Гарри Дюк припарковался возле «Ше Паре», вышел из машины и поднял глаза на темное здание.

Откуда-то донесся бой часов. Полночь уже миновала – значит час.

Заведение было закрыто, у главного входа топтались двое полицейских. Они с подозрением наблюдали за Дюком. Один спустился на тротуар и подошел к машине.

– Чего надо? – Коп смерил Гарри взглядом.

– Вот дела. Закрыто, – озадачился Дюк, игнорируя вопрос патрульного. – А что случилось? Я выпить собирался.

– Зайдите-ка внутрь, – мрачно сказал коп. – Может, сержант захочет вас допросить. Ну, давайте.

– Не вопрос. – Дюк пошел за полицейским. – О’Мэлли точно нальет мне стаканчик.

Патрульный внимательно на него посмотрел:

– По-моему, я вас где-то видел.

– Дюк. Меня зовут Гарри Дюк.

– Извините, мистер Дюк. Не признал. Сержант вам обрадуется.

Они подошли к двери. Второй патрульный с интересом рассматривал Дюка.

– Это мистер Дюк, – сказал первый коп. – К сержанту.

– Заходите. – Стоун распахнул дверь. – Он в кабинете, через зал и налево.

Дюк вошел. Второй патрульный, Флеминг, вежливо кашлянул:

– Мистер Дюк, можно вопрос? Завтра бежит Рассвет. Как вам эта лошадка? Сержант говорит – дело верное. Я вот решил подзаработать перед выходными.

– Вернее некуда, – беспечно ответил Дюк. – Лучшая лошадь, пока стоит в конюшне. Выведи его наружу, где не на что опереться, и твой Рассвет сразу грохнется оземь.

Дюк пошел через зал. Патрульные проводили его удивленными взглядами.

Сержант расхаживал по кабинету Беллмана и пыхтел его сигарой. Увидев Дюка, он удивился.

– Здорово, О’Мэлли, – улыбнулся Дюк. – Парни сказали, ты здесь.

– Кого я вижу! – Красное лицо сержанта помрачнело. – Ну и что с номером машины, который ты просил пробить?

– Да забудь. – Дюк блуждал взглядом по кабинету. Тело Беллмана уже унесли. Похоже, в помещении тщательно прибрались. – Миловидная была девчушка, вот я и решил: пусть О’Мэлли меня порадует – после всего, что я для него сделал. – Присел на край стола. – Говорят, ты советуешь ставить на Рассвета.

– А что не так? – О’Мэлли вытаращил глаза.

– Бросал бы ты гадать о фаворитах. Не твое это. У лошадки дыхалка как у старого курильщика. Готтентот – другое дело. Беспроигрышный вариант.

– Вот так сюрприз! – О’Мэлли закрыл глаза. – Я чуть было не поставил на него недельную зарплату.

– В следующий раз не стесняйся спросить. Сам знаешь, я не откажу. С полицией лучше дружить, а не ссориться.

О’Мэлли взглянул на Дюка:

– Значит, все на Готтентота?

– Конечно. Я бы и сам так поступил. Сколько хочешь поставить, штуку?

– Нет у меня штуки. – Сержант прищурился.

А у меня есть. Могу устроить тебе ставку на всю сумму.

После короткой паузы О’Мэлли отвел взгляд.

– Нехорошо, если Готтентот проиграет, – пробормотал он так, чтобы Дюк его услышал.

– Нехорошо для меня. – Дюк внимательно смотрел на сержанта. – Но эта лошадка выиграет.

Повисла еще одна пауза. О’Мэлли просветлел.

– Ты же часто сюда захаживаешь?

– Сюда? Имеешь в виду – в этот кабинет?

– Ага. На столе твои отпечатки. Свежие. Я же знаю про маленький ожог у тебя на правом указательном пальце.

Дюк промолчал.

– Док говорит – Беллман сам себя порешил. Я и подумал – незачем усложнять дело. В общем, стер твои пальчики.

– А Гэллахан про них уже знает? – небрежно спросил Дюк, задержав дыхание.

О’Мэлли мотнул головой:

– Я рассказываю шефу ровно столько, сколько ему нужно знать. Просто подумал, что не стоит тебя вмешивать.

