Когда вновь пришла в себя, Бриана ощутила заманчивый запах еды, и в желудке у нее заурчало. Постель рядом с ней была пуста, ей на ноги было накинуто одеяло. Взглянув на телефон, Бриана обнаружила, что сейчас всего десять часов. Это было местное время Вайоминга. Для ее организма это означало полночь.

Неудивительно, что в желудке урчало.

Накинув на себя пушистый махровый халат, она услышала, как Гейб расхаживает по кухне, звякая посудой. Ее не удивило, что он ушел готовить ужин для них, он ведь всегда такой заботливый и чуткий. Бриана не думала, что ужин явился результатом их близости. Проведя рукой по спутанным волосам, она сказала себе, что надо держаться с ним легко и непринужденно.

И бдительно охранять оставшуюся частицу сердца, не затронутую Гейбом.

Бриана вошла в свою комнату, чтобы взять носки, и отправилась на кухню, на манящий запах, через просторный дом, попутно заглядывая во все комнаты. Стены дома были отделаны натуральной сосной, потолки высокие, с мощными балками и серебряными заклепками. Мебель обита грубым серым полотном, украшенным яркими красными и желтыми пятнами.

На стенах во всех комнатах висели пейзажи Вайоминга. Бриана узнала Башню Дьявола и Гранд-Титон. Когда она достигла кухни – источника заманчивых запахов, пейзажи сменились шкафами из натурального дерева и круглым столиком для двоих. На нем уже горели тонкие свечи. Гейб доставал из духовки два дымящихся стейка.

– Ты вовремя пришла. – Он усмехнулся, отложив рукавицу-прихватку. При виде его без рубашки, в спортивных брюках у Брианы перехватило дыхание. Даже еда не вызвала такого ожидаемого вожделения. – Мне пришлось второй раз разогревать мясо.

Она подошла к нему, он поцеловал ее в щеку и пододвинул стул, обитый кожей. На секунду она закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновением, хотя уже догадалась, что он тоже хочет сохранить между ними непринужденность.

– Спасибо тебе. Я так голодна, что могла бы сгрызть сырую кость. – Бриана подняла бокал, благодаря тем самым своего шеф-повара. – Пью за твое здоровье.

Он тоже поднял бокал.

– Я лучше выпью за ночь, которую никогда не забуду.

Бриана открыла рот от изумления, не готовая к тому, чтобы говорить о том, что произошло между ними. Ей требовалось время осмыслить случившееся, восстановить защитные барьеры, в которых она так нуждалась.

– Хорошо, за ночь, – игриво промолвила она, не желая показывать виду, будто смутилась. Осушив бокал, она жадно накинулась на еду.

Гейб сделал вид, что не заметил ее бестактного поведения. Удовлетворив первый приступ голода, Бриана стала искать тему для разговора, который отвлек бы от того, насколько потрясающе выглядит Гейб с обнаженным торсом.

– Ты сообщил деду о своем приезде? – Отрезав хрустящего теплого хлеба, она поняла, что не похвалила Гейба за еду. – Ты приготовил прекрасный ужин. Я накинулась на еду, поэтому не сразу поблагодарила тебя. А теперь говорю спасибо.

– Пожалуйста. – Гейб ел гораздо медленнее, чем она. – Да, я сообщил деду, когда приземлится наш самолет. И информировал об этом моего сводного брата Куина, который живет с ним.

Бриана нахмурилась.

– А разве не Ян живет с Малколмом? Ведь именно Ян позвонил и сказал тебе, что дед остается в Шайенне.

– Это так. – Гейб взял бутылку красного вина, которое они пили в сауне, наполнил бокалы. – Просто Ян с женой на этой неделе уезжают в Сингапур, где реконструируется один из отелей Мак-Нейлов. Жена Яна, Лидия, – дизайнер интерьеров.

Бриана вспомнила, что апартаменты, куда поместили ее бабушку, принадлежат Яну и Лидии. Внутреннее убранство было очень красивым, и теперь она поняла благодаря кому.

– Ян и Куин по очереди живут с Малколмом?

Положив себе еще салата, она подумала о том, что ей хотелось бы иметь более близкие отношения со своими сводными братьями и сестрами. Тогда бы можно было договориться о том, чтобы те тоже присматривали за бабушкой.

Порыв ветра ударил в окно.

– Да. Камерон тоже помогает. Насколько мне известно, другие сыновья Лиама тоже не забывают Малколма. Общаются с ним гораздо больше, чем с собственным отцом. – Нахмурившись, Гейб отпил вина, будто желая смыть горечь при упоминании его имени. – И это вызывает у меня восхищение. Хотя Куин, Ян и Камерон – законные сыновья Лиама, они преданы ему не больше, чем Дамон и мы с Джагером.

