– Конечно, ты мечтаешь отправиться в постель, – сказала Лии Хлоя, заплетая волосы в косу. – Но я хочу, чтобы тебя посмотрел доктор.

Сидевшая за туалетным столиком Лия повернулась к обеспокоенной тете и улыбнулась:

– Головная боль прошла, и я чувствую себя прекрасно. Вдобавок мне не раз говорили, что голова у меня крепкая, – ведь не зря меня называют твердолобой.

– И кто же позволил себе такую грубость?

– Прежде всего Джек, а еще бабушка, мама…

Хлоя рассмеялась.

– Ладно, я тебя поняла, но показаться доктору все равно не помешает, на всякий случай.

Какое счастье иметь семью, готовую ради тебя на все! О таком Лия не смела даже мечтать. По иронии судьбы, лишь уже прощаясь с жизнью, она вдруг осознала, что ее любят без оговорок и оценок, любят такой, какая она есть, не ожидая в ответ ничего, кроме любви.

– У меня действительно все хорошо благодаря всем вам, – повторила Лия.

Хлоя посмотрела на часы, стоявшие на каминной полке.

– Боже милостивый, уже почти десять! Почему бы тебе не забраться в постель, а я принесу тебе чашку чаю. Или тебя уже клонит в сон?

– Я лучше дождусь Джека, если вы не против. Все равно не усну, пока не узнаю, что произошло сегодня вечером.

– Возможно, они с Домиником еще не скоро вернутся с Боу-стрит. Боюсь, им придется долго объясняться с судьей.

– Знаю. Но я подожду.

После обморока, о котором Лия не могла вспоминать без чувства неловкости, она пришла в себя в карете Джиллиан – Джек собирался увезти ее из борделя.

Поскольку злачное заведение миссис Грейс располагалось всего в нескольких кварталах от Ковент-Гарден, полицейские с Боу-стрит прибыли в ту минуту, когда Джек переносил Лию в экипаж. Она едва успела обменяться с ним парой фраз, как представители закона увели его давать объяснения. Джиллиан села в карету и доставила Лию и Эми на Аппер-Уимпол-стрит.

Лия встала и быстрыми шагами подошла к широкой кровати с пологом на четырех столбиках. Все еще ощущая легкую дрожь, она поспешно скользнула под толстое одеяло и удобно устроилась на подушках.

– Как Эми?

– Слава богу, уснула. – Хлоя достала из гардероба мягкую вязаную шаль и набросила Лии на плечи. – Она согласилась показаться доктору, бедняжка, но, кажется, ей основательно досталось. Она выглядит хуже, чем ты.

Лицо Лии болезненно исказилось.

– Они ужасно с ней обошлись.

– Доктор дал ей снотворное и велел несколько дней оставаться в постели, но, по его словам, ничего серьезного – Эми поправится.

– Слава богу. – Лия разгладила ладонью простыню. Как же хорошо оказаться в безопасности, в уютной чистой постели. Раньше она принимала это как должное, но теперь всегда будет испытывать благодарность судьбе. – Хотя не знаю, можно ли полностью прийти в себя после таких испытаний.

Хлоя обняла ее за плечи, и у Лии потеплело на душе от этих ласковых объятий, от знакомого нежного цитрусового запаха тетушкиных духов.

– Знаю, дорогая. Но Эми сильная женщина, как и ты. Вы обе сохранили рассудительность и сумели постоять за себя, пока не подоспела помощь. Не могу передать, как я горжусь вами, какое облегчение испытала!

Когда освобожденные пленницы прибыли домой, Хлоя тотчас послала за врачом для Эми, заставила девушек выпить бренди, а затем распорядилась, чтобы им приготовили горячие ванны. Хлоя сама вымыла Лии голову и, не перебивая, с участливым вниманием выслушала ее сбивчивый рассказ об ужасных событиях того вечера. Это немного успокоило девушке расстроенные нервы.

– Спасибо, – поблагодарила Лия. – Я тоже горжусь и собой, и Эми, как бы самонадеянно это ни звучало.

Леди Хантер не смогла удержаться от смеха.

– У тебя есть полное право хвастаться своей победой. По словам Джиллиан, ты показала себя настоящей героиней.

