Объяснения было не избежать, но Джеку чертовски не хотелось видеть боль в ее глазах. И как он может защищать ее, если сам так сильно ранил ее? Да уж, ему стоило бы держать свои проклятые руки при себе. Но он так устал за эти месяцы постоянно быть на грани!

– Не делай этого.

– Чего? – поинтересовалась она, дерзко выпятив подбородок. – Не говорить тебе правду?

– Черт возьми, Вив. – Джек запустил пальцы в свою шевелюру. Потом хлопнул себя по бедрам и посмотрел ей в глаза. – Ты – это все, чего я хочу.

Великолепно! Опять разоткровенничался. Не позволял же себе не открывать ни перед кем душу, но не сдержался. Эти слова как будто повисли между ними в воздухе. Ах, как ему хотелось бы взять их обратно!

Вив нахмурилась:

– Представления не имею, о чем это ты.

Что ж, придется продолжать. Вив заслуживает всей правды, раз уж так глупо разболтал половину.

– Как тебе уже известно, моя жена погибла, пока я был за границей.

Как же ненавидел Джек вспоминать ту часть своей жизни, и уж тем более говорить о ней! Однако при этом он уже во второй раз почувствовал необходимость рассказать обо всем Вив.

В отличие от Тилли Вив находилась с ним рядом в самые непростые моменты, так что если кто и заслуживает знать правду, так это она. Кроме того, он гордился тем, что честен всегда, когда это возможно.

Вив же – словно открытая книга, и при этом никогда не требует ответной откровенности. Она такая верная и искренняя, готовая поддержать его в любой трудный момент… что ему за себя даже стыдно, и это главная причина, по которой он откровенен с ней. А вовсе не потому, что они переспали и стали ближе друг к другу. Их связь не может перерасти во что-то большее, и она скоро поймет почему.

– Моя жена делала покупки, когда грабитель начал стрелять. А потом застрелился сам. До того, как подоспели полицейские.

Джек судорожно сглотнул и отвернулся, увидев, как увлажнились выразительные темные глаза Вив.

– Она выбирала детскую мебель, – прошептал он, не в силах сдержать обуревавшие его чувства. – Меня не было с ней тогда. Я должен был отслужить еще месяц, а потом мы собирались жить вместе долго и счастливо.

– Джек…

Вив потянулась к нему, и он не отстранился. Возможно, ему требовалось тепло дружеских объятий, а возможно, он сам хотел прикоснуться к ней – и ему было не важно, правильно это или нет.

Она взяла его за руки и заглянула ему в глаза:

– Я даже не знаю, что сказать.

По ее щекам текли слезы. Никто еще никогда не плакал из-за него, потому что никогда еще он не подпускал никого так близко к себе.

– Я знаю эту боль, – прошептала она, – когда теряешь то, чего хочешь больше всего на свете.

Он открыл было рот, чтобы расспросить об ее истории, но она продолжала так, словно не хотела говорить о темной стороне собственного прошлого.

– Ты самый сильный человек из всех, кого я знаю. Разве ты не хочешь двигаться дальше и вновь обрести то, что у тебя украли?

Джек скрипнул зубами:

– Я хочу бороться с теми, кто преступает закон и считает, что может выйти сухим из воды.

Она обхватила его лицо ладонями.

– А как же твоя собственная жизнь?

И во взгляде ее было столько заботы и участия, что Джек осознал: их связывает вовсе не страстный секс, а то, что она понимает его, как никто другой, потому что у нее есть свои демоны.

– Я уже попытался однажды, Вив. – Он взял ее за запястья и отвел ладони от своего лица. – И больше такой ошибки не совершу. Я решил посвятить свою жизнь поискам справедливости.

– Ценой личного счастья?

Джек отпустил ее руки и отступил на шаг.

– У меня есть дома в трех странах, у меня много работы и клиентов, и я почти прижал самое крупное мафиозное семейство в Бостоне. Разве я могу быть несчастлив?

Вив грустно улыбнулась:

– Тот факт, что ты связываешь счастье с материальными благами, сказал о тебе все, что мне надо знать. – Она подвинула к себе рабочее кресло и села. Пошевелив мышкой, разбудила компьютер. – Мне надо рассортировать почту. Закрой за собой дверь, когда будешь уходить.

На мгновение Джек задержал взгляд на ее затылке, затем резко развернул ее кресло, наклонился к ней и вцепился в подлокотники. Ее глаза широко раскрылись от испуга, когда он резко дернул кресло к себе, так что лица их оказались лишь в нескольких сантиметрах друг от друга.

– Я уже предупреждал тебя, что не стоит указывать мне на дверь, – негромко проговорил он. – То, что я отказываюсь связывать себя обязательствами, не значит, что я больше не хочу тебя.

