Человек в иноземной одежде снова пришел в волнение.
– Эту… как там вы говорите… альтернативную вероятность – эту thorie у вас в стране все признают
– Есть! – проговорил песочноволосый, прежде чем кто-нибудь успел ответить. Он поставил бокал на подставку и вынул из кармана большой складной нож. – Как это звучит – не раскрывая ножа, он ударил обушком по краю подставки «Бонг!» – Перекрестки… судьбы!.. – заговорил он нараспев и ударил еще раз «Бонг!» – Сейчас тысяча девятьсот пятьдесят девятый год – но для нашего мира это вовсе не тысяча девятьсот пятьдесят девятый, потому что мы находимся в мире альтернативной вероятности, в другом измерении времени. Этот мир существует параллельно с нашим миром, но отдельно от него, и у него, благодаря одному краткому событию, совершенно другая, альтернативная история… – он вновь заговорил обычным голосом. – Ну и как
– Неплохо, – оценил толстяк, оторвав взгляд от ручных часов. – Всего двадцать пять секунд. Опытный диктор, наверно, сумеет сократить еще секунд на пять. Да, что-то вроде этого, а в конце у нас будет еще тридцать секунд, и можно обойтись без приглашенного.
– Но эта альтернативная вероятность в другом измерении, – не унимался иностранец. – Вы сами придумали эту ide – обратился он к полковнику.
– Нет, конечно, эта идея обсуждается уже давно.
– Я никогда раньше про нее не слышал, – произнес пожилой мужчина таким тоном, словно в таком случае дело не стоит и выеденного яйца.
– Значит, она принята, в основном, только учеными – уточнил иностранец.
– Да нет, – вмешался песочноволосый. – В ее поддержку нет абсолютно никаких доказательств, а ученые бездоказательных идей даже не обсуждают. Если, конечно, не нуждаются в них для объяснения чего-нибудь. Но пока что им не требуется это допущение. Разве что для того, чтобы подвести научную базу под сообщения о необычных явлениях вроде таинственных появлений и исчезновений, полетов неопознанных объектов или выпадения вещества неметеоритного происхождения. Но подобные сообщения сейчас обычно игнорируют и быстро забывают.
– Тогда вы считаете, что этот мир альтернативной вероятности… – спросил иностранец. – Значит, он существует
– Нет, я так не считаю. Но и утверждать, что его нет, тоже не буду. У меня нет оснований считать так или иначе… – песочноволосый изучил положение напитка в бокале и медленно снизил его уровень. – Я только говорю, что иногда появляются сообщения о явлениях, которые дают основание для предположений, что эти другие миры с другим временным измерением действительно существуют. Уже изданы целые книги, где собраны подобные истории. Хотя должен признать, что академическая наука не слишком одобрительно к ним относится.
– Вы считаете, что некоторые вещи, так сказать, проникают к нам из этих других миров Известны такие accidents – продолжал допытываться иностранец.
– Да, если верить сообщениям, то какие-то вещи проникают к нам из другого временного измерения, – уточнил песочноволосый. – Или наоборот, пропадают в других временных измерениях…
Он привел в пример самые известные случаи необъяснимых загадок английский дипломат в Пруссии, исчезнувший на глазах у многих людей, судно, на котором пропала вся команда, хотя спасательные шлюпки оказались на месте, и еще пару подобных событий.
– А сколько появляется сообщений о якобы увиденных НЛО! – заключил он. – Откуда они С другой планеты Я скорее поверю, что из другого временного измерения. Но, насколько мне известно, еще никто всерьез не применял для их объяснения такую теорию.
– И все же, по-моему, идея достаточно известна, и мы можем использовать ее в качестве объяснения, или псевдообъяснения, для нашей программы, – заметил толстяк. – Однако необязательно называть программу «Перекрестки судьбы». Вполне сгодится, скажем, «Пятое измерение». Тогда зрители сразу, еще до начала программы, поймут, что речь идет о чем-то необычном…
Его замечание вернуло нас к передаче, и мы еще какое-то время потолковали о ней, рассматривая те или иные возможности. Иностранец даже предложил, чтобы гражданская война началась при администрации Джексона. Правда, никто, кроме меня, не обратил на это внимания. Наконец, пришел проводник и осведомился, не выходит ли кто-нибудь из нас в Харрисберге, куда мы прибываем через пять минут.
