— Просыпайся, Терри, приехали!

Терри с трудом выпрямилась на сиденье. За окном внедорожника светились знакомые огни заднего крыльца отеля. Она часто заморгала, прогоняя остатки сна, и неразбериха последних нескольких часов вновь всплыла в памяти. Нет, то был вовсе не дурной сон. Ее бабушка скончалась, а Бак напомнил о том, что они переспали.

— Твой джип на другом конце стоянки, — сообщил Бак. — Мне подождать, пока сядешь в салон и заведешь двигатель?

Терри выбралась из кокона одеяла, открыла дверь внедорожника и на нетвердых ногах выбралась наружу.

— Не стоит беспокоиться. Тебе нужно ехать домой. Со мной все будет в порядке. — Она захлопнула дверцу, возможно, слишком энергично.

Бак опустил окно.

— Я пересяду в свой «хаммер» и еще раз здесь проеду. Если тебе понадобится помощь, помаши рукой.

— Сказала же, что со мной все будет в порядке, — повторила Терри и, развернувшись, зашагала к отелю. Еще не было и девяти часов, поэтому, даже если джип не заведется, найдутся другие люди, к которым она сможет обратиться за помощью.

Ее сумочка хранилась в ящике комода у консьержки.

— Вы, должно быть, в поход ходили, — заметила женщина, осматривая Терри с головы до ног.

Терри выдавила из себя улыбку.

— И не говорите. Я вам позже обо всем расскажу. Спасибо, что сохранили мою сумочку.

Она вернулась той же дорогой, какой пришла сюда. Бак уже уехал, а джип завелся с первой попытки. Вздохнув с облегчением, она вырулила с парковки, мечтая поскорее добраться до дому, стянуть с себя одежду, принять душ и лечь в постель.

Но некоторые вещи откладывать было нельзя. Терри нужно позвонить в «Кэньон шадоуз», сообщить о своем возвращении и разузнать все, что возможно, о бабушке. Если ей велят немедленно приехать в пансион или отправиться прямо в морг, она так и сделает, наплевав на свой внешний вид.

Терри съехала на обочину дороги и выудила телефон из сумочки. Отдавая сумку перед началом путешествия, она забыла его выключить, и за три дня батарейка, конечно же, разрядилась. Выругавшись про себя, Терри убрала мобильный. Что ж, так тому и быть — она прямо сейчас поедет в «Каньон шадоуз» и позаботится об отправлении бабушки в последний путь.

Двигатель взревел, и Терри влилась в вечерний поток машин. Пришла пора Гарриет Купер покинуть этот мир, но она заслуживала участи лучшей, чем умереть под холодными безразличными взглядами незнакомцев. До конца жизни Терри будет сожалеть о том, что ее не было рядом с женщиной, столь много для нее сделавшей.

Бак съехал с шоссе на дорогу, которая вилась по каньону прямо к его дому. Он подумал о том, чтобы снова позвонить и предупредить миссис Кэллоуэй и Куинн о своем скором прибытии, но отказался от этой затеи. Через несколько минут он будет на месте.

Раньше на его звонок никто не ответил, но это было три часа назад. Если миссис Кэллоуэй и Куинн пошли куда-нибудь ужинать, то сейчас уже должны вернуться. Пусть его появление станет сюрпризом для дочери. Возможно, приняв душ и переодевшись, он найдет в себе силы отвезти ее в кафе-мороженое.

Когда Бак снова проезжал через стоянку, джипа Терри там уже не было, но он не винил ее в стремлении как можно скорее сбежать от него. Доверие, выстроенное ими за долгие годы, сегодня дало трещину. Исцеление, если оно вообще возможно, будет долгим и болезненным, но Бак не был готов сдаться. Он решил предоставить Терри некоторую свободу действий. Пусть оплачет бабушку. Возможно, после этого у него появится возможность завоевать Терри.

Если есть какой-то шанс предотвратить ее отъезд, нельзя его упускать.

Дорога сделала последний поворот и вывела его прямо к дому, во всех окнах которого горел свет. Бака кольнуло дурное предчувствие, которое превратилось в уверенность, когда он въехал в открытые ворота и увидел припаркованную на подъездной дорожке коричневую «тойоту» окружного шерифа.