– Спасибо. – Дюк подумал, что не зря давал сержанту хорошие советы. Ой не зря. – Вообще-то, я зашел повидаться с Келлзом. Он здесь?

– Уехал в «Западные турецкие бани». На всю ночь.

– Пожалуй, отправлюсь туда же. Хочу с ним повидаться. – Дюк посмотрел по сторонам. – Кабак, наверное, выставят на продажу?

О’Мэлли пожал плечами:

– Я бы такой покупать не стал. Мне нравятся заведения, где можно плевать на пол.

– Так и здесь можно. Только в счет потом запишут. – Гарри направился к двери. – Счастливо, дружище. Сделаю ставку от твоего имени. На выигрыш ты сможешь неплохо провести время.

Дюк кивнул ему и вышел.

У лестницы его поджидали взволнованные Флеминг и Стоун.

– Так что насчет Рассвета?

Дюк решил, что пара новых друзей в полиции не помешает.

– Готтентот, – ответил он. – Можно ставить последнюю рубаху.

Сразу после клуба Гарри направился в баню.

– Давненько вы не появлялись, мистер Дюк. – Негр, прислуживавший в бане, просиял.

– Даже напиться как следует времени нет, – пожаловался Дюк. – Видел мистера Келлза?

– Конечно, сэр. Он сейчас в парной.

– Вот и славно. Я тоже попарюсь. Как бизнес? Потихоньку?

– Сегодня неважно. За последние два часа – только мистер Келлз и вы.

– Уже поздно. Пожалуй, останусь на ночь, – сказал Дюк. – Не против?

– Как вам угодно, мистер Дюк. Могу я заказать для вас завтрак?

– Да. Тендерлойн, яичницу и кофе. Записал? И принеси пораньше. Завтра у меня будет непростое утро.

– Конечно, сэр, все устроим. – Негр протянул Дюку полотенце и халат. – Вас проводить?

Дюк мотнул головой и прошел в раздевалку. Снимая одежду, задумался о Клэр. Где она сейчас? Может, спит в своей постели, не ведая о его тревогах. Может, в редакции «Клариона» выстукивает на пишущей машинке статью о сенсационном самоубийстве Беллмана. Но это вряд ли. Может, испугалась и уехала из города. А может, ее похитили. Это уже похоже на правду. Если девушка уехала, остается только ждать, пока до нее дойдут новости о самоубийстве Беллмана. Если же Клэр похитили, перво-наперво нужно определиться, кто мог это сделать. Похищение означает, что она видела убийцу Беллмана. И последний вариант, самый скверный, – возможно, Клэр мертва. Но Дюку не хотелось об этом думать.

Он обернулся полотенцем, закурил сигару и вошел в парную. Келлз сидел в полотняном шезлонге, положив полотенце на колени, и крепко спал.

Дюк тоже вымотался, но разговор был срочный. Он взял еще один шезлонг и уселся рядом.

– Эй! Пожар! – крикнул он Келлзу прямо в ухо.

Тот с трудом разлепил глаза и недовольно зыркнул на Дюка:

– А, это ты, – и снова задремал.

Вот это выдержка, подумал Гарри.

– Надо поговорить. Просыпайся. Это важно.

Келлз вздохнул и повернулся к Дюку.

– Есть еще сигара? – с надеждой спросил он.

– Я что, похож на кенгуру? – Гарри шлепнул ладонью по голой груди. – Ладно, сейчас будет.

Он встал и позвонил в колокольчик.

– И скотча пусть принесут. – Келлз зевнул. – Слыхал про Беллмана?

– Ага. Именно о нем я и хотел поговорить.

– Я так и понял, – грустно усмехнулся Келлз.

Явился негр, и Дюк сказал ему, где найти портсигар.

– Захвати бутылку скотча, пару бутылок воды и лед. Что-то здесь жарко.

– Тут и должно быть жарко, – сказал Келлз, когда негр ушел.

– Я и забыл. – Дюк, нахмурившись, изучал тлеющий кончик сигары. – Ну, кто убил Беллмана?

– Самоубийство, – ответил Келлз. – Даже врач подтвердил.

