Она показала. И каждый день с того самого дня она показывала ему свою любовь. И он отвечал ей тем же.

Аполло испытал огромную гордость, когда Эль окончила юридический факультет одной из лучших на своем курсе. Он считал одним из счастливейших в жизни момент, когда радостно приветствовал ее на сцене, держа на коленях их дочь и второго малыша. Он очень гордился ее достижениями, гордился выбранным ею путем. Тем, как она решила применить свой несгибаемый характер и острый язык.

По его мнению, она была лучшим адвокатом в Нью-Йорке, которая всегда защищала женщин, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, и детей, с которыми обходились ненадлежащим образом.

Если бы кто-то сразу после свадьбы сказал ему, что в следующие десять лет он еще больше полюбит свою жену, он бы назвал такого человека сумасшедшим. В конце концов, разве может кто-то любить больше, чем он любил Эль в день свадьбы? Постепенно Аполло понял, что их любовь растет. Каждый год, каждый ребенок, каждая победа и каждое поражение добавляли в их любовь что-то новое и еще больше обогащали его чувства к ней, которые простирались намного дальше, чем он когда-либо мог себе представить.

Ночью, в день десятилетия их свадьбы, Эль вернулась домой с работы смертельно усталая и мрачная, может быть, потому, что дело, над которым она в данный момент работала, было очень трудным и запутанным.

Он, не говоря ни слова, обнял ее. И она обвила его руками, отдаваясь его силе.

– Я очень рад, что ты пришла, – сказал он.

– Конечно. Сегодня я хочу быть только здесь, с тобой. – Она посмотрела на него и улыбнулась. – Дети под присмотром?

– Кажется, сейчас Алетея читает им сказку на ночь. Но она – не няня, Эль. Она очень строго сообщила мне об этом, когда отправилась выполнять мое поручение. Правда, только после того, как за ужином ворковала над ними, уговаривая их есть овощи.

– Ну конечно! – рассмеялась Эль.

– А завтра приедут Дэвид и моя мать; они хотят забрать детей к себе на выходные. Они выразили желание пожертвовать своим временем, чтобы мы могли побыть наедине.

– Очень мило с их стороны.

– Точно. – Он погладил ее пальцем по щеке. – Ты готова пойти куда-нибудь сегодня вечером? – Он посмотрел на еле заметные тени у нее под глазами. – Или предпочитаешь остаться дома?

– Я бы очень хотела куда-нибудь пойти. Потому что мне хочется похвастаться, какой у меня замечательный муж.

– Мне еще больше хочется похвастать своей чудесной женой.

– Мы поспорим об этом позже. – Она выдохнула, глубоко и удовлетворенно. – Мы с тобой вместе уже больше десяти лет. Поразительно, насколько это десятилетие отличается от предыдущего.

– От того, когда мы оба хотели друг друга, но не могли себе позволить приблизиться друг к другу?

– Да. И сейчас я понятия не имею, чего мы так боялись. Чего мы ждали.

– Чем больше я обо всем думаю, тем больше убеждаюсь в том, что мы просто ждали подходящего момента. Такого, когда мы стали бы настолько храбрыми, что смогли бы любить друг друга так, как нужно. Если бы я впервые поцеловал тебя в двадцать лет, потом я бы только все испортил. Тогда я бы не был тем человеком, который смог бы обеспечить тебе поддержку, чтобы пережить трудные времена.

Она медленно кивнула.

– И я не думаю, что была бы такой женщиной, которая сумела бы воплотить свои мечты.

– Эль, хочешь, я открою тебе тайну?

– Конечно, – кивнула она.

– Мне нравится все, что между нами было. Я ценю это. Я люблю свою работу и горжусь твоей. Но ты – моя мечта.

Эль улыбнулась, усталость мигом прошла, глаза наполнились слезами.

– Ох, Аполло. И ты – моя мечта!

Она привстала на цыпочки и поцеловала его, и поцелуй стал как будто их первым. С ним каждый раз был как первый.

– Похоже, мы все-таки никуда не пойдем, – заметил он.

Она лукаво улыбнулась в ответ:

– Да, наверное, будет лучше, если мы останемся дома.