– Если кого и можно так назвать, так это саму Джиллиан, – улыбнулась Лия. – Она настоящая воительница.

– Это верно. К немалой досаде ее мужа.

– Я безмерно благодарна ей за то, что она именно такая.

Эми рассказала, что Джиллиан вместе с Джеком и одним из своих грумов быстро разделались с миссис Грей и ее головорезами. Несомненно, для Джиллиан подобные подвиги были в порядке вещей, но Эми пришла в неописуемый восторг и буквально утратила дар речи, лишь лепетала что-то бессвязное. В конце концов, не каждый день вас спасает герцогиня, способная разоружить кровожадного громилу.

– Джиллиан поехала домой? – спросила Лия.

– Да. Сказала, что нужно объясниться с Чарлзом, прежде чем до него дойдут «всякие нелепые слухи» о сегодняшних событиях, так она выразилась.

– Хотела бы я услышать их разговор.

– А я нет, – криво усмехнулась Хлоя. – Может, ты все-таки немного поспишь, а попозже я принесу тебе чай?

– Попробую, но не думаю, что смогу уснуть, пока не увижусь с Джеком.

С каждой минутой Лию все больше охватывало беспокойное нетерпение: так хотелось видеть Джека. Она точно не знала, что произойдет между ними, но мечтала оказаться в его объятиях, ощутить тепло его рук, воспользоваться выпавшим ей счастливым случаем, чтобы сказать ему о своей любви. Поженятся они или нет, время, проведенное с ним, навсегда останется для нее бесценным даром судьбы.

Хлоя склонила голову набок.

– Кажется, долго ждать тебе не придется. – Она скользнула к двери и открыла ее. – А-а, лорд Лендейл. Лия вас ждала.

Джек заглянул в комнату.

– Добрый вечер, леди Хантер. Лия, ты уверена, что не слишком устала? Мой визит тебя не утомит?

– Конечно, нет, – воскликнула девушка. – Входи, пожалуйста.

Джек быстрыми шагами подошел к кровати. Должно быть, ему тоже не терпелось увидеться с Лией.

– Как ты, дорогая? – Его хрипловатый голос прозвучал резко, но Лия знала: так всегда бывает, когда Джек волнуется. Он с глубокой нежностью погладил ее по волосам.

– У меня все хорошо, – отозвалась она, глядя на него и понимая, что в эту минуту похожа на влюбленную до безумия дуреху. Он улыбнулся, но взгляд его остался серьезным, а в уголках рта обозначились глубокие усталые складки. – А вот насчет тебя я не уверена: плохо выглядишь.

Джек поморщился.

– Боу-стрит даже в лучшие времена не самое приятное место. Разбирательство заняло довольно много времени.

– Полагаю, мой муж все еще там, – с добродушной покорностью заметила Хлоя.

Джек повернул голову.

– Да. По всей видимости, сэр Доминик скоро закончит, но потом отправится в Карлтон-Хаус. Он просил меня предупредить вас, чтобы не ждали его, ложились спать.

Хлоя возмущенно фыркнула.

– Он всегда так говорит.

– А вы всегда его ждете, правда? – улыбнулась Лия.

– Конечно, как все нормальные жены. – Она весело подмигнула племяннице. – Надеюсь, скоро ты сама в этом убедишься.

Лия перевела взгляд на Джека и, почувствовав, что краснеет, неуверенно пробормотала:

– Да, хм… посмотрим.

– Посмотрим? – прищурился Джек.

Лия в ответ сморщилась.

– Мне нужно проведать сына, а затем я подожду Доминика в его кабинете, – сказала Хлоя, с трудом сдерживая улыбку. – Позвони, если тебе что-то понадобится.

– Спасибо, – отозвалась Лия.

– И не засиживайтесь с моей племянницей допоздна, лорд Лендейл, – добавила Хлоя. – Ей нужно отдыхать.

– Да, мадам, – сухо ответил Джек.

Когда дверь за Хлоей закрылась, они молча посмотрели друг на друга. Сердце Лии отчаянно колотилось, ее переполняло страстное желание быть с Джеком. Она знала, что, если их пути разойдутся, ее вечно будет терзать это чувство. Но теперь, когда Джек стоял перед ней, она не находила нужных слов, чтобы разогнать разделявший их туман недосказанности, неопределенности.