– Знаю, знаю. Но, между нами, – кто его убил?

– Может, ты со своей курицей.

– Курицей?

– Ну той, которая вылупилась.

– Ах да! Ну, мы его не убивали. Только нашли. Видишь, я от тебя ничего не скрываю. Когда я пришел, она была в кабинете, а Беллман лежал на полу.

– Значит, она его и убила, – сказал Келлз, не проявляя особенного интереса к разговору.

Негр принес напитки и сигары. Келлз закурил и прикрыл глаза.

– Виски не разбавляй.

Когда негр удалился, оставив напитки рядом с шезлонгом Дюка, тот попытал удачи снова:

– Ну а сам-то как, Лью?

Келлз отпил полстакана и только потом ответил:

– Нормально. За меня не беспокойся. Думаю, заведение купит Коррис.

– Коррис? Это еще почему? – удивился Дюк. – Я бы и не подумал, что он интересуется вашим кабаком.

– Я же не сказал, что так и будет. Просто предположил.

– Беллман купил Пиндерз-Энд, верно? – вскользь спросил Дюк.

Келлз бросил на него серьезный взгляд, помолчал и кивнул.

– А ты глубоко в этой теме?

– Достаточно глубоко. – В глазах Келлза появилась хитринка.

– Раз ты такой скромник, выложу карты на стол. – Дюк допил виски и налил еще. Добавил воды. – Пиндерз-Энд интересует не только тебя.

– С чего ты взял, что я интересуюсь? – насторожился Келлз. – И про кого ты говоришь?

– Про себя, – ответил Дюк, вытягивая свои длинные мускулистые ноги. – И про Спейда.

– Ага. – Келлз закашлялся. – Спейд.

– Что ты знаешь об этом парне? – небрежно спросил Дюк.

– Толком ничего, – признался Келлз. – Кто он, откуда, – как ни старайся, узнать не получится. Его же никто не видел, кроме Корриса.

– Это не новость, – отрезал Дюк. – Теперь послушай, Лью. Что тебе известно про Пиндерз-Энд? Хочешь в игру – встрянем вместе. Хочешь действовать в одиночку – о’кей, проехали.

Келлз пошарил по полу, нащупывая стакан.

– Скотч еще остался?

Гарри передал ему бутылку. Было ясно, что Келлз вот-вот определится. Дюк не хотел его торопить.

– Ты знаешь, что Шульц тоже в теме? – неожиданно спросил Дюк.

Рука Келлза дрогнула, он расплескал скотч. Налил еще.

– Шульц?

– Ага.

– Шульц – не самая крупная рыбешка. – Келлз словно успокаивал себя. – Волноваться не о чем.

– Шульц работает на Спейда, – заявил Дюк. Он закрыл глаза и расслабился, прогревая уставшие мускулы.

– Ясно. То есть мы с тобой…

– Вот именно. Мы с тобой против Шульца и Спейда. Еще с нами Кейси. Знаешь его?

– Нет.

– Хозяин двухэтажки в Пиндерз-Энд. У него три «томми-гана», куча других стволов и приказ не впускать никого, кроме меня.

Келлз повернулся и с уважением посмотрел на Дюка:

– Ловко придумано. Выходит, у тебя все схвачено?

– Выходит, так. Не перебивай. Также на нашей стороне Пит Каллен и вся редакция «Клариона». Может быть, еще и курица с ее дружком Джо. Они готовы кинуть Шульца. Против нас – Коррис, Шульц и, конечно, Спейд. Преимущество на нашей стороне, Лью.

– Похоже на то. – Келлз пошевелил пальцами ног.

– Вижу, тебя волнует дележка. – Дюк приоткрыл один глаз и посмотрел на собеседника. – Всем же хватит?

Келлз не спешил с ответом.

– Думаю, там где-то пятьсот штук, – наконец сказал он.

Дюк присвистнул.

– Неплохо, – сказал он и замолчал.

– Это по словам Беллмана, – торопливо добавил Келлз. – Может, соврал. Знаешь Фрэнка Нокса?

– Знакомое имя. Грабитель банков?