Заглушив двигатель, Бак с гулко бьющимся сердцем выпрыгнул на землю и поспешно поднялся по ступеням крыльца. Неужели в дом проникли грабители? Не пострадала ли его дочь?

Миссис Кэллоуэй встретила его у двери. Ее лицо было бледно, а глаза налиты кровью.

— Что случилось? — обмирая от страха, спросил Бак.

— Куинн пропала.

Следующий вопрос Бак вытолкнул из себя чуть ли не силой:

— Что произошло?

— После обеда она сказала, что пойдет к себе в комнату играть в компьютерные игры. В два часа я к ней заглянула, но ее не было.

— В доме она не прячется, следы борьбы также отсутствуют, — сообщил, спускаясь по ступеням, шериф, мужчина крупный, точно медведь, и с огромным брюшком, едва помещающимся в униформу. — Похоже, скорее, не на похищение, а на побег.

— Моя дочь станет прекрасной мишенью для похитителей. Вы объявили «Янтарную тревогу»[3]? — строго спросил Бак.

Шериф отрицательно покачал головой:

— Это радикальная мера. Не хочу поднимать всех на уши, чтобы потом выяснить, что девочка просто где-то гуляет.

Бак крепко сжал челюсти, чтобы сдержать гневный ответ. Поругавшись с шерифом, он не продвинется в поисках Куинн. Он попытался собраться и размышлять логически.

— Она что-нибудь с собой взяла? Еду, например? Или одежду? — спросил он.

Миссис Кэллоуэй лишь головой покачала.

— Еду точно нет, насчет одежды не уверена. Ее платяной шкаф забит до отказа, не заметишь, если что и пропадет. — Ее глаза наполнились слезами. — Господь всемогущий, мне так жаль, мистер Морган! Не понимаю, как это случилось. Я ведь смотрела за девочкой, как ястреб!

— Это не ваша вина. Просто помогите нам найти Куинн. Вспомните, чем она занималась? Что говорила перед исчезновением?

— Сказала, что ей скучно. Но она постоянно это твердит.

— А с собакой что? — обратился Бак к шерифу.

— Пес на месте, и с ним все в порядке.

— Вы не слышали собачьего лая, миссис Кэллоуэй?

— Нет. Все было спокойно — а я не спала, уверяю вас, просто телевизор смотрела.

— Похоже, девочка ушла по собственной воле, — подытожил шериф. — Может, она у подруги? Не попытаться ли вам обзвонить дома по соседству?

Терпение Бака было на исходе. Почему все стоят и рассуждают, в то время как его дочь может быть в опасности?

— Нет у нее здесь друзей, — сказал он. — Она приехала всего лишь на лето.

— А как насчет виртуальных знакомых? Мальчика, например? Или кого-то, кто им притворяется?

Терпение Бака лопнуло.

— Черт подери, ей всего девять лет! Она пока не интересуется мальчиками. Но если она где-то бродит одна, с ней что угодно может случиться! Почему мы тратим время? Нужно идти искать ее!

— Мы делаем все возможное, мистер Морган, — ответил шериф, и его заверение прозвучало плохой пародией на детектива из телевизионного криминального шоу. — Я объявил тревогу и разослал ее описание по участкам. Ее уже ищут. Лучше всего вам сейчас оставаться дома и терпеливо ждать.

Бак едва сдержался, чтобы не надавать шерифу тумаков.

— У меня на курорте целая команда из бывших копов и бывших военных. Сейчас же их созову и организую поисковую группу.

Бак отошел в сторону и набрал номер Эда Кларксона, начальника службы безопасности. Кларксон, который в прошлом был владельцем разыскного бюро пропавших без вести, пообещал мобилизовать всех свободных людей.

— Большинство из нас знают вашу дочь, — сказал он. — Надеюсь, она скоро отыщется.

— В моем офисе есть школьное фото Куинн. Сними с него копии и раздай людям. Спасибо, Эд. — Помолчав немного, Бак добавил: — Я проверю ее компьютер и позвоню тебе, если найдется что-то, что ты должен знать. Затем прочешу с собакой пешеходные пути каньона. Она могла уйти погулять и пораниться.

