Когда вечером Эль, в шелковом платье, которое он прислал к ней в комнату, появилась на верхней площадке лестницы, Аполло усомнился в том, что ему хватит выдержки добраться до места проведения благотворительного мероприятия. Ему захотелось схватить ее, отнести в спальню и немедленно снять с нее платье.

Спереди изумрудно-зеленое платье с неглубоким вырезом выглядело вполне скромным. Мягкая переливчатая ткань прекрасно облегала ее фигуру. При ходьбе платье слегка колыхалось, словно струящаяся вода.

Верный своему слову, он собрался повысить ее имидж в компании. Если никто не будет знать о семействе Сент-Джеймс, если всем и дальше будет известно только о существовании их компаний, а владельцы останутся безликими, удар по Сент-Джеймсам не принесет того результата, на который он рассчитывал.

Через несколько недель он полностью обрубит все связи с ними. Отправит ее на дно вместе с отцом и с остальными членами семьи Сент-Джеймс.

Да, он был жесток. Но ведь и Дэвид Сент-Джеймс немилосердно обошелся с его родным отцом и манипулировал его матерью…

Он заставил себя улыбнуться ей. Включил обаяние, при общении с Эль он редко пускал его в ход. Он без труда добивался расположения любой понравившейся ему женщины еще до того, как стал тем, кем он является сейчас.

Его подружки из частных школ для девочек, с которыми он встречался в подростковом возрасте, находили его невероятно привлекательным. Правда, ни одна из них не пригласила его домой, чтобы познакомить с родителями. Но очень многие приглашали его в беседки, на задние сиденья автомобилей и в спальни общежитий. Он не считался достойным кандидатом в женихи, но для определенных целей богатые девушки считали его вполне пригодным.

Конечно, Эль уже доказала, что охотно готова наслаждаться им, одновременно презирая его. Так что, наверное, ему сейчас не стоит даже стараться обворожить ее.

Все мысли выветрились у него из головы, когда Эль спустилась вниз в роскошном платье, которое он для нее купил.

– Повернись спиной, – сухо велел он.

– Зачем? – спросила она, с притворной скромностью складывая руки перед собой. Она как будто понятия не имела, что с ним делает.

– Повернись! – рявкнул он.

Шея и щеки у нее порозовели. Было очевидно, что, даже если ее злило, что он отдавал приказы, ей это все-таки доставляло удовольствие. Она медленно развернулась. И когда перед ним полностью открылась ее спина, у него перехватило дыхание.

Сзади у платья был глубокий V-образный вырез, заканчивавшийся прямо над ягодицами. Вырез открывал всю ее спину. По краю он был расшит бисером. Вытачки на шелке подчеркивали округлость ее ягодиц; она была неотразима.

– Не важно, сколько мужчин у тебя было до меня, – сказал он, не осознавая, что произносит эти слова вслух до тех пор, пока не закончил фразу. – Сейчас ты – моя. Ты всегда была моей, Эль. – Его слова прозвучали еще грубее и жестче, чем он хотел.

Она повернулась к нему лицом; ее рыжие волосы, собранные в хвост, качнулись вслед за движением головы.

– Говоришь как закоренелый собственник, – заметила она.

– Да, такая я сволочь. Ты согласилась быть моей любовницей, пока мы не уничтожим притяжение между нами. Это значит, что ты – моя, и только моя.

– Иметь несколько любовников одновременно как-то не в моих правилах.

Он сделал шаг в ее сторону, сократив расстояние между ними, обнял ее за талию, уверенно положил ладонь на середину ее спины и притянул к себе.

– Я бы этого не допустил.

– Аполло, – произнесла она низким, томным голосом, – пусть ты и владеешь моей компанией, я тебе не принадлежу.

– А вот тут, мне кажется, ты ошибаешься, – парировал он, кладя ладонь ей на затылок. – Потому что сейчас это – одно и то же. Мне принадлежат и твоя компания, и ты.

– Ты пещерный человек.

