв уже довольно давно. Бедняжка Клэр! Она была без ума от этого мальчишки.

Он посмотрел на Барнса и сокрушенно покачал головой.

– Только гляньте, – произнес Барнс. – Два трупа, парень с пробитой головой и девка с вывихнутой шеей. Ни дать ни взять сцена из ужастика. Жаль, фотоаппарат не захватил. Вышла бы шикарная картинка для «Клариона».

– Оставь подобное бульварным листкам, – сказал Сэм. – Нашему изданию такие картинки не по рангу. – Он поводил взглядом по комнате и увидел лежащий возле Шульца сверток. Поднял, проверил содержимое. – Эй! Посмотри-ка сюда!

Лорелли попыталась вскочить с кресла, но силы оставили ее.

– Это мое! – разгневанно крикнула она.

– Ой нет, – сказал Сэм. – Не думаю. – Он проверил номера облигаций, наморщил лоб. – Похоже, я знаю, откуда это богатство.

Барнс заглянул ему через плечо.

– Ух, какие старые. Ничего себе! Здесь, должно быть, с полмиллиона баксов.

– Добыча Фрэнка Нокса, – произнес Сэм. – Помню, лет десять назад мне присылали номера. Пиндерз-Энд! Теперь все понятно, Эл. – Он сунул сверток в карман. – Давай-ка выведем девочку на задний двор, побеседуем.

Барнс усмехнулся, подошел к Лорелли и помог ей подняться.

– Пошли, красотка. Твои проблемы только начинаются.

Девушка попыталась вывернуться, но у Барнса была крепкая хватка.

– Отпустите, – задыхалась Лорелли, – и деньги отдайте. Они мои, честно!

– Как же вы, девушки, любите сами себя обманывать, – добродушно заметил Эл и выволок Лорелли из комнаты.

Часом позже в кабинете Гэллахана раздался телефонный звонок. Капитан выслушал Сэма Тренча, едва веря своим ушам. С каждой минутой рассказ редактора становился все удивительнее. Повесив трубку, Гэллахан погрузился в раздумья. Затем неохотно выписал ордер на арест Пола Шульца за убийство Питера Каллена. Теперь он был убежден в двух вещах: что он не будет участвовать в выборах и что волна самоубийств закончилась.