Апонитолау и Апониболинаен захотелось устроить саянг, и Апонитолау спросил жену, где его набедренная повязка и полосатый пояс.

— Пойди принеси мне их. Прежде чем мы устроим саянг, я схожу за головой старика То-одана из Каласкигана, — сказал он ей.

Апониболинаен принесла ему набедренную повязку и пояс. Он намазал голову маслом, и Апониболинаен надела емунакаждый волос по золотой бусинке. После этого Апонитолау пошел за топором и копьем, и, когда Апониболинаен дала ему с собой в дорогу еды, он отправился в путь.

Идти было далеко, и к тому времени, как Апонитолау прошел половину пути, он очень утомился и сказал:

— Пусть я сразу попаду в селение То-одана из Каласкигана.

Едва он договорил эти слова, как очутился в Каласкигане.

Старик, лежавший у своей балауа, увидев Апонитолау, сказал:

— Ну, теперь у меня есть чем кормиться.

Апонитолау ему ответил:

— Тебе никогда меня не съесть. Иди за топором и копьем, мы будем драться, и я возьму твою голову, чтобы потом устроить саянг.

Старик То-одан, когда услышал это, очень рассердился. Он поднялся на ноги и пошел за топором и копьем, а когда принес их, сказал Апонитолау:

Ты первый, кто посмел войти в мое селение. Брось в меня копье, если ты такой смелый.

— Если я брошу первый, тебе бросать копье не придется, потому что я сразу убью тебя, так что лучше бросай первым ты, — ответил Апонитолау.

Старик То-одан рассердился еще больше и бросил копье в Апонитолау, но копье отскочило: Апонитолау сделал так, что от него все отскакивало. Тогда старик То-одан бросился на него и топором попытался отрубить ему голову, но топор тоже не причинил Апонитолау никакого вреда, и старик То-одан сказал:

— Да ты и вправду храбрец, потому ты и пришел в мое селение. Теперь попробуй ты бросить в меня копье, и, если ты убьешь меня, значит, так и надо, потому что я за свою жизнь убил очень много людей.

Апонитолау бросил копье в старика. Оно пронзило его насквозь, и То-одан упал, и тогда Апонитолау отрезал его голову.

С головой старика То-одана Апонитолау отправился в обратный путь, а тем временем дону Карлосу из Кабайганана очень захотелось увидеть Анониболинаен, и он сказал своим духам-помощникам, чтобы те приготовились отправиться в Кадалаяиан. Когда духи были готовы к дороге, дон Карлос им сказал:

— Идемте, мои помощники, мы отправляемся в селение, где живет Апониболинаен — я слышал, что она красавица, и хочу ее увидеть.

Они пришли к реке, сели на плот и поплыли, и скоро приплыли к источнику Кадалаяпаиа, откуда Индиапан в это время набирала воду. Дон Карлос спросил ее:

— Это источник Апониболинаен?

— Да, — ответила Индиапан.

— Скажи ей, пожалуйста, чтобы она пришла сюда и посмотрела, что я продаю, — попросил дон Карлос.

Индиапан пошла в селение и сказала Апониболинаен:

— Дон Карлос хочет, чтобы ты посмотрела, что он продает.

— Я ие хочу смотреть, что он продает, — ответила Апониболинаен.

Индиапан вернулась к источнику и сказала дону Карлосу:

— Апониболинаен не хочет купить то, что ты продаешь.

Тогда дон Карлос подумал: "Лучше всего будет, если я пойду прямо в их дом и попрошу воды". И он пошел в селение и сказал:

— Доброе утро, Апопиболинаен, не дашь ли ты мне воды напиться? Мне давно уже хочется попить твоей воды.

Апопиболинаен испугалась и не дала воды дону Карлосу; тогда дон Карлос сделал так, что она уронила иголку. Иголка упала сверху на землю, и Апопиболинаен попросила:

— Дон Карлос, подними, пожалуйста, иголку, которую я уронила.