– Ты уверена, что хорошо себя чувствуешь? – спросил наконец Джек, взяв ее за руку. – Господи, Лия, ты безумно меня напугала, когда упала в обморок.

Она сжала его пальцы.

– Это было так глупо. Даже Эми не теряла сознания, хотя ей досталось куда больше, чем мне.

– Наверное, ты немного ослабла от голода, – улыбнулся Джек. – Это вполне объяснимо, ведь ты пропустила чай.

Лия невольно рассмеялась.

– Ах ты, негодник! А у тебя правда все в порядке? Точно? Ты выглядишь утомленным.

Джек вздохнул и пригладил ладонью волосы. Он все еще казался немного взъерошенным, хотя постарался привести одежду в порядок.

– Все прекрасно, но, должен признать, иметь дело с Прудо и его приспешниками, не говоря уже о миссис Грейс, которая визжала всю дорогу до Боу-стрит, весьма утомительно. У кого угодно терпение лопнет. Слава богу, Доминик подоспел вовремя и занялся ими.

Лия подвинулась и похлопала по матрасу рядом с собой.

– Садись и расскажи мне обо всем. Я не знаю, что происходило после того, как ты отправил меня домой.

– Хорошо, но сначала позволь мне снять сапоги. Ты ведь знаешь, какая грязища в этом борделе. К несчастью, я увидел там куда больше грязи, чем мне бы хотелось.

– Как и я, – усмехнулась Лия.

Джек кое-как стянул сапоги, забрался на кровать, оперся о спинку и с усталым вздохом вытянул длинные ноги.

– Я в бешенстве оттого, что тебя привезли в это омерзительное место. Ужасно, что ты вообще его видела. Мы с полицейскими обыскали все здание, чтобы убедиться, что там нет других женщин, которых удерживают против их воли.

– Я рада, что ты подумал об этом. Вы кого-то нашли?

– Нет, слава богу. На самом деле наше вмешательство, похоже, лишь привело в раздражение большинство женщин, а их гостей и подавно, однако, должен сказать, крушение миссис Грейс мало кого огорчило. Похоже, хм… девицы недолюбливали хозяйку.

– Меня это не удивляет. Она ужасная женщина.

Когда Джек обхватил Лию рукой за плечи и притянул к себе, на нее нахлынуло вдруг чувство покоя. Казалось, сердца их на миг замерли и забились медленно, в едином ритме. На несколько чудесных мгновений Лия забыла обо всем, растворяясь в блаженстве, словно купаясь в необъятных потоках солнечного света.

Ей не хотелось возвращаться в привычный мир, но слишком много вопросов осталось без ответа и слишком многое предстояло еще обсудить.

– Зачем Доминик отправился в Карлтон-Хаус? Это довольно странно.

– Он счел за лучшее сообщить принцу-регенту о сегодняшних событиях, прежде чем поднимется волна слухов.

Лия нахмурилась.

– Но какое дело до этого принцу-регенту? Сэр Нейтан всего лишь баронет и, похоже, не пользуется особым влиянием.

Джек ласково поцеловал Лию в макушку.

– Дело не в нем, милая, а в тебе. Ты дочь брата короля. И герцог Йоркский и регент, разумеется, захотят узнать об этом злополучном происшествии.

Лия высвободилась из его рук и пристально взглянула в лицо.

– Едва ли такое возможно. Мой отец меня никогда даже не видел. – Слова «мой отец» были для нее столь непривычными и странными, что Лия произнесла их с трудом.

– Но это не значит, что его не интересует твое благополучие.

– Джек, за всю мою жизнь он не проявил ко мне ни капли интереса. Моя мама не получила от него ни пенни на мое содержание, когда закончилась их связь.

– Подозреваю, благодаря твоему брату, который довольно близок к герцогу, все скоро изменится. Капитан Эндикотт очень обеспокоен твоим положением и написал о тебе Йорку, – улыбнулся Джек. – Не сомневаюсь, сэру Доминику тоже найдется что сказать. Ведь он принадлежит к ближайшему окружению Йорка. Не удивляйся, если твой высокородный отец начнет интересоваться тобой, в особенности после сегодняшних событий.