– Он самый, – кивнул Келлз. – Лет двенадцать назад Нокс заезжал в Фэйрвью. Прямо перед тем, как его взяли федералы. Жил в Пиндерз-Энд, в доме Кейси. Потом его выкурили, и он снова пустился в бега. Беллман сказал, что Нокс оставил все добро в том доме. По подсчетам копов там примерно пятьсот кусков.

Несколько минут Дюк сидел, погрузившись в размышления.

– Так вот оно как, – наконец произнес он. – Вот тебе и загадка Пиндерз-Энд. Прямо как в кино, да? – Гарри бросил окурок сигары через всю парную, тот шлепнулся в плевательницу. – А как Беллман про это узнал?

– От парня, который работал с Ноксом. Имя не помню – Дэфи, что ли. Этот Дэфи хотел, чтобы Беллман помог ему добыть бабки Нокса. Где именно искать, он знал – у него был рисунок. Да боялся идти туда один. Наркотой был накачан по самые уши, страшился даже дорогу переходить. Беллман от него избавился. – Келлз покачал головой. – Вот это мне не понравилось. Там бы на всех хватило, и на Дэфи в том числе. Так или иначе, Беллман не захотел с ним возиться и приморил парня.

– Красавчик, – проворчал Дюк. – А потом приказал Тимсону купить это место?

– Именно. И титулы на землю забрал тот, кто пришил Тимсона. Так Беллман и попал в переплет. Без бумажек он не мог предъявить права на Пиндерз-Энд. И не хотел шуметь, чтобы не насторожить Спейда. Вот только не знал, что Спейд всегда настороже.

– Думаешь, Тимсона убил Спейд?

– Он или кто-то из его ребят.

– То есть бумаги у Спейда?

– Видимо, так.

– Ну и ладно. Чтобы вступить во владение, ему придется выйти из тени, а там мы сможем спросить, откуда у него бумаги. Так что он сам себе свинью подложил, – сказал Дюк. – Попробует ворваться силой – встретят как полагается.

– Выходит, нам только и нужно, что отправиться завтра в Пиндерз-Энд и разобрать ту хибару на части, – сказал Келлз и почесал подошву. – Найдем бабло – можно забыть про Спейда.

– И как тебе такой вариант? – спросил Дюк.

– Отличный, – ответил Келлз. – Пожалуй, я впишусь.

– Говоришь, есть рисунок с указаниями, где искать клад? Как думаешь, у кого он?

– Не вижу смысла волноваться об этом, – ответил Келлз. – У кого? Мое мнение – у того парня, который пришил Беллмана.

– Может, тайник не в доме. В саду, например. Или в другом бунгало.

– И что с того? Времени у нас хватит. Не найдем у Кейси – поищем где-нибудь еще. За пятьсот кусков можно и напрячься.

– Как скажешь.

Дюк подоткнул полотенце и пошлепал к столику с телефоном. Набрал номер Клэр, послушал длинные гудки. Телефонистка сообщила, что абонент не отвечает.

Он посмотрел на часы – начало третьего.

– Сейчас-то что не так? – сонно спросил Келлз. – Ты хоть когда-нибудь отдыхаешь?

– Спи уже, – коротко ответил Дюк. – Завтра трудный день.

Келлз что-то пробурчал и устроился поудобнее. Закрыл глаза и сразу же уснул.

Дюк позвонил Питеру – нет ответа. Он раздраженно грохнул трубкой о рычаг.

Бестолковая суета, подумал он. Утро вечера мудренее. Тем более дел будет невпроворот. А самое важное – найти Клэр.

Жара парной действовала угнетающе. Дюк накинул халат и вышел в соседнюю комнату. Там было прохладнее.

Перед сном он принял холодный душ. Подавленное настроение никуда не делось, но в голове появилась ясность. Устроившись на узкой, но удобной койке, он снова вспомнил Пиндерз-Энд.

Теперь Дюк понял то, чего не понимал раньше. Понял, что значили буквы «Ф. Н.». Понял, почему наверху кто-то прятался. Пятьсот тысяч долларов – большие деньги. Дюк задумался, что делать с таким богатством. Двое уже полегли. Кто следующий? Засыпая, Гарри искренне надеялся, что не он.