Лиам не сильно отличался от ее отца. Бриана подумала, что у Лиама, наверное, более сильный характер. Ей хотелось говорить о семье Гейба, чтобы отложить обсуждение перспектив их брака. К этому разговору она еще не готова.

– А что ты знаешь о Доноване – старшем сыне Малколма, который отдалился от него?

– Дед ни разу не упомянул о нем, когда мы коротко встречались прошлой осенью. Я надеюсь больше узнать о Доноване, когда мы завтра придем к деду на ужин.

– Мы? – Бриана встала, чтобы помочь ему помыть посуду.

– Малколм, конечно, хочет познакомиться с моей женой. Он сказал мне это по телефону.

Гейб обошел ее, слегка прикоснувшись. Бриану это приятно возбудило.

Он поцеловал ее в плечо, когда поставил еще одну тарелку.

– Ах да, разумеется. – Бриана попыталась сосредоточиться на своих словах, едва сдерживая желание прильнуть к нему. – Ведь мы поженились ради того, чтобы выполнить его волю.

Она сказала это больше для себя, ведь это реальность, о которой нельзя забывать в порыве романтических чувств к Гейбу.

Но на него ее слова произвели сильное впечатление. Он застыл на месте. На секунду в кухне возникла тишина. Слышалось лишь тиканье настенных часов и завывание ветра за окном.

Повернувшись к нему, Бриана вытерла руки полотенцем.

– Гейб? Что случилось?

Он смотрел на экран телефона, неподвижно стоя возле плиты.

– Я тебе еще не все сказал о нашем браке. – Лицо напряглось, когда он встретил ее взгляд. – Мне нужна жена еще по одной причине.

Он сказал «жена». Не имел в виду ее. Ему нужна просто женщина в роли законной супруги. Холодок пробежал по ее спине, однако Бриана сдержала желание обхватить себя руками. Она не покажет ему свою слабость, и без того уже очень уязвима.

– Интересно, по какой же еще причине? – Бриана пыталась придать голосу силу, хотя колени подгибались.

Гейб передал ей телефон. Взглянув на экран, она увидела их свадебную фотографию. Гейб держал Джейсона, Бриана сжимала свадебный букет, стоя возле него в своем роскошном кружевном платье. Сначала она не поняла, при чем здесь это фото. Но потом увидела подпись:

«Бывший муж кантри-певицы Терезы Баудер Гейб Мак-Нейл отомстил бывшей супруге, женившись на своей садовнице».

Фото было размещено на сайте «Сплетник».

Не став дочитывать статью, Бриана отдала Гейбу телефон.

– Не понимаю. – Ее охватило тягостное чувство, казалось, она такая ничтожная, даже ее имя в статье не фигурирует. – Какое это имеет отношение к твоим словам? По какой еще причине ты женился на мне? – Когда он сделал глубокий вдох, дав ей еще секунду на размышление, до нее вдруг дошло. – О боже! – Она ухватилась за край кухонной стойки. – Ты женился в отместку бывшей жене.

Сердце Гейба горестно сжалось. Он не хотел причинить боль Бриане и тем не менее поставил в самое неловкое положение перед журналистами. В статье говорилось, что она была горничной у Терезы, хотя на самом деле работала ландшафтным дизайнером в компании Гейба.

Взглянув в ее расстроенное лицо, он понял, какие чувства она испытывает. Явно полагает, что он предал ее.

– Нет. Я женился на тебе не ради того, чтобы отомстить бывшей супруге.

Но было поздно. Его молодая жена уже расхаживала по кухне, пылая гневом.

– Однако это фото сделано горничной жены твоего богатого брата. Неужели она самовольно продала его прессе за несколько сотен долларов? Ни за что не поверю этому. Мак-Нейлы охраняют свою частную жизнь и хорошо платят своим работникам, чтобы те защищали их интересы.

– Пожалуйста, Бриана. – Отложив телефон, Гейб сделал шаг к ней. – Послушай.

– Ведь я знала об этом! – Бриана резко повернулась к нему, возмущенно всплеснув руками. – Я же была твоим дизайнером и тоже подписывала документ о конфиденциальности.

«Надо бы скорее закончить этот разговор, чтобы прекратить ее мучения».

– Я дал поручение горничной передать эти фото прессе.

Бриана открыла рот от изумления.

– И ничего не сказал мне? Сделал это, чтобы отомстить Терезе?

– Я хотел, чтобы о нашем браке стало известно всем. И как можно скорее. – Гейб стиснул зубы. Он не привык перед кем-либо оправдываться.

Но в браке надо идти на уступки. Они с Терезой, хотя и жили вместе, при этом существовали будто в параллельных мирах, пути их ни разу не пересекались. А если он хочет наладить отношения с Брианой, необходимо научиться разговаривать с ней.

И черт возьми, он действительно хочет наладить с ней отношения. И вроде бы ему уже удалось продвинуться в этой области.