Судя по всему, Лия стремительно обзаводилась новыми родственниками. Это было непривычно, но чудесно и необычайно приятно.

– Что ж, лучше поздно, чем никогда.

Джек снова заключил ее в объятия.

– Впрочем, теперь это не важно, поскольку отныне я буду заботиться о тебе.

– Джек, насчет этого…

– Впрочем, ты способна и сама о себе позаботиться, – прибавил он с ноткой раздражения в голосе. – Твой рыцарь в сияющих доспехах явился спасти тебя, но лишь обнаружил, что ты ловко расправилась с негодяем.

Лия похлопала его по груди.

– Ты всегда был моим рыцарем. Не могу выразить, как я была счастлива, когда ты выломал дверь и ворвался в ту комнату. Но должна признать, это меня ошеломило. Как ты узнал, что нас держат там?

– Твой маленький дружок Сэмми услышал ваши крики. Он выбежал в переулок и увидел, как вас заталкивают в карету Прудо. Парнишка храбро последовал за вами. Слава богу, ему удалось не потерять экипаж из виду.

– Он очень проворный и смышленый мальчик. – Лия подумала, что всегда будет благодарна Сэмми за его смелость.

– Да, и могу тебя заверить, его ждет щедрая награда.

– Значит, он проследил за нами до борделя. И что потом?

– Он знал, где ты живешь, и пришел сюда. Что говорит о редкой рассудительности и присутствии духа. Подозреваю, сэр Доминик собирается взять мальчишку под свое крыло. Сэмми заслуживает лучшей судьбы. Околачиваться всю жизнь возле задней двери театра не для него.

– Так вот почему Джиллиан появилась вместе с тобой. Мы хотели встретиться здесь за чаем.

– Да. Сказать по правде, твоя кузина готовилась штурмовать баррикады с помощью одного лишь грума. К счастью, леди Хантер сумела задержать ее и послать за мной. Добраться до Доминика оказалось сложнее. Это потребовало времени, и мы решили его не ждать. И слава богу, – пробормотал Джек, сжимая руку Лии.

Она приникла к нему, обвив руками талию.

– Да, бедняжке Эми сильно досталось. Появись вы позже, не знаю, что бы случилось.

– Нам пришлось поторопиться. Леди Хантер отправила записку на Боу-стрит, но я должен был убедиться, что у нас достаточно людей. Я ведь понятия не имел, что нас ждет. Чарлз убил бы меня, случись что-нибудь с Джиллиан. – Джек покачал головой. – Ее изрядно раздражала моя проклятая осторожность, как она выразилась. Можно подумать, я сам не хотел выхватить пистолет и броситься в драку.

– Или пустить в дело нож – это уж как сложится. Джиллиан удивительная женщина.

– Не говори ей об этом. Ты ее только поощришь.

Лия не удержалась от смеха.

– Отныне я намереваюсь превзойти ее. Ее пример воодушевляет. Как и твой, – добавила она поспешно, когда Джек насмешливо поднял бровь.

– Меня поражает твой энтузиазм, дорогая.

Лия ткнула его локтем в ребра.

– Не говори глупости. Ты был великолепен. Тебе не хватало лишь белого коня, чтобы завершить портрет героя.

– Настоящей героиней показала себя ты, Лия: даже в столь ужасных обстоятельствах не потеряла голову и сумела за себя постоять. Нам с Джиллиан за тобой не угнаться. – Джек ласково коснулся ее щеки, глядя на нее с нежностью и заботой. – Я начинаю думать, что вовсе тебе не нужен. И мне это совершенно не нравится, хоть я и рассуждаю как надутый, самодовольный хлыщ, – добавил он с печальной улыбкой.

У Лии на глазах выступили слезы.

– Ты всегда будешь моим героем, Джек. Только подумай, сколько раз ты спасал меня за все эти годы.

– Ты говоришь о том случае, когда упала в пруд, а я тебя вытащил?

– Насколько мне помнится, это ты затащил меня в пруд, – возразила Лия. – После того как я тебя туда столкнула.

– Ах да, верно. Ладно, а как насчет того раза, когда ты наступила на осиное гнездо, а я оттащил тебя в безопасное место?