Иностранец торопливо допил бокал и встал, сообщив, что ему еще надо собрать вещи. Он сказал, что разговор показался ему чрезвычайно интересным, и отправился вслед за проводником в конец поезда. Когда он ушел, толстяк со смехом воскликнул
– Ну и чудила! Где он только раскопал такой шутовской костюм
– Костюм сшит на заказ, – авторитетно заметил полковник. – У очень хорошего портного. Но я не могу припомнить ни одной страны в мире, где бы носили такие костюмы. А вы уловили акцент
– Это липа, – провозгласил толстяк. – Французский акцент грека-официанта из фальшивого французского ресторанчика. В Бронксе.
– Не совсем. Он произносил слова с чисто французским акцентом, а вот интонации и порядок слов у него, скорее, немецкие.
Пожилой мужчина пристально взглянул на полковника.
– Полковник, вы, кажется, из разведки, – заметил он. – Думаете, это кто-то по вашей части
Полковник покачал головой.
– Сомневаюсь. Здесь в стране, конечно, есть агенты недружественных стран, и, должен с сожалением отметить, их довольно много. Но они говорят по-английски без акцента и не одеваются так эксцентрично. Если вам точно известно, что где-то в толпе скрывается вражеский агент, выберите самого типичного на вид американца – и в большинстве случаев не ошибетесь.
Заскрежетали тормоза, и поезд остановился. Юная пара с вещами в руках зашла в вагон и села в уголке, ожидая, пока для них отыщут пристанище. Чуть погодя поезд двинулся дальше. Я допил свой напиток, извинился и встал, объяснив, что собираюсь лечь спать пораньше.
В следующем вагоне я встретил проводника, который подходил к нам перед стоянкой. Он выглядел обеспокоенным и, немного поколебавшись, обратился ко мне
– Извините, сэр. Тот человек из ресторана, который сошел в Харрисберге, – вы с ним знакомы
– Никогда раньше не встречал. А что
– Выходя, он дал мне на чай долларовую купюру. Уже потом я присмотрелся к ней повнимательнее. Она мне не нравится.
Он показал мне купюру, и я не стал его обвинять. Да, на ней стояло «One dollar» и «United States of America», но все остальное там было неправильно. Ладно, с одной стороны она была серая, но с другой-то – зеленая. И рисунок был не такой, как надо. И еще там было множество разных вещей, порой совершенно смехотворных.
И тут меня словно пуля в грудь ударила. Это не подделка, это даже не имитация денежного знака Соединенных Штатов. Это банкнота не «наших» Соединенных Штатов. Так вот почему его так интересовало, принимают ли наши ученые теорию о других временных измерениях и других мирах альтернативной вероятности!..
Не раздумывая, я достал двухдолларовую купюру и протянул ее проводнику – вполне нормальную банкноту, обеспеченную золотым запасом Банка Соединенных Штатов.
– Вам лучше передать эту штуку мне, – произнес я официальным тоном, стараясь убедить его, что перед ним федеральный агент.
Он с улыбкой взял мои деньги, а я сложил его банкноту и сунул в карман жилета.
– Спасибо, сэр, – сказал проводник. – Я и не собирался ее держать у себя.
Похоже, какая-то часть разума, наверно, подсознание, довела меня до нужного купе нужного вагона. Я не соображал, где я, пока не включил свет и не увидел свои вещи. Я сел. В голове у меня клубился сплошной туман, как будто я выпил не два стаканчика, а целую дюжину. Сперва я хотел вернуться в вагон-ресторан, чтобы показать банкноту полковнику и песочноволосому. Но решил, что это ни к чему.