— Хорошая идея. Буду на связи. Не волнуйся, Бак, мы ее найдем.

Нажав кнопку отбоя, Бак нашел номер Терри. У нее своих забот сейчас хватает, но ей нужно сообщить. Она любит Куинн и беспокоится о ней. Возможно, даже подкинет идею, где искать девочку.

Он позвонил, но ответа не было. Если Терри оставила телефон включенным, пока была на реке, батарейка наверняка разрядилась. Чувствуя себя одиноким без ее поддержки, Бак спрятал мобильный в карман. Он нуждается в Терри — ему хотелось слышать ее голос, делиться с ней своими страхами, ощущать ее поддержку. Все, что ему оставалось делать, — это попробовать позвонить позднее, когда она уже зарядит телефон. А прямо сейчас необходимо проверить компьютер Куинн.

Бак взбежал по лестнице на второй этаж и вошел в спальню дочери. При виде скомканного покрывала, разбросанных подушек, любимых дочерью мягких игрушек и небрежно валяющихся на коврике пушистых тапочек у него в горле образовался ком.

Подавив эмоции, он взял со стола лэптоп Куинн и включил его, возблагодарив Бога за то, что знает пароль, — он настаивал на этом.

Бак быстро проверил ее сообщения и имейлы. Большинство было от подружек из Седоны, обычная болтовня девчонок-школьниц. Ничего тревожного или указующего, что Куинн познакомилась с кем-то новым или собирается куда-то ехать. Бак не удивился, прочтя ее жалобы на скуку и неусыпный надзор со стороны миссис Кэллоуэй. Эти чувства были ему хорошо знакомы. Лишь одно письмо привлекло его внимание — вчерашний имейл, который Куинн отправила матери:

«Привет, мам. Папа снова уехал, на этот раз на реку на несколько дней. Со мной даже не попрощался, просто позвонил миссис К. и сообщил о своих планах. Терри ходила со мной по магазинам на прошлой неделе, а папа был так занят, что даже не посмотрел на покупки. В Седоне у меня хотя бы есть друзья, а тут я как в тюрьме. Ненавижу это место!»

Признания дочери полоснули Бака по сердцу точно ножом. Он планировал проводить с ней как можно больше времени, пока она живет у него. Но одних благих намерений недостаточно для маленькой девочки, жаждущей любви и внимания. Если с Куинн что-то случится, вина целиком падет на его голову.

Боже, а Диане-то он как сообщит? Их брак обернулся сущей катастрофой, но из нее получилась неплохая мать. Узнай она, что дочка пропала, с ума сойдет от беспокойства.

Бак решил, что пока не станет ничего говорить бывшей жене. Из компьютера Куинн он, похоже, уже извлек все, что только возможно. Пришло время брать собаку, фонарик и идти прочесывать каньон. Он поднял с пола носок дочери, чтобы дать Мерфи понюхать. Его пес, конечно, не тренированная ищейка, но, безусловно, сумеет найти Куинн по запаху. Или хотя бы услышать ее крики о помощи.

Бак никогда не был набожным человеком, но сейчас, спускаясь по лестнице на первый этаж, он ненадолго задержался и прочел молитву о безопасности дочери. Куда бы она ни ушла, он поклялся разыскать ее.

Терри провела полчаса в «Кэньон шадоуз», разговаривая с директором. Ее бабушка тихо скончалась в своем кресле, смотря по телевизору старое шоу с Лоуренсом Уэлком. Ее нашла медсестра, принесшая ужин.

— От вас ничего не зависело, моя милая, — успокаивала ее директриса, подтянутая дама за пятьдесят, в очках и с выкрашенными в рыжий цвет волосами, не сочетающимися с ее пурпурным брючным костюмом. — Никто ничего не мог сделать. Просто пришло ее время. Судя по внешнему виду, она не страдала. Мы обратились в фирму ритуальных услуг, упомянутую вами при заполнении документов, и тело увезли в морг, где оно дожидается вашего возвращения и дальнейших распоряжений. — Своим цепким взглядом она окинула покрасневшие глаза Терри, спутанные волосы и грязную одежду. — Уверена, что принятие решений может подождать до утра, милая. Вы выглядите утомленной. Поезжайте домой и отдохните.

