У Тангалоа-аланги[281], Тангалоа-Небожителя, была дочь по имени Мата-итеите. Раз Мата-итеите принялась просить отца отпустить ее вниз, на землю: она хотела найти себе там мужа. Как его искать, она уже знала: мужем ее должен был стать тот, чье имя будет звучать красиво в сочетании с ее собственным именем — Мата-итеите.

Итак, девушка эта спустилась на землю и оказалась на Фиджи. Там она добралась до верховного правителя Фиджи, Туи Фити, и остановилась у него. Сложив имя вождя со своим, она получила Мата-итеите Туи-фити. Нет, эти имена совершенно не сочетались друг с другом; пришлось девушке отправиться дальше. Она прибыла на Тонга и решила поселиться у Туи Тонга. Сложила она его имя со своим — получилось Мата-итеите Туи-тонга. Нет, эти имена тоже не сочетались. Тогда девушка отправилась на Самоа и решила остаться у вождя Мата-итаи. Остановившись у него, она сложила его имя со своим — получилось Мата-итеите Мата-итаи, что тоже звучало плохо.

Тогда Мата-итеите направилась в Леалателе [282]. Там она повстречала идущих за водой дочерей Мата-талало. Благородная Мата-итеите спросила у них:

— Чьи вы дети?

— Мы дочери Мата-талало, — отвечали девушки.

Тут Мата-итеите сложила это имя со своим — получилось Мата-итеите Мата-талало, и стало сразу ясно, что эти два имени прекрасно звучат вместе.

Тогда она сказала девушкам:

— Здесь я нашла себе мужа: наши с Мата-талало имена очень подходят друг другу.

И девушкам было велено идти к отцу и сообщить, что скоро сама гостья будет у него. На это девушки возразили:

— Тебе не стоит даже ходить к нашему отцу: он уже стар, а к тому же совершенно болен — все его тело покрыто язвами.

Но Мата-итеите повторила свой приказ:

— Ступайте к отцу и ждите меня.

Итак, девушки пошли к отцу и сказали ему, что в их дом направляется одна знатная госпожа.

— Эта госпожа спросила нас, кто наш отец. Мы назвали твое имя, и вот теперь она идет сюда.

Тут старик велел им:

— Расстелите циновки в тала [283]. Пусть эта госпожа сядет там. Сюда же ко мне ее нельзя пускать ни за что.

Но когда под вечер гостья явилась, она сразу же спросила, где Мата-талало.

И, не обращая никакого внимания на приказ сидеть в тала, она мигом вбежала во внутренний покой, прямо к лежавшему там старику. И Мата-талало тотчас же поправился, вся хворь ушла из его тела.

Так Мата-итеите стала женой Мата-талало. Их первенцем был Мало-матау. Затем у них родился сын, названный Мало-тои.

Дом их стоял совсем рядом с берегом. И вот Мата-итеите пришло в голову, что неплохо было бы завести лодку. Мата-талало тоже хотелось иметь лодку, но у него не было мастеров, которые могли бы построить ее. Тогда его высокородная жена сказала:

— Хорошо, я найду строителей, но лодка должна быть слажена здесь, в нашем краю, и нигде больше.

И она послала сына наверх, на небо, к своему отцу Тангалоа-аланги, прося его прислать небесных мастеров для строительства лодки.

Тангалоа-аланги согласился:

— Хорошо, я пришлю мастеров. Но смотрите не забывайте ухаживать за ними и всячески о них заботиться. Если их чем-нибудь рассердить или обидеть, они не станут заканчивать работу. Ведь это не простые мастера, и характер у них тяжелый: если что-то будет не так, они убегут, не доделав начатой работы.

И вот мастера спустились вниз и тут же принялись за дело. Но никому из жителей той местности не удавалось увидеть их: было только видно и слышно, как валят в лесу деревья. Сами же мастера оставались невидимы.

Готовить и относить мастерам пищу должны были местные жители. А подходя к тому месту, где работали необыкновенные мастера, люди всегда начинали шуметь, чтобы строители лодок знали: к ним кто-то идет.

Но вот однажды все тамошние мужчины отправились куда-то делать другую работу. Готовить мастерам еду остались одни женщины. Подойдя к месту, где строилась лодка, женщины не стали шуметь. Они решили подкрасться туда совсем тихо, неожиданно: уж очень им хотелось посмотреть на диковинных мастеров. Но стоило женщинам приблизиться, как мастера тут же бросились врассыпную, взвились в воздух и улетели прочь. Вот так они навеки скрылись в небе. А работали они без всякой одежды, совершенно обнаженные.

Больше мастера не возвращались на то место, а ведь они могли зубами перегрызать стволы деревьев и зубами же, без всяких инструментов, обрабатывать дерево.

Примечание № 42. [57], конец XIX в., о-в Саваии, с самоанск.

Один из вариантов сюжета о духе (божестве) — патроне ремесел. Ср. здесь № 23, 24, 62, 107. О нарушении запретов, наложенных духами (божеством), см. особенно № 62.