Варковски приоткрыл глаза и увидел мертвый свет лампы-рефлектора.

Голова трещала, руки ныли, особенно левая…

«Где я?» — с опаской подумал он, приподнимая голову. Комнатка, в которой он находился, была крошечной, разве что на старых космических кораблях в целях экономии места допускались такие мини-каюты, но что-то подсказывало ему, что он был не на корабле.

«Тюрьма? — почувствовал он ползущий по спине холодок. — Камера-одиночка или… подвал Элтона?» При мысли об этом Варковски потрогал языком зуб, где была ампула с ядом, и похолодел: ампулы не было!

Открытие заставило его откинуться на спину и зажмуриться.

Да, произошло самое страшное — но разве этого не следовало ожидать? И закон, и беззаконие одинаково были сейчас против него, не оставляя никаких путей к отступлению. Даже к отступлению в небытие. Даже если тюрьма была обыкновенной, государственной, — ему не стоило объяснять, что для Элтона ее стены прозрачны. Захочет — придет, заберет…

«А все же я хорошо его поддел, — попробовал усмехнуться Эдвард, но скулы свело. — Он соткан из повышенного самолюбия… Ему никто еще не смел говорить, что он — никто… Хоть какое-то утешение…» Утешением это не было, — наоборот, страх еще сильнее скрутил изнутри.

«Ладно… Защититься я все равно не могу, умереть — тоже. Остается смириться с ситуацией и попробовать взглянуть на нее спокойней. Раз я все равно у Элтона в руках, а игра с судом ему выгодна — то какая-то отсрочка у меня есть. Значит, пока можно ни о чем не думать, а нужно успокоиться и набраться сил… Так. Голова у меня болит из-за того удара, руки — тоже от драки, серьезного ничего нет… А если бы и было — то не мне об этом беспокоиться… не мне! Что сделано — то сделано, а что упущено — не исправить, значит, первое, что мне надо, — это постараться уснуть и прийти в себя…

Только вот жалко Элен и Синтию… но что я могу тут поделать?» Через несколько секунд он уже засыпал, и сон его выглядел здоровым и ровным…