И он впился губами в ее губы, проклиная себя за то, что снова не сдержался и позволил выплеснуться обуревавшим его эмоциям. Вив даже не думала сопротивляться и незамедлительно запустила пальцы в его волосы. Обхватив ее за талию, Джек вытащил ее из кресла, не размыкая объятий, уселся на край ее стола так, что она оказалась стоящей между его ног.

Он знал, что одного раза ему будет недостаточно. Знал с той самой секунды, как оказался на пороге ее спальни. Он жаждал все повторить, и, будь он проклят, если они не сделают этого прямо в ее кабинете.

Бренчание телефона в кармане прервало его эротические мечты о Вив, распростертой на рабочем столе. Он хотел было проигнорировать этот звонок, но бизнес есть бизнес.

Вив отпрянула от него, отступила на шаг и одернула юбку. Заправила волосы за уши и смущенно отвернулась к окну.

Ладно, он разберется с этим чуть позже. Он ведь так хотел поцеловать ее и, черт побери, больше не станет себе в этом отказывать, потому что она тоже этого хочет. Джек вытащил телефон из кармана и, не взглянув на экран, ответил:

– Джек Карсон.

– Джек, это Брейден О’Ши. Я слышал, ты хочешь работать вместе.

Джек мгновенно расправил плечи и выпрямился. – Брейден.

Вив резко повернулась, глядя на него широко распахнутыми глазами. Так, не надо обращать внимание на эти припухшие от поцелуя губы, вкус которых он все еще ощущает на своих. Его тело до сих пор словно вибрирует от ощущения ее податливости в его объятиях. А эти изгибы ее фигуры – соблазн, в котором он не может себе отказать… скоро он насладится им сполна.

– Я готов встретиться с тобой, но на моих условиях, – заявил Брейден.

– Зависит от условий, – парировал Джек. Он и не рассчитывал, что все получится так просто.

– Можешь приехать ко мне в офис в пятницу после закрытия. На этой неделе мы несколько заняты.

Да, потому что у вас на шее повисли федералы. – Ну что ж, тогда до пятницы, – согласился Джек. – Увидимся.

– И вот еще что…

Вцепившись в телефон, Джек не сводил глаз с Вив.

– И что же?

– Если попытаешься играть на две стороны, пожалеешь.

Джек рассмеялся:

– Угрожать мне бесполезно. Будет лучше, если ты это запомнишь.

Он нажал «Отбой», тем самым ясно дав понять Брейдену, кто на их междусобойчике будет главным.

– Он тебе угрожал? – прошептала Вив.

Джек сунул телефон обратно в карман и махнул рукой:

– Мы друг друга поняли.

Вив обхватила, словно в ознобе, себя руками.

– Если с тобой что-нибудь случится…

– Все будет хорошо. Скоро все это закончится. Облизнув губы, Вив уставилась в пол. Она совершенно потрясающая женщина, чертовски сексуальная, но с ней явно что-то не так.

– О том, что было…

Она резко подняла на него глаза.

– Не извиняйся.

– По правде сказать, я и не собирался. – Протянув руку, он взял ее за подбородок. Она прикусила нижнюю губу. – Я хочу тебя в моей постели. В моей. Я не собираюсь просить прощения или что-то обещать. Ты – то, чего я хочу, и я намерен переспать с тобой снова.

Она провела кончиком языка по губам, и по его телу вновь прошла волна возбуждения.

– А я, возможно, хочу быть кем-то большим, чем просто одним из средств для снятия зуда.

Джек рассмеялся и притянул ее к себе:

– Милая, ты не средство для снятия зуда.

– А кто же? – не унималась она.

– Тебе нужен ярлык? А попроще никак нельзя? Вив рассмеялась в ответ:

– Нет, нельзя.

Джек глубоко вздохнул, мысленно подбирая правильные слова.

– Не могу дать точного определения, Вив. То, что произошло… Такого со мной раньше не было. Ты моя сотрудница, ты мой друг.

– Твоя любовница.

Он кивнул:

– И это все, что я могу тебе предложить. Не больше.

Она склонила голову, изогнув бровь:

– Значит, главное для тебя – бизнес?

– Таков мой жизненный путь.

Вив пристально посмотрела на него. На некоторое время между ними повисло тягостное молчание.

– Есть и другие пути. Счастье, воплощение своих мечтаний, семья.

И все это у него украли, оставив его неспособным даже мечтать о подобной роскоши.

– Что ж, похоже, я все-таки средство для снятия зуда, – пробормотала Вив. – У меня есть цели, я к ним иду и не позволю кому-то вставать у меня на пути… и не важно, насколько этот кто-то мне дорог.

Вив развернулась и вышла из кабинета. Остался лишь легкий аромат жасмина, напоминавший Джеку о прекрасной женщине, которая была с ним, но больше уже не будет. И виноват в этом только он сам.