Терри упрямо покачала головой.

— Я предпочла бы сначала покончить с делами. Как вы думаете, есть кто-нибудь в ритуальных услугах в такой час?

— Могу позвонить им и выяснить, если хотите. — Директриса сняла телефонную трубку.

Час спустя Терри была на пути домой. Директор ритуальных услуг не отказал ей во встрече, и, съездив на фирму, она выбрала простой гроб и заказала простую панихиду на кладбище, оплатив все кредитной карточкой. Печальные обязанности вполне могли подождать до утра, но ей не хотелось откладывать. Вдруг Баку вздумается «помочь» и он распорядится обо всем без ее ведома. Терри не нуждается в его благотворительности, замешанной на чувстве вины.

Оказавшись в городе, она съехала с главного шоссе на узкую дорогу, ведущую к маленькому уютному бабушкиному коттеджу. Теперь этот дом принадлежит ей. Она подумала, что имеет смысл продать его — много денег не выручит, но он находится на границе территории, которая все равно скоро будет застроена.

Терри решила отложить принятие окончательного решения на потом. Прямо сейчас она едва не падает от усталости и мечтает о душе, свежей одежде, разогретой в микроволновке лазанье и банке пива.

Бросив взгляд на дом, Терри встревожилась. В гостиной и кухне горит свет!

Неужели она забыла выключить его четыре дня назад, отправляясь на грузовике в Лис-Ферри? Что ж, весьма вероятно. Она тронулась в путь очень рано, когда на улице еще было темно, и ее мысли были безраздельно заняты Баком. Все же на нее не похоже — уйти, оставив гореть свет. Остается предположить, что кто-то проник в дом… и до сих пор там находится.

Терри остановила джип за полквартала от дома и выключила фары. Телефон у нее разрядился, следовательно, нечего и надеяться позвонить в 911. Можно, конечно, вернуться в город за помощью, но что, если она в самом деле всего лишь забыла выключить свет? Поставит себя в дурацкое положение перед людьми!

Осторожно и бесшумно Терри выбралась из джипа. На заднем сиденье у нее имелась монтировка. Не пистолет, конечно, но лучше, чем ничего.

Стараясь держаться в тени, она подобралась к дому. Красть в нем было решительно нечего — телевизор старый, компьютер тоже, драгоценности ее — всего лишь бижутерия. Возможно, к ней влез бездомный в поисках крыши над головой и еды. Терри на цыпочках подкралась к кухонному окну и заглянула внутрь.

Лампа над плитой включена. Незваного гостя не видно, но следы его присутствия налицо: на столе стоит открытый пакет молока, а рядом миска с оставленной в ней ложкой и коробка кукурузных хлопьев, слишком сладких, поэтому Терри их не особенно любила. Эту коробку она купила еще в прошлом году, когда у нее ночевала Куинн, и с тех пор к ней не прикасалась.

Ослабив хватку на монтировке, Терри направилась к задней двери в дом. Когда они со Стивом были детьми, подобрали маленького бродячего щенка и уговорили бабушку соорудить в задней двери собачий лаз. Домашних животных в доме давно не было, а створка на шарнирах осталась. Щеколду нетрудно было открыть снаружи, особенно для одной маленькой особы, которая уже бывала у нее в гостях и знала, как это сделать.

Опустившись на крыльце на четвереньки, Терри толкнула створку. Та свободно качнулась, и Терри вздохнула с облегчением.

Отперев замок ключом, она вошла в кухню. Здесь по-прежнему никого не было, а в гостиной горел свет.

— Эй? — негромко позвала Терри, но не получила ответа.

Зная, что безопасности много не бывает, она сжала монтировку и вошла в гостиную. На диване, укрывшись связанным крючком покрывалом, спала Куинн.

Положив свое оружие на коврик, Терри присела на корточки рядом с девочкой и тут заметила, что у дочери Бака заплаканное лицо.

— Куинн, проснись! — Терри легонько потрясла ее за плечо.

Пробормотав что-то, девочка открыла глаза.

— А, привет, Терри! — сказала она.

— Что ты тут делаешь?! — воскликнула Терри, разрываясь между желанием обнять Куинн и отругать за побег.