Дон Карлос поднял иголку, незаметно приложил к ней приворотное зелье и отдал Апопиболинаен. После этого он сказал:

— Я пойду домой.

Но Апопиболинаен не отпустила его и сказала:

— Поднимись в дом.

И доп Карлос туда поднялся.

В это время к селению подходил Апонитолау. Он крикнул Апониболинаен, но она не ответила. Когда Апонитолау дошел до ворот селения, он крикнул снова, но и на этот раз Апониболинаен не ответила, потому что дон Карлос был еще с нею.

Чуть позже дон Карлос пошел домой, но в спешке забыл надеть пояс. Апониболинаен побежала с его поясом к амбару, где они хранили рис, подставила лестницу, взобралась по ней и спрятала пояс внутри амбара.

Апонитолау встретил дона Карлоса у ворот селения и спросил у него, зачем он приходил.

— Я продаю разные вещи, — ответил дон Карлос.

Апонитолау пошел к себе домой и, еще не войдя в дом, спросил у Апониболинаен, почему оба раза, когда он кричал, она не ответила.

— Я не ответила, потому что у меня болит голова, — сказала Апониболинаен.

— А почему наша дверь заперта не так, как всегда? — спросил Апонитолау.

— Я не знаю, сюда никто не приходил, — ответила Апониболинаен.

Тогда Апонитолау поднялся по лестнице в хижину и сказал:

— Вот, Апониболинаен, смотри, я взял голову старика То-одана из Каласкигана. Позови людей рушить рис, потому что у нас будет саянг.

Потом Апонитолау взглянул случайно на амбар с рисом, и ему показалось, что он видит там пламя. "Неужели в рисовом амбаре пожар?" — подумал Апонитолау и побежал туда. Там он увидел, что это не пламя, а сверкающий золотой пояс. "Наверняка это пояс человека, который приходил сюда, пока меня не было", — подумал Апонитолау. Он взял пояс и спрятал его так, чтобы Апониболинаен не могла найти.

После этого они с Апониболинаен послали людей за орехами арековой пальмы и, когда орехи принесли, натерли их маслом, и Апонитолау спросил у Апониболинаен:

— Кого, кроме наших родных, мы позовем из других селений?

И Апониболинаен сказала, чтобы он позвал дона Карлоса из Кабайганана: теперь ей все время хотелось его видеть. И они послали орех за доном Карлосом из Кабайганана, и другой — за старухой Алокотан из Нагботоботана, и еще один — за А вигом из Натпангана и за людьми из других мест.

Орех, посланный за доном Карлосом, прибыл к нему и сказал:

— У Апонитолау и Апониболинаен будет саянг, и они послали меня за тобой.

— Возвращайся, я оденусь и тоже приду, — ответил дон Карлос и, одевшись в праздничную одежду, отправился в путь.

Люди из других селений уже сходились на саянг, и Апонитолау примерял пояс каждому, но никому из них пояс не подходил. Когда появился дон Карлос, Апонитолау примерил пояс ему, и дону Карлосу он оказался в самый раз. Апонитолау отдал пояс дону Карлосу, а потом принес золотое кресло и усадил дона Карлоса в этом кресле среди собравшихся. Все стали танцевать, а Апонитолау пошел точить топор. Наточив его, он сказал Апониболинаен:

— Ала, Апониболинаен, возьми с собой Канага и Алама-ап и иди танцевать с доном Карлосом.

Апониболинаен так и сделала, и, в то время как они танцевали, Апонитолау отрубил дону Карлосу голову. Отрубленная голова прыгнула на грудь к Апониболинаен, и Апониболипаен, Канаг и Алама-ап в ужасе бросились бежать, и колючки кустов, через которые они бежали, изорвали всю их одежду.

Скоро гости, пришедшие на саянг, начали расходиться, а тем временем Апониболинаен, которая все бежала и бежала вместе с детьми, увидела, что бегут они по какой-то равнине.

Они пошли к дереву алосип, и сели под ним, и просидели там много дней, потому что очень устали.

— Мне хочется пить, — сказала наконец Апониболинаен.