– На самом деле это ты наступил на гнездо, хотя, должна признать, ты действительно отнес меня подальше. Но мне тогда было всего пять лет и я не могла бегать так же быстро, как ты.

Джек театрально вздохнул и прижал Лию к груди.

– Да, мне определенно нужно еще немного поработать над образом героя.

– Может, Джиллиан даст тебе пару уроков.

– Какая пугающая мысль.

Лия захихикала, но вскоре лицо ее приняло серьезное выражение.

– Джек, что будет теперь с Прудо и остальными?

– Это решит магистрат – и судьи, конечно, – но вполне возможно, что всех их повесят, – мрачно произнес Джек. – Видит Бог, они это заслужили.

Лия невольно съежилась. Пусть Прудо, его головорезы, да и миссис Грейс заслуживали виселицы, ей невыносимо было думать, что она может стать виновницей их смерти.

– Здесь нет твоей вины, милая, – мягко заметил Джек. – Они ответят за свои поступки.

Лия прерывисто вздохнула. Конечно, Джек угадал, о чем она думает, как и всегда.

– Зачем я только пошла на тот мерзкий бал жриц Киприды? С этого все и началось.

Джек нежно взял ее за подбородок, заставив поднять глаза.

– А что случилось бы с бедняжкой Эми, если бы ты не пошла? Ты спасла ее той ночью, помнишь?

Лия растерянно захлопала глазами: ответ ее удивил. Той ночью Джек пришел в бешенство из-за ее появления на балу, а теперь вот похвалил.

– Только не подумай, будто я хочу, чтобы подобные вещи вошли у тебя в привычку, – добавил он. – Давай-ка сразу внесем ясность.

– Да, милорд, – кротко отозвалась девушка, прижимаясь к его груди.

Джек фыркнул – мнимая покорность Лии его не обманула.

– Ты ведь оставила эту затею, верно? – все же решил он уточнить несколько мгновений спустя. – Я говорю о нелепой мысли стать куртизанкой. Ты ведь теперь понимаешь, что такая жизнь не для тебя.

– Большинство женщин не заслуживают такой жизни, Джек, – вздохнула Лия. – Теперь я ненавижу это грязное ремесло. Как можно вынуждать женщин продавать себя? Это отвратительно и ужасно.

У Джека вырвался тяжелый вздох.

– Я полностью согласен с тобой. И чувствую великое облегчение оттого, что мне не придется провести остаток жизни, отпугивая твоих возможных покровителей и оберегая тебя от неприятностей. Это было бы слишком утомительно для нас обоих.

– На самом деле, Джек, я хотела бы поддержать хоть кого-то из этих несчастных женщин. Возможно, я могла бы помогать в работе тете Хлое.

– Тебе необязательно заниматься этим в Лондоне. В Йоркшире тоже есть благотворительные организации, которые оказывают подобную помощь. Они с радостью заручатся поддержкой маркизы Лендейл. А если нет, то можешь основать свое общество.

Лия спрятала лицо у него на груди и глухо сказала:

– Кстати, насчет этого…

Тело Джека мгновенно напряглось, окаменело.

– Насчет чего? Насчет нашей предстоящей свадьбы? Этот вопрос не обсуждается: мы поженимся в самое ближайшее время.

Лия села на кровати и попыталась высвободиться из рук Джека, но он ее не выпустил. Он обхватил ладонью ее подбородок и завладел губами. Его поцелуй, поначалу нежный, стал требовательным, полным страсти и скрытых обещаний. Лия блаженно вздохнула, сомкнув пальцы на его могучих запястьях. Ее губы раскрылись навстречу его языку, дарившему ей новые, захватывающие ощущения. Скоро, слишком скоро Джек прервал поцелуй и быстро чмокнул в щеку. Лия не смогла скрыть разочарование, а он прошептал:

– Милая, сегодня вечером я едва не потерял тебя. Клянусь, я не смог бы без тебя жить.

Лия неохотно отстранилась и посмотрела Джеку в лицо. Его темные глаза горели голодным огнем желания, и тело девушки отозвалось волной жаркой дрожи.

– Ты любишь меня, Джек? – выдохнула она.