– Утащить тебя в мое логово? – Она ахнула, но не от страха, а от возбуждения. – Можешь сколько хочешь притворяться, что тебе ненавистно то, что между нами происходит. Можешь притворяться, что тебе претят мои команды. Но мы оба знаем, что тебе этого хочется. Ты меня хочешь.

Она легко наклонилась вперед, не стараясь вырваться. Нежно прижалась губами к его губам – и вдруг больно укусила его.

– Может быть, я и хочу тебя, – ответила она, – но не так, как женщине следует хотеть мужчину.

– Распусти волосы.

– Я отказываюсь повиноваться каждому твоему приказу.

Он запустил руки ей в волосы и нащупал заколку. Рыжие волосы мягкими волнами опустились ей на плечи.

Эль нахмурилась:

– Я не могу идти в таком виде. Моя прическа в полном беспорядке.

– Вот и отлично!

– Я не собираюсь менять прическу ради твоего удовольствия.

– Мне нравятся твои волосы, и не важно, как они причесаны. Но, когда они распущены, я могу думать только о том, как бы запустить в них пальцы. Обнять тебя. Крепко поцеловать, отнести в спальню и заставить тебя выкрикивать мое имя. А теперь я оставляю окончательное решение о том, как тебе поступить с волосами, за тобой.

Эль вызывающе вскинула голову:

– Что ж, они уже распущены.

Он удовлетворенно рассмеялся:

– Так и думал, что ты придешь к такому выводу.

Она прищурилась:

– А ты мне больше нравишься без галстука.

– Мы идем на официальное мероприятие.

– Если на тебе нет черного галстука и если верхняя пуговица твоей рубашки расстегнута, так что видны волоски на твоей груди, то я могу думать только о том, как бы полностью расстегнуть рубашку, чтобы положить руки на твои твердые мускулы. Так, чтобы чувствовать, как твое сердце бьется под моими ладонями. Могу только представлять себе, как склоняюсь к тебе и провожу языком по твоей коже. А теперь, – продолжила она, поднимая бровь, а затем отворачиваясь от него, – оставляю окончательное решение за тобой.

Аполло улыбнулся и начал развязывать галстук.

* * *

Несмотря на то что на вечере они должны были притворяться только бизнес-партнерами, Эль не могла избавиться от мысли, что их внешний вид наводит на определенные размышления. Наверняка все подумали, что в машине по дороге сюда они успели перепихнуться по-быстрому. Судя по ее взъерошенным волосам, он успел запустить в них пальцы. Его рубашка была расстегнута, галстук он давно снял.

И все-таки ничем подобным в машине они не занимались.

В лимузине Эль отодвинулась от него как можно дальше, сказав, что ей необходимо личное пространство, чтобы собраться с мыслями. Ей в самом деле нужно было немного побыть одной. Она устала: еще не привыкла к разнице во времени и слишком мало поспала.

Мероприятие было замечательно организовано, проводилось в одном из старейших и красивейших афинских отелей. И везде Эль видела имя Аполло.

– Ты мне не говорил, что это твое благотворительное мероприятие.

Он пожал плечами и взял у проходящего мимо официанта бокал шампанского.

– Это не казалось мне важным.

– Я не знала, что ты основал благотворительную организацию.

– Это очень скучно. Приманка для прессы. Обычно такие организации основывают, чтобы улучшить свою репутацию в глазах репортеров. Такую игру я едва ли способен вести даже в лучшие времена. Я не видел смысла в том, чтобы пытаться убедить тебя, что я – воплощенная добродетель, просто потому, что жертвую деньги семьям, оказавшимся за чертой бедности.

– Правда?

– Да. Не смотри на меня так. Я – бизнесмен. Поверь мне, это приносит мне пользу в финансовых вопросах.

– Почему ты так не хочешь выглядеть лучше?

– Не хочу давать людям лишних надежд.

– Почему? – удивилась она.

– Потому что они разочаруются.