Девочка села на диване.

— Мне было скучно, хотелось тебя увидеть. Я подумала, что мы могли бы чем-нибудь заняться вдвоем.

— Но как ты сюда попала, Куинн?

— Пешком пришла, по старой проселочной дороге. Мне потребовалась целая вечность, чтоб сюда добраться. Тебя дома не было, а я слишком устала, чтобы идти назад. Я бы позвонила, чтобы за мной приехали, но папа не хочет покупать мне телефон. Говорит, я еще недостаточно взрослая.

От тревоги у Терри подогнулись колени. Портер-Холлоу — городок небольшой, но приезжих в нем предостаточно, и с девочкой могло случиться все, что угодно.

— Ты кого-нибудь предупредила о своих планах?

Куинн отрицательно качнула головой.

— Миссис К. наверняка помешала бы мне. Она обращается со мной как с пленницей. Могу я побыть немного у тебя?

Терри поднялась на ноги.

— Ни минуты дольше. Твой папа и миссис Кэллоуэй наверняка сходят с ума от тревоги. Я отвезу тебя домой.

— Может, просто позвонишь им? — Куинн выглядела так, будто вот-вот расплачется.

— У меня нет наземной телефонной линии, а мобильный разрядился, и времени на его зарядку нет. Идем. — Она потянула девочку за руку, побуждая встать с дивана. — Ты принесла с собой что-нибудь? Рюкзак, например?

У Куинн задрожала нижняя губа. Она снова отрицательно качнула головой.

— Ты что же — совсем не рада меня видеть?

— Солнышко, конечно, рада! — Терри обняла обиженного ребенка. — И так было всегда.

Куинн прижалась к ней.

— И ты не сердишься на меня?

— Ни капельки. Я счастлива, что с тобой все в порядке.

— Тогда почему мне нельзя остаться у тебя?

— Потому что папа будет тебя искать и волноваться. Идем же, я отвезу тебя домой.

Терри заперла дверь и повела Куинн к джипу. Чтобы избежать пробок на Мэйн-стрит, она выбрала проселочную объездную дорогу по каньону. Куинн, сидя рядом на пассажирском сиденье, молчала. Должно быть, чувствует себя преданной: единственная подруга, к которой она обратилась за помощью, везет ее домой, где ее наверняка накажут. Терри решила попытаться разговорить девочку.

— Ты ведь знаешь, что папа любит тебя, правда, Куинн?

— Неужели? Зачем же тогда он так часто оставляет меня одну?

«Потому что ему нужно управлять компанией и решать множество важных дел, требующих его внимания», — таков был первый ответ, пришедший Терри в голову. Но она понимала, что Куинн этого будет недостаточно. Нужно найти более глубокое объяснение, которое будет что-то значить для одинокой маленькой девочки.

— Ты ведь знаешь, как он занят, — сказала она. — Но, как мне кажется, настоящая причина кроется в том, что он не понимает, как сильно он тебе нужен. Или как сильно ему нужна ты.

Куинн обдумала ее слова.

— И как ему это объяснить?

Терри вырулила на дорогу, ведущую к дому Бака. Она уже видела ярко освещенные окна, сияющие в ночи, точно маяк.

— Я подумаю, — пообещала она за неимением ответа поумнее. — И ты тоже подумай. Может, вместе мы найдем решение.

При виде открытых ворот Терри напряглась. После ужасающей ссоры с Баком и их холодного прощания она надеялась побыть некоторое время в одиночестве, восстановить силы и поразмышлять о будущем, но благодаря Куинн придется снова встретиться с Баком.

В каньоне Бак не нашел ни следа Куинн. Мер-фи воспринял их выход как веселую игру и бодро тянул поводок, обнюхивал беличьи лазы, помечал каждый кусочек территории. Бак громко звал дочь по имени и светил вокруг фонариком. Наконец он поскользнулся и ушиб колено, так что пришлось, хромая, вернуться домой. Тревога его возрастала. Он поминутно проверял мобильный, но никто не звонил, и Терри по-прежнему была недоступна.

Подобную беспомощность Бак испытывал только раз в жизни — когда у него на руках умирал Стив, сраженный пулей снайпера и доставленный в лагерь.