Вдруг они услышали пение петуха, и Апониболинаен сказала:

— Раз поет петух, значит, недалеко селение. Пойдемте, там мы найдем воду.

Они пошли туда, откуда доносилось петушиное пение, и скоро пришли к селению, ворота которого стерегли молния и гром. Когда Апониболинаен с детьми подошли к селению, молния и гром спали, и они смогли легко войти внутрь. Там они прошли еще немного и оказались у золотой хижины Балбалаоги из Доны, но им было стыдно попросить воды, потому что они были голые, и они пошли в балауа и легли спать.

Пока они спали, Балбалаога увидел их в своей балауа и очень удивился, потому что молния и гром никого не впускали в его селение. Он подумал: "Как могло случиться, что молния и гром позволили этим людям войти? Может быть, это мои родственники?" Балбалаога пошел в балауа, накрыл спящих одеялами и сел ждать, пока они проснутся.

Когда Апониболинаен проснулась и увидела Балбалаогу, она сказала:

— Если ты наш враг, рань только раз, чтобы мы легко залечили рану.

Балбалаога ответил ей:

— Если бы я был враг, я бы убил вас, пока вы спали. Сейчас мы пожуем орех арековой пальмы и узнаем, не родственники ли мы.

Он разрезал орех и дал по кусочку Апониболинаен и ее детям, и все стали жевать, и, когда они выплюнули жвачку, она была у всех как агатовые бусины. Когда Балбалаога это увидел, он повел Апониболинаен с детьми в свой золотой дом и сказал алан, вырастившей его, чтобы та дала им одежду. Они стали есть, а потом пили баси, и алан, которую Балбалаога из Доны звал матерью, сказала, напившись допьяна:

— Балбалаога — твой брат, Апониболинаен, потому что он был детским местом Авига. Его тогда положили на плот, и течение понесло его, и тогда я его подобрала, потому что у меня не было сына и мне некому было оставить свои богатства.

Теперь, когда Балбалаога узнал, что они с Апониболинаен брат и сестра, он спросил ее, почему она и ее дети пришли голые. Апониболинаен ответила:

— Апонитолау отрубил из ревности голову дону Карлосу, голова прыгнула ко мне на грудь, и мы испугались и побежа ли — вот почему мы здесь. Я не знала, что у меня здесь брат.

Голова дона Карлоса все еще висела на груди Апониболи-наен, только ее до этого не было видно, потому что Апониболи-наен закрывала ее руками. Когда она отняла руки и показала голову Балбалаоге, тот сразу снял ее с груди Апониболинаен, и они послали орех арековой пальмы за своими отцом и матерью.

Прибыв в Каоданан, орех сказал Эбанг и Пагбокасану:

— Доброе утро! Меня прислала за вами сестра Балбалаоги.

Эбанг и Пагбокасап очень удивились тому, что у Апониболинаен оказался второй брат. Они позвали Авига и сказали ему:

— Вот орех. Апониболинаен и Балбалаога прислали его за нами из Доны: они хотят нас видеть.

Авиг ответил им:

— Я не верю, что Апониболинаен еще жива, потому что мы давно уже ищем ее и никак не найдем, и я не слышал о месте, которое называется Дона, хотя обошел весь свет.

Они отправились в путь, и орех показывал им дорогу. Скоро они пришли туда, где жил Балбалаога, и изумились, когда увидели большую золотую хижину. Сначала Эбанг и Пагбокасап не поверили, что Балбалаога их сын, и стали жевать с ним орех арековой пальмы. Пожевав, они узнали, что Балбалаога вырос из детского места Авига, и тогда они вошли в хижину.

Эбанг и Пагбокасан взяли Балбалаогу и Апониболинаен к себе в Каоданан и сделали так, что все сокровища, которые алан дала Балбалаоге, тоже перенеслись туда. Они решили, что построят балауа, и позвали всех родственников из других селений и алан, вырастившую Балбалаогу. Когда балауа была построена, все гости отправились по домам, но Балбалаога женился в Као-данене и остался там жить.