Она осмотрелась, приглядываясь к красивому мраморному интерьеру отеля, к внушительным колоннам, мерцающим свечам в канделябрах. Изящ но одетые пары уже устремлялись к танцполу. Как бы ей хотелось потанцевать с Аполло! Чтобы он обхватил ее своими сильными руками, прижал к себе и… просто держал.

Она тряхнула головой. То, о чем она думала, было в высшей степени глупо. От Аполло ей ничего не надо, лишь бы он оставил ее в покое и позволил вести дела так, как она считала нужным. Ну и еще секс ради секса, пока они не изживут взаимное притяжение.

– Я представлю тебя некоторым из моих партнеров, – объявил Аполло. – И некоторым представителям прессы, которые здесь присутствуют.

– Какой ты добрый, – отозвалась она, изображая беззаботность.

Он слегка надавил ладонью ей на поясницу, подталкивая к группе людей. Он представил ее им и быстро убрал руку, затем немного отстал, чтобы между ними образовалось достаточно большое расстояние.

Одним из новых знакомых оказался бизнесмен из Италии, второй – греком, у которого было свое дело в Соединенных Штатах. Они заговорили о том, как идти в ногу со временем в эпоху Интернета и гигантских онлайн-магазинов. Эль увлеклась разговором и не сразу заметила, что Аполло с ней рядом уже нет. Она нахмурилась, окинув взглядом толпу. И увидела его на танцполе с какой-то блондинкой в смелом платье с разрезом до бедра. Эль нехотя признала, что бедро блондинки выглядит весьма привлекательно.

Она старалась не показывать, что сердится. Правда, они изображали всего лишь деловых партнеров, но ей показалось, что Аполло слегка переигрывал.

– Я вижу, мистер Савас вас покинул, – заметил грек, которого звали Никос Вардалос.

– Вовсе нет, – ответила Эль, сделав глубокий вдох. – Мы здесь не вместе. Мистер Савас может танцевать с кем хочет.

– Тогда, я полагаю, вы тоже можете танцевать с кем захотите?

Она могла бы сказать ему, что у нее есть молодой человек. Но Никос был вполне симпатичным, а Аполло танцевал с другой.

– Совершенно верно, – кивнула Эль.

Он рассмеялся и одарил ее такой улыбкой, от которой, она не сомневалась, у многих женщин подогнулись бы колени. К сожалению, это был не ее случай. Не сейчас.

Но она притворилась, что ей приятно, и улыбнулась ему в ответ.

– Мне нравятся независимые женщины. Может быть, вы согласитесь потанцевать со мной?

– С большим удовольствием.

Он протянул ей руку, и она приняла ее, переплетая свои пальцы с его. Его прикосновение было теплым, но совсем не зажигало ее, как прикосновение Аполло.

Она ничего не почувствовала, когда Никос притянул ее к себе и повлек к танцполу. Зато чувства сразу проснулись, когда она оглянулась и увидела Аполло. Тот смотрел на нее и ее партнера, и его глаза метали молнии.

Прекрасно. Он рвет и мечет – тем лучше! Он первый пригласил на танец другую женщину, и будь она проклята, если собиралась играть здесь роль девушки, которая подпирает стену!

Она положила руку на плечо своего партнера.

– По-моему, Савас хочет меня убить, – усмехнулся Никос.

– Ну что вы! – сухо ответила Эль. – В любом случае мы с ним – партнеры, как я уже говорила. И никто из нас не собирается смешивать бизнес с развлечениями.

– Великолепно. Значит, мне не стоит заниматься с вами деловыми вопросами.

Она рассмеялась:

– Что ж, очень жаль. Поскольку вы занимаетесь розничной торговлей, мне очень хотелось бы завязать с вами деловые отношения.

– Может быть, глупо с моей стороны заводить такие разговоры во время танца, – ответил он. – Но продолжайте.

Следующие два танца они совершенно не слушали музыку и вовсю обсуждали, как могли бы объединить свои марки. Эль поняла, что Никос ей очень нравится, даже если не заставляет ее сердце биться быстрее.

А ей бы этого хотелось.