Он ответил ей очаровательной кривой ухмылкой.

– Не могу поверить, что ты меня об этом спрашиваешь. Дорогая, разве ты не знаешь, как отчаянно нужна мне? Ты для меня все.

– Ты говоришь это сейчас, но…

Джек крепко обнял ее за плечи. В его глазах светилось чувство такой силы, что Лия затрепетала.

– Я всегда буду говорить тебе это. Лия Кинкейд, я люблю тебя больше всех на свете. Я хочу жениться на тебе. Ну вот, теперь тебе все ясно?

Лию затопила радость, будто у нее внутри завертелись катушки разноцветного шелка, плетя невероятные, волшебные узоры.

– Да, спасибо. Я тоже тебя люблю. Но…

– Никаких «но». Мы поженимся.

– Ну наверное… – Лия поморщилась, заметив свирепый взгляд Джека. – Ладно, но не прямо сейчас.

Выражение его лица смягчилось.

– А, так ты хотела бы провести церемонию в Стоунфелле? – Джек застенчиво улыбнулся. – Ты хочешь настоящую свадьбу, с Ребеккой и остальными твоими родными? Конечно, так и будет. Я тупая скотина, должен был сразу тебе предложить.

– Нет, думаю, мне нужно больше времени, – призналась Лия. – И что важнее, тебе тоже.

– Что это значит, черт возьми?

Лия отстранилась, и на этот раз Джек неохотно разомкнул объятия. Она уселась к нему лицом, скрестив ноги по-турецки.

– Это значит, что я собираюсь навестить семью своего брата в Вене, прежде чем мы примем окончательное решение. Капитан Эндикотт ясно дал понять, что с радостью меня примет. Он пригласил меня погостить у них месяца три-четыре. Думаю, это прекрасная мысль.

Джек сложил руки на груди с таким сокрушенным видом, что Лия рассмеялась бы, не будь ее глаза полны слез. Она так сильно любила его, что у нее сжималось сердце от боли. Оставить Джека даже всего на несколько месяцев казалось ей ужасным и мучительным. Вдруг он решит, что на самом деле не хочет жениться на ней? И все же ради него она отважилась пойти на этот риск.

– Я считаю, это ужасная мысль, – буркнул он.

– Это важное решение, Джек. Тебе нужно время, чтобы обдумать его. Ты должен побыть один. Когда я рядом, тебя мучает чувство вины, и ты не в силах судить верно.

Джек раздраженно закатил глаза к потолку.

– Ты вовсе не заставляешь меня чувствовать себя виноватым.

– Джек, ты постоянно чувствуешь себя виноватым по любому поводу.

Он собирался возразить, но Лия выразительно подняла брови, и у него вырвался сердитый смешок.

– Ладно, с этим я частично соглашусь. Но мы должны пожениться, и это потому, что я люблю тебя и хочу быть с тобой, а не потому, что рядом с тобой меня гложет чувство вины. Это просто чушь.

– Конечно, тебя терзает вина. Ты чувствуешь себя обязанным жениться на мне, потому что необдуманно похитил мою честь.

– Я не похищал ее, и уж точно не действовал необдуманно. Я сделал это совершенно осознанно. – Он самодовольно ухмыльнулся. – Это входило в мои планы.

– Неправда! – воскликнула Лия.

– Ну, может, и не совсем, – отмахнулся Джек. – Но входит в мои планы теперь.

– Джек, это нелепо.

– Я шучу, дорогая. Поверь мне, я бы никогда даже пальцем к тебе не притронулся, если бы сомневался в своих чувствах. – Он криво усмехнулся. – Тем более учитывая последствия моего поступка. Я хорошо понимаю, сколько препятствий у нас на пути. Это должно убедить тебя в серьезности моих намерений. Для меня это не вынужденное решение и не случайное, Лия. Я делаю свой выбор с полной ответственностью. И еще, – прибавил он тихо, – я бесконечно благодарен тебе за счастье, которым ты наполняешь мою жизнь.

– О, – прошептала Лия, прижимая руку к груди. – Это… это так чудесно.

Слова Джека звучали вполне убедительно, и она не нашлась что возразить.