Поднявшись по ступеням крыльца, он заметил на подъездной дорожке свет знакомых фар. Его пульс участился.

Когда машина остановилась у дома, Бак заметил на пассажирском сиденье маленькую фигурку, и его сердце болезненно сжалось. Поспешно спустившись по ступеням крыльца, он распахнул дверцу джипа, расстегнул ремень безопасности и прижал дочь к груди.

— Хвала Господу, с тобой все в порядке! — воскликнул он, крепко прижимая ее к себе.

Девочка завозилась, пытаясь отстраниться.

— Все в порядке, папа. Я была у Терри дома.

Тут из машины выбралась Терри. Выглядела она такой усталой, что, казалось, в любую секунду может рухнуть без чувств.

— Что случилось? — рявкнул Бак, не дав ей и рта раскрыть. — Я чуть с ума не сошел от тревоги. Поднял на уши и шерифа, и свою службу охраны. Куинн ищут по всему городу. Я уже два часа пытаюсь с тобой связаться, и все безрезультатно. Почему ты не позвонила, Терри?

Она резко остановилась, будто он ее ударил.

— Отзови поисковую группу, — холодно велела она. — Потом я объясню — если, конечно, ты готов меня выслушать.

Бак опустил Куинн на землю.

— Иди к миссис Кэллоуэй, — велел он. — Пусть покормит тебя, если ты голодна. Я скоро приду.

Девочка неохотно поплелась в дом, а Бак быстро сделал несколько звонков, чтобы сообщить, что дочь нашлась целой и невредимой. Потом, все еще потрясенный, он снова повернулся к Терри.

— Итак?

Она быстро ввела его в курс дела: о разрядившемся аккумуляторе, о стремлении как можно скорее покончить с делами в погребальной службе, а уж потом ехать домой.

— Я вернулась домой и обнаружила, что Куинн влезла в него через старый собачий лаз, угостилась хлопьями и заснула на диване. Позвонить я тебе не могла, поэтому разбудила девочку и привезла сюда. А теперь, когда вы с ней воссоединились, я тоже поеду. Извини, Бак, день у меня выдался долгий и трудный, а ты лишь все усложняешь.

Развернувшись, она зашагала обратно к джипу.

— Подожди! — воскликнул Бак.

— Да? — Она медленно повернулась к нему. На ее лице застыло безразличное выражение.

— Мне очень нужно знать. Куинн говорила что-нибудь о причинах своего побега?

— Да, говорила. Ей скучно, но, главное, она не верит в то, что ты ее любишь. Куинн обожает тебя и хочет проводить с тобой время. А ты уделил ей внимание только в вечер ее приезда, а потом с головой окунулся в работу, перепоручив ее миссис Кэллоуэй. Уехал на реку даже не попрощавшись. Будь я твоей дочерью, Бак Морган, тоже сбежала бы — быстро и далеко.

Слова Терри больно жалили Бака, но он понимал, что она права: он дурно обошелся со своей драгоценной девочкой.

— Ты права, Терри. Я виноват, — начал было он, но она поспешно его перебила.

— Не нужно мне это говорить! — отрезала она. — И не ограничивай отношения с Куинн одними извинениями. Не успеешь оглянуться, как она превратится в юную девушку. Не получив внимания от тебя, она будет искать его в другом месте — и преуспеет. Тогда будет слишком поздно. Подумай об этом, когда начнешь составлять планы на следующую неделю.

Ее нижняя губа задрожала. Уж слишком эмоционально она все воспринимает! А Бак ненавидит истеричных женщин.

— Почему бы тебе не поужинать с нами, Терри? — предложил Бак в надежде успокоить ее. — Ты, должно быть, голодна.

Она отрицательно покачала головой.

— Мне эта идея хорошей не кажется.

— Тогда поезжай домой и хорошенько отдохни. Возьми несколько выходных для похорон. Неделю, если понадобится. Такой срок я готов обходиться без твоей помощи.

Терри резко вздохнула. Выглядела она так, будто вот-вот взорвется.

— Тебе придется обходиться без меня куда дольше, — сказала она. — Забудь о моем уведомлении за две недели. И о бале тоже забудь. Я увольняюсь сию секунду.