Потом я выбросил из головы вертевшееся там слово «невероятно». Приходилось поверить доказательство лежало у меня в жилетном кармане. Совпадение с темой нашего разговора тоже подтверждало это. Конечно же, именно тема привлекла его внимание. И потом, как заметил песочноволосый, мы так или иначе ничего не знаем об этих других мирах и совершенно не представляем, какие барьеры нас разделяют и как часто они могут разрушаться. Если бы я занимался физикой, меня бы заинтересовало именно это. Но я был всего лишь специалистом по истории Америки. Поэтому я стал прикидывать, какой страной могут быть те Соединенные Штаты и какая у них должна быть история.
Костюм того человека в основном не отличался от наших, но имел множество мелких отличий. По моему впечатлению, это был костюм менее официального и консервативного общества, чем наше, с более раскованным образом жизни. Не исключено, что наши костюмы тоже станут такими лет через тридцать или чуть больше. И еще одна странность. Я заметил, что он с любопытством разглядывал официанта и носильщика, словно что-то его в них удивляло. Единственное, что у них, да и у всей поездной обслуги, было общего, это их раса. Похоже, он не привык тому, чтобы на железной дороге работали китайцы.
А еще это его замечание о гражданской войне при администрации Джексона. Интересно, какого Джексона он имел в виду Надеюсь, не Эндрю Джексона, генерала национальной гвардии штата Теннесси, который втянул нас в войну с Испанией в 1810 году. И насчет гражданской войны – это сбило меня с толку окончательно. Что это там у них было – классовая борьба или региональный конфликт У нас тоже хватало острых противоречий между штатами в первые сто лет, но все они были улажены мирным путем в соответствии с конституцией… Впрочем, кое-что вычитанное им в «Социальной истории» Ленгмюра тоже могло его удивить.
Потом я достал банкноту, чтобы еще раз рассмотреть ее. Должно быть, она случайно попала в его предназначенные для расходов деньги по размеру она примерно соответствовала нашим. Интересно, где он достал столько наших купюр, чтобы оплатить поездку в поезде Может, у него был алмаз, который он продал, или пистолет, с помощью которого он кого-то ограбил. Но если даже он так поступил, я в таких обстоятельствах не стал бы его винить. Похоже, он все-таки сообразил, что с ним приключилось, отсюда книга и поддельный акцент, помогающие скрыть возможные оплошности. Ну что ж, я пожелал ему удачи и развернул банкноту.
Прежде всего, она была выпущена самим министерством финансов Соединенных Штатов, а не Банком Соединенных Штатов или хотя бы одним из банков, действующих по лицензии государства. Потом надо будет как следует обдумать, что из этого вытекает. Во-вторых, банкнота была обеспечена запасом серебра. Похоже, в тех, других Соединенных Штатах именно оно было основой финансовой системы. Возможно, наравне с золотом. А может, и нет. Потом я стал разглядывать рисунок на серой лицевой стороне, и мне пришлось напрячь зрение, чтобы разобрать написанное под ним мелким шрифтом. Да, конечно, это был Вашингтон, но Вашингтон гораздо более старый, чем на любых его изображениях, которые я видел раньше. И тут меня осенило я понял, на каком перекрестке времен судьбы наших миров разошлись.
Все наши школьники знают, что генерал Джордж Вашингтон в 1777 году был застрелен в бою у Джермантауна английским, или, точнее, шотландским офицером Патриком Фергюсоном. Тем самым Фергюсоном, который изобрел заряжающееся с казенной части ружье, во многом обеспечившее разгром армии Наполеона. Вашингтон и сегодня считается нашим национальным героем, хотя и не первого ряда все-таки он наш первый верховный главнокомандующий. Но в том, альтернативном мире он, похоже, уцелел, привел армию к победе и стал первым президентом. Как произошло и у нас с тем, кто занял его место, когда он был убит.
Я бережно сложил купюру и, чтобы не спутать ее со своими деньгами, положил отдельно, вместе с удостоверением личности. При этом я размышлял о том, каким президентом оказался Джордж Вашингтон и какую роль в истории тех, других Соединенных Штатов, сыграл человек, чье изображение красуется на наших однодолларовых банкнотах – генерал и президент Бенедикт Арнольд.