– А поскольку я чертовски умный малый, – продолжал Джек, – я понимаю, что мне нужна твоя помощь. Никто не знает Стоунфелл лучше тебя. Если ты за меня не выйдешь, боюсь, в моих руках все развалится.

Лия не удержалась от улыбки.

– Это просто глупо. Но что ты собираешься делать со Стоунфеллом? Нужно где-то достать денег.

– Тут готова помочь твоя семья. Сэр Доминик и Чарлз настойчиво предлагают вложить средства в разработку рудника. Они уверены, что смогут привлечь и других инвесторов. Хочешь верь, хочешь нет, Линдзи считает, что осенью нас ждет хороший урожай.

– Все это замечательные новости, но разве этого хватит?

– Хватит, если я продам особняк на Бедфорд-сквер.

Лия едва не свалилась с кровати.

– Нет! Джек, ты не можешь.

Он вопросительно поднял брови.

– Почему?

– Потому что это ваше фамильное достояние, вот почему. Вдобавок твоя матушка придет в ярость и возненавидит меня. Ни к чему давать ей дополнительный повод, – мрачно добавила Лия.

Джек наклонился и поцеловал ее в нос.

– Я подумывал о том, чтобы продать дом, еще до того, как понял, что хочу жениться на тебе. Честно говоря, дорогая, я не чувствую привязанности к этому особняку, он слишком большой и слишком дорогой.

– Но где будет жить твоя мать? Где будешь жить ты, приезжая в Лондон?

– Ты хотела сказать, где будем жить мы? Что до этого, я думаю купить один из тех новых домов на Кадоган-сквер. Моя мать прекрасно устроится в изящном новом таунхаусе, уверяю тебя. А мы будем проводить большую часть времени в Стоунфелле.

– Джек, твоя матушка никогда на это не согласится.

Он взял Лию за руки и сжал ее пальцы в своих теплых ладонях.

– Знаю, она будет недовольна, но это ее выбор. Я не могу жить ради нее одной. Я должен жить своей жизнью.

Лия закусила губу. Как бы ей хотелось поверить, что они с Джеком могут быть счастливы.

– Ты уверен?

Он кивнул в ответ.

– Полностью уверен.

– Ты никогда не мечтал поселиться в Стоунфелле, – произнесла Лия. – Будешь ли ты счастлив, ведя такую тихую жизнь?

– Мечты меняются, Лия. Теперь ты моя мечта. Ты самая добрая и милая из всех, кого я знал. Как могу я не хотеть провести свою жизнь с тобой?

Лия стиснула его руку, пытаясь сдержать слезы.

– Спасибо, но, боюсь, остальные видят все в другом свете.

– Тогда мне нет до них дела. А теперь, дорогая, тебе остается только победить свои страхи. Ты сможешь?

Лия встретила нежный, полный любви взгляд Джека и поняла, что он прав. Большую часть жизни она провела в страхе. Боялась потерять узкий круг близких людей, которых любила, и то место, что называла своим домом. Долгие недели она пыталась отказаться от самого дорогого, оттолкнуть Джека, думая, что так будет лучше для него. Но он сам должен был принять решение, и, несомненно, сделал это.

– Что ж, похоже, вы все разрешили к всеобщему удовольствию, лорд Лендейл, – проговорила Лия хриплым от волнения голосом.

Уголки его рта дрогнули в истинно мужской улыбке.

– Да, но я хотел бы затронуть еще один вопрос.

– Какой же?

Джек подхватил Лию за талию и усадил к себе на колени. Она почувствовала твердость его восставшей плоти, и на мгновение у нее перехватило дыхание.

– Твое восхитительное тело распаляет во мне неукротимое желание, – глухо прошептал Джек, и по коже Лии пробежала волна дрожи. – Если я не уложу тебя в свою постель как можно скорее, то наверняка окончательно лишусь рассудка.

– Боже, это стало бы большим несчастьем, – задыхаясь, пролепетала девушка.

Джек наклонился и потянулся губами к ее губам.

– Я люблю тебя, Лия Кинкейд, – произнес он вполголоса. – Люблю всем сердцем. Мы поженимся, и я не приму отказа.

Волнение сдавило Лии горло, и она смогла лишь кивнуть в ответ. Впервые она с радостью оставила последнее слово за Джеком.