Он был богатым греком, в его речи проскальзывал едва заметный, но очаровательный акцент. К сожалению, рядом с ним она ничего не испытывала. Совершенно ничего.

Зато ей удалось завязать многообещающий деловой контакт. Потанцевав, они расстались, и Никос не сделал ни одного романтического намека. Скорее всего, он, так же как и она, уловил отсутствие между ними какой-либо химии.

Она направлялась к официанту, чтобы взять какой-нибудь напиток, когда к ней присоединился Аполло.

– Развлекаешься?

– Очень милая вечеринка, – улыбнулась Эль.

– Да. Разве я не предупредил тебя, что все время, пока мы изживаем взаимное притяжение, ты будешь со мной и только со мной?

– Извини, но я не знала, что вальс можно приравнять к сексу.

– Ты играешь с огнем, – предупредил он.

– Тогда и ты тоже. Не думай, что я не заметила очаровательную блондинку, с которой ты танцевал.

– От меня этого ожидают.

– Мне кажется, ты хотел, чтобы мой портрет попал на первые полосы. Разве для этого я не должна привлекать внимание?

– Агапе, для того чтобы привлечь к себе внимание, тебе достаточно просто войти в зал. Уж ты мне поверь. Все мужчины – и многие женщины – не сводят с тебя взглядов с той минуты, как ты вошла.

– Правда?

– Да. И если ты сделаешь щедрое пожертвование от имени компании, о тебе заговорят еще больше.

– Не знала, что ты собираешься воспользоваться моими деньгами.

– Конечно, собираюсь. Это хороший повод, можешь мне поверить. Как я уже говорил, я обеспечиваю жильем и другими необходимыми вещами семьи, оказавшиеся за чертой бедности. Уверен, в этом ты не найдешь ничего плохого.

– Действительно, ничего плохого я тут не вижу.

– Ты разочарована? Тебе так хочется всегда видеть во мне подлеца?

– Ты прав. Но, быть может, ты притворяешься исчадием ада просто потому, что хочешь быть последовательным.

– Я был бы не я, не будь я последователен.

Она рассмеялась:

– Если бы только это было правдой.

– Что ты имеешь в виду?

– То, что говорю. Ты непоследователен, мне не важно, какие доводы ты приводишь в свое оправдание, мне плевать, что ты сейчас скажешь. Ты был другом моей семьи, а потом ты нас предал. В этом нет никакой последовательности.

Его лицо потемнело от гнева. Он наклонился к ней, и у нее перехватило дыхание. На мгновение ей показалось, что он поцелует ее. Во всяком случае, ей этого хотелось. Но он не поцеловал.

– С того самого момента, как я понял, что могут быть лучшие условия для жизни, чем те, в которых я существовал, я стал к ним стремиться. Когда меня отправили в частную школу, я решил стать лучшим в классе, чтобы никто даже не задавался вопросом, смогу ли я добиться успеха в том обществе, куда меня втолкнули. С того момента, как я осознал, что такое возможно, я напрягал все силы, лишь бы выбиться из низов наверх. Если это не последовательность, тогда я не знаю, что может так называться.

– Да, я знаю, что ты неплохо преуспел в жизни. Но очень удобно забыть, что лестница, по которой ты взобрался наверх, устлана деньгами моего отца. – Она отвернулась, но он крепко схватил ее за руку и дернул, разворачивая к себе лицом. – Я хотел выбиться в люди, используя любые средства. Я настаиваю на своей последовательности. – Он отпустил ее и расправил манжеты своей рубашки. – Ладно, развлекайся. Встретимся в конце вечера. Не забудь сделать взнос.

– Разумеется.

– Мне кажется, Лука тоже захочет потанцевать.

– Ты его разыщешь? – спросила она.

– Нет, но, полагаю, поискать его лучше тебе.

– Значит, теперь ты не против того, чтобы я танцевала с другими? Вот и вся твоя последовательность!

– Мне кажется, ты права. Делай все, что хочешь, лишь бы твой снимок появился в новостях. И я тоже постараюсь привлечь к себе внимание – по-своему. Увидимся в конце вечера.