– У нас законный брак, о нем все узнали бы и без участия папарацци, – возразила Бриана, скрестив руки на груди.

В махровом халате, со спутанными волосами, рассыпавшимися по плечам, она выглядела более хрупкой, чем в рабочих брюках и футболке, с завязанным на затылке конским хвостом. Гейб пожалел, что не сказал ей об этом накануне брачной ночи. Невыносимо думать, что Бриана считает его непорядочным человеком.

– Я хотел, чтобы адвокаты Терезы как можно быстрее узнали о нашем браке. – Он шагнул еще ближе. – Может быть, сядем и поговорим?

– Нам не о чем разговаривать. – Бриана враждебно смотрела на него, застыв на месте. – Ты женился на мне, желая привлечь к себе внимание бывшей жены. Чтобы она пожалела о своей потере. Не вижу иной причины, тем более ты скрыл все это от меня.

Хорошо. Единственный положительный момент этой ситуации – чем больше Бриана говорит, тем больше он ее понимает. Конечно, понимание не исправит то, что он натворил. Гейб страдал оттого, что причинил боль Бриане. Скрывая от нее подробности своего замысла, он даже представить не мог, что она отреагирует таким образом.

– Теперь я понял, почему ты так думаешь. – Он приблизился к ней, желая обнять. – Поверь, я всего лишь хотел, чтобы новость о нашем браке распространилась как можно скорее, а Тереза и ее адвокаты узнали о том, что Джейсон теперь обрел стабильную семью с двумя родителями.

Поджав губы, Бриана склонила голову.

– Я тебя не понимаю. Ты столько раз говорил мне о том, что хочешь, чтобы Джейсон больше общался с матерью.

– Да, говорил. – Но хотел гораздо большего. Чтобы сын был окружен любовью обоих родителей. – Несмотря на мои попытки, Тереза все больше отдалялась от него. Только на прошлой неделе позвонила мне и сказала, что хочет взять его на свою фотосессию в День святого Валентина.

Бриана нахмурилась.

– Она не желает видеть Джейсона, чтобы просто пообщаться, зато, когда ей понадобился очаровательный малыш для фотографий, сразу вспомнила о существовании сына.

Гейб тоже такого мнения, хотя ему и тяжело думать об этом.

– Надеюсь, это просто результат излишнего волнения по поводу ее новой карьеры. – Ему хотелось верить в лучшее. – Но если она действительно не хочет быть значимой частью его жизни, я не позволю ей таскать сына с собой по всему земному шару в качестве средства для собственной рекламы.

Бриана тихо присвистнула.

– И ты думаешь, известие о нашем браке остановит ее?

– Ни в малейшей степени. Но если она захочет отобрать у меня сына или пересмотреть условия нашего договора, адвокаты скажут ей, что у нее нет шансов забрать Джейсона себе. – Гейб хочет защитить сына любой ценой. Если Тереза откажется соблюдать интересы ребенка, Гейб станет его адвокатом и защитником. – Пусть люди из ее окружения знают, с чем столкнутся, если попытаются прийти за ребенком, которого она бросила.

Наконец Бриана кивнула, хотя ее лицо все еще было настороженным.

– Я могу это понять, Гейб. Ты хочешь защитить интересы Джейсона, это похвально. Но ты не предупредил меня о том, что собираешься распространить наши свадебные фото в Интернете.

Подойдя вплотную, он взял ее за руку.

– Я по-прежнему переживаю по поводу того, что не смог убедить Терезу остаться и этим подвел Джейсона. – Он погладил ее нежную кожу с внутренней стороны запястья. – Мне больно признаться в этом самому себе, а уж тем более тебе. Но пришлось сделать это.

Бриана медленно кивнула.

– Именно поэтому ты решил жениться, да? Не из-за завещания Малколма, а ради спокойствия и счастья Джейсона?

– Я обеспечу сыну наследство в любом случае, независимо от того, что решит Малколм. Однако я не смогу защитить моего ребенка, если по решению суда он будет передан Терезе. Она снова его бросит. Или разобьет сердце своей непоследовательностью и взбалмошностью, когда он подрастет.

Прикусив губу, Бриана уставилась в окно, за которым кружила метель. Снежные хлопья стучали в стекло.

– А что будет через год, когда наш контракт закончится? – наконец еле слышно спросила она, отвернувшись от окна и взглянув на Гейба. – Как тогда его защитишь?

Гейб, конечно, уже подумал об этом, но не хотел делиться с Брианой своими мыслями. Однако сейчас понял, что скрытность в отношениях с ней ни к чему хорошему не приведет.

Он нежно погладил ее темные волосы, все еще влажные после душа.

– В нашем соглашении прописано, что у тебя будет все, что ты захочешь, если мы расторгнем наш союз. – Гейб очень внимательно прочитал его. Каждое слово. – Правда, там ничего нет о том, что мы обязательно должны его расторгнуть.